Надежда умирает последней

В коридор, по которому они шли, казалось, никто и никогда не заходил. Окна заросли паутиной, и время от времени где-то что-то шуршало. Пару раз мальчики видели, как вдалеке проплывал призрак Кровавого Барона, волоча за собой огромные цепи, свисавшие с его рук, от чего те громко звенели. Иногда факелы сами собой гасли, становилось очень холодно, и близнецов начинал бить озноб. Пока Фред и Джордж шли — предположительно в направлении башни, как сами они думали, — прошло немало времени. За все это время ни Джордж, ни Фред не обронили ни слова. Ну может один раз, когда Фред, почесав затылок проскулил, что идея проверить связь между кошкой и Филчем не лучшая идея, которая могла прийти в их светлые, обычно полные гениальных идей головы. Джордж на это ничего не ответил, а только лишь вздохнул и на секунду закрыл глаза. Тогда и Фред замолчал. Настроение у шутников Уизли было ни к черту, так как хотелось спать, и никакая шалость не заставила бы их отказаться от постели с теплым одеялом и мягкой подушкой. — Как думаешь, мы скоро дойдем? — не выдержав тишины, спросил Фред. Только Джордж хотел было ответить, как вдалеке показалась картина, освещенная факелом, висящем в поставке. Фред с Джорджем сразу же расплылись в улыбках, переглянулись и ускорили шаг. Подойдя чуть поближе, они поняли, что не ошиблись. Полная Дама сидела в кресле и спала. — Уши эльфа, — четко проговорил пароль Фред. Полная Дама даже не шелохнулась. — Уши эльфа, — чуть громче повторил близнец. Но она только перевернулась на другой бок и что-то невнятно пробормотала. — Уши эльфа! — подойдя вплотную к картине, в полный голос сказал Джордж. Полная Дама дернулась, открыла глаза и сонно стала оглядываться по сторонам. Когда же ее взгляд остановился на Фреде и Джордже, она нахмурилась и зашипела на них: — Почему это вы все еще не в постелях, молодые люди? Скажите спасибо, что отбой был не очень давно, иначе я бы была обязана доложить на вас профессору МакГонагалл. — Уши эльфа! — хором повторили мальчики. Полная Дама начала было возмущаться, но потом пропустила их. Видимо, ей так хотелось спать, что отчитывать близнецов оказалось лень. Фред и Джордж, довольные своим маленьким приключением и хорошим концом, поплелись в комнату. Когда они вошли, все уже спали и видели седьмой сон, а также храпели, сопели и ворочались. — Знаешь, Джорджи, все-таки мы неплохо провели время! Все сидели в гостиной, делали домашние задания, а потом пошли спать, — восторженно отзывался Фред. — А мы, как истинные Уизли разозлили Филча, пошатались после отбоя по заброшенному коридору, в котором неизвестно что еще водилось, могли попасться на глаза учителям и, возможно, директору. И все это за один единственный час. Скажи, кто-нибудь кроме нас делал что-нибудь подобное?! Джордж хотел ответить, но Фред перебил его, продолжая монолог. Тогда Джордж отвернулся от него и начал переодеваться в пижаму. — А я тебе скажу — нет! А все почему? Да потому что мы — Уизли. Мы Фред и Джордж Уизли. Вот. С веснушчатых лиц не сходили улыбки. А потом Фред развернулся к кровати и тоже переоделся. Близнецы в молчании легли в кровати и задернули пологи. Вот оно — счастье. Лежать под теплым одеялом, когда за окном бушует вьюга. Фред и Джордж лежали с закрытыми глазами и слушали, как ветер гоняет стайки снежинок. А потом мальчики заснули все с теми же едва заметными улыбками на лице. Казалось, не было моментов, когда близнецы Уизли не улыбались. Даже сейчас, когда они спали, их лица не были лишены их обычного озорства.

***

Глубокая ночь. Тишина накрыла Хогвартс, как ватное одеяло, не пропускающее звуки. По коридорам все также бродила миссис Норрис. И лишь в башне Гриффиндора, в палате первокурсников не было спокойно. Джордж ворочался, переворачивался с бока на бок, подминая под себя одеяло. На лбу выступили крупные бисеринки пота, которые тут же стирались наволочкой подушки. Темно. Слышен шум борьбы, вопли, крики. Люди в темных плащах, сыпля заклятия, прорываются в Хогвартс. Фред и его брат Перси отбиваются от противников в масках и капюшонах. Вспышки заклятий летали во всех направлениях. С одного человека слетела маска, открывая высокий лоб и волосы с проседью. — Добрый день, господин министр! — крикнул Перси, метнув еще одно заклятие. — Я не говорил, что подаю в отставку? — Перси, да ты никак шутишь! — искренне удивился Фред. Опять вспышки, и люди в капюшонах повалились на пол. — Ты и вправду шутишь! Я не слышал от тебя шуток с тех пор как… Раздался взрыв. Мир превратился в боль и полумрак. Дул холодный воздух, а значит, стену замка разнесло вдребезги. А потом душераздирающий крик — крик боли, который не может вызвать ни одно заклятие, крик, леденящий кровь. У места развалин виднелись три копны рыжих волос. — Нет! Нет! Нет! — кричал чей-то голос.- Нет! Нет! Фред! Перси тряс брата за плечи, а Фред глядел перед собой невидящими глазами. — Джордж, Джордж, проснись! — толкал брата Фред. Джордж широко раскрыл глаза. Он все еще тяжело дышал, пытаясь понять, где он, и главное жив ли его Фред. Когда глаза его сфокусировались на брате, Джордж облегченно выдохнул. Только сейчас он понял, что это был всего лишь сон. — Джордж, что случилось?! Тебе плохо? Сон плохой приснился? — беспокоился Фред. Но Джордж лишь отрицательно покачал головой и, встав с кровати, подошел к подоконнику, взял стакан, налил в него воды из кувшина, который всегда стоял полный, и выпил залпом всю воду. — Джорджи, скажи мне! Я же твой брат, — не успокаивался Фред. — Просто плохой сон, — нахмурился Джордж. — Расскажи мне его… Мне же можно. Джордж помедлил. Он думал, можно ли рассказать брату то, что ему приснилось, или лучше не надо. А вдруг Фред просто посмеется и скажет, что все это глупости. Но ведь во сне все было так реалистично, что Джордж правда поверил, что он потерял своего брата, своего близнеца, своего самого близкого человека, часть себя. И Джордж решился. — Ты умер, — заявил Джордж и лег на кровать. — Что?! — удивился Фред. Глаза его округлились, брови взлетели вверх, а уголки губ немного поднялись. — То! Ты умер, — огрызнулся Джордж. Знал же, что засмеет. Но он продолжил. — Была битва в Хогвартсе. И люди в черных плащах и масках. Стена взорвалась, тебя отбросило, и ты умер. Фред заинтересованно слушал. Потом подошел к кровати брата и сел рядом с ним. — Так значит, я умер. Но это же всего лишь сон, верно? Я здесь, сейчас и с тобой. — Но это было так правдоподобно, что я испугался, — упрямился Джордж. — Хорошо, хорошо, — успокаивал его Фред. — Я никуда от тебя не уйду. Куда же я без тебя. Кто будет вместе со мной воплощать в жизнь наши розыгрыши. Фред лег рядом с братом и накрыл его одеялом, успокаивая его. А потом посмотрел в его светлые, голубые и такие большие глаза. Они лежали и смотрели друг на друга. Никто и никогда не понимал, как можно лежать в одной кровати со своим братом. Но для них это было совершенно обычным делом. Ведь они были друг другу не просто братья, а люди, которые понимали друг друга лучше, чем их собственная мать. Они были частью друг друга. Как инь и ян. Без одного не мог жить другой. Фред без Джорджа был уже не Фредом, а Джордж без Фреда уже не Джордж. Они уже не были весельчаками. Фреду нужен Джордж, а Джорджу нужен Фред.