По праву предназначения

Джека выдернули прямо из постели и чуть ли не волоком притащили во дворец после трёх недель вынужденного заключения, за которые Сайлас, наблюдавший за сыном через камеры слежения, насмотрелся на этого бездельника так, что тошно становилось. Но с него достаточно, он проучит этого гадёныша, не принёсшего за последние годы пользы короне ни на йоту. Сайлас отыскал того, кто сумеет найти Джека Бенджамина даже на том свете. За три недели домашнего ареста Джек отоспался, прочитал несколько интересных книг, посмотрел фильмы — во время учебы на развлечения совсем не оставалось времени. Немного напрягло, что за ним явилась сама Томасина, но в целом, Джек ни о чем не беспокоился. Он точно знал, что ни жениха Мишель, ни невесту Джеку отец пока не нашел. Знал, что рано или поздно отцу придется приставить его к делам государства. Даже знал, что работать ему сначала придется ассистентом министра иностранных дел. Было только удивительно, что отец позволил Джеку отдыхать целых три недели. После того забега по клубам Джек был уверен, что Сайлас приставит его к работе на следующий же день. Но Сайлас отчего-то медлил. Джеку по-прежнему снились кошмары, но дрочил он — в ванной, в единственном месте, где он не обнаружил камер, — исключительно на воспоминания о том словно подернутом муаром видении, посетившем его, пока он трахал Дайану. До боли и стиснутых зубов хотелось вдохнуть запах кожи своего соулмейта, узнать его имя, запустить пальцы в густые черные волосы, попробовать его губы на вкус… Пустые мечты. Может, они никогда и не встретятся. Сайлас ждал сына в кабинете, внутренне ликуя. Ему удалось связаться с человеком, о котором ходили легенды среди глав государств. Все как один отзывались о Призраке как о способном молодом человеке с принципами и почти безграничными силами для решения любой проблемы. Единственной сложностью было — сможете ли вы оплатить его услуги. Сайлас смог. Он даже встретился с ним, переговорил с глазу на глаз, уверившись, что именно такой человек ему и нужен, если учесть, что Призрак прошёл через весь дворец и так и не был замечен ни охраной, ни камерами видеонаблюдения. — Здравствуй, сын, — поздоровался Сайлас с Джеком и тепло улыбнулся. — Достаточно отдохнул? — Да, пожалуй, — сказал Джек, ни на мгновение не обманувшись отцовской улыбкой. — Я весьма благодарен тебе за такой отпуск. — Вот и достаточно. Сайлас удобно устроился в кресле и взмахом руки предложил сыну садиться. Его гладило предвкушение скорой победы, жгло изнутри превосходством над тем, кто достался их семье по ошибке, хотя и был весьма полезен. — Томасина, — Сайлас нажал на кнопку коммуникатора. — Пригласите, пожалуйста, Алека Барнса. Хочу познакомить тебя с новым телохранителем и помощником. Джек вскинул брови. Он-то думал, что отец будет говорить с ним о его будущей работе. Скрыть торжествующую улыбку у Сайласа не получилось, когда новоявленный надсмотрщик, никак по-другому назвать Алека язык не поворачивался, проскользнул в кабинет, удобно устроившись в кресле. — Ваше Величество, — поздоровался он, даже не взглянув на Джека. Дорогой серый костюм удачно подчеркивал широкие плечи, нисколько не утяжеляя и так массивную фигуру. Длинные волосы, собранные в хвост, трехдневная щетина, аккуратно подровненная триммером, чёрные перчатки на руках. Алек, если бы не американское имя, выглядел словно итальянский мафиози из старых, любимых Сайласом фильмов. И это взгляд, стальной, пронизывающий, словно взрезающий что-то важное в душе, чтобы проникнуть глубже в самую подкорку, добраться до нутра. — Джек, познакомься, Алек Барнс, твой телохранитель, помощник и секретарь. Имеет прекрасное образование, говорит на десяти языках. — Мне понадобится секретарь? — Джек уцепился за самую незначимую мелочь. С виду этот Барнс был похож на мафиозо, точнее, на киношные представления о современных мафиозо. — Понадобится. — Сайлас переплёл пальцы, разглядывая сына, стараясь разглядеть в нём нервозность, неуверенность в себе, злость. — Ты поступаешь под крыло к министру иностранных дел, ассистентом. Ничего важного тебе поручать пока не будут, но зато многому научишься, а мистер Барнс будет тебя охранять, помогать с делами. Ему сейчас готовят спальню для гостей в твоём пентхаусе. Его работа — всегда быть при тебе. Сам же Барнс даже не шелохнулся. Джек не переменил позы, остался спокойным и благодушным. — Ассистент — это хорошо, — сказал он. — В академии мне не хватало практики. На новость о том, что с ним будет жить надсмотрщик, Джек никак не отреагировал. Он достаточно хорошо владел собой, чтобы не показать, насколько его взбесило решение отца. — Тогда ты свободен до понедельника, — Сайлас снова по-отечески улыбнулся. — Можешь немного расслабиться. — Благодарю, — улыбнулся Джек и поднялся. — Всего хорошего. Заговаривать с Барнсом или окликать его он не собирался. И так понятно, что тот прицепится к Джеку, как репей к собачьим яйцам — не отдерешь. Барнс молча кивнув королю, вышел следом за принцем. Его не интересовало, что тот успел натворить такого, что для его охраны и пригляда понадобилась легенда. Главным были деньги, а они ой как быстро заканчивались, особенно с той жизнью, что они с любовником привыкли вести, скрывшись от «Гидры». То, что принц не обрадуется такому сопровождению, было ясно как божий день, но такие вопросы никогда Барнса не волновали. Ему и не надо было радовать и доставлять удовольствие своему новому подопечному. Когда личный шофер принца подогнал машину ко входу, Джек привычно устроился на заднем сиденье. До понедельника было двое с половиной суток, а значит, можно снова завеяться в какой-нибудь клуб и просидеть там до воскресенья. Интересно, за тем, как Джек трахается, этот Барнс тоже будет присматривать? Может, еще и советы давать? Секса Джеку хотелось сильно. Как он сдерживался все пять лет академии, он вообще не понимал. Мечтал он, конечно, о сильных мужских телах, широких плечах, рабочих мышцах и крепких членах, но оставался при этом реалистом и понимал, что с надсмотрщиком ему светят только девчонки. Что ж, если закрыть глаза и представить себе что-нибудь более интересное, сгодятся и девчонки. — Домой, — велел Джек шоферу, откидываясь на спинку сиденья и закрывая глаза. Садиться рядом с принцем Барнс не стал, а занял место впереди. Ему ещё надо было отписаться о том, что рабочий день начался и клиент пока в «восторге» от открывшихся перспектив на выходные. «Повезу мальчишку по клубам, скорее всего», — отправил он сообщение и пристегнулся. Клуб так клуб. Наниматель предупредил о порывистости и выёбистости собственного чада. Рассказал, почему были уволены предыдущие соглядатаи и попросил приглядывать получше. «Не шали там, Детка!» — пришёл ответ, заставив улыбнуться. По дороге Джек разослал несколько смсок своим однокурсникам, приглашая повеселиться. И ухмыльнулся, подумав, что выбрал тех, кто, как он знал, сразу после учебы или чуть погодя устраивались работать в министерство иностранных дел. Свои люди… За пять курсов академии Джек не завязал дружбы ни с кем, но у него было множество приятелей. Он выбрал самых перспективных и в то же время достаточно рисковых, чтобы согласиться на его предложение прокутить остаток пятницы и субботу. Согласились двое. Ну а больше Джеку и не было нужно. Даже если эти двое — подстава от Сайласа. Зато как раз они подсказали Джеку, где можно купить клубные прикиды онлайн и как это делать, так что Джек за прошедшие три недели изрядно пополнил свой гардероб. — Тебя не пустят в клуб в таком прикиде, Алек, — доброжелательно заметил Джек. — Тебе есть во что переодеться? — Не волнуйтесь, Ваше Высочество, мне привезут всё, что нужно, в течение получаса. И улыбнулся светло, открыто. Работа работой, но ссориться и заранее ухудшать отношения с принцем Барнс не хотел. Он уже давно не был Зимним, хотя тот никуда на самом деле не делся, лишь отошёл на время в тень, чтобы появиться по щелчку пальцев, когда это будет необходимо. «Сделай меня красивым!» — отправил он смс, зная, что очень скоро в дверь пентхауса позвонит курьер с посылкой. Пока принц копался в собственном гардеробе, Барнс обошёл весь пентхаус, намётанным взглядом находя все камеры и подслушивающие устройства. Дилетанты. Не так и не здесь надо было прятать. Скорее всего, Его Высочество давно их все обнаружил, если он, конечно, не глуп, и не убирает только из-за того, что лень будет искать новые. Пока Джек одевался, по привычке выбирая футболку с длинными рукавами, несмотря на летнюю жару, ему стало любопытно, оставила ли Томасина камеры и подслушку в гостевой спальне. Он бы на месте Сайласа оставил — следить надо и за сторожами. Интересно, Барнс их найдет? А если найдет, что сделает? Барнс аккуратно снял чехол с вещей, доставленных курьером, и разложил их на кровати, стараясь не делать лишних движений, хотя спина зудела от ощущения чужого взгляда. Три камеры, направленные прямо на постель. Извращенцы! Интересно, кто у них так любит подглядывать. Не король ли? Отправив сообщением расположение камер в пентхаусе, Барнс рассмеялся, получив в ответ: «Детка, тебе и за хоум-порно платят? Лучше мне на камеру подрочи! Нахуй этих извращенцев!» Белая рубашка, чёрные узкие джинсы, с десяток длинных шнурков с какими-то амулетами и бусинами, чёрный шейный платок, закрывающий горло, и перчатки. Барнс осмотрел себя в зеркале. — Ещё кто говорит об извращенцах. На переодетого Барнса Джек взглянул с живым интересом. У надсмотрщика был вкус. Интересно, что он будет делать, когда на него десятками начнут вешаться девушки? — Отлично выглядишь, — сказал Джек, поправляя подаренные сестрой кольца. Клуб — отличный повод покрасоваться ими. Ни в школе, ни в академии, ни на практике такого не позволял дресс-код. — Едем в «Хрусталь». Клуб оказался интересным, трёхуровневым, со стеклянным потолком-полом, чтобы видеть танцующих и сверху, и снизу. Стоило Барнсу с принцем только переступить его порог, как на телефон Барнса тут же пришло сообщение с полным планом здания, всеми входами и выходами, расположениями камер и списком их слепых зон, так, на всякий случай. Было не похоже, что принц был завсегдатаем таких заведений. Здесь его не знали, и если кто и узнавал, то только из-за активной общественной деятельности венценосного семейства, почти ежедневно в полном составе мелькающего на телевидении. Ирвин и Эд уже ждали Джека в клубе. Они похлопали его по плечам и увлекли к бару на первом этаже. Джек взял себе порцию виски для разогрева. Узнавший его бармен негромко сообщил пароль от VIP-зоны и похвастался, что все посетители абсолютно точно совершеннолетние. Джек сообразил, что на входе наверняка проверяют документы, и только его пустили без проверки, узнав в лицо. Две хорошенькие на первый взгляд девушки в облегающих и переливающихся клубных платьях сели рядом с Джеком. Он окинул их взглядом. Рыженькая была ничего, но ему больше понравилась задорно стриженная плоскогрудая брюнетка с татуировкой-пантерой на левом плече. Джек кивнул Ирвину, и тот занялся рыженькой, а Джек предложил «пантере» коктейль. Та взглянула на Джека без узнавания — видно, не смотрела светские новости, — но с улыбкой. — Хочу дайкири, — сказала она. «Мальчик распушил пёрышки», — усмехнувшись, отписался Барнс и заказал себе стакан апельсинового сока, внимательно наблюдая, как девица преувеличенно громко смеётся, гладит Джека по плечу, запястью, что-то шепчет на ухо, стараясь прижаться почти незаметной под ярким платьем грудью. «Покажи!» Барнс незаметно сфотографировал принца с его визави, прекрасно зная, какой комментарий получит в ответ. «Девица так себе, а вот мальчик красив! Как бы не подрались за его внимание!» Допив коктейль, «пантера» потащила Джека наверх, на танцпол. Все остальные пошли за ними. Джек не собирался трахаться с «пантерой», да и вообще в «Хрустале». Он хотел просто размяться и потанцевать. Хотя кто знает? Он оттягивался на танцполе от души, не обращая внимания на то, где и чем занят его надсмотрщик. Просто танцевал — сначала с «пантерой», потом с рыжулькой, потом с кем-то еще. Время летело под супербасы, отдающиеся во всем теле, и только когда ноги начали гудеть, Джек поднялся в VIP-зону с первой подвернувшейся под руку девицей и упал на диван. Официант немедленно принес ему выпивку и чищенные фисташки. — Воду принеси, — бросил ему Джек. Спросил девицу: — Что ты хочешь выпить? — «Секс на пляже», — ответила она и поцеловала Джека. Ирвин и Эд устроились со своими подружками на один вечер на диванах напротив. Было скучно. Барнсу не нравилась ни музыка, ни сам клуб, ни напитки в баре. Он развлекал себя тем, что искал отличия у одинаковых на вид цыпочек, крутившихся неподалёку, и при этом из виду принца не терял. Сразу вспомнились танцы в старом Бруклине, смешливая круглолицая милашка Катрина, её юбка, взлетающая вверх при каждом движении, оголяющая чуть полноватые ноги, и атмосфера всеобщего веселья. Там все знали всех, умели и любили веселиться. В VIP-зоне Барнс замер около стены, так, чтобы особо на глаза не бросаться, снова залип в телефоне, проглядывая присланные фотографии. Джек гладил девушку — она догадалась представиться, ее звали Элла, — по коленкам, забираясь все выше. Элла хихикала, жалась к Джеку, целовала его в шею и была явно не против. Наконец, чувствуя, что дозрел, Джек увел Эллу в VIP-комнату. Обстановка в ней была пошловатой — все лиловое и розовое с черным, колонны с подсветкой, никаких окон. Но Элле понравилось, а Джека интересовало только наличие презервативов и свежее белье на круглой кровати. Замерев за дверью, Барнс даже прислушиваться не стал, ему и так было слышно, как вжикнула молния на спине девицы, как она переступила ногами в туфлях на высоком каблуке, вышагивая из упавшего на пол платья, слышал шёпот и пошлые звуки поцелуев. До чего он докатился? Стоит цербером на страже чужого секса, хотя деньги за всё это выходили неплохие. «Принц трахается, а мне скучно!» Вместо ответа пришла фотография крепко стоящего члена. Барнс закатил глаза. Ничего не менялось со временем. Ни мир, ни раздолбайство его любовника, ни первейшие потребности человека. За дверью громко застонали. Элле явно нравилось то, что делал с ней принц. Через двадцать минут Джек вышел и поморщился, оглушенный музыкой. Нашел взглядом Барнса и сказал: — Домой. Потрахавшись, Джек больше ничего не хотел.