в этом мире только мы одни

15 : 03 Сегодня мальчикам нужно было сделать большую декорацию, что-то вроде дома из картонок. Это был план минимум, который нужно было выполнить за два часа. Лука пришел первым и сел на стол, пытаясь подобрать пароль от лагерного вай-фая, который хорошо ловил в этой комнате. Лука не сразу заметил, что пришел Элиотт. А последний воспользовался этим, чтобы в очередной раз напугать мальчика своим присутствием. Кажется, он никогда еще не приветствовал его иным способом? Элиотт, отложив на стол новые ватманы, которые передал ему вожатый, расположился между расставленных коленок Луки, сидящего на столе. Когда Лука испуганно поднял на него голову, Элиотт коротко поцеловал мальчика — в качестве приветствия. Остальные поцелуи, вообще говоря, были не по плану, но Элиотт уже не мог удержаться. Когда Элиотт целовал взасос, Лука медленно вдыхал, немного поднимая голову, отчего его нос скользил по щеке Элиотта вверх, немного загибаясь. Элиотт, назло всем его планам оставаться хладнокровным, заводился от этого только больше, целуя мальчика еще и еще. — Порви со своей девушкой, — говорил Элиотт, смотря в глаза парню, и медленно водил ладонью по верхней стороне бедра. Даже через ткань шорт Лука ощущал его холодные пальцы, от движения которых у него бежали мурашки по всему телу. Его взгляд был напряженным, но в нем еще читалось желание, с которым он целовал Луку минуту назад. — Но мы не вместе, ты знаешь, — серьезно отвечал Лука. Элиотт отрицательно помахал головой, продолжая убивать холодным взглядом в Луке последние нервные клетки. — И ты по-дружески целуешься с ней перед своими друзьями? — спросил он, вскинув бровь. Руки Элиота застыли где-то на середине бедра, пока парень напряженно ждал ответа. — Я представляю тебя, — пытался шутить Лука. Но Элиотт непонимающе нахмурил брови. — Но если тебе так важно, чтобы я сказал ей это, то... — растерянно пожал плечами мальчик. — Пожалуйста, — ответил Элиотт и притянул к себе Луку, нежно взявшись рукой за его подбородок, чтобы поцеловать, — или мне стоит поговорить с ней? — дразнил он мальчика, широко улыбнувшись. — Не выйдет, — наклонил голову Лука, уверенно улыбнувшись, — потому что я защекочу тебя до смерти прежде, чем ты это сделаешь! Лука предупредительно вскинул руки, чтобы начать Элиотта щекотать, но Элиотт успел схватить его запястья прежде, чем Лука приведет свой коварный план в действие. — Я убью тебя раньше. — И как же? — интересовался Лука, игриво смотря в глаза парню. — Буду целовать тебя, пока ты не задохнешься. Элиотт приблизился к Луке, возвращая руки в привычное положение на его бедрах, и поцеловал с еще большим напором, засасывая нижнюю губу и слегка прикусывая ее. Немного отстраняясь, Элиотт скользит языком между полуоткрытыми губами мальчика. — Тогда сам раскрашивай своих тупых гусей, — довольно улыбаясь, шепчет Лука между поцелуями, за что Элиотт ему мстит, целуя тщательнее. Элиотт хочет проникнуть языком в его рот, но чувствует, что Лука еще не готов. Он будто смущается, неосознанно толкая язык парня назад, когда Элиотт пытается это сделать. Наверное, еще слишком рано, и он слишком боится. Вместо этого Лука соединяет колени, притягивая Элиотта еще ближе, хотя казалось, что ближе быть уже невозможно. Прерывая поцелуй, Лука тычется своим носиком в нос Элиотта. — Ну что, пойдем рисовать твоих прекрасных гусей? — дразнит он. — Мы их вчера дорисовали, дурачок, — Элиотт мягко щелкает мальчика по носу, умирая всякий раз, когда Лука заигрывает, используя простые фразы, — сегодня ты будешь раскрашивать деревья.