Обрывки небесной летописи

Долог путь по безбрежным просторам, раскинувшимся под величественным и древним как само мироздание небом. Бесконечно длинны дороги, словно ворох оброненных нитей протянувшиеся от одного царства к другому и, совсем как судьбы странников, переплетающиеся между собой. Но что значит очередная пара сотен ли для того, кто уже преодолел десятки тысяч? Где-то в недостижимой и оттого манящей выси небесные духи вкушают плоды с персиковых деревьев и летают среди облаков, не обременённые тяготами бренного мира и смертного тела. А где-то по безымянным земным дорогам в самых отдалённых уголках суетного мира неспешно бродит бессмертный, лишённый божественных сил. Одинокий мужчина в потрёпанном одеянии, белой тенью мелькающем среди ветвей перелеска, неспешно шёл по дороге, окружённой многовековыми исполинами и пышными кустами, и наслаждался приятной прохладой, ещё не до конца изгнанной беспощадным солнцем из-под сени деревьев. День, последовавший за прохладным утром, выдался жарким, так что по-летнему густые спасительные кроны, плотным пологом укрывающие землю от дневного зноя, сейчас казались этому путнику благословенным садом, каких не бывало даже в Небесных чертогах. Много часов он шёл по пыльной пустынной дороге под палящими лучами солнца, с каждым часом припекающего всё сильнее. И потому счастливо вздохнул, едва переступил невидимую границу между открытыми жестокому светилу полями и тенистым перелеском. Не спеша расставаться с благословенным убежищем, он замедлил шаг и продолжил свой путь по узкой извилистой тропке, порой теряющейся в густом лесном опаде и невысокой траве. В руках у мужчины был потрёпанный веер — он подобрал его в заброшенной деревеньке, в одном из домов которой заночевал несколько дней назад. Так брёл он по лесу, потерявшись во времени и своих мыслях и любуясь переливами света, затейливо подсвечивающего листья, пока не ощутил особую прохладу, которая в столь жаркий день могла исходить только от воды. Несколько шагов увели его прочь от тропы, но зато за очередной пышной веткой, отведенной в сторону, глазам Его Высочества открылось, пожалуй, величайшее сокровище, какое он только мог сейчас представить — лесное озеро, на чьей глади весело плясали яркие солнечные блики, пробившиеся сквозь прорехи в кронах самых высоких деревьев. Не сдержав восхищенного вздоха, Се Лянь застыл на месте на какое-то мгновение, а затем благоговейно подошёл к берегу и опустился на колени, чтобы напиться и набрать воды про запас в сосуд из высушенной тыквы. Только сейчас, увидев воду после долгого путешествия под палящим солнцем, он понял, насколько сильно его мучила жажда всё это время. Лишь после этого он избавился от обуви и, блаженно прикрыв глаза, опустил в холодную воду ноги, гудящие от жары и усталости. Сколько он так сидел на берегу, обмахиваясь ветхим веером, не сказало бы и само Небо — да и какое Небу было дело до изгнанного из Небесных Чертогов смутьяна? Миновала целая вечность — а может, успела бы догореть лишь одна палочка благовоний — и Его Высочество, не вставая с берега, развязал пояс на своем халате и позволил изношенной белой ткани соскользнуть с плеч, оказавшихся куда более внушительными, чем они выглядели под тонким слоем одежды. Вскоре лента белого шелка, обмотанная вокруг запястий и шеи, легла на траву рядом с халатом, а сам мужчина плавным движением скользнул в воду, тут же погружаясь с головой. Он проплыл до середины озера и вынырнул на поверхность, шумно разметав вокруг себя капли воды и рассмеявшись, как ребенок. Да, пожалуй, именно ребенком он сейчас себя и чувствовал – ведь когда он действительно был маленьким, Его Высочество наследник престола Сяньлэ не мог позволить себе искупаться в подобном месте. Да и прежде он, пресыщенный изысками, не был способен испытать настолько сильный восторг от чего-то вроде простого купания. Его Высочество провел рукой по волосам, откидывая мокрые пряди с лица, и со счастливой и несколько рассеянной улыбкой посмотрел вверх, где между кронами деревьев виднелось высокое светлое небо. То самое Небо, что однажды признало его достойным высшей награды, а затем прогнало его за порог. Как говорится? Старик потерял лошадь — но откуда знать, не везенье ли это? Се Лянь окунулся под воду, отгоняя мысли и воспоминания, и весело хмыкнул, обнаружив под водой смелую рыбку, не побоявшуюся подплыть к незваному гостю. — Прости, хозяин, что потревожил тебя в твоём собственном доме, — с мягкой улыбкой обратился он к рыбе и учтиво поклонился, насколько позволило ему его положение. — Не держи на меня зла. Дух воды лениво махнул хвостом, словно давая своё позволение, и скрылся среди стеблей лотосов, будто его и вовсе не было. Некоторое время спустя наплескавшийся вдоволь и совершенно счастливый Се Лянь выбрался на берег и устроился под корнями дерева – просохнуть после купания и, чего греха таить, поспать, пока солнце жарит во всю мощь. Он растянулся на теплой траве и прикрыл глаза своей шляпой из бамбуковой щепы, мыслями растворяясь в мирном шелесте листвы и звуках голосов местных обитателей. За всю свою жизнь он не слышал звуков прекраснее.