Выдыхая время

Запутались в полной темноте. Включили свои огни. Обрушились небом в комнате. Остались совсем одни. Жить в твоей голове. И любить тебя неоправданно, отчаянно. Жить в твоей голове. И убить тебя неосознанно, нечаянно. © Земфира — Жить в твоей голове

— Почему ты не подашь на развод? В один не самый прекрасный вечер как бы между прочим бросает Сай, передавая по поручению Хокаге какие-то важные для заведующей больницей бумаги. Внимательно смотрит на мгновенно побледневшую бывшую сокомандницу и с присущей только ему одному непрошибаемой невозмутимостью вот уже тридцать шесть секунд ждет ответа на свой вроде бы такой простой вопрос. Которым последнее время задавался далеко не он один. — Что? — девушка нервно закусывает нижнюю губу, хмурится. Но не спешит размазывать бледнолицую физиономию по стенке. Сил просто нет. Однако желания объяснять «дважды два» на пальцах у нее и того меньше. — Сай, ты… чего? «Ничего не попутал?» — Ино сказала, что вы с Саске даже не переписываетесь, точнее… он тебе не отвечает; с Наруто же ты живешь уже полгода, — ровным тоном перечисляет все свои «поводы-доводы» для интереса капитан АНБУ. У них с Ино все иначе. Как у всех. Точнее… Не как у Саске с Сакурой. Или… уже как у Наруто с Сакурой? Сай, честно, запутался, пытаясь хотя бы для себя разобраться в сложных отношениях своих близких друзей. В книгах подобные модели семейных отношений он еще не встречал. Хоть и, признаться, дотошно выискивал, просиживая все свое свободное время в библиотеке. — Не вижу связи, Сай, — мрачно обрывает его изречения Сакура, пустым взглядом сверлит сокомандника. Всем своим отрешенно раздраженным видом давая понять: «пора ему отсюда — душу тут никто изливать не собирается». Нет, что он вообще услышать рассчитывал?! Какого черта вообще?! Сай не видит, как при упоминании Саске у Сакуры больно сжимается сердце. Сай не слышит, не знает, какая тупая истерика мигом охватывает ее разум, нутро — всю втягивает в тихое безумие без остатка. Сай не понимает, что он не должен. Ни слова о Саске. Она его предупреждала. Много лет назад. Много раз. Сай ведь ничего не понимает. Или ничего не хочет понимать. Это ведь так удобно. Она бы тоже так хотела. Но все, что ей остается — делать вид, что все в порядке, все как прежде. Сакура нисколько от жизни не устала, нет. Скорее от постоянных вторжений в ее личную жизнь. Ведь не один же Сай лезет к ней с тупыми вопросами. Просто другие делают это более тактично. У Ино поучился бы, к примеру, выведывать: пишет, отвечает ей Саске или нет. Парень неопределенно хмыкает и кидает свою фирменную улыбочку — дает понять, что ответ его нисколько не устроил, но не важно. Сай ловит невидящий взгляд Сакуры и запоздало задумывается, что… не с того он, видимо, интересный разговор начал. Возможно, в следующий раз он прежде посоветуется с Ино: с Сакурой об Этом можно (нужно) или нет? Сейчас же дверь в кабинет главврача больницы Конохи бесшумно закрывается с внешней стороны. Сакура закрывает потухшие, подернутые мрачной пеленой глаза. Развод?.. Что за бред. Да она об этом даже думать ведь не смеет. Не то что вслух говорить. Вот только …уже давно… …постоянно она живет этим бредом… Ненавидит себя за сумасшедшие, омерзительные мысли. Понимает, что так нельзя. Понимает, что сделать с этим ничего не может. Наруто Узумаки живет в ее голове. Живет, изводит, сам того не зная. И ведь уходить совсем не собирается. Она сама не дает сделать это — иначе Сакура жить уже не сможет, кажется. Как раньше, как… С ума сойдет.

***

Сакура была счастлива. Носила под сердцем ребенка Саске и герб клана Учиха на спине. Снова преданно ждала. Но теперь уже начала их новой жизни. И вместе с тем искренне, пусть и в сдержанном отдалении радовалась за новоиспеченную чету Узумаки, что тоже ждала первенца. Сакура знала, верила: ее лучший друг наконец-то счастлив. Как и она. Наконец-то он забыл о ней. Обратил внимание на более достойную, ту, что всегда восхищалась Наруто из тени и любила всегда, сильно… тихо. Сакура так не умела. Она постоянно о своей любви кричала. Чтоб ее Саске-кун увидел, понял, насколько сильно она им больна. Только Сакура тогда не понимала, что восхищенными воплями и невинными признаниями ближе к Учихе она ни на шаг не становится. И к себе она его не привяжет. Не влюбит так просто. И только война заставила их посмотреть друг на друга иначе. Саске за раздражающей девчонкой наконец увидел личность. Сильную. Волевую. Которую даже он сломать не смог. Как ни пытался. Сакура же — за объектом любви и созданного ею же образа идеала наконец увидела человека. Запутавшегося. Раскаявшегося. Которого она так до конца и не смогла понять. Как ни пыталась. Сакура получила то, о чем так неосознанно мечтала — Его долгожданное признание. Шанс, надежду, что теперь Учиха Саске останется с ней. На этот раз примет ее чувства. Она ведь изменилась. Он ведь изменился. И Сакура в этот раз не обманулась собственными ожиданиями. Учиха Сакура оглядывается назад и в сладостном неверии понимает — у нее все есть: кольцо на пальце, герб за спиной, ребенок под сердцем — крепко-накрепко она с любимым человеком связана. Счастлива. И только когда Саске уходит в свое странствие, кидая на прощание сухое ничего, Сакура снова возвращается с небес на землю. Падает, вернее. Ничего не изменилось. Она одна по-прежнему, никому не нужная. В отличие от… Ослепленная, она ведь даже забыть успела, что у ее друзей тоже теперь своя, приторно счастливая жизнь: Сай медленно, но верно очеловечивается с Яманака, Хината готовится стать примерной женой и хорошей матерью, а Наруто… Честно говоря, Сакура не знает «что Наруто». Они толком и не общались после того как Саске вернулся. Отдалились. Сакура была занята Учихой, а Наруто незаметно для них обоих пропал из их поля зрения. «Я рад за вас, Сакура-чан», — бросил он как-то с искренней улыбкой, услышав от подруги короткое и смущенное «все хорошо». У них с Саске наконец «все хорошо». Сакура помнит, как почувствовала тогда щемящую неловкость, когда поймала на себе Его взгляд. В чистых голубых глазах помимо открытой привычной теплоты привиделось что-то еще. Что-то, до чего Сакура так не смогла тогда дотянуться. Не захотела. Но ту случайную встречу поздним весенним вечером она запомнит. Ведь на следующий день розововолосая куноичи и вместе с ней вся Коноха узнают о помолвке будущего Седьмого Хокаге. И Сакура правда будет за него рада. Еще сильнее — за Хинату Хьюга.

***

Сакура не хочет отмотать время назад. Она понимает, что не всесильна. Понимает, что во всем виновата сама. Сама загнала себя в этот тупик из противоречивых, ложных чувств. Время летело слишком быстро. Каждый жил своей жизнью. Каждый был «счастлив». Остановилось оно только тогда, когда Учиха Сакура вместе со своей маленькой черноволосой малышкой на руках переступила порог пустующе холодного дома четы Узумаки. Увидела осунувшегося отрешенного Наруто. Бывшего сокомандника. Когда-то близкого друга. У Сакуры сердце тогда дрогнуло — перед ней стоял словно чужой человек. По крайней мере, прежнего Наруто куноичи не узнавала, как ни пыталась смахнуть тяжелое наваждение. Она тогда ни слова ему не сказала: ни соболезнований, ни приветствий (к чему это?) — сразу поспешила к его сыну. Наруто только молча поплелся следом. «Завтра похороны», — разрывая тишину огрубевшим, надломленным голосом, сообщает Узумаки, бездумно смотря, как Сакура бережно поглаживает золотистые пряди волос маленького мальчика, мирно спящего в своей кроватке. Совершенно ни о чем не подозревающего. Да и… наверное, к лучшему это. Правда, лицо матери Боруто Узумаки так никогда и не вспомнит. Не услышит больше ее тихий, нежный голос. Не увидит ее. Забудет, не вспомнив. Сакура едва сдерживается, чтобы не всхлипнуть. Слезы стоят на глазах. «Я останусь», — тихо выдавливает из себя она, все еще не сводя невидящего за пеленой влаги взгляда с малыша. Наруто выделяет ей целую комнату. И идет готовиться к завтрашнему дню. А Сакура продолжает поглаживать мягкие, но такие непослушные волосы мальчика. Продолжает думать, что это все сон, отголосок потерь уже ушедшей войны. Оставшись наедине с темнотой вечера, Сакура впервые за долгие годы позволяет себе заплакать.