Жить в твоей голове

Арсений приехал в аэропорт очень рано, перехватив по дороге стаканчик с очень паршивым кофе. Антон со вчерашнего дня не писал ничего, наверняка уснувший с полным чувством удовлетворения, в то время как Арсений, едва переступив порог квартиры сел, и долго не мог понять, что произошло. Арсений спрашивал у самого себя, каким хером он докатился до того, что влюбился в малолетку? Почему увяз в мальчишке, позабыв о другой своей жизни? И другая жизнь тоже напомнила о себе сообщением с фейкового аккаунта в Инстаграме с пустым профилем и картинкой ангелочка на заставке. Ничего не подозревавший Арс одобрил заявку. Пришло сообщение, и парень тут же пожалел о содеянном. С первых же слов в голове Арса зазвучал голос Егора, заставивший крепче сжимать в руке телефон. — Мой хороший, я такой дурак. Дурак. Дурак. Дурак. — Если ты хочешь уходить — уходи. Я не могу держать тебя насильно, просто потому что ты значишь для меня больше, чем весь мир вокруг. Скорее всего, ты закрутил в Воронеже интрижку, но я не осуждаю. Не могу. Егор давил на него, как и всегда. Он повторял одну и ту же схему, а Арсений вёлся. Его ломало сейчас от того, что нужно было выбрать, а он сидел на весах. С одной стороны сидел абсолютно чистый, неопытный мальчик, за которого цеплялся разум, а с другой был человек, отпускать которого не хотело сердце. — Но он не заменит тебе меня. Я это точно знаю, ангел мой. — Заменит! — в пустоту прокричал парень, наплевав на соседей. Разговаривать с Егором было невозможно, но и оторваться от его сообщения он не был в силах. Этот человек притягивал к себе слишком сильно. Единственное, что останавливало от звонка — понимание, что теперь он обязан Антону. Потому что подросток видит в нём что-то большее, чем внешность и источник дохода. Потому что Арс бы сделал что угодно, лишь бы стереть со своих губ отпечатки чужих поцелуев, оставив лишь тот, который был совсем недавно. Антона хотелось держать близко к себе, включать мамочку и любить его. — Никому не понять того, что было между нами, поэтому ответь мне, блять, если действительно хочешь закончить. Арсений начал было печатать, но вдруг пришло еще одно сообщение. — Не хочу дрочить на воспоминания.… Или на тебя, или никак, ангел Арс сглотнул, вспоминая, почему он на самом деле держался за Егора последний год. Секс. Тело хотело именно его. Чувствовать. Касаться. Переплетать пальцы. Флешбэки, картинки, звуки заставили парня покачнуться, бросить телефон на пол и потащиться обратно на улицу. Ткнув на рандомную пачку сигарет в круглосуточном ларьке, Арсений прикоснулся картой к считывателю и поплёлся подальше. Остановился он у какого-то разбитого фонаря. Будь рядом Антон, он бы даже не заметил, что фонарь погас, потому что мальчишка светил ярче любого светильника. Но его рядом не было. И хорошо. Арс ненавидит, когда люди видят, как его размазывает, как букашку по стеклу. Зажигалка сверкнула в темноте и кончик сигареты задымился. — Какой же ты мудак, Егор… — прошептал Арс, вдыхая в легкие никотин с привкусом вишни. На секунду стало тепло, но мозг не понимал этого тепла, потому что оно было ненастоящим. — Я ничего не понимаю. Воронеж, помоги же мне. Воронеж молчал. Люди спали, а Арс ходил по незнакомым улицам до самого утра, выкурил целую пачку и купил по дороге домой еще одну. Он пообещал себе не пить, чтобы не выглядеть убитым на работе, пусть и понимал, что круги под глазами скрыть будет сложно. Ключи со звоном опустились на стул, вслед за ним упало и пальто. Арс глянул на часы, а те лениво показали полшестого утра. Выходить на улицу нужно было через пару часов, и Арсений всё-таки решился позвонить Егору. Игнорирование не решило бы проблему, а боль в груди разрасталась только сильнее. По привычке открыв Контакты, парень понял, что удалил его номер. Это было бы самообманом, если бы Арс сказал самому себе, что не помнит номер наизусть. Пальцы сами соединяли цифры в сочетания и после короткого гудка, парень прислонил телефон к уху: —Алло Хотелось сбросить, сматериться, опять удалить, но полусонный голос по ту сторону ожидал ответа. Видимо, не совсем понимавший, кто ему звонит. — Егор? — Арсений? Арс? Это ты? — встревожено произнес голос. — Не перебивай, — сказал парень, зная, что Егор по ту сторону кивнул. — Ангел… Это было его прозвище, которое вскоре перенял и Егор, называя так и Арса. Ангел — это светлые волосы, голубые глаза и фарфоровая кожа. Ангел — это нечто неземное, недосягаемое, нереальное. Егор для Арсения всегда казался таким, но со временем понимал, насколько пуст он изнутри на самом деле. — Мой Ангел, я любил тебя. Честно. Не счесть дней и ночей, которые я был готов отдать тебе всё, что у меня есть. — Не говори так. Мне ничего не нужно, Арс, — нетерпеливо перебил его парень. На фоне послышался скрип кровати. — Не в этом дело. — А в чём же? — В том, что… Мне больше нечего тебе отдать, мой Ангел. — Но мне ничего… — Дослушай, блять, — начинал злиться Арсений, прижимаясь спиной к стене. — Я больше не хочу переживать о тебе, думая, что тебя могут прибить где-нибудь. Не хочу узнавать о твоих ночных похождениях от третьих лиц. Не хочу жить от встречи до встречи. Понимаешь? — А что, с твоим А. Ш. будет по-другому? Сердце пропустило один удар и будто остановилось, а Арс задержал дыхание. «Антон, зачем же ты подписал то сообщение?» — провыл внутренний голос Арсения, разлившись по венам, пробираясь в каждую клеточку. Страх за Антона сковал ледяными цепями и парень медленно, на коленях пополз к дивану. В телефоне были слышны глубокие вздохи. Егор ждал ответа, а Арс не знал, что ответить. — Молчишь? Значит, я тогда правильно всё понял. — Ничего ты не понял, Егор. — Попов выдохнул. — А ведь ты обещал, что мы с тобой надолго. Арс обещал. Он помнит, как в редкие совместные вечера, когда Егор находил на него время, они сидели и говорили о будущем. Опьяненный вниманием своего Ангела парень говорил о том, как они будут вместе еще кучу лет, а собеседник поддакивал, пальцами проводя по мышцам на руках. — Ты мне тоже много чего обещал, Ангел. Выполнил? Теперь замолчал Егор, прекрасно понимая, о чем говорит Арсений. Год назад он, извиняясь после очередной ссоры, упомянул то, что для Арса было больной темой. Ребёнка. Он сказал, что как только у них устаканится всё с работой, то они пойдут в детский дом, ведь Арсений всегда хотел детей. Девочку, мальчика — неважно. Он хотел слышать детский смех, разливающийся по квартире, отводить в школу и праздновать дни рождения, ходить на родительские собрания и поддерживать начинания. Столько раз он озвучивал Егору свои планы на будущее, в каждом из которых были Егор и их дети, но всегда находились отговорки. Угасала и вера в то, что это когда-нибудь произойдёт. — Выполню! Арсений, только дай мне шанс, — Егор цеплялся за слова как за обломки льдин в океане. — Арс? — Это и был твой последний шанс, мой Ангел. И ты его проебал. — Арс сильно зажмурился, стараясь не выдавать эмоций. — Оставь ключи хозяину и предупреди, что я скоро приеду и заберу вещи, потому что в ту квартиру я не вернусь. Нам с тобой больше не по пути. И я, наверное, слишком поздно начал это понимать. — Ты такой эгоист! — выкрикнул Егор в микрофон и Арс в мелких деталях представил, как на его висках начинали раздуваться вены, ведь тот злился. — Мы оба в этой истории антагонисты, — тихо прошептал парень. — Может, еще встретимся, Мой Ангел. На другой стороне. — Арс… Парень не дал Егору договорить, нажав на красную трубку. С души упал груз. За день Арсений с Антоном оба лишились ненужных тайн и избавились от призраков прошлого, бросившись навстречу туманному будущему. Арсений знал, что не до конца отпустил Егора. Не тот он человек. Но у Арса теперь есть подросток, который смешно морщит носик, когда смеется, и убивает своей мимикой, который может через слово говорить «бля», а потом наигранно обижаться на замечания в свой адрес, и который жмётся к телу так, будто всё тепло мира сконцентрировалось в мятой рубашке Попова. Такой живой Антон сильно отличался от кукольного образа Егора. С игрушками ребёнку рано или поздно становится скучно и это чистая правда. Арс перерос, ему надоело. Он устал видеть рядом с собой идеал, не умеющий отдавать — даже сохранять — тепло. Заебался. Хочет взаимности. И благодарит всех Богов за то, что послали ему настоящего ангела. Самого настоящего, спрятавшего крылья под малинового цвета толстовкой. Высокого, лопоухого, увешанного металлом, по-детски неуклюжего ангела, который только адаптируется к жизни среди людей, потому что именно этот путь он выбрал, чтобы хранить Арсения. В то утро Арс пообещал, что никому его не отдаст, если только он сам не уйдёт. Он будет делать всё, чтобы Антон улыбался и как можно дольше чувствовал себя под защитой. А аэропорт тем временем шумел. Чемоданы с людьми и люди с чемоданами носились туда-сюда, смешиваясь в разноцветную кучу, пока Арс докуривал сигарету. Ему нельзя было позволять себе вчера ту пачку, но необходимость во временном успокоении нервов давила на мозг. Зачем он курил сейчас, понятия не было никакого. Антон всё равно учует запах и Арс придумает чудную историю о том, что поссорился с коллегой, не упомянув имени Егора. Углублять Антона в эту тему он не будет никогда, потому что парень не поймёт той боли в груди, которую Егор с Арсением делят на двоих. Он ждал еще около получаса пока, наконец, не заметил растрепанную макушку, торчащую в толпе. Пачка сигарет надежно пряталась на дне сумки, а пустой стакан из-под кофе стоял рядом с парнем. От того, чтобы сорваться с места и прижать Антона к груди его разделяло осознание, что они в общественном месте и за реакцию окружающих никто отвечать не мог, посему Арс дождался Антона и обменялся с ним коротким объятием из раздела «по-братски». — От тебя сигаретами прёт за километр, — Антон помахал перед своим лицом рукой, отгоняя запах. Заметил. Хотя, кто бы сомневался. — Да на работе психанул немного. Последние деньки работаю, а они мне кучу всякого дерьма подкинули… — на одном дыхании выпалил Арс, успевший даже прорепетировать эту фразу. Антон пожал плечами, затем развернулся и поднял глаза на табло, где на верхней строчке высвечивалось нужное направление. — Сделаем вид, что я тебе поверил, — сказал Шастун в ту же сторону, куда смотрел, надеясь, что Арсений его услышал. Он не был уверен, но по внешнему виду, помятой одежде, бледной коже и синякам под глазами становилось очевидно, что он, если и поссорился на работе, то до этого явно случилось что-то серьезнее. — Что ты имеешь ввиду? — удивлённо спросил Арс, пытаясь убедить Антона, что не врёт. — То, что ты либо рыдал всю ночь, как мразь из-за того, что мы засосались возле моего дома, — снова пожал плечами Шастун. — Либо какой-то там другой вариант, о котором ты явно не хочешь говорить, но и я не буду спрашивать, потому что раз ты не говоришь, значит, для этого есть причина. Вот тут Арсений охуел и рассмеялся. Абсурдно, но малой в этой ситуации оказался мудрее всех, отчего Попов не смог сдержать смех. Из всех Ангелов ему достался самый лучший. — Господи, ты чертовски прав сейчас — Арс прикрыл глаза и выдохнул, пока Антон поглядывал на него искоса. — Пошли уже, а то Эд нас убьёт, если вовремя не встретим Его Высочество. — Его Высочество? — спросил парень, выныривая откуда-то со стороны, стараясь проталкиваться через толпу и поспевать за Арсением. — Это ваши ролевые игры, о которых я узнаю только сейчас? — Нет, просто мы с Эдом как-то вели беседу о том, что в Средневековье жизнь была хуевой, потому что из лекарств не было ровным счётом нихуя, а теперь у нас есть куча лекарств, но жизнь всё равно хуевая. — Ебать вы темы обсуждаете, эстеты, блин… — обиженно произнёс Антон, вспоминая их диалоги, в основном состоящие из «кеков» и «мемасов» про мамку и длинных голосовых со смехом. — Эд — очень разносторонний чел, но, честно говоря, началась эта дискуссия с картинки, где два рыцаря кричат друг другу «Аве Мария» и «Дэус Вульт», — признался Арсений и зажато улыбнулся. — О, я её помню, мне он тоже ки… — Айёу, бандитос! — послышалось совсем рядом. — Эд! — Арс сорвался с места и первым побежал к источнику звука. Выграновский стоял в паре метров. На нём красовалась расстёгнутая кожаная куртка, под которой была чистая белая футболка, на ногах любимые найки, а в руке рюкзак. Он распахнул руки и в него влетел Арсений, позабыв о своей заёбанности. — Поповский, бля, не так крепко, — смеясь пробормотал Эд, обнимая Арсения. — Шаст, а ты хуле в стороне стоишь? Антон улыбнулся, глядя на то, как они обнимаются, и только сильнее влюблялся в то, насколько Арс готов отдаваться важным людям. Эта радость по случаю приезда Эда перекрыла его состояние, чему рад был и Антон. Видеть его таким он не хотел. Хорошо, что судьба настолько удачно сопоставила события. — А вот почему Арсения ты первым обнимаешь, а не своего лучшего друга? — Антон скорчил гримасу, и поставил руки на бёдра. Эд усмехнулся. — Может, потому что Арсений бросился мне в объятья, а лучший друг стоит, как долбоёб? — Выграновский отошел от Попова и сам первым обнял Шастуна. — Не представляешь, как скучал. Антон тоже тосковал, скучал и не мог представить, как будет без него в Питере. Звонки по Скайпу, которые они практиковали, никогда не заменят ему живого общения с Эдом. Но почти два десятка лет дружбы с Эдом не разорвутся из-за километража между ними. Антон хочет в это верить. — Представляю. — Мне столько вам нужно рассказать, пе-е-езда, — на весь аэропорт прохрипел Эд, притянув за шею Арса и свесив руку. «Пе-е-езда» заключалась в том, что Эд, за время своего пребывания на исторической Родине, завёл кучу знакомых, но самой полезной оказалась Дана. Дана — девушка на пару лет старше Выграновского, занимающаяся в сфере хип-хоп и развивающая молодёжную площадку, которую — в черновом варианте — называют «Индиго». Она заметила Эда на одном из городских мероприятий, куда он попал чисто случайно, прицепившись к родственникам. Эда выбрала ведущая для какого-то конкурса в стиле станцуй-спой-и-дам-конфетку-а-зрители-поржут, и тот долго сопротивлялся, но позже всё-таки вышел. В подробности Выграновский углубляться не стал, упомянув лишь то, что нужно было срифмовать пару строк под всратые биты из Интернетов. Когда он спускался со сцены, Дана отвела его в сторонку и предложила авантюру, на которую он тут же согласился. Суть, по его словам, заключалась в том, чтобы за ночь написать трек на бит, который она скинет, и зачитать его на баттле. Если сможет грамотно сделать — Дана поможет ему продвигаться в этой среде, потому что образ у него уже мощный и запоминающийся, а остальное решат его скиллы. Учитывая, что он иногда промышлял читкой по фану, усилий много ему прилагать не пришлось и, подредачив старые текста, парень сделал всё к указанному сроку и разъебал публику. — Дана сказала, короче, чтобы я ей демки кидал, — дожевывая кусок мяса, говорил Эд. — Она будет вносить коррективы, правки, вся хуйня, но самое главное, что она меня с пацанами из Воронежских студий звукозаписи связала — такие пиздатые ребята. Сказали, что в любое время могу к ним прикатывать, и будем делать музыку. — Еб твою ж мать, Эд… — только и смог произнести Антон, высасывая остатки колы из стакана. — Отсыпь своей социальной активности, пожалуйста. — А, кстати, мне же еще псевдонимы сбросили, чтоб я выбрал, ибо я сказал, что не шарю даже, каким он должен быть. Лол, там такие орные есть, ща… — он начал копаться в телефоне грязными руками, отчего Арса немного перекосило, но заинтересовывать Эд умел, поэтому Арс сидел молча, давно опустошивший свою тарелку. — Ну, чё там? — нетерпеливо спросил Шаст, вытягивая шею, пусть и понимал, что ничего не увидит. — Да ща… — Эд усиленно листал переписку, пытаясь найти нужные сообщения. — А вот, — он прокашлялся, — Татуед бист — О, да вы из Англии, — выпалил Арс, и Шаст тут же посыпался с шутки. — Ага, Ландан кэпитал оф Бритэйн, а теперь завалите и слушайте, — незлобно буркнул Эд, снова уставившись в экран. — Вот тут что-то не понимаю как даже прочитать… Хал… — сделал попытку Эд. — Хэлл… — Хэллоу даркнесс, май олд френд, — на известный мотив продолжил Арс, рассмеявшись. В этот раз посыпались и Эд, и Антон, широко улыбаясь. Красивые. — Есть один вариант, с которого вы сейчас поорете знатно, отвечаю. — Эд выдержал паузу. — Скрудж. Повисло молчание. — А охуенно же, — сказал Арс, сцепив руки в замок. — Только круче будет не Скрудж, а Скруджи. Типо, с двумя «е» на конце в английском варианте. Ну… Арс начал копаться в сумку и вскоре достал оттуда блокнот с ручкой. Начеркав что-то на листочке, парень подвинул его к Эду. Красивым, почти машинным, почерком на бумаге красовалась надпись «Scroodgee». — Слушай, может реально его взять? А, Антох? — Выграновский толкнул парня в плечо. Шастун же как дурак сидел и смотрел на лицо Арсения, запоминая черты. Длинные пушистые ресницы, будто вылепленный из пластилина нос, тонкие губы, родинки. Ему внезапно пришло осознание, что скоро им придётся расстаться, а представить себе этого он не мог. Встрепенувшись от прикосновения Эда, Антон быстро проанализировал ситуацию и, заметив бумажку на столе, сложил в голове картинку, а потом произнёс: — Бля, задумался чёт, сорян. Тема классная, — он указал на надпись пальцем. — Будешь как селезень из мультика в бабках купаться потом. — Точняк. — А еще завоёвывать восторг у пиздюков в разноцветных кепках и тётушек Клювдий, — добавил Арсений и тут же рассмеялся, как только заметил, что Шаст рассмеялся тоже. В шутку пнув Арса под столом, Эд откинулся на спинку стула. — А тусич будет? Я, вы, бухло, пицца и всратые кинокомедии? — По какому поводу? — По поводу того, что я приехал, лол, — прыснул Эд. — Зову всех к себе, но утром надо будет по резкому разгребать срач. — Лучше ко мне тогда. Срач будем разбирать к концу недели. В воздухе повисла грусть. Эти серые клубы грусти катились вокруг их столика. Арсений уезжал, а это значило расставание. Для Эда — очень долгое, для Антона — немного короче, но такое же болезненное. — Тогда до вечера, пацаны, я погнал отвозить домой сумку. Кста-а-ати… — Эд поднял сумку на стол вопреки всем уговорам Арса не ставить её туда, где была еда. — Вам бабка моя передала кое-что. Выграновский залез в сумку и будто утонул в ней, спустя секунду вынырнув с банкой консервированных помидоров. Арсений долго отпирался, но после фразы «я предлагал ей дать вам хрена, но он еще только начал расти, поэтому жрите солёные огурцы с помидорами и не выёбывайтесь» он остыл и как дурак дорогу до остановки тащил банку в руках, но потом Антон намекнул, мол, закинь мне в рюкзак, я тебе отдам позже. Они разошлись, обусловившись, что Арсений готовится и заказывает еду, а Антон с Эдом возьмут выпивки и подойдут через пару часов. Попов глубоко вздохнул, глядя вслед уходящим парням. Сможет ли Антон оставить Эда тут? Впервые Арс подумал о том, что расположив к себе Антона, он отвернул его от жизни, которую он жил почти девятнадцать лет. Эд, Оксана, родители — осилит ли парень разлуку? Арс помнил, как его ломало первый год в Питере, как он сидел и перебарывал себя каждый раз, когда смотрел на Омские фотографии, чтобы не позвонить родителям, и как бежал на каникулах заранее покупать билеты. Он всю жизнь боялся показаться слабым, хотя именно таким он и был. Еще одно обещание — если Антон решится и поедет, Арсений будет напоминать, чтобы он чаще звонил и ездил к ним, пусть и километраж между ними будет приличным. Будет помогать ему освоиться, показывать город, постарается создать ему второй дом. Будет думать на десять шагов вперёд, но он уверен, что Антон станет сопротивляться, отрекаться от заботы, в попытках сделать всё самому, и просить помощь лишь тогда, когда она действительно необходима, и Арсений в сотый раз поймёт, что не ошибся. Именно этого не хватало в его жизни. Человека, который будет лучше, чем он сам. Который не будет вестись на провокации и научит этому Арса. Они будут учиться друг у друга. А если нет, то… Чёрт его знает, что будет. От аэропорта до дома Арсения пешком было около получаса и он решил пройтись, по пути позвонив в уже знакомую Воронежскую доставку и заказал пару пицц и сет роллов. Шальная мысль о том, что Эд сначала будет возмущаться о «бабских приколах», а потом заточит половину за милую душу, заставила Арсения хихикнуть. Эд классный. Эта чертова аксиома, которая не требовала доказательств. Антон же в свою очередь был несложной, но всё-таки теоремой, разбираться с которой Арс еще подзаебётся. Приятно подзаебётся. — Дяденька, у вас не найдется копеек, мне в фонтан кинуть, я скоро уезжаю просто, а у мамы нет налички? — услышал Арсений, проходя по площади. Людей было много, пусть погода и оставляла желать лучшего. Арс осмотрелся, а в свою очередь на Арса смотрел маленький мальчик в желтом теплом комбинезоне. Он глядел из-под пушистых светлых ресниц и ждал ответа. — А? Арс начал рыться в карманах сумки, стараясь не думать о том, что у него уже мог бы быть сын такого же возраста. На дне сумки нащупав монетки, Арс сгрёб их и протянул мальчишке. — Выбирай, — с улыбкой произнёс Арс, рассматривая детский восторг на лице ребёнка. Мальчик взял пятидесятикопеечную монетку тут же спрятал в кулак. — Слушай, — зачем-то начал Арсений, вместо того, чтобы пойти дальше. Он присел на корточки, чтобы быть поближе и произнёс — А покажи в какой именно фонтан нужно её бросить? И зачем? Удивлённо посмотрев на парня, мальчик сначала отстранился, но потом, еще раз сжав руку, в которой держал монету, посмотрел Арсению в глаза. — Вон в тот, — он указал на тот, что находился немного левее от центрального. — Я слышал от мамы, что он волшебный. И что любой, кто кинет туда монетку обязательно вернётся и не забудет ни одну из своих поездок. — Ничего себе, — восхищенно сказал Арс. — Такое волшебство мне бы сейчас тоже не помешало. Чудесный город. — Да, я не хочу уезжать, но меня ждут в дома… — мальчик грустно вздохнул. — Ладно, дяденька, спасибо. Мне уже нужно идти. Арс снова улыбнулся и кивнул, когда ребёнок побежал от него к матери, а от неё к фонтану, куда после небольшой паузы кинул монету. Дождавшись пока мать с сыном скроются из виду, Арс сам подошел к тому фонтану и только сейчас ответил мальчику: — Я тоже не хочу уезжать. — прошептал парень, глядя на дно, усыпанное металлом. Вытащив ту же горсть монет, Арс выбрал две одинаковые и бросил по очереди. Одну за себя, потому что город ему действительно понравился и он явно не увидел его со всех сторон, а вторую за Антона. Как мутный, волшебный ориентир. Около дома он встретил доставщика и сразу же оплатил заказ. Они дошли вместе до квартиры, успели даже разговориться немного, а потом доставщик ушел, оставив Арсения в квартире с пиццей, роллами и одиночеством. Около часа оставалось до прихода парней, так что лучшим решением для Арса было поспать, что он и сделал, едва сняв рабочую одежду. Сон без сна. Уверенный стук в дверь разбудил парня и тот вскочил с дивана, зевая в кулак. Состояние приходило в норму, но голова всё равно предательски побаливала. Притопав к источнику звука, парень опустил ручку и дверь открылась. — Пиздец ты, братан, выглядишь хуево, — констатировал Эд, с ног до головы оглядев Арсения. — Ладно, Тох, залетай вперёд с бухлом, а я пойду еще за минералкой сгоняю вниз. Арс, может тебе каких таблеток взять? Арсений отмахнулся, перехватывая у Антона один из пакетов. Эд выскочил и быстро побежал вниз по лестнице, пытаясь даже проехаться по перилам. Шастун же в свою очередь направился к барной стойке, чтобы закинуть пивас в морозильник, а Арсений механически повторил за ним действия. Молча уместив всё в холодильник — даже роллы, про которые Арс забыл час назад — он вернулся на диван и прилёг, подложив руки под голову. Антон тихо последовал за ним и сел с краю, поймав себя на том, что подобное уже было, но только вот они поменялись ролями. — Может, предложим Эду отменить пьянку? — наклонившись, произнёс Антон. — Перебьётся. Арс, лёжа с закрытыми глазами, отрицательно покачал, по мере возможности, головой и выдохнул, разомкнув губы. — У меня просто была бессонная ночка. Это не повод портить человеку праздник, — проговорил Попов. — Дай мне минуту и я приду в себя. Я же актёр, как-никак. Сыграю радость, если будет нужно, но надеюсь, что радость сегодня будет не наигранной. Антон улыбнулся и слегка прикоснулся ко лбу Арсения, убирая с лица черные, как смоль, волосы. Он не был горячим. Лоб разумеется. Арс был горячим всегда, вне зависимости от состояния и одежды. Его грудь вздымалась еле заметно, и Антон сам не заметил, как снова завис, разглядывая парня. –Надо вставать. Арсений дёрнулся и резко встал с места. Найдя точку опоры, он собрал в голове картинку помещения, а затем пошел к ванной. Умыться, почистить зубы, привести в порядок прическу и сменить образ уличного бомжа на современного тусовщика. Где-то в его сумке должны были находиться свободного кроя спортивные штаны и большая цветастая футболка с длинной лентой сбоку. Подарок. Решение надеть это всё на себя пришло сразу после того, как он зачесал волосы назад. Он всегда так делал перед тренировками. Лазарь долго ржал над тем, как Арс одевается, но стоило Арсению широко улыбнуться, расправить плечи, а футболку наоборот небрежно заправить в штаны, и девчата из танцевальной студии тут же подкрашивали глазки и мило хлопали ресницами. За это Лазарь, тоже не обделённый женским вниманием, стебал его, зная, что Арсению девчата побоку. Покидать ванную не хотелось, посему Арс растягивал время нахождения там до максимума, пока не услышал, как Антон открывает Эду дверь. Выскочив из ванной, тот побежал к шкафам с одеждой, чтобы раскопать там нужные вещи. Копать пришлось не долго, ведь среди стопочек с джинсами и рубашками спортивного типа вещи выделялись сразу. — У-у-у, стриптиз, — присвистнул Выграновский, усаживаясь на диван и одновременно разглядывая квартиру. — Шаст, садись, тут приват будет сейчас. Антон еле сдержал смех, но рядом с Эдом сел. Он видел переодевающегося Арсения, разумеется, поэтому удивляться ему было нечему. Тут было гораздо интереснее то, как Арс отреагирует на шутку про стриптиз. Арсений дико оскалился, а затем метнул взгляд в Эда. Животный, незнакомый, другой. Затем резко отвернулся и тряхнул головой. — Ну, нет, детишки, шоу только по вторникам и только после десяти. — А-а-арс, да давай, ты же говорил, что занимался стрип-пластикой, — прохрипел Эд, откидываясь на диване. — Бля, мне на слабо тебя брать что ли? У Антона округлились глаза. Этот аспект своей жизни Арсений от него скрыл, отчего Антону стало неприятно, но и желание увидеть это сейчас разгорячало кровь. — Эд, это был наш с тобой маленький секрет, — сквозь зубы произнёс Попов, стягивая футболку и тут же надевая другую. — И занимался я ею всего месяц. Не зашло. — Охуеть… — единственное, что смог выдавить Шастун, переваривая полученную информацию. — Значит, у вас там свои девичьи секретики, а я долбаёб, который обо всём узнаёт последним? Заебись. — У нас с тобой будут свои секретики, обещаю, — Арс залез в штаны и подсел к парням на диван со стороны Антона, так, что тот оказался между ним и Эдом. — Так, чё смотрим? Где ноут? — спросил Эд, а Арсений рукой указал ему на стул, где лежал на зарядке ноутбук. Как только он встал с дивана и пошел за ним, Арс тут же повернул голову к Антону и тихо прошептал на ухо: — Я тебе потом покажу, чему успел научиться, если интересно. Антон еще раз округлил глаза и приподнял брови, пытаясь понять, шутит Арсений или говорит всерьёз. — Предлагаю врубить Камеди. Тоха, на! — Выграновский передал закрытый ноутбук в руки Антону. — Арс, пригонишь пиво и еду? Арсений кивнул и пошел разогревать пиццу, пока Антон с Эдом ругались по поводу того, что ВПН не прогружало канал ТНТ на Ютубе. Когда Арсений пришел с едой и выпивкой, он застал картину маслом: недовольный Эд сидел в углу дивана, скрестив руки, потому что Антон психанул и закрыл все их настроенные вкладки в браузере. — У меня на ноуте есть несколько скачанных сезонов Американ Хоррор Стори, может, их посмотрим? — предложил парень, придвигая ближайший стул к себе, чтобы разместить коробку с пиццей. — Лол, лучше бы у тебя порнухи было столько часов, чем бабского сериала… — огрызнулся Эд, явно обижавшийся на Антона. Долго это не продлится. Не умеют они ругаться. — Ну, я не говорил, что её у меня нет… — лукаво произнёс Арсений, перехватывая компьютер у Антона и подсаживаясь на своё же место, случайно задевая своим коленом коленку Антона. — Релакс, Эд. Может у меня в закромах найдётся и порно с чуваками из Камеди… — Пиздец у вас вкусы специфические, пацаны, — Антон потянулся к банке с пивом и одним движением открыл её. — Врубите уже хоть что-нибудь. Я согласен даже на клипы Бузовой. — Пиздец у нас вкусы специфические, да, Арс? Не то, что у Антона, –передразнил Эд, всё-таки улыбнувшись. — Ага, Скруджи. И не говори.