Братство

      Открыв глаза, Тэхён несколько секунд смотрел вперёд: на затылок Чонгука со спутанными чёрными волосами, несколько прядок из которых выбивались и торчали как антенны, отчего ему очень хотелось их пригладить. Поэтому он потянулся рукой вперёд и по очереди нажал на каждую — пришлось повторить по несколько раз, чтобы они остались на месте. Мальчишка что-то пробурчал сквозь сон и чуть пошевелился, однако не перевернулся и не проснулся, насколько Тэхён мог судить. Довольный, что больше ничего не торчит, он повернул голову и посмотрел в другую сторону. Там Хосок лежал на боку лицом к нему, одну руку согнул перед собой, а другую слегка вытянул в пространство между ними. У него волосы не спутались, а только упали на лоб и прикрыли глаза. Тэхён раздумывал, стоит ли их убрать, однако Хосока беспокоить не хотел, поэтому просто повернулся на бок и некоторое время рассматривал друга.       Тот во сне выглядел очень умиротворённым — было сложно поверить, что лишь вчера он потерял сознание. Естественно, из-за этих идиотских таблеток — Тэхёну не нужно было слушать объяснения друзей, чтобы знать причину. Он видел, как в последние несколько дней Хосок выпивает приличное их количество — больше предписанной рецептом одной — однако ничего не говорил, потому что ему казалось, что это будет неправильно. С его стороны вообще было бы довольно лицемерно поднимать тему зависимостей, учитывая собственную борьбу с алкоголем. Тэхён о своей проблеме знал, только не особо парился. Однако теперь, когда Хосок потерял сознание, ему казалось, что он совершил большую ошибку своим молчанием. Или можно было бы рассказать кому-нибудь из друзей, чтобы с пареньком поговорили. Но Тэхён просто струсил, ничего никому не сказал, и сейчас чувствовал себя ответственным за произошедшее. Если он заметит, что Хосок снова принимает таблетки, то обязательно проконтролирует его, однако пока что оранжевую баночку в руках друга он ни разу не видел. Может, тот подождёт несколько дней, а потом снова начнёт их пить втайне от друзей, однако Тэхён надеялся, что так не случится.       Спустя пару минут Хосок с тихим бурчанием дёрнулся, потом его веки слегка дрогнули. Он посмотрел на Тэхёна сквозь упавшие на глаза волосы и вздохнул:       — Мне снился очень странный сон о том, что на меня кто-то смотрит… — эта колкость заставила Тэхёна улыбнуться. — И посмотри-ка, прямо предчувствие оказалось, — он аккуратно вытянул ноги. — Сколько ты уже так продолжаешь?       — Всего минуту, — ответил Тэхён. Друг слегка усмехнулся, притворяясь, будто не поверил. — Честно, минуту и всё.       — А я-то думал, ты можешь смотреть на меня целый день.       — Могу, но ты бы мне врезал, — отозвался он. Хосок ему широко улыбнулся, так что он потянулся рукой и убрал у него со лба волосы, которые оказались на ощупь мягкими, как шёлк. Теперь хотя бы видны были глаза и брови друга, а ещё лоб, который тоже казался приятным на ощупь. Тэхён уложил волосы как надо и усилием воли убрал руку. — Ты в порядке?       — Ох, — выдохнул Хосок. — Не знаю. Сложный вопрос, — Тэхён поинтересовался, болит ли голова, друг лишь покачал головой, отчего несколько прядок опять упали на лоб. Тэхён этому только порадовался, ведь снова появился повод откинуть их назад. — Головной боли нет, но, честно говоря, чувствую я себя не особо хорошо. Надеюсь, день не будет плохим…       — Плохим? — переспросил Тэхён.       На этот раз руку он убирать не стал, а зарылся пальцами в волосы Хосока. Тот его не останавливал, что Тэхён посчитал хорошим знаком.       — День без таблеток — это плохой день, — отозвался Хосок спустя пару секунд молчания. — А я не хочу этого. Дорога в таком состоянии покажется настоящим адом.       — Тогда я понесу тебя, — с улыбкой заявил Тэхён. Друг нахмурился, однако по лицу было видно, что такая идея его забавляет. — На спине понесу или как-нибудь ещё. Для тебя — что угодно, любовничек.       — Когда ты уже прекратишь меня так называть?       — Тогда же, когда прекращу называть Чимина Тупицей, — ответил Тэхён без промедления. — А этого не произойдёт никогда, — мальчишка некоторое время обдумывал его слова, потом закатил глаза и посмотрел на руку, которая до сих пор медленно поглаживала его по волосам. И поинтересовался, как сам Тэхён себя чувствует. — Я? Да точно так же, как и обычно.       — Пьяным, что ли? — Тэхён на эту подначку фыркнул, а Хосок взял его руку в свою ладонь. Но не убрал, а переплёл пальцы и положил на бетонный пол. — Ты знаешь, о чём я. И это не ответ на мой вопрос. Ты в порядке?       — До сих пор немного… Ну, мне становится лучше, — ответил Тэхён, чуть помедлив. — Надеюсь, день для нас обоих не окажется плохим, правда? — он видел, что друг обдумывает сказанное, наверняка пытается сам понять, о чём он говорит, чтобы не пришлось спрашивать. Вряд ли Хосок догадается о правде, однако всё равно надо было убедиться, что с языка случайно не слетит что-нибудь неосторожное, способное подкинуть идею. — Ничего серьёзного. Не переживай за меня.       — Сложно не переживать, когда отказываешься говорить об этом…       — Мне не нужно об этом говорить, — ответил Тэхён чуть грубовато, — потому что это ерунда.       Хосок будто бы собирался возразить, однако решил, что не стоит спорить, и просто сел, отпустив его руку и прикрыв освободившейся ладонью зевок. Тэхён смотрел на его спину. Через секунду друг поднялся на ноги.       Тэхён и сам через несколько минут сел на полу — пришлось делать это медленно, потому что внизу спины до сих пор оставалось ужасное ощущение, будто он потянул мышцу. Из-за этого он тихонько застонал и прижал к пояснице ладонь. Он чувствовал боль и на внутренней стороне бёдер, и гадал, когда же синяки сойдут, потому что сейчас приходилось скрывать их от чужих глаз. Чтобы подняться на ноги, требовалось приложить слишком много усилий, поэтому он, сидя, потянулся к своим ботинкам, чтобы сунуть в них ступни и крепко завязать шнурки. Раздался грохот металлических ставень. Тэхён взглянул в их сторону как раз вовремя, чтобы увидеть, как Хосок выбирается под ними на улице — предположительно поискать какую-нибудь канаву, чтобы использовать её в качестве туалета, потому что внутри здания ничего подобного не было. Справа он обнаружил уже проснувшихся Сокджина, Чимина и Намджуна, которые тёрли сонные глаза и разминали плечи.       — Ну что, как там поживает твой зад? — посмотрел он с ухмылкой на Чимина.       — Отмёрз, — отозвался мальчишка, который в этот момент согнулся пополам и дотянулся руками до пальцев ног. — Можно даже сказать, заледенел.       — Мне очень жаль, что твоей прелестной маленькой попке пришлось страдать.       — …ватит болтать про задницы, — буркнул перекатившийся на спину со стоном Юнги. — Слишком рано… для такого.       — А какое конкретно время суток лучше всего подходит для разговоров про задницы? — поинтересовался Намджун, посмотрев на них.       — Ну уж точно не сейчас, — друг вместо того, чтобы садиться, свернулся клубочком, обнял руками свои колени и прижал ноги к груди. — Я не хочу думать о задницах, когда сплю.       — А почему нет? Я только о них и вижу сны, — заявил Тэхён.       Он опёрся на пол руками и ногами, а когда выпрямился, его прострелило тупой болью, однако он нашёл в себе силы от неё не поморщиться. Опять загремели ставни, и через несколько секунд Хосок снова появился внутри здания.       — Так вот… У нас тут смена планов, — объявил Чимин после того, как разбуженный грохотом Чонгук проснулся, ровно сел и с трудом разлепил глаза.       — Что за смена? — поинтересовался младший с зевком. Из-за его заплетающегося языка слова превращались в непонятную белиберду.       — Мы подумали, что надо ехать на автобусе.       — Погоди, мы же вчера решили идти пешком? — Тэхён растерянно переводил взгляд с одного друга на второго и на третьего по очереди.       — Ну, — отозвался Сокджин спустя секунду, — я ночью обдумал это всё. Намджун всё-таки подал хорошую идею. Зачем рисковать? Мы ведь можем заблудиться и оказаться от Сеула ещё дальше. Да и автобусы помогут сэкономить время.       — В прошлый раз оказалось не особо сложно заработать деньги, — добавил Чимин, — и как только у нас наберётся достаточная сумма, мы сможем просто поехать домой. Пусть это займёт меньше времени, столько же, или даже больше, но что нам терять?       — Ладно, только какой конкретно план? Как мы поступим?       Тэхёну не хотелось нервничать, однако он не мог ничего с собой поделать и беспокойно переминался с ноги на ногу. В голове сидела мысль о деньгах в ботинке. Он гадал, что сказали бы ребята, если бы он вытащил их прямо сейчас и продемонстрировал им.       — Мы дойдём до следующего города, — принялся объяснять Намджун, — там остановимся на пару дней в хостеле. Заплатим сразу за сутки или двое, и все отправимся зарабатывать. Кроме Хосока, он отдыхает.       — Я же говорил, мне не нужен отдых, — вздохнул мальчишка.       — Отдых тебе нужен. Сам как думаешь, долго ты сможешь проработать, если снова начнёт болеть голова? Или если опять свалишься без сознания? — Хосок опустил взгляд на свои ботинки и не произнёс больше ни слова. — Вот такой план. Надеюсь, получится его придерживаться, — Тэхён поинтересовался, как они будут зарабатывать, на что друг лишь пожал плечами: — Видимо, придётся что-нибудь найти.       Тэхёна очень порадовало, что между складом и следующим городом, куда они пришли, оказалось не особо много километров, потому что мышцы начали протестовать уже спустя час пути. Боль концентрировалась не в районе лодыжек, на что громко жаловались друзья, а скорее в бёдрах и внизу спины. Мышцы на животе тоже немного ныли, однако уже не болели во время ходьбы — только когда Тэхён наклонялся или пытался встать. Завязывание шнурков вообще стало сущей агонией, а они ещё и постоянно развязывались, будто специально пытались ему досадить — они были такие истрёпанные, что начали протираться. После нескольких жалких попыток их завязать друзья заметили, что стонет Тэхён от боли, а не от раздражения, и в этот момент Юнги его удивил: просто опустился на колени и затянул шнурки за него, пока они стояли на светофоре. Друг сделал это без единого слова, даже особо не посмотрел. Тэхён растерянно наблюдал, как он быстро делает петлю, затягивает, и потом снова делает петлю, чтобы шнурки держались крепче, после чего пробормотал «спасибо».       Потребовалось идти примерно два с половиной часа, чтобы добраться к центру Йесана, и потом ещё немного поискать какой-нибудь хостел. Однако как только Сокджин зашёл внутрь и проверил расценки, он тут же потащил Намджун обратно к выходу, а снаружи заявил, что слишком уж много они сдирают за две жалкие комнаты. Только вот после того, как ребята проверили цены в четырёх других хостелах, стало понятно, что придётся брать одну двухместную комнату, потому что ничего лучше они не смогут себе позволить. Следовательно, кто-то будет спать на полу. На одной кровати не помещалось больше двух человек, как бы они ни изворачивались, и Намджун добровольно вызвался занять пол, а потом к нему присоединился и Чимин, сказав, что всё равно чаще всего именно так и спит. При этих словах он бросил на Тэхёна многозначительный взгляд, из-за чего все засмеялись. А тот даже не пытался ничего отрицать: в этом не было смысла, ведь мальчишка говорил правду.       Они поспорили за ванную, потому что всем хотелось как можно быстрее отмыться от грязи предыдущего дня, и теперь Тэхён ждал, когда ребята закончат купаться, потому что не хотел, чтобы кто-нибудь из них увидел всё ещё яркие синяки и спросил о них — о синяках на самом неловком и самом очевидном месте. Поэтому он сидел на краю одной кровати и наблюдал, как ребята носятся по комнате. Наверное, Тэхён слишком погрузился в свои мысли, потому что в следующий миг его кто-то потряс за плечо, и когда он резко поднял взгляд, то увидел склонившегося над ним Сокджина.       — А? — он растерянно оглянулся. Они остались в комнате хостела одни, если не считать человека, до сих пор занимающего ванну. Наверное, Хосок. — Где все?       — Ушли, — старший отпустил его плечо. — Работу ищут.       — А ты почему здесь? — Тэхён потёр тыльной стороной ладони глаза. Друг тихо объяснил, что он остался присматривать за Хосоком. Быстрый взгляд, брошенный в этот момент на закрытую дверь ванной, однозначно дал понять: Сокджин не хотел, чтобы Хосок это услышал. — Думаешь, ему нужна нянька?       — Я думаю, его ещё несколько дней не стоит оставлять одного, — сказал старший, усевшись на второй кровати. — И остальные тоже так считают, потому что они сами сказали мне остаться тут с ним. Ну, вернее, даже не сказали, а потребовали, — Тэхён согласно хмыкнул, опустив руки на кровать, и откинулся назад. — Ты в порядке? — Сокджин, задав этот вопрос, перевёл взгляд с двери ванной на него. Смотрел он с нечитаемым выражением лица, однако Тэхён прекрасно знал, что из него активно пытаются вытянуть ответ. Кивнул. — Ты в последние несколько дней кажешься немного… странным, и…       — Я правда в порядке, — ответил Тэхён.       Он поднялся на ноги, пересёк комнату, толкнул дверь и вошёл в ванную. Там Хосок перед раковиной вытирал лицо висящим на плечах полотенцем, откинув влажные волосы со лба назад. Услышав, что кто-то вошёл в помещение, он глянул на Тэхёна через старое поцарапанное зеркало, что висело над раковиной.       — Ах да, личное пространство, — протянул с улыбкой. — По которому я скучаю почти так же сильно, как по нормальной еде, — Тэхён опустил сидушку унитаза и уселся на неё как на стул. Он изо всех сил пытался не морщиться, однако знал, что не удалось. — Тебе бы для полноты образа сюда ещё трубку с газетой добавить, — заметил Хосок.       — Думаю, ты имел в виду рюмку соджу и комикс, — поправил он с усмешкой.       — Ну да, почти то же самое, — друг пожал плечами. Тэхён проследил взглядом за каплей воды, которая пробежала по его лицу вниз и впиталась в полотенце. — Ты Сокджина избегаешь, ведь так?       — С чего ты это взял, а?       — Ты прячешься в туалете, сидя на унитазе как на кресле, пока Сокджин в другой комнате. Я догадался с помощью дедукции, — Хосок бедром опёрся о раковину и посмотрел на него. — Так что, я прав или я прав?       — А может, я просто хотел поболтать с тобой наедине, любовничек?       — Хорош уже нести эту чушь. Ты пытаешься заставить меня сменить тему, — Тэхён вздохнул, а Хосок заулыбался, зная, что прижал его к стенке. — Что лишь доказывает мою правоту.       — Может, ты и прав. Сам ведь мастер избегать людей и определённые темы, — мальчишка поджал губы в тонкую линию, однако Тэхён отказался отводить взгляд и отступать, пусть даже его слова другу и не понравились. — Но сейчас я хочу только помыться и уйти.       — Работу искать? — он кивнул, несмотря на то, что это была неправда. Хосок немного подумал. — Ладно. Но у тебя не получится избегать его вечно, ты же это понимаешь?       — Понимаю.       — И меня тоже.       — Об этом я и не думал, любовничек, — Тэхён подмигнул ему и заулыбался при виде скривившегося лица.       Он не совсем соврал. В конце концов, работу он выполнил несколько ночей назад, и деньги спокойно лежали у него в ботинке. Теперь нужно было просто побродить где-нибудь несколько часов, потом вернуться в комнату, вытащить купюры и показать ребятам. Никто ничего не заподозрит, все только обрадуются. Нужно придерживаться этого плана и не дать друзьям повода ни в чём усомниться. Он наспех помылся — кое с кого сталось бы «случайно» ворваться в ванную — и потом ушёл, как обычно пообещав вернуться с целым состоянием.       Сломанные часы сообщили время: одиннадцать двадцать пять. Тэхён прикинул, что будет вполне правдоподобно вернуться в хостел около шести часов вечера, поэтому установил себе именно такую цель, а потом торопливо двинулся по парковке к дороге, не оглядываясь. Повезло ещё, что Сокджин застрял в комнате с Хосоком, а не Чимином — этот хотя бы не сможет ничего выдать, если старший начнёт его допрашивать (а он начнёт). Тэхёна сегодня по-настоящему пронесло. Он облегчённо выдохнул, шагая по улице. Йесан был совершенно неинтересным городом, поэтому вскоре ему надоело гулять как из-за скучных пейзажей, так и из-за ноющих мышц. Может, получится найти место, чтобы немного посидеть — в метро, парке или…       Тэхён так глубоко погрузился в свои мысли, что вскрикнул от неожиданности, когда что-то обвилось вокруг шеи, а потом на спину навалился знакомый вес.       — Господи, Куки. Спасибо за сердечный приступ.       — Не за что, — бодро отозвался мальчишка, обхватив его бёдрами за поясницу, чтобы Тэхён не мог его так легко скинуть.       — Разве ты не должен работать? — спросил он Чонгука, потянувшись руками вверх и отодрав ладони друга от своего горла. Подошвы ботинок паренька тяжело ударились об асфальт, и после этого Тэхён повернулся к нему. Синяки после драки у младшего уже неплохо так побледнели. Он мысленно пожелал, чтобы его собственные тоже с этим поторопились. Чонгук переадресовал вопрос ему. — Да я уже кое-что заработал.       — Вот ведь, — друг пнул ботинком бордюр, затем глянул через дорогу на детскую площадку. — Я три часа тут шатаюсь, и ничего. Повезло, называется, — три часа? Должно быть, мальчишка помылся и умчался самый первый, а Тэхён вот вышел из комнаты хостела едва ли час назад с ботинком, полным денег и лжи. — Мне нужен перерыв.       Он обдумал слова Чонгука, потом схватил его за запястье и потянул через дорогу на площадку. Чонгук позволил протащить себя сквозь толпу детишек и мимо внимательных родителей, прямо к качелям.       — Ты скоро что-нибудь найдёшь.       — Я ни за что не получу работу, — вздохнул младший, усаживаясь на сиденье.       Он вытянул ноги перед собой и упёрся ботинками в горку деревянных щепок, служивших настилом. Если брать во внимание количество наверняка происходящих здесь инцидентов, лучше послужил бы материал, которым застилают полы в санаториях, однако Тэхён предположил, что это было бы довольно непрактично. Второе сиденье было занято: на нём устроилась девочка, которая на них обоих посматривала с любопытством. Она явно не верила, что они достаточно маленькие, чтобы играть на площадке — хотя Чонгук по возрасту от ребёнка не особо далеко ушёл.       — Тебя подтолкнуть? — шутливо поинтересовался у девочки Тэхён, и через несколько секунд она улыбнулась ему, продемонстрировав дырку на месте переднего зуба, и кивнула, отчего хвост у на затылке подпрыгнул. — Я подтолкну тебя так высоко, что ты допрыгнешь до Луны и познакомишься с инопланетянами.       — На Луне нет инопланетян, дурашка, — уверенно заявила девочка. — Они же живут на Марсе, ты чего.       — Тебя только что отчитал ребёнок, — усмехнулся Чонгук. Он на своём сиденье повернулся, чтобы видеть их обоих.       — Продолжишь в том же духе, и я не буду тебя раскачивать, — пригрозил Тэхён, легонько толкнув девочку. — Как тебя зовут, а?       — Даена, — ответила она, когда от этого движения качель отклонилась назад. Задний подол её платья коснулся рук Тэхёна, когда он снова толкнул, на этот раз сильнее.       — Что ж, принцесса Даена, держись хорошенько за цепочки, ладно? — девочка пообещала, что будет держаться, а затем потребовала раскачать её ещё выше. — Если захочешь слезть, тогда несколько раз аккуратно упрись пятками в землю, и постепенно остановишься. Но только не спрыгивай, ведь даже принцессы не умеют летать.       — А как же принцесса птиц? Или ангелов? — спросила Даена, а потом засмеялась, когда Тэхён толкнул её сильнее.       Звук её смеха напомнил ему про Субин, и в груди защемило. Он надеялся, что девочка там без него в порядке.       — Точно подметила. Так достаточно высоко?       — Ага!       — Отлично, а то у меня уже руки болят, — Тэхён отступил назад и прислонился плечом к металлической подпорке качелей, а ладони спрятал в карманах худи. — В каком это смысле ты не получишь работу?       — Да я заходил в несколько баров, — объяснил Чонгук, рассматривая цепочку качелей, за которую держался. — Мне везде отказали. Мол, маленький слишком. Даже слушать не стали, как хозяин бара в Кёнгидо.       — Хреново…       — Ага, как с языка снял, — Чонгук опустил руки на колени. Он сидел, чуть ссутулившись. Тэхён по позе видел, как мальчишка удручён. — Я искал идиотскую работу часа два, и в итоге не заработал ни воны. Все что-то делают, но только не я.       — И не Хосок с Сокджином…       — Но они из комнаты не выходили. При таких условиях нечестно сравнивать, — мальчишка вздохнул, потом поднял на Тэхёна взгляд: — А сколько ты заработал?       — Около ста тысяч, — ответил тот после того, как пару секунд подумал. Ложь с идеальной лёгкостью соскользнула с языка. — Знаю, это совсем мало, но…       — Нет, это хорошая сумма, очень хорошая, — возразил Чонгук, а Тэхён лишь опустил взгляд на свои ботинки и задумался, говорил бы он так, если бы знал, каким способом заработаны деньги. — Её достаточно билета на три. Ты уже полностью покрыл свою часть.       — Наверное.       — Нет, я мог бы искать какие-нибудь дерьмовые подработки, но на них мало платят. Слишком мало. Наверное, я жадный, потому что хочу зарабатывать деньги легко? — он устало засмеялся, а потом окинул взглядом площадку. — Внимание, на четыре часа мамаша, недовольно на нас смотрит. Кажется, хочет войны.       Тэхён посмотрел в указанном направлении и действительно увидел стоящую в паре метров от них женщину. Она с другой мамой держала скакалку и крутила ею так, чтобы группка мальчиков и девочек могла скакать вверх-вниз и бегать под ней с радостным смехом. Женщина была довольно молодая — наверное, чуть за тридцать — однако её недовольное выражение лица накидывало возраста, совершенно её не крася.       — Иди сразись с ней, — подшутил Тэхён, и Чонгук усмехнулся. Только потом они оба поняли, что со стороны кажется, будто смеются они над этой мамашей, и одновременно резко прекратили. — Давай… проверим эту штуку, — он указал на круглую карусель, после чего друг слез с качелей, и они вдвоём подбежали к ней. Карусель пустовала, вокруг не было никаких детей, так что они вполне могли поиграться с ней, не навлекая на себя неприятностей.       — Интересно, до какой скорости она может разогнаться, — протянул Чонгук.       Тэхён забрался на карусель со словами, мол, стоит провести эксперимент. Мальчишка усмехнулся, и едва Тэхён успел сесть, как младший уже схватился за металлическую ручку и сильно толкнул: карусель сразу завертелась с приличной скоростью, а Тэхён рассмеялся, когда перед глазами всё начало размываться. Чонгук подождал, пока ручка снова подъедет к нему, и опять толкнул, раскрутив ещё сильнее.       — Ещё быстрее! — хохотал Тэхён.       Мальчишка подождал ручку, и когда она оказалась рядом с ним в очередной раз, то ухватился за неё и побежал по кругу как можно быстрее, толкая карусель всем своим весом. Она внезапно закружилась так сильно, что Тэхён почувствовал, как задом заскользил вдоль металлической поверхности, и, чтобы не слететь с качели, ему пришлось схватиться за маленькую подпорку посередине, с помощью которой обычно сюда забирались дети.       — А сейчас?! — прокричал Чонгук.       Тэхён в ответ мог лишь смеяться, потому что кружился так быстро, что ветер бил в лицо и мешал вдохнуть. Он будто высунул голову в открытое окно движущейся машины. Через несколько секунд Чонгук споткнулся и отпустил ручку, однако карусель всё равно вряд ли могла разогнаться ещё сильнее.       — Боже, меня сейчас стошнит! — взвыл Тэхён. Он слышал, как Чонгук, сидя на земле, загнанно смеётся. — Тревога! Тревога, я…       Закончить предложение у него не получилось, потому что от резкой остановки он дёрнулся, и слова застряли в горле, а зубы клацнули друг о друга — повезло ещё, что язык не прикусил. Тэхён полетел вперёд, однако успел выставить руки и не впечататься лицом в металлический пол. Дрожь от удара волной дошла до самых плеч. Он растерянно посмотрел на Чонгука, потом заметил, что тот смотрит ему за спину, и тоже обернулся. Сзади стоял мужчина лет сорока с пробивающейся в волосах сединой, который недовольно смотрел на них. Тэхён опустил взгляд ниже: одна нога мужчины стояла на краю карусели. Потом он её медленно убрал и скрестил руки на груди:       — Боюсь, я вынужден попросить вас уйти, — проговорил он угрожающе. Тэхён внезапно осознал, что на них смотрят теперь не только несколько родителей, а вообще все, кто есть на площадке, даже глупые дети.       — Это общественное место, — ответил Чонгук. Он подвинулся, чтобы больше не сидеть на земле, распластавшись, как ребёнок.       — Это площадка для детей. Вы не дети, а хулиганы, которые прогуливали бы школу, если бы сейчас не было время каникул, — Тэхён согласно кивнул, но мужчина не улыбнулся. — Вы пугаете детей, громко орёте и выражаетесь. Пожалуйста, уходите.       — Технически, мой друг всё ещё ребёнок, — заявил Тэхён, отряхивая ладони от пыли. — Он, конечно, для своего возраста высокий, но ему на самом деле одиннадцать, он совсем кроха, и…       — Пошёл ты на хуй, Ким Тэхён, — громко провозгласил ухмыляющийся Чонгук. Одна из мамаш на площадке возмущённо ахнула.       — Если вы не уйдёте, мне придётся вызвать полицию, — решительно заявил мужчина.       При упоминании копов Тэхён вздохнул и поднялся на ноги:       — Да ладно, тут всё равно отстойно. Пойдём, напьёмся, что ли, — он спрыгнул с карусели и протянул руку другу, а когда тот за неё взялся, то поднял Чонгука на ноги. — Пока, принцесса Даена!       — Пока, дурашка! — прокричала девочка, которая до сих пор счастливо раскачивалась на качелях.       Тэхён провёл друга через площадку к главным воротам, ни разу не оглядываясь. Ему было плевать, что на них пялятся. Он к этому ощущению уже привык.       — Не стоит тратить заработанные деньги на бухло, — заметил Чонгук, когда они вышли к дороге.       — А кто говорил про трату денег? — Тэхён отпустил его руку и двинулся вперёд по тротуару. Через несколько секунд с широкой улыбкой обернулся, и мальчишка понимающе заулыбался в ответ.       А через несколько минут они уже сидели в практически пустом парке, где, к счастью, не оказалось никаких родителей с детьми — лишь несколько человек прошли мимо, да и одна парочка неподалёку наслаждалась пикником. Пива у парочки не было, зато присутствовала еда — наверняка в разы более аппетитная, чем дешёвый уличный фаст-фуд, который они с Чонгуком купили за пару тысяч вон, и теперь тыкали вилками. Однако, как Тэхён и обещал, пиво они получили совершенно бесплатно. Не целый пак, а просто несколько отдельных банок, которые ему удалось стянуть в одном маленьком магазинчике, из которого он исчез уже через мгновение. Пиво на вкус оказалось не самое лучшее, но зато холодное — да и пиво ведь, поэтому Тэхён не возмущался.       — Знаешь, — сказал Чонгук, опуская свою шпажку с куриным шашлыком, — я думаю, мы по-любому пробили бы звуковой барьер, если бы этот мудак нам не помешал.       — Или поломали бы мне шею из-за этой скорости.       — Тебя реально тошнило? — спросил он. Тэхён пылко кивнул. — Обычно тебя тошнит только после двух бутылок соджу.       — Ну Куки, ты серьёзно? Это неправда. Ты же хотел сказать после трёх? — мальчишка усмехнулся, а потом откусил ещё кусок жареной курицы. Тэхён же поднёс ко рту банку с пивом и сделал глоток. — Представь, если бы мы так Тупицу раскрутили. Как думаешь, насколько бы быстро он расплакался?       — Секунды через три, наверное, — пробубнил Чонгук с набитым ртом, на что Тэхён улыбнулся, а потом поставил банку на траву и со вздохом откинулся назад. — А потом появился бы Юнги и остановил бы нас.       — Ага, он бы сюда долетел, чтобы нас остановить. Отвечаю, он бы ради такого себе крылья отрастил, — друг громко фыркнул. Тэхён некоторое время осматривался в парке. — Иногда он перебарщивает…       — Как и ты. Вы хорошо подходите друг другу.       — Нет, спасибо, лучше подбери мне кого-нибудь другого.       — Кого-нибудь типа твоего любовничка? — Чонгук вопросительно вздёрнул бровь, всем видом демонстрируя своё хорошее игривое настроение.       — Ага, его, пожалуйста, — Тэхён глянул на сидящую неподалёку парочку. — Это было бы охуенно.       — Ещё бы…       — А кого тогда тебе подобрать, а?       — Нет, спасибо, не надо мне никого, мне и одному нормально.       Чонгук сложил ноги перед собой и продолжил есть свой шашлык. Шпажка Тэхёна уже валялась на траве неподалёку рядом с пустой банкой пива. Он повернул голову и посмотрел на друга — по выражению лица Чонгука было сложно что-то понять. И тогда в голову пришёл гениальный план.       — Вот как? Но у меня для тебя уже есть на примете прекрасная пара. Фантастическое тело, милое личико… — друг глянул на него с интересом. — Прямо вот десять из десяти, ты бы по-любому не отказался, — Тэхён выдержал небольшую паузу, после чего закончил: — Надо свести тебя с Тупицей.       Реакция оказалась именно такой, на какую Тэхён и надеялся — и даже превзошла ожидания. Одну-две секунды Чонгук просто ошалело хлопал глазами, а потом до него дошло, и его выражение лица изменилось: брови сначала насупились, когда рот открылся, и глаза прищурились — а потом подпрыгнули вверх в смешном возмущении. Рот несколько раз открылся и закрылся, из горла вырвались сдавленные звуки, которые только через некоторое время Чонгук сумел превратить во внятные слова:       — Господи, Тэ, серьёзно? Ты думаешь, это пиздец смешно, да?       — Отрицай-отрицай, это всё только доказывает, — ухмыльнулся Тэхён.       Мальчишка схватил другую шпажку и слегка ткнул его острым концом в руку. Тэхён отскочил подальше, вскрикнув от неожиданности, и задел почти пустую банку пива. Она упала на бок; жидкость вылилась на траву — он быстро подхватил её и поставил ровно, чтобы в землю не впитались все остатки напитка. Запах сильной волной поднялся в воздух — знакомый и в какой-то мере успокаивающий. Парочка неподалёку над чем-то засмеялась. Тэхён глянул на них: девушка прикрывала рот ладошкой, слегка откинув голову назад, и её волосы покачивались от каждого смешка. Ребята явно прекрасно проводили время. А он вот сидел в парке с другом и пытался напиться, потому что не знал, что ещё делать. Что подумали бы остальные? Все друзья или трудились в поте лица, или заслуженно отдыхали. Но Тэхён напивался, как всегда.       — Я говорил тебе, не нужна мне пара. Да и я не настолько отчаявшийся, чтобы на кого-нибудь из вас посмотреть. Моя планка чуть выше. Ну и да, она на стороне женского пола.       — Ты уверен?       — На все сто, — Чонгук со вздохом отбросил шпажку в сторону и поднёс ко рту свою банку пива, чтобы проглотить остатки.       У мелкого были проблемы с поиском работы из-за того, что он выглядел слишком молодо, а теперь будут ещё и из-за запаха алкоголя, который лишит его всех оставшихся шансов что-то найти. Что ж. Чонгук мог бы поскрести туалеты, однако вряд ли захочет этим заниматься.       — Никогда не говори никогда…       — Как ты заработал деньги, а? — мальчишка посмотрел на него, сплющив пустую банку между двумя ладонями, а потом бросил её на траву.       Тэхён смотрел на него, отчаянно копался в голове в поисках хоть какого-нибудь ответа, однако не находил ничего — даже хреновых идей не было.       — Что? — удалось ему произнести через несколько неловких секунд.       — Как ты заработал деньги? — повторил Чонгук. — Воровал или реально работал?       Он опустил взгляд на смятую банку. Поборол порыв сильно прикусить губу, и вместо этого загрёб рукой по траве, вырвав несколько травинок.       — Работал.       — Серьёзно? А где? Может, замолвишь там за меня словечко?       Тэхён знал, что мальчишка шутит, и поэтому выдавил из себя смешок, хотя на деле немного похолодел. Если бы Чонгук имел хоть какое-то представление о правде, он бы о таком не просил.       — Это не твоё поле деятельности. Тебе только в барах петь, Куки.       — Сейчас я и пахну как бар… — буркнул тот.       Они вместе ушли из парка вскоре после того, как прикончили последнюю разделённую на двоих банку пива, которая немного нагрелась, но всё равно пить её было так же приятно, как и остальные. Тэхён очень надеялся, что Чонгуку удастся найти какую-нибудь работу, пусть даже дерьмовую, на несколько часов. Главное, чтобы он вернулся в хостел и не чувствовал себя отвратительно из-за того, что не сумел за столько часов заработать ни одной воны. Все остальные-то уж точно смогли найти одну-две подработки, а Юнги бы разнюхал даже самые ужасные, если дать ему достаточно мотивации. Хотя вряд ли опустился бы ради денег так же низко, как он сам. Тэхён мог ошибаться, однако не собирался представлять себе ничего подобного из страха случайно проговориться. Чимин вот уже знал — не надо, чтобы выяснили и остальные. Он надеялся, что друзья не станут давить и расспрашивать побольше о загадочной работе, о которой он соврал. Он просто пошатается по улицам до вечера, а потом вернётся назад с купюрами в ботинке и ложью — но правдоподобной. И дальше об этом можно будет уже не переживать.       Около парка пролегала широкая длинная дорога с двумя тротуарами по бокам. Несмотря на её размер, она практически пустовала — лишь изредка проезжали одинокие машины — однако было много пешеходов. Наверное, потому что здесь собрались несколько кафе и книжный магазин — и все заведения казались популярными. У входа в книжный стояла молодая женщина, которая копалась в своей сумочке, пытаясь освободить место, чтобы сунуть туда маленький пакет. Тэхён не обратил на неё внимания, когда повернулся и зашагал вдоль дороги — он увидел в ней лишь очередного прохожего. Наверное, потому что слишком привык видеть за день сотни странных и незнакомых лиц.       Его настолько сильно захватили собственные мысли, что он от неожиданности подпрыгнул, услышав прорезавший воздух крик, а потом повернулся и посмотрел на Чонгука.       Тот тоже смотрел на него, однако уже через секунду глянул на другую сторону улицы, после чего удивлённо воскликнул и бросился через дорогу. Приоткрыв рот от изумления, Тэхён сначала пялился на то место, где Чонгук находился мгновение назад, а потом повернул голову в том же направлении. Младший пронёсся через дорогу буквально за миг, и только Тогда Тэхён понял, что происходит.       Кто-то вырвал сумочку из рук у женщины, пока она там копалась, и бросился вниз по улице, а Чонгук взял на себя задачу догнать вора.       Тэхён несколько секунд стоял в прострации, и потом тоже бросился через дорогу. Послышался гудок автомобиля — он почувствовал, как сзади что-то прошло буквально в паре сантиметров от его тела, едва не задев. Потом запрыгнул на тротуар и с криками рванул вслед за Чонгуком, который тоже что-то кричал несостоявшемуся вору. Тэхён мельком пожалел о трёх выпитых банках пива, которые плескались в желудке при каждом шаге, но на Чонгука они, судя по всему, не влияли никак: он гнался за мужчиной и даже приблизился, однако в тот момент квартал закончился, и началась дорога. Вор бросился через неё — естественно, Чонгук поступил так же, а Тэхён едва успел услышать гудок, прежде чем увидел машину. Он закричал, однако было слишком поздно. Чонгук не видел машину, потому что слишком увлёкся погоней, и гудок оборвался с громким ударом.       Тэхён никогда раньше не видел, как человека сбивает машина. Он выступал свидетелем довольно многих несчастных случаев с друзьями, но никто из них не был так глуп, чтобы попасть под машину — даже Чимин. Нет, по увечьям у них набирались растянутые лодыжки и запястья, синяки на бёдрах, сломанные носы и пальцы, и иногда порезы, на которые приходилось накладывать швы.       Но машина — никогда.       Он не представлял, чего ожидать, однако не думал, что всё произойдёт так… быстро. Просто в мгновение ока. Тэхён находился довольно далеко от тех двоих, и при виде машины автоматически затормозил, вдавив пятки в тротуар, однако друг этого не сделал. Чонгук спрыгнул с бордюра прямо на дорогу даже после предупреждающего гудка. В один момент мальчишка бежал впереди, а в следующий его уже не было. Раздался жуткий звук удара, когда радиатор машины врезался в его бедро, однако удар не оттолкнул Чонгука вперёд — вместо этого мальчишка покатился по капоту на крышу. Его ноги безвольно мотались, локти бились о металлический корпус машины так сильно, что точно останутся вмятины. Когда он скатился с бампера, машина, взвизгнув тормозами, остановилась, и безвольное тело мальчишки приземлилось прямо около выхлопной трубы. Тэхён разглядел водителя: это оказалась женщина, которая склонилась над рулём, а волосы закрывали ей глаза.       Несколько секунд он просто стоял и смотрел, совершенно застыв на месте, и не мог даже дышать, не говоря уже о том, чтобы двигаться. Через крышу машины он видел вора, который до сих пор мчался по улице. Этот ублюдок даже не остановился, чтобы оглянуться и посмотреть, что случилось — даже не затормозил. А потом в воздухе раздался истеричный вопль, который помог Тэхёну вернуться в реальность.       — Блять! — выругался он, и бросился вперёд к дороге. Приблизившись, увидел, как водительская дверца открылась и из салона выбралась женщина, у которой сквозь спутанные волосы было заметно рану после удара головой руль от резкой остановки.       — О боже, Господи, я не… Он выбежал прямо под колёса, я пыталась остановиться, но…       Тэхён забежал за машину и повалился на колени около друга.       — Куки?       Чонгук упал на живот, поэтому он схватил его и перевернул на спину. Судя по всему, подбородком сильно ударился об асфальт: кожу там знатно содрало. Никаких других повреждений у него на голове Тэхён не обнаружил, но переживал сейчас не о них: он волновался за рёбра, потому что видел, как мальчишка ударился ими прямо о капот.       — Ннннгх… — промычал Чонгук. Его веки дрогнули, но глаза открылись не полностью, а только чуть-чуть.       — Блять, блять, блять, — повторял Тэхён оглядываясь вокруг, пока пытался решить, что же делать.       Он ужасно хотел выдрать себе все волосы от отчаяния, и только потянулся руками к голове, когда увидел, что водитель машины прижимает телефон к уху. Она звонила в скорую, а это означало лишь одно: вместе со скорой приедет полиция и захочет расспросить их про кражу. Тэхён застонал, представив, как появятся копы, как начнут допрашивать двух сбежавших из дома детей, от которых несёт алкоголем, и что он, скорее всего, будет смотреть на них из-за решётки, если друг окажется в порядке. Именно эта мысль вывела его из оцепенения, и прежде, чем он вообще сообразил, что творит, он схватил Чонгука за руку и заставил сесть. Тот застонал от боли. Тэхён присел перед ним на корточки:       — Залезай ко мне на спину, надо валить. Сейчас же.       — …болит, — протянул мальчишка таким голосом, из-за которого у него внутри всё скрутило, а в горло вернулся привкус дешёвого пива.       Пришлось силком затащить Чонгука к себе на спину. Тэхён выпрямился. Голова друга обессиленно качалась рядом с его подбородком, уткнувшись подбородком в плечо, а руки безвольно висели впереди, не обхватывая за шею.       — Что… что ты делаешь? — водитель машины смотрела на них обоих огромными глазами. — Я позвонила в скорую, не нужно его никуда нести, они приедут через несколько…       Тэхён пробежал мимо неё, даже не слушая. Сзади раздались крики — и этой женщины, и других свидетелей внезапной аварии. И если авария была для них сюрпризом, то последующего поворота событий уж точно никто не ожидал. Тэхён не позволил их голосам себя остановить или замедлить: он продолжал бежать по направлению к хостелу, потому что надо было как можно быстрее скрыться с улицы.       — Ты меня слышишь? — спросил он, чуть усилив хватку на бёдрах друга, и немного наклонился вперёд, чтобы тот удержался у него на спине. Чонгук издал какой-то слабый звук, однако не произнёс никаких слов, даже «да» не выдавил. — Я отнесу тебя в хостел, хорошо? К Хосоку и Сокджину. И-и-и всё будет в порядке.       — …долбаная машина вылетела из ниоткуда.       — Ага, идиотская… да, выскочила.       — Сколько же у нас… будет проблем.       Тэхён поджал губы. Лицо исказила гримаса отчаяния, ведь мальчишка был совершенно прав, даже учитывая всё произошедшее. Он прекрасно знал, что произойдёт: кто-нибудь из ребят учует запах пива, и их обвинят в том, что страдали ерундой, что решили поразвлекаться, взять друг друга на слабо, пока Чонгук не прокатился через машину и не обнаружил, что это совсем не весело. Чёрт, Юнги даже может заявить, что Тэхён сам в шутку толкнул Чонгука, прямо как тогда на мосту во время инцидента с Чимином. Он убеждал себя, что это глупые мысли, что они возникают из-за паники, потому что он сейчас не в состоянии разумно размышлять, однако Тэхён прекрасно знал, что именно так всё и произойдёт — это лишь вопрос времени.       Он бежал до хостела минут десять, или даже двадцать. Люди останавливались, оборачивались, смотрели на них широко распахнутыми глазами и с тревогой на лицах. А ещё он перебегал через дороги, не обращая внимания на машины, даже несмотря на только что произошедший инцидент. Он двигался на каком-то диком всплеске адреналина, однако продержался тот недолго, и вскоре улетучился, оставив его тяжело дышать и трястись на подкашиваюшихся ногах, которые с трудом его собственный вес-то держали, не говоря уж о бессознательном мальчишке. Однако Тэхён не позволял этой слабости себя остановить и заставлял ноги идти, пока впереди не показалось знакомое кирпичное здание. Он срезал пару углов на парковке, параллельно с этим взглядом выискивая среди всех дверей нужную, а потом приблизился к ней и сильно пнул. Дверь не открылась, поэтому он пнул снова, с трудом подняв ногу. Даже не успел поставить её на землю, когда дверь распахнулась и за ней показалась голова Сокджина.       — Тэ, что ты… — старший замолчал, посмотрел на его плечо. Увидел обессиленно повисшую голову Чонгука. — Что случилось?       — Джин? — послышался изнутри комнаты другой голос.       Тэхён протиснулся мимо Сокджина и вошёл в комнату. Приблизился к ближайшей кровати, развернулся и медленно опустил на неё Чонгука — на ту самую кровать, где сидел Хосок. Тот подтянул ноги к себе поближе и глупо смотрел на их друга, а потом поднял взгляд и на Тэхёна. Его глаза распахнулись так широко, что казалось, будто зрачки просто плавают в белом океане — и рот тоже от шока приоткрылся. Это выражение лица могло бы показаться милым, если бы не абсолютный ужас в глазах.       — Господи, Тэ, что…       — Машина, — прохрипел Тэхён сорвавшимся голосом, пытаясь параллельно с этим отдышаться. — Сраная машина, — он потянулся рукой ко лбу, чтобы его вытереть, и почувствовал, как футболка прилипла к коже из-за выступившего от страха холодного пота. — Его сбила машина.       Хосок наклонился над Чонгуком, на автомате проверил пульс у него на шее, убрал пальцы через несколько секунд. Потом внимательно осмотрел лицо на предмет возможных ран и шишек. Тэхён наблюдал за ним, жадно хватая ртом воздух в попытке успокоиться. Ему не нравилось чувствовать подкашивающиеся ноги и непрекращающуюся дрожь в руках.       — Как это его сбила машина? — тихо спросил Сокджин. Он до сих пор стоял в двери. Судя по всему, от шока застыл на месте, как статуя.       — Гнался за одним чуваком, вором, пытался его поймать или что-то там ещё, я не знаю, просто… — Тэхён наклонился, упираясь ладонями в бёдра, потому что комната перед глазами начала кружиться. — Блять, его машина сбила, не похуй ли, как это произошло?       — Почему ты принёс его сюда? — ошарашенно спросил Хосок. Он начал сгибать запястья и локти мальчишки, чтобы проверить, не сломано ли ничего.       — Нельзя… — он тяжело сглотнул и закрыл глаза, отчаянно желая, чтобы головокружение прекратилось хотя бы на несколько секунд. — Мы не можем…       — Не можем позволить себе пойти в больницу, — закончил за него Сокджин. Это было не совсем то, о чём Тэхён думал, но достаточно близко, и вполне сойдёт за причину. — Мы сейчас совсем на мели.       — А что, если с ним что-то серьёзное? — Хосок жестом указал на Чонгука. — Откуда мы знаем, что он в порядке? Вдруг он сломал себе пару рёбер, или бедро, или сотрясение мозга получил? Что тогда? Среди нас тут нет врачей.       — …болит, но не сломано, — пробормотал Чонгук. Веки у него слегка затрепетали. — Я… думаю.       — Что конкретно не сломано?       — Я… Да я весь неуязвимый, ублюдки.       Его голос звучал совершенно не так, как у неуязвимого человека, но хотя бы хватало сил говорить.       — Даже рёбра не сломаны? — спросил Сокджин, подходя к кровати. Тэхён, наконец, ощутил, как это ужасное головокружение рассеивается. Он открыл глаза, несколько секунд смотрел на свои ботинки, на жуткий ковёр под ними. Когда Сокджин тоже принялся проверять пострадавшего — очень аккуратно, чтобы не усугубить возможные травмы — тот издал раздражённый стон. — Тэ, ты в порядке?       — А? Я? — он взглянул на взволнованные лица друзей. У них что, нет вещей поважнее, за которые нужно переживать? — Нет, не в порядке, блять.       — Сядь, пока ты не свалился, — посоветовал Хосок. Слез с кровати, подошёл ближе. Тэхён почувствовал охватившие запястье пальцы и отдёрнул руку чуть грубее, чем намеревался. — Тэ…       — Мне надо идти, — пробормотал он. — Надо… Уйти и…       — Никуда ты не пойдёшь в таком состоянии, Тэ. Давай, садись и… — Тэхён скинул руку Хосока со своего плеча. Когда он поковылял к двери, мальчишка снова попытался его схватить. — Тэ, хватит валять дурака…       — Отпусти меня! — закричал он. Хосок от неожиданности дёрнулся и растерянно заморгал, убрав руку. Тэхён пребывал в таком же шоке из-за того, что наорал на Хосока, и несколько секунд он просто смотрел на него, ощущая растущее внутри чувство вины. — Просто… Мне надо идти.       И после этого развернулся и выбежал прочь из комнаты хостела. Тэхён услышал, как Сокджин говорит что-то про пиво, когда он даже ещё не успел покинуть зону слышимости. Наверное, друг специально хотел, чтобы он услышал, однако его слова не произвели совершенно никакого эффекта, потому что Тэхён чувствовал себя так, будто изнутри онемел, и все ощущения были немного притуплены.       Но недостаточно притуплены.       Для этого требовалось больше алкоголя, и желательно — водки.       Тэхён понятия не имел, как оказался в метро — однако предполагал, что при помощи эскалатора, а не лестницы, потому что по ступеням точно не смог бы спуститься сюда в своём нынешнем состоянии. Даже ходьба казалась жутко сложным действием. Его качало из стороны в сторону, он цеплялся руками за стены, чтобы не упасть. Если бы он упал, то даже не попытался бы подняться, а так и лежал бы на одном месте в надежде вырубиться. Вырубиться, скорее всего, было бы сложно, потому что люди наверняка наступали бы на него, не пытаясь обходить, но Тэхёну было бы плевать. Он даже сомневался, что почувствовал бы что-то, потому что все ощущения будто заволокло плотным туманом. Когда он попытался рукой коснуться лица, то понял, что не чувствует его своими пальцами. Нос или щека? Лоб или подбородок? Лицо онемело, что было неудивительно. Три бутылки соджу способны притупить любые ощущения.       Он прекрасно знал, что на него пялятся люди, однако — как и в случае с мыслью о падении — его это не волновало. Пусть смотрят, пусть шепчутся и смеются над этим пьяным пареньком, который спотыкается, словно оленёнок, и идёт на подкашивающихся ногах с равнодушным выражением лица. Они не знают, не понимают, им плевать. У этих людей наверняка есть дома и нормальные жизни, к которым они возвращаются — но только не у него. Они, скорее всего, целый день работали в каком-нибудь магазине или сидели за офисным столом с девяти утра до пяти вечера с фальшивыми улыбками на лицах. Эти люди не просыпались на заброшенной фабрике с пустым желудком и не шли десятки километров по изнуряющей жаре.       Они сегодня не наблюдали, как лучшего друга сбила машина, и потому не имели никакого права пялиться. Но, естественно, пялились. Тэхён уже привык к такому вниманию, привык быть ходячим экспонатом зоопарка везде, куда бы ни отправился. Правда, сейчас он хотя бы находился в достаточно пьяном состоянии, чтобы это внимание было оправдано.       Впереди стояла скамейка. С одного краю сидел старик, но остальная часть была свободна. Скамейка металлическая, установлена у стены — Тэхён думал, что было бы очень здорово сейчас присесть на неё, а может, даже лечь и вырубиться на несколько часов. Потихонечку, — думал он, пока тащил к скамейке ноги, а потом медленно опускался. Медленно не получилось: он резко приземлился на зад. Синяки отозвались болью, которая несколько секунд чувствовалась, а потом всё снова онемело. Он со стоном повалился на стену.       — Мне кажется, ты многовато выпил.       Тэхён чуть повернул голову и посмотрел на сидящего на скамейке пожилого человека. Хоть его слова казались строгими, но смотрел он с улыбкой.       — Думаете?       Язык так заплетался, что было настоящей загадкой, как старик вообще разобрал, что Тэхён там сказал.       — Да, а ещё думаю, что тебе не стоит путешествовать в таком состоянии. А то можешь пропустить свою остановку.       — Я не путешествую.       — Ладно. Но это метро… ты же знаешь, сынок? — мужчина тихо засмеялся после этих слов.       Тэхён повернул голову и посмотрел на него, потому что так можно было положить подбородок на плечо и не держать голову на весу.       — Ну, я вроде как путешествую, но не… на метро. Там б-был поезд и машина, и что-то ещё, я уже и забыл… ээм… О чём я говорил?       — О путешествии, — подсказал старик.       — А, да, путешествие… Путешествие… хммм… — Тэхён нахмурился, промычал что-то, чем привлёк ещё больше внимания окружающих. — Приключение. Я в приключении. С друзьями. Но всё… просто идёт по полной жопе.       — Приключение? — мужчина чуть повернулся на скамейке и разгладил складку на колене своих штанов. — Я раньше тоже ходил на поиски приключений, когда был ребёнком. Много чего пережил, но потом женился, остепенился, и никогда больше не отправлялся ни в какое другое, — Тэхён молча рассматривал человека, двигая языком по внутренним стенкам рта, на которых до сих пор остался привкус водки. — Было очень весело теряться, ввязываться в неприятности, напиваться, — старик посмотрел на него всё с той же улыбкой. — Я не думаю, что приключение может пройти без небольших проблем.       — Это не небольшое, — пробормотал Тэхён. — Это… всё. И все. Все мы — просто бедствия. Мы их провоцируем, мы сами из них сделаны и… — краем глаза Тэхён заметил голубую униформу. Скоро подойдёт охрана метро, чтобы вывести его наружу. — Становится всё хуже и хуже, а конца этой жести так и не видно, просто дерьмо за дерьмом. Я не знаю, что делать.       — Если у тебя есть друзья, выход обязательно найдётся, сынок, — старик положил руку ему на плечо, слегка сжал, а через секунду отпустил.       — Я… Я боюсь, что потеряю их.       — Иногда мы теряем что-то лишь затем, чтобы заменить потерянное более важным, более особенным.       Работник метро разговаривал с несколькими людьми и смотрел прямо на Тэхёна. Тот рискнул кинуть на мужчину лишь один быстрый взгляд, после чего снова опустил глаза.       — В мире нет ничего более особенного, чем мои друзья.       — Что ж… Тогда тебе не стоит переживать, что ты их потеряешь.       Тэхён рассматривал свои руки, которые вцепились в колени. Через несколько секунд сверху его накрыла тень.       — Извините, но я вынужден попросить вас уйти, — он не поднимал взгляд, потому что и так знал, что голос принадлежит тому самому работнику метро.       Попытался молча подняться со скамейки — это внезапно оказалось довольно сложной задачей. Увидев его затруднения, работник аккуратно подхватил его под руку, чтобы помочь встать.       — А что, если я и есть неприятность? — спросил Тэхён старика, повернув к нему голову. — Что, если это всё моя вина?       — Я…       — Давай, хватит донимать старших, — заглушил его слова охранник, который начал тянуть Тэхёна от скамейки в сторону выхода.       — Что? — тот извивался в хватке даже несмотря на заплетающиеся ноги.       — Настоящие друзья тебе помогут, — ответил старик.       У Тэхёна не было времени это даже осмыслить: его повели прочь из метро. Ещё больше взглядов, ещё больше тыканья пальцами и шепчущихся губ. Он смотрел прямо перед собой, ждал, когда же покажутся двери, пока ехал с мужчиной на эскалаторе, потому что по лестнице подняться бы никак не смог. Тэхёна только-только вытащили на улицу, когда раздался знакомый голос, и он аж подпрыгнул от неожиданности.       — Эй, Тэ, что случилось? — кричал ему Намджун. Он услышал приближающиеся шаги, прежде чем повернуться в сторону голоса.       — Вы знаете этого мальчика? — поинтересовался охранник, когда друг подбежал и остановился перед ними. Намджун подтвердил, что действительно знает, после чего мужчина отпустил Тэхёна. — Попытайтесь следить, чтобы он не лез к людям, пожалуйста, а иначе в следующий раз придётся вызвать полицию.       — Эм… Хорошо, — Намджун чуть поклонился. Некоторое время наблюдал, как спина в голубой форме удаляется на эскалаторе, а потом повернулся к Тэхёну: — Тэ, что ты творишь?       — Я… эм, я напился, — Тэхён потянулся руками к глазам с мучительным стоном. — Пиздец напился, и…       — Это я и сам вижу, — отрезал друг, медленно окинув его взглядом с головы до ног.       — Хостел. Мне пришлось уйти из хостела, потому что…       — Ну, мы как раз идём туда, — Намджун взял его под руку, прямо как работник метро несколько минут назад. — Что ты тут делаешь? Остальные в курсе?       — Нет. Ну, нет, но типа да… Джин, — он заикнулся с очередным стоном. — И любовничек, и… Чёрт, Намми. Куки, чёрт… — Намджун спросил, что не так. Тэхён пошатнулся назад. Ему даже показалось, что у него ноги подкосились. Намджуну удалось не позволить ему упасть, но они оба присели на корточки, прекратив идти. Тэхён не верил, что ноги держат его достаточно устойчиво для таких подвигов, и поэтому через несколько секунд просто сел на асфальт. — Там была авария, чёрт. Большая авария.       — Какая авария? Что-то случилось с Куки?       Он закрыл глаза, и выражения лица Намджуна видеть не мог, но чётко слышал в голосе панику.       — Мы гуляли там, в одном парке. Он не мог найти работу, и мы устроили перерыв, и… И что-то случилось, он перебежал через дорогу и… Вор! Какой-то ублюдок украл у женщины сумочку, он погнался за ним, но машина… Машина выскочила просто из ниоткуда и бам! — Тэхён ударил кулаком по асфальту для пущего эффекта. — Врезалась прямо в него. Он отлетел, и мне пришлось нести его обратно в хостел.       — Куки сбила машина? — переспросил Намджун тихо, будто не до конца верил в услышанное.       — Да, блять, сбила, — буркнул Тэхён. А потом зарылся лицом в ладони. Оно больше не казалось онемевшим, а теперь болело. Ему совсем не нравилось это ощущение. — Мне пришлось уйти, я не смог остаться, это было… Просто слишком, вот я и…       — Я понимаю, Тэ. Понимаю, — друг успокаивающе положил руку ему на плечо. — Но он в порядке? Ты знаешь, всё ли с ним хорошо?       — Думаю… Не знаю, просто… — Тэхён сделал рваный вдох, опустив руки. — Что происходит? — Намджун некоторое время изучал его лицо, будто не совсем понял вопрос. — Что происходит с нами. Почему продолжает случаться такая жесть?       — Я не знаю…       — На нас что, проклятие? Клянусь, это просто… Один пиздец за другим, и я не знаю, что произойдёт дальше, но мне страшно, — Тэхён всхлипнул. Глаза жгло. — Я боюсь, что мы просто не выдержим этого.       — Эй, мы пока держимся, слышишь? Не сдаёмся, — Намджун схватил его за оба плеча и повернул так, чтобы заглянуть в лицо. — У нас просто… временные трудности. Всем сейчас сложно.       — Ага… — слабо отозвался Тэхён, сморгнув накатывающие слёзы.       — Но мы не сломаемся, потому что скоро чёрная полоса закончится, понял? Плохое всегда случается в одно и то же время, но потом приходит и хорошее. Всё плохое происходит в тройках — ну или как там говорится, — он кивнул, хотя и не особо понимал, о чём говорит друг. Слишком уж был пьян для философских разглагольствований. — А сейчас мы вернёмся в хостел, проверим, как у Куки дела, и выясним, что всё с ним в порядке.       — А что, если не в порядке? — спросил Тэхён, когда Намджун помог ему подняться на ноги.       Тот обхватил его за пояс, чтобы поддержать, и свою руку Тэхён перекинул ему через плечо.       — Мы же про Куки говорим, Тэ. Этот мелкий способен спрыгнуть с самолёта без парашюта и приземлиться без единой царапины. С ним всё будет хорошо.       — Сила позитивного мышления, — буркнул он, заставив друга улыбнуться.       — По-другому и быть не может, Тэ.       — Намми, — позвал Тэхён, когда Намджун уже более-менее тащил его по улицам. С поддержкой ноги передвигались лучше. — Как думаешь, это всё происходит из-за меня?       — Откуда тебе такая чушь в голову пришла? — спросил тот с искренним не притворным удивлением в голосе. Тэхён не ответил, поэтому через несколько секунд Намджун продолжил: — Случается то, что случается, но не из-за кого-то. Ну, может, только из-за бога, если ты в такое веришь. Происходит всякое дерьмо, но это не значит, что для него есть причина или катализатор.       — Ты правда так считаешь?       — Да, — кивнул он. — И я не думаю, что ты ответственен за это, поэтому прекращай думать о ерунде.       — Спасибо, — сказал Тэхён после паузы. Намджун поинтересовался, за что благодарность, и он пояснил: — За то, что ты — друг. Настоящий друг.       — А какие ещё могут быть друзья? — спросил Намджун с улыбкой.