Beyond the mind

      С того самого момента, когда Элиотт выбежал из кухни, оставив Луку в раздумьях, парень его не видел. Тот не выходил из своей комнаты, даже на ужин не спустился. Лалльман искренне не понимал, в чем его проблема — то он ходит за ним по пятам, пытаясь завязать бессмысленный разговор, то уходит и избегает встреч с ним. Впрочем, сам голубоглазый был не против посидеть в одиночестве — лучше есть спокойно в тишине, не чувствуя на себе тяжелого взгляда.       Парень сидел за столом, уныло листая ленту в Инстаграме, и наткнулся на фотографии Мики — парень лежал в ванной, а в его широко открытый рот кто-то вливал шампанское из бутылки. Лалльман усмехнулся — кажется, кто-то вчера знатно накидался. Тоска по соседям нахлынула с новой силой и парень подумал — а что мешает ему взять и навестить их? Он не виделся с Манон уже около недели и сильно скучал по ее аппетитным домашним пирогам и кексикам… и ему не хватало советов его гей-гуру, как называл себя Мика.       Парень спешно оделся и выскочил из комнаты, замечая, что соседняя комната абсолютна пуста — Элиотт, видимо, куда-то ушел. Пожав плечами, голубоглазый спустился вниз, по пути хватая свои любимые печеньки из вазы в гостиной.       К своему удивлению, ему даже не пришлось ждать долго автобус — он подъехал почти через минуту, как парень добежал до остановки. Спустя полчаса парень уже сидел на кухне и уплетал медовые коржики, пока Манон суетилась у плиты.       — Как же здорово, что ты заскочил к нам! — Девушка не переставала улыбаться, то и дело обнимая голубоглазого и прижимаясь щекой к его щеке. — Мика только вчера ныл, что ты даже не звонишь ему и не отвечаешь на его сообщения.       — Сообщения? — Парень недоуменно проверил диалоги в телефоне и покачал головой. — Но он мне ничего не писал.       — Он считает, что если скинуть какой-нибудь мем человеку в директ и получить в ответ игнор, то это нежелание общаться, — вздохнула Демисси, наливая в кружки ароматный чай с бергамотом. — Кстати, ты видел фотки у него в Инсте? Они вчера с Пьером здорово отожгли, мне даже пришлось немного посидеть на балконе.       — Видел, — хихикнул Лука, мотая головой. — Весело живете.       — А ты как? Как твой сводный брат?       — Ты серьезно хочешь сейчас поговорить об этом придурке? — Парень сам от себя не ожидал такой резкости. Манон потупилась.       — Нет… если тебе это неприятно, то нет. И судя по твоей реакции, все стало только хуже.       — Не совсем, — голубоглазый замялся, обдумывая, стоит ли ему продолжать, — он какой-то странный. В смысле, он всегда был странным, но он прижимал меня к стене каждую перемену и кричал, что я педик и как он меня ненавидит… а теперь я его совсем не понимаю. Я почти забыл, что такое боль в спине.       — Может, с ним поговорили ваши родители?       — А с чего это? Они понятия не имеют, что между нами происходит и ничего не замечают, думая, что мы дружные сводные братья. Не представляю, что было бы, если бы я им все рассказал.       — А почему не рассказываешь? — Девушка обеспокоенно наблюдала, как голубоглазый дул на горячий напиток, морщась.       — Я не собираюсь стучать на него. Если он вынужден терпеть меня сейчас, то после этого он точно меня убьет.       Внезапно на всю кухню завибрировал телефон девушки, лежащий около подставки с посудой. Манон моментально подскочила с места и, вздохнув, отклонила вызов. Лука, слегка нахмурясь, наблюдал за действиями девушки.       — Шарль? — Вопрос слетел с губ прежде, чем Лука успел придумать что-нибудь другое. Демисси кивнула, откидывая назад распущенные волосы.       — Он самый. Это уже пятнадцатый звонок за сегодня. Неужели он не понимает, что если я не беру трубку, то это значит, что я не хочу с ним разговаривать? Еще и Агнетта достает… как же меня все это бесит.       — Агнетта? — Лука заинтересованно вглядывался в лицо подруги. — Кто такая?       — Моя новая знакомая, мы с ней столкнулись недели три назад в университете Дофина, был день открытых дверей. Тогда еще у нас с Шарлем все было хорошо, и мы договорились о двойном свидании, которое должно быть сегодня вечером. А она обещала мне помочь с поступлением, если я решу учиться там после выпуска. Слушаааййй, — Манон с широко раскрытыми глазами уставилась на Луку, — а что, если ты притворишься моим парнем? Ты у нас человек свободный, и мне не придется отменять встречу.       Голубоглазый чуть не поперхнулся чаем.       — Парнем? Ты серьезно? Может, лучше все-таки ответишь Шарлю? Если он узнает, в следующий раз человеком, которого он избил доской, буду я.       — Брось, он же знает, что ты гей. А вот Агнетта не знает. Мы всего на пару часиков сгоняем — туда и обратно. Пожалуйста, — девушка жалобно посмотрела на парня, поднимая руки в мольбе. Лука закатил глаза и вздохнул.       — Ладно, так уж и быть, — девушка радостно захлопала в ладоши, — но где вы договорились встретиться?       — В кафешке Гюго, а это, кстати, недалеко от вас — сразу потом домой пойдешь. И я не буду волноваться за тебя. Все, я ушла переодеваться!

***

      — Я, блять, не понимаю, как можно было просрать травку? — Алекс Делано сидел на диване, гневно сверля взглядом Ноэля. — Как вы вообще не услышали, как пришли копы?       — Да я сам толком не успел ничего понять, а тут уже все выбегают из дома, ну я и кинулся вслед за ними, — парень виновато моргал, пожимая плечами. — Я не рискнул взять траву с собой, ну и выкинул ее куда подальше, около дома Жерома. А потом когда мы оторвались от погони, было уже не до нее.       — Придурки, — раздраженно проговорил Делано, вскидывая ногу на стол, — вы мне пиздец как задолжали.       — Прости, бро. Клянусь, я верну траву с процентами.       — Ага, охотно верю… Демори? Эй, Элиотт, — парень толкнул сидевшего рядом зеленоглазого, — ты чего, уснул? Как там твой сладкий братишка?       — Никак, — буркнул парень, делая очередную затяжку и медленно выдыхая дым в потолок.       — Может, как-нибудь развлечемся с ним, а? Давно мы уже не общались с этим пе…       — Делано, — Демори резко повысил голос, отбрасывая сигарету в сторону, — мы говорили уже об этом. У вас что, больше тем для разговора нет?       — Да ладно тебе, бро, ты только посмотри на его фотки, — краем глаза Элиотт заметил, что Алекс смотрит профиль Луки в Инстаграме, и сразу отвернулся. — Посмотрим-ка, что у него в истории… ну нихрена себе! — Делано удивленно вглядывался в парня и девушку, улыбающихся на камеру и сидящих в обнимку, — где это наш малыш бродит? И кто эта гетеро-парочка у него в истории?       — Подожди-ка, — Ноэль забрал телефон из рук друга и присмотрелся к фото. — Так это они в кафешке Гюго, там, где я работаю. Точно, я же видел их, когда уходил со смены… где-то полчаса назад. Они сидели за столом еще с одной такой же ванильной парочкой. Аж смотреть тошно.       — Оппа, а что у нас еще есть? — Алекс продолжал листать ленту, пока не заметил новую публикацию Манон, на которую был подписан. — Что это еще за фигня?       — Что там? — Хмыкнул Элиотт, поворачиваясь к удивленному парню. Делано приподнял бровь.       — Что делает этот мелкий в инсте Манон?       — Что за Манон? — Элиотт заметно напрягся при упоминании женского имени.       — Какой мелкий тип? — Ноэль тоже явно не понимал, о чем идет речь.       — Да я все о том же придурке, который теперь приходится сводным братом Демори. Нет, ну ты только посмотри! Манон, кстати, бывшая девушка нашего Шарля Мунье.       — Дай-ка сюда, — Ноэль снова отобрал у Алекса смартфон и удивленно присвистнул.       — Так это и есть тот самый парень, который сидел с этой же девушкой… Манон, ты сказал? Та пара и эти двое были вместе за одним столом, и я подумал, что у них двойное свидание.       При словах «двойное свидание» Элиотт вздрогнул, как от удара током, но те были слишком поглощены обсуждением фотографий.       — Так вы сказали, что этот парень гей, — проговорил Ноэль, почесывая затылок. — Но почему фотография подписана как «самый лучший парень на земле»?       — Может, Демисси у нас любит гейчиков, — хохотнул Делано, забирая у того телефон. Ноэль замотал головой.       — Странно это все… я же видел, как этот ваш, как ты сказал, «мелкий» обнимал ее все время, а она даже поцеловала его в щеку… вы вообще уверены, что он гей?       — Ты, блять, шутишь сейчас? — Алекс чуть не выронил телефон из рук. — Да он сам этого никогда не скрывал, с первого дня в школе!       — Я просто хочу сказать, что в моей старой школе бывали случаи, когда парни притворялись геями, чтобы переспать с девчонками. Практиковалось это, кстати, довольно часто. И весьма успешно.       — Да ладно, блять? — Делано чуть не упал с дивана, слушая друга с открытым ртом. — Пиздец… и что, девки велись?       — Ну конечно, — Ноэль широко улыбнулся, обнажая свои ровные белоснежные зубы. — Все хотели попробовать чего-то новенького, экстремального… говорили, что геи в сексе абсолютно другие. Ну и все хотели это проверить. К тому же, как я заметил, геям девчонки доверяют больше — рассказывают свои секреты, делятся переживаниями. У моей сестры был один такой друг, он был в курсе всех ее проблем, они вечно обсуждали парней.       — Ну охренеть, — выдохнул Делано, откидываясь на спинку дивана, — если этот Лалльман и вправду не педик, то он очень даже прошаренный малый! Я вообще в первый раз слышу, что такое возможно. Откуда ты столько знаешь, чувак?       Ноэль улыбнулся, подмигивая парню, и потянулся за очередной банкой пива.       — А ты вот съезди, поучись в Америке пару лет, и не такое узнаешь.       — Блять, мне уже пора домой, — резко выдохнул Элиотт, поднимаясь с дивана. Парни вскочили вслед за ним.       — С чего это вдруг? Мы же только начали.       — Отец обещал позвонить вечером, он будет недоволен, что я в такое время не дома.       Делано пожал плечами, хлопая друга по спине.       — Ну тогда беги, милый, послушный сынуля.       — Отъебись, Делано, — Элиотт одним движением скинул руку друга с плеча. — Я тебе наберу завтра.       Выбежав на улицу, Демори выдохнул — свежий воздух приятно ударил в лицо. Едва видя перед собой дорогу, парень бесцельно плелся по дороге, игнорируя тот факт, что дом в противоположной стороне. Тяжелые мысли не оставляли его в покое, бередя душу.       А что, если сказанное Ноэлем — правда? Что Лалльман всего лишь хороший актер и любит девушек? Ведь насколько помнит Элиотт, за эти годы Лука не встречался ни с одним парнем, хотя все знали, что он открытый гей. А вот девушек у него было навалом — Хлоя, которая сходила по нему с ума, заикаясь каждый раз, когда он заговаривал с ней. Или Сара, которая таскалась за ним с самого первого дня в этой школе. Да и к тому же Демори прекрасно видел, в какой компании частенько зависает голубоглазый — Эмма, Дафна, Алексия… Что касается последней, Демори сам один раз видел, как у нее текут слюнки при виде Лалльмана. А в прошлом году прошел слушок, что Лука признавался в любви самой Эмме Боржес — одной из самых симпатичных девушек в школе, к тому же бывшей девушке Яна Казаса, который так яростно защищал Лалльмана. Тогда все просто поржали над этой ситуацией, но в свете последних событий эта ситуация была похожа на правду — в одно время Ян и Лука не разговаривали друг с другом.       Демори яростно пытался понять, что же такого есть в Луке, что девочки просто без ума от него? Ответ был довольно очевиден — он был добрым парнем, готовым прийти на помощь. Он умел поддерживать своих друзей, ободрять их добрыми словами. Он хорошо учился, играл на фортепиано и немного играл на барабанах в музыкальном кружке, из которого ушел в тот же день, когда туда пришел Элиотт.       «Зачем я вообще думаю об этом? Какая мне разница, гей он или нет?» Элиотт ругался про себя, пытаясь прекратить думать о Луке, но вдруг его взгляд приковала одинокая парочка в метрах пятнадцати от него. Несмотря на темное время суток, Демори сразу узнал парня и застыл на месте.       — Спасибо тебе, Лука, правда, — Манон смотрела в глаза стоящему напротив Луке, улыбаясь своей очаровательной улыбкой, — ты был на высоте! Они и вправду поверили, что мы пара!       — А ты сомневалась в моих способностях? — Лука подмигнул девушке, громко смеясь. — Я когда-то мечтал, что поступлю в театральный… хотя, никогда не поздно начинать карьеру. Я, кстати, сам не ожидал, что так классно проведу вечер.       — Да уж, получше общества Мики и этого чокнутого Пьера.       — Ага, или сумасшедшего сводного брата. Но тебе не кажется, что это было супер странно? — Лука захихикал, прищуривая глаза. — Мне вот вообще было не по себе… я так давно не был на свидании. Причем, на двойном свидании. Причем, с девушкой.       Манон закатила глаза, складывая руки на груди.       — Зато у меня был шанс провести хоть немного времени с тобой. Давно мы не ходили по кафешкам. И спасибо, кстати, что проводил меня… я думала, что ты сразу пойдешь домой.       — Ну и какой я парень после этого, если даже не в состоянии девушку до дома проводить? К тому же, я не очень тороплюсь домой, ты же знаешь.       — Давай тогда к нам, Лука, — девушка потянула парня за рукав, будто собираюсь тащить за собой, — ты же знаешь, у нас всегда для тебя найдется место. А этот придурок пусть сидит дома один.       — Я не могу, Манон, уже позднее время. К тому же, завтра с утра должна приехать Жаклин… мне надо немного убраться в гостиной и на кухне. Ждать уборку от Элиотта все равно, что ждать от быка молока.       — Ладно, так уж и быть, иди, — вздохнула Манон, с неохотой отпуская из рук ладонь Лалльмана, — но как только придешь домой, позвони мне, хорошо? Иначе я весь Париж на ноги подниму, ты меня знаешь.       — Знаю, и не рискну это проверять, — усмехнулся Лука, покорно кивая головой. — Позвоню сразу же, как окажусь в своей комнате. Передавай привет Мике.       Друзья крепко обнялись на прощание, немного задержавшись в такой позе, и Лука развернулся к тропинке, по которой они шли. Но не успел парень пройти и пару кварталов, как услышал за спиной стремительно приближающиеся шаги. В следующее мгновение Лука был зажат к стене сильным телом, которое крупно дрожало.       — Что ты делаешь? Отпусти меня, — голубоглазый испуганно вскрикнул, пытаясь отодвинуть от себя тяжело дышащего Демори, который смотрел на него яростным взглядом.       — Как прошло свидание? Мне интересно услышать, — прошипел Элиотт, максимально близко приближаясь к лицу Луки.       — Отлично, — выдохнул Лука, упираясь ладонями в грудь парню. — Отойди, я не могу… не могу дышать.       — Отлично, значит, — продолжал Демори, при этом все-таки немного отодвинувшись от парня. Тот вдохнул воздуха в грудь.       — Отлично, — еле слышно повторил Лука, не поднимая взгляда. — Гораздо лучше, чем вечер с тобой в одном доме.       — Вот как? И с каких пор ты ходишь на свидания с девчонками?       — Какое тебе дело? Это моя личная жизнь, — голос голубоглазого звучал увереннее, и он наконец поднял глаза, встречаясь взглядом со своим мучителем. — Только вот я не понимаю — что тебе до моих свиданий? А может, ты ревнуешь?       «Нет, не делай этого, не надо». Лука даже не понимал, зачем он это сказал. Единственное, чего он хотел — заставить Элиотта отпустить его. А для этого нужно сделать так, чтобы ему было противно общение с Лалльманом. Парень сам не понимал, почему именно эта идея пришла ему в голову. Зато он прекрасно понимал, чем эта идея может закончиться. Два варианта — Луку отпустят или Луку побьют.       — Что ты сказал? Повтори, — прорычал Демори, встречаясь с голубыми глазами, в которых отражался свет фонаря.       — А что не так? Я же вижу, как ты на меня смотришь, — в голосе Луки слышался вызов, и Элиотт гулко сглотнул. — Мог бы и сразу сказать… зачем же набрасываться на меня с кулаками?       — Ты, блять, понимаешь, что ты несешь, ублюдок? — Элиотт был явно потрясен резкой переменой в Луке, хотя старался не подавать вида. — Тебе жить надоело?       — Я столько раз слышал от тебя эти угрозы, что они мне просто надоели. — Лука смотрел на губы Элиотта, то и дело облизываясь. Демори, мягко сказать, был шокирован.       — Прекрати это делать, — зарычал он, отодвигаясь от парня, но Лука неожиданно притянул его обратно. Теперь между их лицами были считанные миллиметры.       — Что делать? Я не понимаю, — Лалльман продолжал прожигать губы Демори взглядом, отчего у того подкашивались ноги. Он мог давно оттолкнуть этого наглого педика и уйти, но он стоял, словно завороженный.       — Почему же ты молчишь, Элиотт?       — Не смей, — прошипел Демори, мотая головой и сжимая горло парня сильнее. — Не смей называть меня по имени.       — Почему? У тебя такое красивое имя… Элиотт, — выдохнул Лалльман зеленоглазому прямо в губы, наслаждаясь эффектом. Демори резко ударил кулаком стену слева от головы парня, едва сдерживаясь, чтобы не ударить голубоглазого.       — Я сказал не называть меня по имени! — Элиотт буквально кричал на весь квартал. Лука испуганно отшатнулся, но все же нашел в себе силы улыбнуться — он не должен просто так сдаваться. Еще немного, и Демори сам сбежит отсюда.       — Ты такой горячий, когда злишься, — томно прошептал Лука, не сводя глаз с ошарашенного Демори. Тот прищурился, принюхиваясь.       — Ты что блять, напился? Прекрати нести хуйню, — голос прозвучал слишком слабо, и Элиотт тысячу раз ругнулся про себя. Лука откинул голову назад, выдыхая и закрывая глаза.       — Мне жарко, — прошептал парень, слегка постанывая. Элиотт не мог оторвать взгляда от пульсирующей венки на шее Луки. Парень в его руках расслабился, а руки Лалльмана все так же сжимали талию зеленоглазого. У Элиотта что-то перемкнуло в голове.       Лука только собирался открыть глаза, как почувствовал горячее дыхание возле уха, и в следующую секунду Элиотт уже целовал его шею с такой страстью, что Лалльман еле удержался на ногах от неожиданности. Испуганно вскрикнув, он резко оттолкнул от себя Демори, который смотрел на него сумасшедшими глазами.       — Элиотт, — прошептал Лука, ошарашенно мотая головой и поднося ладонь к лицу, — ты… ты только что…       Но парень не успел ничего сказать, потому что Элиотт уже со скоростью света мчался по узкой тропинке, спотыкаясь и вытирая слезы на лице, проклиная весь свет и самого Лалльмана, пока ошарашенный парень стоял один под фонарем и потирал шею.