Глава 14.
6 июня 2019 г., 22:38
Голубоглазый метался на кровати, пытаясь уснуть — сон никак не хотел дурманить сознание, из-за чего события сегодняшней ночи вновь и вновь вставали перед глазами. Тело ломило от боли, но парень был счастлив — он отдался душой и телом этому страстному парню, который спал рядом и то и дело закидывал на него свои руки.
Лука даже не думал, что боль может быть приятной. Он так боялся этого, хотя и желал всей душой. Элиотт был осторожен и нежен, что было совсем не похоже на прежнего жестокого Демори, который оставлял синяки на спине и руках. Сейчас вместо обычной ярости в его глазах Лука видел лишь безграничную нежность и страсть, которая сводила с ума.
Ночь оказалась долгой, уснуть не удавалось. Лука, ворочаясь с боку на бок, не мог перестать думать об этом сообщении. Кто решил шантажировать и пугать его таким образом? Почему этот человек хочет навредить Элиотту?
Лука потянулся и взял в руки смартфон, раз за разом перечитывая злополучные строчки. Заметив, что время на часах уже шесть утра, парень встрепенулся — через полчаса им нужно вставать и собираться в школу, а он все еще лежит в комнате Демори.
С трудом поднявшись с кровати, голубоглазый прошлепал босыми ногами по полу и вышел в коридор, осторожно закрыв за собой дверь. Прошмыгнув в свою комнату, парень опустился на кровать и откинулся назад, зажмурив глаза — сегодня будет насыщенный день.
Без десяти семь Лука уже спускался в гостиную, где Жерар стоял у зеркала и поправлял свой галстук. Кивнув отчиму, парень прошел на кухню, где суетилась Мадлен, наливая кофе в чашки.
— Ты уже проснулся, сынок? — Женщина поцеловала сына в лоб и кивком указала на стул. — Садись, тосты уже готовы, и я сварила кофе.
— А чая нет? — Лука прищурился от резкого аромата кофе. Мадлен виновато потупилась.
— Твой любимый фруктовый чай закончился, но сегодня я его обязательно куплю, обещаю. А… где Элиотт? Ты к нему не заходил?
— Нет, — вздрогнул голубоглазый, опуская глаза. — Я думал, он уже проснулся, я…
— А я и проснулся! Всем доброе утро, — Элиотт влетел на кухню с широкой улыбкой, проходя мимо будто невзначай коснувшись Луки. Парень определенно был в хорошем настроении.
— Доброе утро, дорогой, — улыбнулась Мадлен, удивленно смотря на зеленоглазого. — Я смотрю, ты прямо сияешь сегодня. Давно тебя таким не видела.
— Сегодня прекрасный день… правда, Лука? — Демори сел за стол напротив голубоглазого, не сводя с него глаз. Лалльман то и дело оглядывался на маму, но она стояла к ним спиной, возясь у плиты.
— Ага, — выдавил из себя голубоглазый, натянуто улыбаясь — казалось, Элиотт даже не заметил перемен в его настроении. Из гостиной послышался голос Жерара.
— Дорогая, ты не могла бы помочь мне с этим чертовым галстуком? Либо мне кто-нибудь поможет, либо я опоздаю на встречу.
— Одну секунду, милый, — Мадлен выбежала из кухни, закрыв за собой дверь. Элиотт мгновенно поднялся со стула и прежде чем Лука успел хоть что-то сказать, его уже целовали — нежно, медленно и страстно. Отстранившись, Демори выдохнул и счастливо улыбнулся голубоглазому.
— Доброе утро, — прошептал он Луке прямо в губы, опаляя их своим горячим дыханием.
— Доброе, — проговорил Лука, не поднимая глаз и пытаясь отстраниться. — Элиотт, мама может войти в любую секунду.
— Да… но я не мог сдержаться. Я проснулся и и не почувствовал теплоты рядом с собой… ты уже ушел.
— Мама могла подняться нас будить, поэтому я ушел рано утром.
— Лука… мы же пойдем в школу вместе, да? Мы можем…
— Ну наконец-то! — Жерар зашел на кухню, довольно улыбаясь. — Не зря я не люблю все эти галстуки да бабочки… кто их вообще придумал? Кстати, мальчики, если вы готовы, я могу подвезти вас до школы, как раз буду проезжать мимо.
— Мы доберемся сами, пап, не стоит, — возразил Элиотт, и Лука прекрасно понимал — он хочет побыть с ним наедине. Мадлен помотала головой.
— Но на машине намного удобнее, чем пешком, ребята. Не так ли, Лука?
— Да… я согласен, — кивнул голубоглазый, бросая короткий взгляд на Демори, — я с радостью прокачусь на машине.
— Вот и отлично, — кивнул Жерар, хватая со стола большой тост, — как позавтракаете, берите портфели и выходите, я буду ждать вас на улице.
На протяжении всего завтрака Лука старательно игнорировал непонимающие взгляды Элиотта в свою сторону — он даже не знал, зачем он это делает. Но какое-то нехорошее предчувствие закралось в душу и парень чувствовал — их счастье не будет долгим.
***
— Лука? Лука, ты вообще слышишь меня? — Ян щелкнул пальцами прямо перед лицом парня. — Порой мне кажется, что телом ты здесь, а душой где-то на другой планете. Парни сидели в парке, разложив перед собой свои учебники и тетрадки. — Прости, я просто… я не выспался, — Лука потер глаза и потянулся — нельзя сказать, что он соврал, он спал от силы пару часов. — Вчера после истории ты бесследно исчез, и на сообщения мои не отвечал. Я уж думал, что тебя похитили. — Похитили? — Голубоглазый усмехнулся. — Кому я нужен? — Ну, не знаю… например, Демори. При упоминании об Элиотте с лица парня исчезла улыбка, и то загадочное сообщение снова всплыло в памяти. — Зачем ему красть меня? Мы живем в одном доме, — мрачно проговорил Лука, возвращаясь к своим тетрадкам. Ян смотрел на друга пристальным взглядом. — Раньше ты постоянно рассказывал мне о том, что происходит между вами, а сейчас ты просто отдаляешься все больше и больше. А я думал, что мы друзья. — Что ты имеешь ввиду? — Я видел, как вы целовались, — Ян поднял на друга глаза, — за школой. Лука застыл в немом шоке и медленно помотал головой. — Ян, я… я могу тебе объяснить. — Понятия не имею, как ты сможешь мне все объяснить… но валяй, попробуй. Лука вкратце рассказал парню обо всем, что поведал ему Демори о своем трудном прошлом. Ян слушал с широко раскрытыми от удивления глазами, время от времени вставляя тихое «блять». — Он был влюблен в меня, Ян, и мучился от этого. — Охренеть, — выдохнул Казас, мотая головой. — Просто охренеть. Но… почему он сразу не признался тебе во всем? За три года у него была куча времени, чтобы поговорить с тобой. — Он думал, что я буду чувствовать себя виноватым в его страданиях… к тому же, он не знал, что нравится мне. — А он правда тебе нравится? — Казас удивленно уставился на друга, выронив из рук свой смартфон. — Несмотря на все, что он делал… он тебе нравится? — Он мне понравился в первый же день, Ян. Я видел его в свой самый первый учебный день в этой школе… но я понятия не имел, почему он смотрит на меня так враждебно. Я и подумать не мог, что он прекрасно знает, кто я такой, в то время как я видел его в первый раз. Я не мог понять, откуда столько неприязни ко мне, ведь мы были не знакомы. — Так вы… вы теперь вместе? Вы встречаетесь? — Я даже не знаю, что тут сказать… вроде как мы вместе, но… — Лука до последнего не был уверен, что стоит показывать другу то сообщение, но все же достал телефон из кармана. — Вчера ночью я получил вот это. Ян долго вглядывался в экран смартфона, раз за разом перечитывая сообщение. — Пиздец… кто это может быть? — Казас поднял глаза на друга. — У тебя есть какие-нибудь мысли по этому поводу? — Я понятия не имею, Ян, — Лука устало откинулся на траву, — сначала я думал, что это Алекс Делано. — Но ведь они вроде как друзья с Демори, или я что-то путаю? — Вот именно, — Лука приподнялся и забрал у друга свой смартфон. — Да и зачем ему вредить Элиотту? Ведь он ненавидит меня, а не его. — А что говорит сам Элиотт? — Я ему ничего не говорил про это, — голубоглазый опустил глаза, — я собираюсь сначала встретиться с этим человеком, а потом уже решу, что делать. Не хочу беспокоить его… ему и без того тяжело. — Надо же… он тебе и вправду нравится, — Ян покачал головой и усмехнулся. — Никогда не думал, что Элиотт Демори способен быть таким… любящим и заботливым. Видимо, он и вправду тебя любит, раз так изменился. — Ты считаешь, что я полный идиот, да? — Почему? Если ты счастлив, то я ничего не имею против твоего Демори. И… я очень рад, что ты рассказал мне все, что доверился. В последнее время я чувствовал, что с тобой что-то не так. Ты избегал любых разговоров о нем, и я думал, что он окончательно тебя запугал. Но теперь я могу быть спокоен. И раз уж на то пошло, может, позовешь его посидеть с нами вместе? Если он, конечно, захочет. И не переживай насчет сообщения, Лука — это наверняка какой-нибудь прикол или шутка… какой-то придурок решил развлечься, подглядывая за людьми. Я уверен, что все будет хорошо. — Возможно, ты прав, — Лука благодарно улыбнулся другу. — Спасибо, Ян… правда, спасибо. Мне стало намного легче. — Всегда пожалуйста. И перестань избегать его, — Ян кивком указал на вибрирующий смартфон, — он уже завалил тебя сообщениями, а ты уже двадцать минут его игнорируешь. Поговори с ним, если он и правда тебе дорог… и лучше будет, если ты расскажешь ему про это сообщение. Возможно, у него есть пара кандидатур, кто мог это сделать. — Я… я подумаю, — парень кивнул другу. Ян поднялся на ноги и подобрал валявшийся рядом рюкзак. — Ну все, я пошел. Собирался поговорить с Эммой. — Так вы помирились? — Если честно, я не совсем понимаю, что происходит между нами… но она сама сказала, что нам нужно поговорить, и я, в принципе, не против. Пожелай мне удачи. — Давай, бро, не подведи, — Лука пожал протянутую руку и помахал другу, еще несколько минут смотря ему вслед. Спустя минуту парень разблокировал экран смартфона и увидел кучу сообщений от Элиотта. От кого: Элиотт Лука, ты где? Тебя нет в классе. Что-то произошло? Утром ты был без настроения. Я тебя чем-то обидел? Лука, это уже не смешно. Я хочу увидеть тебя. Ты сожалеешь о том, что произошло между нами? Последнее предложение отозвалось болью в сердце, и Лука не выдержал. От кого: Лука Где ты сейчас? Нам нужно поговорить. От кого: Элиотт Ты расстаешься со мной? От кого: Лука Элиотт, просто скажи мне, где ты сейчас. От кого: Элиотт Значит, ты и правда расстаешься со мной. От кого: Лука Успокойся, пожалуйста, я всего лишь хочу тебя увидеть. От кого: Элиотт Так ты… не расстаешься со мной? От кого: Лука Пока нет… но могу передумать, если не скажешь мне, где ты. От кого: Элиотт Я за школой, у беседки.***
Элиотт сидел, прислонившись к дереву спиной и рассеянно оглядывал местность. Лука уже издалека заметил его напряженное выражение лица. Парень сидел сгорбившись, рюкзак и телефон валялись рядом на земле. Увидев приближающегося Луку зеленоглазый мгновенно вскочил с места. — Ты пришёл, — еле слышно прошептал Элиотт, но Лука услышал его. Голубоглазый остановился, будто не решаясь подойти к парню. — Почему ты не отвечаешь на сообщения? Что случилось? — В голосе Демори было беспокойство и тревога, и Лука попытался выдавить из себя улыбку. — Ничего не случилось, просто… я встретился с Яном и потерял счёт времени. — Фухх, — Элиотт облегченно выдохнул и обнял парня, за пару шагов преодолев расстояние между ними. — Я так хотел обнять тебя… и поцеловать, — Элиотт не сводил глаз с чувственных губ, но Лука увернулся от поцелуя. — Нас могут заметить, Элиотт, — Лука оглянулся по сторонам. «А вдруг этот человек и сейчас наблюдает за нами? Вдруг он пойдёт и скажет всем?» — Кому мы нужны? — Элиотт мягко рассмеялся, хотя глаза у него оставались такие же грустные. — Лука… скажи мне честно — ты хочешь быть со мной? — Почему ты спрашиваешь об этом? — Просто я чувствую холод… ты сам не свой в последнее время. Я боюсь, что это все из-за меня, — Элиотт опустил голову, но не выпустил парня из объятий. Лука чувствовал, как руки парня дрожат у него на талии. — Я просто боюсь, что ты со мной только из-за жалости, сострадания… и все такое. — Не говори так, — Лука обвил руками шею Элиотта, прижимаясь щекой к его груди и чувствуя биение сердца — слишком частое. — Я хочу быть с тобой, и жалость тут не при чем. — Когда ты написал, что нам нужно поговорить, я ждал того, что ты бросишь меня. Я слишком проблемный, Лука. — Ты сам хотел, чтобы мы были вместе, а теперь пытаешься меня отговорить? — Лука улыбнулся парню, шутливо толкая его, на что Элиотт покачал головой, все так же грустно улыбаясь. — Нет… просто я не хочу тебя принуждать, не хочу давить. Я хочу, чтобы ты был со мной по своему желанию. — Я хочу быть с тобой, — повторил Лука, прижимаясь к парню ещё сильнее и забывая про то, что их могут увидеть. Элиотт нежно улыбнулся и принялся осыпать поцелуями лицо парня под тихое хихиканье. Внезапно парень отстранился от голубоглазого, не сводя от него взгляда — в зелёных глазах плескалась нежность вперемешку со страхом. Элиотт набрал воздуха в грудь. — Лука… я люблю тебя. — Элиотт, — Лука растерянно заморгал, сглатывая, — я… — Все нормально, ты не обязан отвечать мне прямо сейчас. Ты скажешь это тогда, когда будешь уверен на все сто процентов. Я ничего от тебя не жду, я просто очень хотел тебе сказать. Лука чувствовал, как слезы подступают к горлу. Он ничего не сказал в ответ, лишь обнял парня крепче, зарываясь носом в его толстовку. Демори не хотел давить на него. Он чувствовал, что Лука борется с собой, что ему все ещё тяжело. Он лишь нежно проводил рукой по мягким волосам и целовал в горячий лоб. — Так о чем ты хотел поговорить, кстати? — Элиотт мягко рассмеялся. — Я тут налетел на тебя с объятиями и слова даже не дал сказать. — Я просто… хотел сказать тебе… — Секунду, — Элиотт достал из кармана без конца вибрирующий телефон. — Что тут у нас… Отец написал, что заберёт нас сегодня после уроков. В последнее время он подозрительно часто предлагает нас подвести. — А что в этом подозрительного? — За три года он не подвозил меня ни разу. Мне кажется, он догадывается. — О нас? — Ну да… возможно, он что-то заподозрил, потому что он часто спрашивает, все ли между нами в порядке. Сам посуди — мы с тобой даже не разговаривали при родителях, а я в самом начале ясно дал ему понять, что не хочу чужих людей в доме. А тут мы с тобой не разлей вода, даже в школу ходим вместе. — А ты ещё зажимаешь меня где попало, — с укором произнес Лалльман, отходя назад, — вдруг нас увидят и ему кто-нибудь расскажет? — Я часто думаю об этом… я, конечно, не хотел бы, чтобы он узнал таким способом. Лучше будет, если он услышит от меня самого… но я все никак не могу решиться. — Ты боишься, что он разозлится на тебя за то, что ты встречаешься с парнем? — Нет, мой отец никогда не был гомофобом, да и к тебе он относится прекрасно. Просто его может смутить тот факт, что… — …что ты встречаешься не с кем-то, а со своим сводным братом? — Точно, — Элиотт кивнул, смущенно улыбаясь. — Несколько месяцев назад я и подумать не мог, что буду встречаться со сводным братом… и что им окажешься ты. Если бы мне кто-нибудь сказал об этом, ему бы точно не поздоровилось. И… если бы кто-нибудь сказал мне, что ты когда-либо дашь мне шанс после всего, что было между нами… я бы его точно прибил. — Перестань говорить об этом, — недовольно замычал голубоглазый, немного отодвигаясь назад. — Все в жизни совершают ошибки… и я не хочу, чтобы ты вечно себя в этом винил. — Я превращал твою жизнь в ад, Лука. Такое не забывается. А я… я лишь хочу, чтобы ты был счастлив. — Я не стану счастливее от того, что ты чувствуешь себя плохо из-за меня. Поставь меня на свое место — каждый раз я вижу в твоих глазах чувство вины. Я понимаю, что это все из-за меня… и мне становится не по себе. Понимаешь? — Понимаю, — вздохнул Элиотт, кивая и опуская глаза, — прости меня… я больше не буду так говорить. И думать не буду больше о плохом. К тому же, у нас еще куча времени впереди, чтобы подготовить родителей как следует, правда? — Да, — протянул Лука и быстро убрал свой телефон в карман — он ничего не скажет про сообщение.***
Лука медленно направлялся в сторону спортзала, чувствуя, что ноги предательски подгибаются. Он вынул из кармана смартфон и дрожащими пальцами разблокировал экран — почти пять часов вечера, незнакомец уже должен быть здесь. Но что ему нужно? Почему он хочет навредить Элиотту? Мысли о том, что из-за него Демори может пострадать, сводили парня с ума. Он ни за что не позволит этому случиться. Элиотт ясно дал понять, что не хочет, чтобы отец узнал все от кого-то другого… ему нужно время, и Лука прекрасно его понимал. Осторожно открыв массивную дверь, парень зашел в пустой спортзал, испуганно озираясь по сторонам. Никого не было видно. Лука только и успел сделать пару шагов вперед, как услышал за спиной шаги и насмешливый женский голос. — А ты смелый, что решился прийти сюда. Я даже не ожидала такого от тебя. Лука обернулся, застыв от удивления — перед ним стояла молодая женщина с длинными светлыми волосами и ярко накрашенными губами, и нагло разглядывала его с ног до головы. Парень даже рот открыл от удивления. — Кто вы? — Голос прозвучал слабо, и женщина широко улыбнулась, приближаясь к парню. — Разве это важно? Важно то, что ты здесь. — Я ничего не понимаю… зачем вам это? — Я мама твоего драгоценного Элиотта, дорогой. Парень замер, окаменев. Мама Элиотта? Та самая женщина, которая превращала жизнь Элиотта в ад? Женщина, из-за которой Демори буквально сбежал из дома к отцу? — Если вы как-то собираетесь навредить Элиотту, то… то… — То что, милый? Что ты мне сделаешь? — Я вам не милый. Вы причинили ему столько боли, что я даже не могу назвать вас его мамой. — Можешь и не называть. Я всегда говорила, что дети — это не мое. К тому же больные и неправильные дети. — Элиотт не больной! — Голос парня сорвался и задрожал. Злость накатывала с новой силой — чего добивается эта жестокая женщина? — Правда? Тогда как назвать то, чем вы занимались за школой, а? — Женщина криво усмехнулась. — Нормальным явлением? — То, что вы говорите — это гомофобия, вот и все. — Это ненормально, и ты это знаешь. Вот скажи, что ты такого нашел в Элиотте? Он скучный, нудный, вечно недовольный и агрессивный. А ты кажешься таким милым… ты слишком очарователен, чтобы тратить время на каких-то больных парней. — Женщина вплотную подошла к парню, вставая прямо перед ним. — Вокруг так много девушек… хотя они все дурочки. Глупые, ревнивые, плаксивые дурочки. А вот женщины постарше, типа меня, весьма опытны и могут многому научить такого молодого и красивого парня, как ты. Лука сглотнул и попятился, мотая головой. — Я не понимаю, о чем вы говорите. Мне никто не нужен, кроме Элиотта. — Ты слишком молод, чтобы понимать, что делаешь. Он просто наговорил тебе всякой чепухи, а ты и поверил, да? Думаешь, что он любит тебя? Он просто развлекается с тобой, поверь. Он ничего не сможет тебе дать. — Мне ничего не нужно. Я больше не собираюсь слушать это. Всего доброго, — парень развернулся и на дрожащих ногах поплелся к выходу, но громкий голос за спиной пригвоздил его в месту. — Ты не можешь просто взять и уйти, Лука! Подумай, как Элиотту будет больно, когда он узнает, что благодаря тебе вся школа и город узнают, что он педик, да еще и спит со своим сводным братом. Лалльман медленно, как в фильме ужасов, повернулся назад, встречаясь лицом к лицу с женщиной, на лице которой стояла противная ухмылка. — Вы не сделаете этого… у вас нет никаких доказательств. — Думаешь? — Женщина достала из кармана смартфон и нажала на экран, поднимая телефон над головой. Из динамика послышался голос Элиотта. Не надо думать об этом, хорошо? Мы ведь не собираемся прямо сейчас идти и признаваться. Я уверен на все сто процентов, что они в любом случае поддержат нас. Эй, единственное, что сейчас важно — наши чувства. Прошлой ночью ты дал мне надежду, что мои чувства хоть чуть-чуть, но взаимны, поэтому я хочу, чтобы мы были вместе, Лука. Я не собираюсь давить на тебя, я никогда этого не сделаю. Я лишь говорю то, что чувствую. Я буду ждать тебя столько, сколько нужно, как я и сказал. Лука пораженно уставился на женщину, не в силах сдвинуться с места. — Вы… подслушивали наш разговор? — Скажем так, я оказалась в нужное время в нужном месте. Так что делай выводы, дорогой. Я знаю Элиотта, он никогда не простит тебе публичный каминг-аут. Его будут обходить стороной, а Жерар… я даже не знаю, как этот придурок отреагирует на это. Но он явно не погладит Элиотта по голове, не думаешь? — Что… что вы хотите? — Ну наконец-то, я слышу нормальный вопрос. Ты должен порвать с ним, или я сделаю все, чтобы он ненавидел тебя. И учти — он ничего не должен знать о нашем разговоре. — Зачем вы это делаете? Он ведь ваш сын! — Лука отчаянно закричал, отчего его голос пронесся эхом по спортзалу. Женщина пожала плечами, раздраженно фыркая. — Это мое личное дело. Эта мелкая сволочь сбежала от меня к своему отцу, еще и посмел пожаловаться на меня. Жерар едва не подал на меня в суд. Но Элиотту еще нет восемнадцати, я имею полное право забрать его к себе… ты ведь не хочешь, чтобы он страдал, правда? Делай, как я сказала, иначе пожалеешь. И не вздумай меня одурачить — я буду следить за каждым твоим шагом. Порви с ним, или Элиотт пожалеет, что встретил тебя. Лука и сам не помнил, как он выбежал из спортзала, как добрался домой и запрыгнул под одеяло, зарываясь в него с головой, игнорируя сообщения от Элиотта и стуки в дверь. Слёзы подступили к горлу, стали душить, и он не сдерживал себя, уткнувшись лицом в мягкую подушку и всхлипывая. Внутренний раскол души, когда одна часть осталась бороться за свою жизнь и счастье, а другая сбежала, потеряв всякую надежду на счастливое будущее.
