Никчёмный

2 дня назад

      Тусклый дневной свет с улицы пробрался в маленькую комнатку и упал на лицо парнишки. Руслан проснулся в своих «очаровательных» хоромах, в которых жил приблизительно полгода, хотя уже давно выпал из реальности и потерял счёт времени.       Почему он оказался именно тут? А потому что не мог содержать огромный дом, который раньше принадлежал папе, поэтому продал его, купив небольшую квартиру. Сначала это было бедное, но довольно уютное жилище, которое постепенно превращалось в какой-то пиздец: началось всё с вечеринок на хате, а дальше пошло-поехало.       Всё окружение парня передавало его похуизм: стены были раздолбаны, а обои, которые давным-давно были белыми, стали желтыми из-за смол сигарет, осевших на всём, на чём только можно. Мебели как таковой в квартире не было, лишь её остатки, например: шкаф, как домино развалившийся, когда полки не выдержали килограммов хлама, кровать, которая даже не кровать, а покоцанный облёванный матрас, плита, заросшая гарью и плесенью. Повсюду валялись бутылки от пива и бычки, а на столе аккуратно лежал пакетик с белым порошком, содержимое которого немного рассыпалось по столу. В общем, красоту пейзажа можно описывать бесконечно. В романах не поместится ужас той жизни, в которую загнал себя русский.       Как, в принципе, и любой начинающий наркоман, он какое-то время пытался вести нормальный образ жизни: пытался найти хобби, хотел познакомиться с кем-нибудь, может даже начать заниматься наукой, убираться, но было слишком всё равно, особенно когда дома тебя поджидает кусок фольги с волшебным порошком.       Хотя смысл жаловаться, если Руся доволен этой жизнью? Он не собирался ничего менять: ему было нормально перешагивать через мусор, спать, слыша как по полу ползают тараканы, ходить в туалет на улицу, лишь бы не открывать дверь в одну комнату, которую даже комментировать не хочется. Он внушил себе, что ему тут нравится, ведь нет ничего лучшего, чем прийти после тяжелого собрания и получить эйфорию, и неважно, что окружает тебя, если ты ценитель этих ощущений.       Не забывайте, что у России есть и обязанности, которые он старается исполнять, пускай и по-своему. За время, что брюнет ведёт распиздяйский образ жизни, он в совершенстве овладел искусством лить воду, притворяясь будто понимает, что происходит на политической арене, и выглядеть со стороны более-менее презентабельно. Парень хоть и был дебилом, но понимал, что, если будет пропускать собрания международных организаций и показывать свои слабости, рискует поплатиться жопой и пробить дно.       Сегодня у него свободный день: чем же заняться? Не успел он задать себе этот вопрос, как в дверь кто-то позвонил. — Чёрт… — прошипел Руслан, закрывая лицо подушкой:— «Идите лесом…».       Действие наркотического средства давно прошло, поэтому он чувствовал, что находится в каком-то абстрагированном состоянии, будто спит на большом куске ваты, не подпускающий реальный мир до мозга.       Не хотелось открывать дверь, только лежать и чувствовать приятную мышечную усталость, но человек, теребящий звонок, был очень настойчивым, что заставило Русю в итоге встать и аккуратно, перепрыгивая препятствия, добраться до входной двери.       Этот неприятный звук уже резал уши, заставляя нервы немного шалить. Руслан потёр глаза и посмотрел в глазок: — «Таджикистан…» — подумал тот, увидя своего брата. Он провернул ключ в замочной скважине и приоткрыл неприятно скрипучую дверь:— Привет… — Да-да, привет. Ты сегодня не занят? — тёмненький парень, хоть и был чуть младше России, но уже выглядел на все тридцать пять. В его голосе слышалась какая-то торопливость, которая психологически передалась Руслану.       Он уже знал, что ему предложат, поэтому сразу стал думать: соглашаться или идите все нахуй. Выходить из дома никуда не хотелось, но, к сожалению, этот человек живёт по принципу: «отказаться можно всегда, а потом жалеть всю жизнь». — Да, сегодня я свободен. — Тогда быстрей напяливай шмотки и поехали, — протараторил мужчина (назвать его парнем не поднимается язык). — Так быстро? Ну хорошо. — Русский ещё не отошёл от старых приключений, как его уже заставляют идти к новым. Слишком уж он легко соглашается на всякие такие мероприятия. Действительно, а что-же ещё делать? Если сидеть дома, то можно в итоге и с ума сойти: — «Опять я подписался на какой-то пиздец».       Ноги немного пошатывались из-за мышечной слабости, но Руслану было как-то всё равно, поэтому, превозмогая недуг, тот направился в ванну. Он немного умылся и, вытирая лицо, взглянул в разбитое зеркало: перед Русей красовался очень бледный худощавый парень, с ярко выраженными скулами. Было больно смотреть на жалкое отражение. Когда парень видел своё лицо, ему хотелось что-то с ним сделать: надеть пакет на голову или купить косметику, начав краситься, но он понимал, что это просто маскировка и в реальности уставшие глаза и орбиты вокруг них ничем не исправить, поэтому лучше просто избегать отражающие поверхности. Да и для кого стараться быть симпатичным? Не для себя —точно.       Кое-как собравшись, Руслан выбежал на улицу, где его поджидала старая девятка: — Куда едем? — с ходу спросил брюнет, садясь в авто класса люкс.       У брата появились озорные огоньки в глазах: — В бар «Nightjar» — Таджик произнёс название заведения со смешным акцентом. Было слышно, что он давно хотел туда пойти, и всю ночь тренировал произношение:— Я давно места забронировал на меня и Дагестана, только он сука отказался в самую последнюю секунду. Так что?       Русский рассмеялся: он не воспринял эти слова всерьёз, на что получил в ответ укоризненный взгляд: — Русь, я серьёзно. — Не шутишь? — Взгляд резко изменился на удивлённый. Он знал это заведение, так как туда ходят богатые европейцы, а пара в старой девятке — не их уровень. — Мы не в том положении, чтоб ходить по таким местам. — Нет. — Тогда высади меня у ближайшего продуктового. — Ой, да хватит тебе. У меня в последнее время хорошо с деньгами, так что не бзди: я могу позволить себе сходить хотя бы раз в приличное заведение. — Мужчина посильней надавил на газ. — Может у тебя есть деньги, но я на мели, — сказал русский более серьёзно, — так что не бзди и высади меня.       Последовала долгая пауза, а потом тяжелый вздох водителя. Видимо, он очень сильно хотел туда отправится, а другие люди слились: — Хорошо, я заплачу. — Руся не ожидал такого поворота, поэтому вопросительно посмотрел на брата, приподняв одну бровь, а тот продолжил:— Я тебе же должен, вот и верну часть долга. Договорились?       Русский, призадумавшись, молча посмотрел в окно, начав разглядывать серые пейзажи неблагополучного района. Он думал над конечным решением, но мозг, смотря на однотипную местность, отключился. И тут в машине повисло неловкое молчание, которое брюнет никак не ощущал. Он замолк практически на десять минут, а когда вернулся с облаков на землю, не думая ответил: — Да, договорились. — Ну ты, конечно, тормоз. — Послышался грубый, сильно обкуренный смех мужчины.       Пейзажи в окне постепенно сменялись с серых и мрачных, на светлые и яркие. Сразу видно, что они приземлились на территорию европейцев: подстриженные газоны, ровные дороги, аккуратные, похожие друг на друга, здания, велодорожки и многое-многое другое, свидетельствующее о благополучной жизни в этом районе. Русский чувствовал себя здесь невероятно неуютно: его переполнял стыд, жалость к самому себе и зависть. Почему он не может так же?       Проехав пару дворов, ребята припарковались у бара. Русский решил не медлить и сразу же вышел из тачки: —«Как-то непривычно…» — подумал тот, как заворожённый рассматривая вход в заведение с причудливым названием. — Чего тупим?  — крикнул Таджик Русе, ища что-то в бардачке автомобиля. — Я не тупим, а вы что ищем? — Парень сунул нос в машину, пытаясь понять, что же хочет найти брат. — Мои успокоительные… — прошипел мужчина, заглянув на задние сидения:— А! Вот они! — Что за усп..? — русский сразу заткнулся, увидя белую банку с оторванной обёрткой: —«Конечно, успокоительные, блин». — Попробуй, говорят помогают. —«Может не стоит?» — спросил у себя Руслан, а позже получил ответ от внутреннего чертёнка, который постоянно терроризирует парнишку: — «А может ты заткнешься?». — Ладно… — Руся очень аккуратно взял небольшую таблеточку, чтоб никто из прохожих случайно не увидел. Он краем глаза посмотрев на неё: красная и невероятно маленькая. — «До чего я докатился? Стою прямо перед приличными людьми и без угрызения совести принимаю то, что нельзя» — почему-то эти мысли заставили Руслана почувствовать отвращение к самому себе, но при этом по телу разлилось какое-то приятное волнение. Да, он хочет быть таким, пускай и не осознавая этого.       Брюнет быстро берёт таблетку в рот и мгновенно запивает её парой глотков воды. Парень только сейчас почувствовал прилив адреналина, ведь осознал, что ни разу не принимал такие препараты: —«А что-же будет дальше?».       Когда они вошли в бар, Руслану показалось, что на него косо посматривали другие посетители, хотя это было скорее от новизны и непривычности.       Они направились в подвал, где, собственно, и можно попробовать алкогольные изыски. Атмосфера места очаровывала: тихая джазовая музыка, приглушенный свет, мебель оформленная под старину. Казалось, будто они попали в какой-то американский фильм 90-х, когда появились первые подпольные бары, тщательно скрывавшиеся от правительства. Они присели в тёмный уголок на мягкие кожаные сидения. Русский не переставал вертеть головой из стороны в сторону, рассматривая это интересное место, пока реально не заметил на себе чей-то заинтересованный взгляд.       Знакомьтесь, США. Он — высокий мужчина лет двадцати пяти, обладающий одним из самых редких сочетаний генов — карими глазами и светлыми волосами. Если русский имеет какие-то строгие черты лица, то он более размытые: ровные щеки, округлый подбородок, нос картошкой. На собрания он всегда приходит в деловой одежде и с зализанными назад волосами, поэтому русский сразу и не узнал Сашу, когда увидел на нём ярко красную куртку-бомбер и растрепанный хохолок.       Америка, увидя, что Руслан обратил на него внимание, аккуратно помахал рукой в знак приветствия. Русский смутился, но неловко помахал в ответ, получив от США добрую улыбку. Сердце почему-то забилось чаще: —«Лишь бы не натворить глупостей перед ним, Господь, прошу, давай сегодня без сюрпризов!».       Немного посмотрев друг на друга, русскому стало не по себе и он повернулся к брату, который уже вовсю рассматривал коктейльную карту: — Что будем брать? — спросил Руслан. — Не знаю, я хочу чего-нибудь сладкого, — ответил Таджик, а потом спросил: — А ты чего? — Возьми мне тоже, что и себе. — Отлично…       И вот после пары коктейлей у русского начала кружиться голова. Наркотик стал потихоньку действовать, заставляя уходить землю из-под ног.       Неожиданно подсел США. Он выглядел слишком расслабленно, было видно, что он уже немного подвыпил: — Привет, первый раз вас тут вижу, чего приехали? — Видимо, он часто сюда заходит.       Русский просто промолчал: ему было как-то неловко общаться с новыми людьми. Он всеми силами пытался избегать глазами Америку. Саша, конечно, это заметил, но виду не подал. — Да так, захотелось посмотреть, что за бар такой, — ответил Таджик, вальяжно развалившись на кожаных сидениях. — Ясно. — Америка опять улыбнулся: — Так-с, а что вы уже попробовали?       Мужчина перечислил названия алкогольных напитков, которые они выпили, на что США ответил, что это ещё не самое лучшее, что тут есть, поэтому через пару минут на столе красовались три высоких бокала с напитком зелёного цвета, из которого выходил пар: — За замечательное времяпрепровождение, — сказал Саша некое подобие тоста и выпил глоток дорогого коктейля. Таджик выхлебал почти весь бокал разом, а русский последовал примеру Саши. — Дерьмо, — произнёс мужчина, вытерев рот рукавом.       США не обратил внимание на грубое выражение, так как вовсю пожирал глазами Россию, ожидая услышать его комментарий. — Ну, довольно неплохо. — Глотку русского стало сильно обжигать, видимо, это был довольно крепкий напиток. Он настолько сладкий, что приглушает горьковатость спирта, но, когда жидкость попадает в пищевод, разносит к чертям все внутренности. — Я рад, что тебе понравилось. — Угу…       Через несколько алкогольный коктейлей, когда брат Руси задремал, США все-таки смог разговорить брюнета. Они сначала болтали о мелочах, потом о политике, потом о философском. Как раз к этому моменту начал вовсю действовать наркотик, который расслабил Руслана, немного развеселив его.       Оказалось, что США очень интересный собеседник, а главное терпеливый и понимающий слушатель. Он не перебивает, не спорит, не критикует твою точку зрения, даже наоборот, пытается её как-то поддержать, пускай Руслан и несёт какой-то невероятный бред. Если на чистоту, русский ни разу не общался с ним за пределами собраний, и было приятно узнать, что такой невероятно серьёзный человек может оказаться таким хорошим. Но было что-то не то: какая-то маленькая деталь, которая заставляла держать дистанцию. Руся ещё не понял какая, но, надеюсь, что в будущем разгадает тайну.       В конечном итоге брюнет просто облокотился на свою руку и стал наблюдать за США: — Русь, ты в порядке? — мужчине стало как-то неуютно чувствовать на себе такой взгляд. — Всё в порядке, — тихо ответил русский, прикрыв глаза и улыбнувшись. США подумал, что это просто куча алкогольных коктейлей, но, как мы знаем, нет. — Тебе пора домой, — сказал Саша и посмотрел на валявшегося рядом Таджика, — и твоему очень бестактному другу. — В первый раз он показал Русе своё пренебрежение.— Я вызову ему такси.        Стрелка антикварных часов остановилась на девятом часу. Посетители стали потихоньку уходить из заведения. Блондин набрал чей-то номер и ему сказали, что через несколько минут подъедет автомобиль, который отвезёт Таджика домой. — Отлично, — устало сказал Америка и стал просто ждать. Он облокотился на сидение и опять посмотрел на русского: томный взгляд, глупая улыбка и странный румянец на щеках. Американец почувствовал, что это лицо сильно давит на него: — Руслан, не смотри на меня так, пожалуйста. — Ну-у-у, — протянул тот,— а на что мне ещё смотреть, если ты такой красивый? — прошептал русский и глубоко вздохнул. — На часы смотри, через несколько минут приедет такси и мы твоего друга выведем на улицу. — Часы некрасивые…       В течение минуты Америка предлагал смотреть Русе на разные вещи, лишь бы тот отлепил от него взгляд. В итоге Саша сдался. Ему были новы эти ощущения, ведь обычно он раздражает людей таким поведением, заставляя чувствовать их неудобно.       Через несколько минут Америка взял Таджика за плечо и приподнял его. Будить алкаша было бесполезно. Тело брата России абсолютно обмякло. Америке было неприятно тащить его к выходу, так как от него попахивало никотином и жутким перегаром. — Fuck… — прошипел тот, лишь бы остальные посетители не услышали, и прокашлялся, закрывая нос воротником куртки: — Он очень тяжелый…       Кряхтя, тот всё-таки донёс мужчину наверх, посадил его на заднее сидение такси и сказал адрес водителю. США за время, что они сидели внутри, уже успел посмотреть где живут и Руслан, и Таджик, вбив их адреса в базе данных.       Русский не смог долго держаться на ногах, поэтому лёг на асфальт и стал наблюдать за звездами. Ему казалось, что он парит где-то в облаках, путешествует по этому красивому небу, летя над маленьким городком, но со стороны это выглядело очень странно и пугающе: какой-то парень лежит на грязной земле у бара и молча рассматривает свои руки. Бр-р-р.       Саша, когда увидел неадекватное поведение друга, грубо схватил русского за капюшон куртки и притянул к себе. Тот уже словил эйфорию, не чувствуя своё тело, поэтому без проблем приподнялся и упал на плечо блондина: — Русь, ты перебрал. — Почему-то, смотря на большие щенячьи глазки Руслана, тому хотелось хоть как-то помочь пареньку: — Я тебя домой отвезу, хорошо?       Тот открыл дверь Майбаха и аккуратно посадил на пассажирское сидение малолетку: он был сонным и довольным, как котёнок, которого хоть подкидывай — никакой реакции.       На улице было достаточно темно, поэтому Америка не представлял, как они будут ехать до дома России. — Куда домой? — пьяный продолжил спокойно улыбаться, не отрывая глаз от лица Америки. — Тебя домой отвезу, — повторил более спокойно и терпеливо Саша. Он понимал, что люди в таком состоянии немного не воспринимают реальность, поэтому с ними следует набраться терпения: — Говори адрес, — тот уже призабыл улицу, поэтому включил GPS и стал ждать, когда русский ответит. — Зачем мне говорить твой адрес? — томно спросил Руся, провалившись в мягкое сидение.       Американец нервно засмеялся: он, видимо, не оценил шутку: — Свой адрес гово… — Руся покрылся краской и притянул Сашу к себе, поцеловав того в сухие губы. Тот, в свою очередь, хотел оттолкнуть пьяного, но русский был очень настойчивым, что заставило Американца буквально расплавиться.       Поцелуй получился каким-то спокойным, медленным, эмоциональным и невероятно пошлым. США вообще не сопротивлялся: он позволял путешествовать языку русского по своим дёснам, а позже и по всей полости рта. Оказалось, что он очень даже неплох, нет, слишком хорош, потому что в итоге блондин почувствовал прилив возбуждения и сильно покраснел. — Достал разговаривать, — раздраженно произнёс Россия, отодвинув лицо на пару сантиметров от лица блондина и взглянул в его карие глаза, которые от шока бегали по всему салону автомобиля. Руся ещё раз прилипнул к чужим губам. В прошлый раз США позволил доминировать над собой, но теперь сам проходил языком по нёбу и клыкам русского, занимая роль актива. В штанах и так сильно горело, но ещё больше усугубило ситуацию то, что брюнет стал перебираться со своего сидения на колени Америки. Он был гораздо выше Саши, поэтому, чтобы продолжать, ему пришлось сильно сутулить спину, а водителю поднимать голову наверх.       Америка не соображал, он сам был немного выпившим, поэтому разум ушёл куда-то на второй план. По подбородку небольшими ручейками стекала слюна.       Хотелось просто взять брюнета в автомобиле, без смазки и подготовки, да и по поведению разгоряченного Руси можно было понять, что он тоже не против, но Америка решил, что не хочет портить дорогое авто, да и дома будет удобнее: — Руслан...— Саша аккуратно взял лицо русского двумя руками и отодвинул от своего, а тот, в свою очередь, успел оттянуть нижнюю губу мужчины, прикусив её до крови:— До дома потерпи. — До твоего или моего? — тот мило улыбнулся, проведя рукой по торсу США. По телу блондина прошёл град мурашек. Русский прям нагло дразнил американца. — До моего, зай. — тот взял сильными руками Россию и посадил его обратно на законное место. Саша завёл автомобиль и отправился в путь-дорогу:— Не переживай, нам не долго.       Россия всё никак не унимался. Ещё сидя на коленях, тот почувствовал как член Саши упирается тому прямо в пах, поэтому решил сделать приятно водителю. Руся потянулся рукой прямо к разгоряченному органу и высвободил того, опустив ширинку джинс. — Руся… — Саша зажмурился, почувствовав, как холодная рука прикасается до возбужденной плоти. — М? — он взглянул на Америку, который пытался смотреть на дорогу, но из-за действий русского не мог сосредоточиться.       В голубых глазах брюнета была видна настоящая эйфория, он буквально находился в каком-то нереальном сне, в котором ты можешь делать всё, что хочешь. — Ты хочешь попасть в аварию? — Хочу чтоб авария попала в нас.       Америка улыбнулся такому бреду и прибавил газу, пока Руслан медленно надрачивал тому член. Блондин прикусил кровоточащую губу, унимая внутреннего зверя. Пару раз он почувствовал, что находится на грани, но успокаивался, пока русский не склонил голову к члену мужчины: — Жулик, — сказал раздраженно Америка: — «Я же просил его потерпеть…».       Тело русского было очень холодным, а ротик горячим, что создавало приятный контраст, заставляющий Америку выходить из себя. Шершавый язык ласкал член Саши. Блондин честно терпел, но через пару минут послышался пошлый стон и американец излил горячую сперму в ротик России. Америке было немного неловко, так как он слишком перевозбудился и, как маленький мальчик, кончил раньше времени.       Русский поднял голову и проглотил всё, что было во рту, а после показал язычок. — Вкусно? — спросил Америка, одним глазком взглянув на брюнета. — Не очень, — честно ответил тот и мило ухмыльнулся, на что Америка рассмеялся и сказал, что русский ещё тот дурак.       Через несколько минут те подъехали к огромному дому и вышли из авто. Русский зашёл к Саше со спины и залез на него, как коала. Америка, в свою очередь, придерживал русского, чтоб тот не свалился. — От тебя пахнет ветром, — прошептал Руслан, уткнувшись в шею блондина. Это был очень легкий и сладкий парфюм, который, видимо, понравился парню.       Америка улыбнулся: — Да? А как по-твоему пахнет ветер? — Очень тихо и спокойно. — Довольно странное описание аромата, но этот ответ устроил Америку. — Ясно, — тихо произнёс тот, открывая дверь в дом. Было трудно таскать на спине Россию — спасало лишь то, что он был очень лёгким, а Америка не таким уж и пьяным. — А знаешь чем пахнет от тебя? — Сексом?       Дверь в дом открылась, на встречу к паре выбежал аляскинский маламут, который, видимо, уже заждался хозяина: — Клим, фу, — сказал грозно Америка, а Россия, оторвавшись от шеи блондина, взглянул на крупного пса: — Get out!       Пёс заскулил и умчал в другую комнату, решив, что с хозяином лучше не спорить. — У тебя милая собака, — прошептал Россия, куснув Америку за ушко. Тот лишь кивнул и направился на второй этаж: — Куда мы идем? — А сам как думаешь? — с хитринкой в голосе спросил американец. — Я не думаю: думать вредно. — Ну и правильно.       Дверь в комнату открылась, а когда блондин включил светильник, показалась спальня.       Тот снял с себя Россию и приказал лечь ему на кровать. Тот, не сопротивляясь, лёг и окунулся в мягкий рай. Казалось, будто белая простыня — молочная река, по которой он тихонечко плывёт, плывёт и плывёт. Но удовольствие продлилось недолго, так как Америка достал из шкафчика наручники: — Солнце, сними куртку, — приказал тот, на что Россия томно ответил: — Как скажешь. — Он медленно снял с себя старую джинсовку и вальяжно бросил её на пол. — Молодец. — Америка сел на торс русского и, склонившись над ним, грубо поцеловал его. Их языки сплелись воедино, Саша проходил по зубам и нёбу брюнета, заполняя комнату невероятно пошлыми звуками чавканья. По скулам Руслана, который был снизу, водопадом стекала слюна, которую, как губка, впитывала белая простыня. В комнате стало слишком жарко, хотелось большего, но Америка решил немного поиграться с Россией.       Руслану казалось, что он падает в черную дыру: его тело растягивается, распадается на триллион молекул, а потом собирается обратно, унося старые эмоции вдаль, принося более острые и возбуждающие.       Он настолько потерялся в своих чувствах, что не заметил как Америка поднял его руки над головой и надел наручники, которые прикрепил непосредственно к самой кровати.        Блондин начал медленно поднимать свитер России, открывая своему взору его тощее тело. Натянув вязаную вещь наверх, тот закрыл ею глаза Русе, заставив его ещё больше погрузиться в свои грязные наркотические фантазии.       Руки Америки прошлись по всему худому телу, заставляя русского томно выгибать спину и издавать приглушённые стоны. Мужчина склонил голову над подростком и стал оставлять на нём засосы, кусая кожу, чуть оттягивая её в сторону. Русскому в этот момент казалось, что его со всех сторон поедают маленькие животные: они буквально отрывают от него куски плоти и с чавкающими звуками пожирают её. — Саш, остановись… — потребовал Россия, так как его уже воротило от этой фантазии. — Нет уж. — Американец оставил ещё пару укусов и засосов, а позже спустился ниже, стягивая с Руслана его джинсы. — Я ещё не наигрался.       Штаны оказались на полу, как и нижнее белье русского. Америка взял в руку вставший член и стал медленно его надрачивать. Россия чувствовал приятное наслаждение, которое начинается в возбужденной плоти и расходится по всему телу. Чувств было слишком много, а Россия был таким маленьким в этом ужасно быстром потоке. Америка двигал рукой слишком медленно, не позволяя брюнету кончить, сводя того с ума: — П-пожалуйста... — Что пожалуйста? — Трахни меня, — сказал Россия, поджав пальцы на ногах. — Попроси получше, зай, — прошептал ехидно Америка, склонившись к ушку русского. — Саш, прошу, если ты не… — голос стал чуть срываться. Русский поднял голову наверх, пытаясь освободиться от надоедливого свитера, который закрывал тому глаза. — Как скажешь. — Американец встал с разгоряченного Руслана и направился к комоду. Немного пошерудив в нём, тот достал смазку.       Русский кажется начал терять сознание. Нет! Ты должен оставаться в этом мире! Осталось совсем немного времени, потерпи.       Американец выдавил холодный гель на анальное отверстие русского и стал размазывать его: — Разведи ножки… — попросил он, а брюнет, сглотнув вязкую слюну, послушался:— молодец.       Американец взял телефон с тумбочки и, направив камеру на Россию, спросил: — Руслан, скажи, чей ты мальчик? — Твой, — томно прошептал тот, ещё сильнее разводя ноги в сторону.       Американец отстранился от России, чтоб запечатлеть всю проделанную работу. По всему телу были разбросаны засосы, которые стали приобретать фиолетовый оттенок, и яркие следы от зубов. Сказать, что Саша был доволен — ничего не сказать. Он просто не мог дождаться, когда сможет с ехидным видом показать это видео Руслану, чтобы напомнить ему, как тот просто изводился от желания. Через минуту, засняв русского со всех всевозможных ракурсов, тот отложил телефон.       Американец уже весь вспотел. Пока он игрался с телом брюнета, у него уже успел залиться кровью член, который просто молил о разрядке: он начал расстегивать ремень. Россия не видел того, что делает Америка, но этот звук его очень взволновал. Тот снял штаны с трусами и кинул их в тот же угол, где лежали вещи русского.       Саша уже не мог сдерживаться, он был весь красный и невероятно возбужденный. Приставив головку к горячему входу, тот спросил Россию: — Готов? — тот тихонько кивнул. Член стал потихоньку входить в расслабленного русского, растягивая стенки. Русский схватился за простынь, закинув голову назад. Чем глубже входил американец, тем сильнее пальцы сжимали белую ткань, оставляя царапины на внутренней части ладони от ногтей.       Алкоголь и наркотики были хорошим обезболивающим, поэтому, когда Саша полностью вошёл в русского, тот ничего не чувствовал кроме приятного удовольствия от нового ощущения. — Fuck… — прошипел Америка, ведь было довольно глупое решение — войти в Россию без подготовки. Но через некоторое время стенки стали принимать нужную форму, не сжимая орган Америки до слёз. Немного подождав, блондин стал потихоньку двигаться, одновременно более быстро надрачивая России.       Когда руки чуть затекли, Америка склонился над русским, а тот обхватил торс ногами, прижимая блондина к себе.       Было слишком жарко, пот каплями стекал по телам и смешивался, заполняя комнату грязным ароматом секса и звуками шлепков, чавканья и сладких постанываний.       Руслан уже потерял счёт времени: он просто чувствовал, как начинал куда-то проваливаться, как волна оргазма накрывает его с головой. Ещё пару толчков и сперма залила живот брюнета, а позже Америка, издав громкий рык, излился внутрь России.       Саша с пошлым «чпок» вытащил упавший орган и свалился на мягкий матрас. После такого он долго пытался восстановить дыхание, но оно никак не приходило в норму. Сердце продолжало бешено биться, а в глазах сильно потемнело.       Через пять минут молчания и восстановления пульса тот взял ключ с тумбочки и стал освобождать из заточения запястья России. Только сейчас он увидел, что металл сильно натёр ему руки: — Прости пожалуйста. — Ответа не последовало. — «Так, в чём дело?» — Саша стал снимать свитер с глаз русского и обнаружил, что тот заснул, ну, или потерял сознание. Америка не придал этому значения, так как русский был очень пьян. Дыхание есть? Сердце работает? Да! Значит все в норме.       Сходив в душ, блондин вернулся в комнату, где русский лежал на краю кровати, сжавшись в комочек и сладко посапывая. — Мой мальчик… — прошептал тот, ложась рядом.

Настоящее время

— Блять… — русский наконец-то вспомнил, пускай и отрывками, тот самый день. Голову разрывало от этих воспоминаний:— «Нет-нет-нет, не может быть! Я, наверное, словил белочку! Чтоб меня американец! О господи!».       Тот с силой попытался высвободиться из крепких веревок, но они, как змеи, обвили всего брюнета, не давая ему пошевелиться. —«Стоп, получается, что этот человек в маске — США?!».