время мечты

All alone in a glass house (Just keep it going) Я один в стеклянном доме. (Просто не останавливайся) Lay awake 'til the sun's out Я не сплю до самого рассвета. Thank sky when you come down Я благодарю небеса, когда ты спускаешься. Sometimes I wanna fucking scream or run away, I don't know Иногда мне хочется закричать, чёрт возьми, или убежать, я не знаю… Glass House (оригинал Machine Gun Kelly feat. Naomi Wild)

Мидория крайне рад, что в этот раз Шинсо не пытался уговорить его пойти ночевать дома. Парень просто молча принял тот факт, что Изуку не собирается никуда уходить, однако волнение и сомнение все равно проскальзывали во взгляде. Изуку старался это игнорировать. В постели у Шинсо тепло. Изуку не особо хотел вставать, но он все-таки не мог остаться. Пусть он и не против завернуться в одеяло, как в кокон, прячась от всего. Он лежал так все время, пока Шинсо готовил еду, пока искал на ноуте какой-то фильм, а потом даже и есть Мидория умудрился полулежа. Покидал он свое нагретое место разве что для того, чтобы сходить в ванную и скорее вернуться обратно. Вернуться обратно… На какой-то момент Изуку и забыл об этом, но сейчас… стоя у двери собственной квартиры, рад он не был. Было ли ему страшно? Нет. Было ли ему противно? Разве что немного. Но, в основном, подросток не ощущал ничего. Будто все это не реальность, а просто дешевый триллер, на который он по чистой случайности зашел в кинотеатр, где мог в любой момент встать и уйти с сеанса. Дешевый триллер, не вызывающий никаких эмоций, не заставляющий переживать за персонажей, а только удивляться их тупости. Триллер, с которого он может просто уйти. Ему есть, куда идти. Он не один, и так, оказывается, намного легче. Но в любом дешевом триллере все равно найдутся моменты, которые могут испугать. Буквально на секунду, но ты чертыхнешься от неожиданности и резкости происходящего на экране. Примерно это Мидория почувствовал, когда дверь открылась и на пороге его встретил Тошинори. — Ты где был? — мужчина стоял в дверях, буравя Изуку тяжелым взглядом впалых глаз. — В школе, — буркнул подросток в ответ, даже не волнуясь о том, что последний раз был в школе вчера. — Дай пройти, — он стоял на лестничной клетке, отводя глаза от отчима. По телу и так будто грязь размазывали, когда Тошинори смотрел на него, и напрямую встречать взгляд, полный отвращения, совсем не хотелось. — А чего ж ты приперся? — Тошинори мерзко хохотнул, все-таки отходя от двери. Цепко схватившись за плечо подростка, он с силой затянул его в квартиру, а Мидория лишь сдавленно засипел, когда костлявые пальцы вцепились в него, словно хотели содрать с костей мясо. Изуку ввалился внутрь, споткнувшись о порог и едва не упав. — Я здесь живу, уж извини, — Изуку поправил рюкзак на плечах, скидывая с ног кроссовки. — Да неужели? — насмехаясь, переспросил Тошинори, и Изуку по привычке вздрогнул, когда щелкнул дверной замок. — Мать была тобой крайне недовольна, — язвительное замечание. Изуку надоело. Так надоело это все — трястись от страха, пытаться делать вид, что все в порядке. Он кое-что понял — этому человеку насрать, хорошо или плохо Мидория себя ведет, если он захочет поиздеваться, то сделает это без повода. Это понимание стало чем-то вроде благословения. — Пусть сама об этом скажет, — недовольно цокнул Изуку, проходя вглубь квартиры. — Не переживай, скажет, — прозвучало ровно над ухом. Тошинори нагнал его за пару шагов, грубо отпихивая с прохода и проходя вперед. Подросток от неожиданности врезался в стенку, ударяясь плечом о шершавую поверхность обоев. — Плетешься как черепаха, — отчим глянул на Мидорию через плечо. — Жопа сильно болит, что ли? — мужчина кривил лицо, будто смотрел на кучу вонючего мусора. — Не сильнее спины, — буркнул Изуку, закрывая за собой дверь комнаты. Все, что было вокруг него сейчас, будто и не его вовсе. Кровать, стол, старые фигурки динозавров в пыли на полке, какие-то книги и куча всяких вещей не принадлежали ему, словно он только что зашел в чью-то чужую комнату. И находиться здесь не хотелось все больше и больше. Бросив взгляд на часы, Изуку нехотя открыл шкаф и вытащил оттуда первые попавшиеся шмотки. Кинув их на кровать, он сел рядом, тихо вздыхая. Подросток глядел по сторонам, совершенно ни о чем не думая. Как же он не хотел сюда возвращаться. *** — А, может, вот эту юбку? — Очако вертелась перед зеркалом уже минут двадцать. В руках у девушки были две вешалки с юбками, которые она попеременно прикладывала к себе, пытаясь все-таки определиться. Нежно-розовая юбка-плиссе в небольшой цветочек или черная джинсовая юбка с запахом на пуговицах до середины бедра? Сама бы она никогда не решила, поэтому и позвала Джиро и Момо к себе домой в помощь. Только вот никакой помощи от них не было: Джиро настаивала на джинсовой юбке, а Момо на юбке в цветочек. — Или вообще просто джинсы? — Урарака насупила брови и опустила руки, глядя на себя в зеркало. Она, может, и не против была бы надеть короткую черную юбку, но куда ей с ее бедрами! А розовая в этот момент, казалось, слишком обтягивала живот. — Даже не думай, — хором ответили подружки. — Ну что значит, не думай? Я верчусь уже бог знает сколько, а решить не могу, — Очако кинула вешалки на кровать. — Не хочу я эти юбки. Дурацкая одежда. — Ну почему дурацкая? — Момо вскочила с пола, подходя к шкафу и вынимая оттуда легкий бежевый джемпер. — Вот, смотри, — она приложила свитер к цветастой юбке. — Сверху джинсовку накинешь, аксессуары добавишь — будет шикарно. — Я этот джемпер уже тысячу раз надевала, — Урарака недовольно фыркнула, роясь на полках, — не хочу его. Это же первая наша прогулка, я должна нравиться себе.  — Помнится, секунду назад ты порывалась напялить джинсы, — Джиро недовольно закатила глаза, в который раз думая, что от парней одни проблемы. — Ну, это проверенный вариант, я точно знаю, как буду выглядеть, а в этом всем, — девушка обвела руками свой шкаф, — я буду себя неловко чувствовать. Плюс, сразу будет видно, что я выряжалась специально, — Урарака плюхнулась на кровать, отодвигая все вещи в сторону. — Не хочу, чтобы Мидория думал, что я так сильно хочу ему понравиться. — Но ведь хочешь, — пожала плечами Кьёка. — Джиро, — Момо недовольно глянула на подругу. — Очако-тян, это нормально, что ты хочешь нравиться ему, и, поверь, не думаю, что твой Мидория это заметит. — Он не мой, — Урарака зарделась, отводя взгляд. — Ну, вот юбку в цветочек наденешь, и точно твоим будет, — Джиро нагло передразнила Момо, опираясь спиной на кровать. — А вообще, хочу сказать, что если ты ему нравишься, то хоть в джинсах, хоть в юбке приди, все будет нормально. — Кьёка, а как же первое впечатление? — Урарака перевела взгляд с черной юбки на подругу. — Ну, вы же уже в школе виделись, вот тебе и первое впечатление. Очако сложила руки на коленях, тяжело вздохнув. Она понимала, что Кьёка права и одежда мало что сейчас изменит, но все равно не могла решиться. Девушка вглянула на часы. До встречи осталось всего три часа, ей еще столько всего надо сделать, а она даже юбку выбрать не может. — Слушайте, а давайте на спичках решим? — Момо посмотрела на девочек, явно испытывая гордость за свою идею. — Две спички — горелая и нет. Вытащишь горелую — наденешь черную юбку, вытащишь не горелую, то розовую. Как идея?  — Самое то, — Джиро одобрительно качнула головой. — Ну, давайте так, — Очако слабо улыбнулась, а Момо тут же направилась на кухню за спичками. *** Мидория спокойно шел рядом с Ураракой, которая без конца что-то болтала. И всегда ведь находила что-то новое, о чем можно поговорить. Это было огромным плюсом, ведь сам подросток был не особо разговорчивым с кем-то, кто не входил в его круг близких, и если бы ему пришлось вести беседу активнее, то, скорее всего, они бы просто раз в полчаса перекидывались парой фраз и вдоволь молчали. А так Урарака прекрасно забивала эфир. Болтовня на фоне — и Изуку требовалось только вовремя дружелюбно улыбаться и поддакивать. Примерно так же было, когда они навещали Ииду, только сейчас одноклассница казалась чуть более растерянной, что ли. — Помню, как-то в детстве, — Урарака сидела на скамейке и увлеченно рассказывала очередную историю, — папа взял нас с мамой на склад, который как раз строил. Был жуткий дождь — лужи по колено буквально — и мы с папой вместо того, чтобы стоять под зонтом с мамой, начали прыгать по строительным блокам, — девушка виновато улыбнулась, глядя на Мидорию, — и, в итоге, я провалялась три недели с бронхитом. Изуку улыбнулся немного натянуто. История, может, и была милая, но не сказать, что ему такое слишком интересно. Вот только девушка, скорее всего, не особо обращала внимание на его реакцию, поэтому Изуку решил уточнить, чтобы просто как-то поддержать беседу: — А мама что? — Ой, мама ругалась потом на папу очень долго, — Очако беззаботно махнула рукой, и Изуку отчего-то немного грустно улыбнулся. Все-таки у него не было таких хороших воспоминаний о детстве. Она часто перепрыгивала с темы на тему, да и вообще ее речь была немного быстрее, чем обычно. И это было… мило? Девушка искренне и громко смеялась, а потом отчего-то краснела, прикрывая рот ладонью. В такие моменты Мидория и сам не замечал, как улыбался и пытался неловко успокоить одноклассницу. — А с чем маме вчера помогал? — бездумно спросила Урарака, тут же тихонько ахнув. — Ой, извини… Ну, в смысле, если это что-то личное. — А, да нет, — Изуку глупо хохотнул, не в силах отогнать от себя мысли, что действительность слишком сильно отличалась от версии Урараки. Скорее всего, девушка смотрела бы на Мидорию совсем по-другому, если бы знала правду. — Обычная уборка, ничего такого. Одноклассница одобрительно хмыкнула и вроде даже назвала Изуку молодцом, на что сам подросток только улыбчиво покачал головой, прекрасно понимая, что на деле от этого самого «молодца» в нем мало чего есть. О случае в поездке Изуку мало размышлял, но сейчас почему-то подумал, что, может, всё то было неспроста? Точнее, он не считал, что для Урараки напиться и кого-то полезть целовать — нормально. Именно эти мысли и подтолкнули его к тому, что, наверное, он действительно ей нравится. Нравится… Это деталь напрягала. Мидория не понимал, за что. Девушка о нем ничего не знает, а то, что видит в школе на уроках, едва ли является им настоящим. Да и сама Урарака не нравилась Мидории. Не то, чтобы девушка была некрасива, но Изуку понимал, что ему не нравятся девушки вообще и вряд ли когда-то понравятся. Шинсо, конечно, говорил, что, чтобы понять, надо попробовать, но сейчас ситуация отличалась. Подросток чувствовал, что это не его. Не было никакой связи, и не хотелось ее налаживать. В итоге, ребята разошлись и Изуку даже провел Очако почти до дома. Просто чтобы скоротать еще немного времени. Девушка напоследок его неуверенно обняла, отчего по спине пробежались мурашки. Надо бы держать дистанцию. К дому Изуку подошел, когда стемнело. Морально он уже был полностью готов к «высказыванию претензий» со стороны матери, но все-таки надеялся, что Инко не заметит его прихода или же просто не вспомнит об этом. Лишней головомойки перед сном не хотелось. *** Домой Урарака зашла, буквально светясь от счастья. Все-таки надеть черную юбку было прекрасной идеей. Пусть спички решили по-другому, но Очако рада, что пошла против воли случая. Девушка верила, что именно одежда придала ей уверенности в себе. Как ей показалось, вечер прошел хорошо. Изуку слушал ее с интересом, был довольно милым, а это значит, что как минимум симпатию он испытывает. Урарака считала именно так. Не может же Мидория общаться с ней из жалости? Или просто чтобы подшутить? Очако упорно игнорировала такие мысли. С чего бы смеяться над ней, а уж тем более жалеть… — Очако, ну как все прошло? — из кухни показалась мама, с интересом смотря на дочку. — Привет, мам, — Урарака вздрогнула от неожиданности и попыталась снять с лица глуповатую улыбку. — Да все нормально, — получалось не очень, поэтому Очако машинально поправила волосы, избегая зрительного контакта. Тема отношений всегда была для девушки чем-то неудобным и стесняющим, особенно если дело касалось обсуждения этого с родителями. Почему так получалось, Урарака не понимала, но каждый раз, когда мама пыталась завести об этом разговор, щеки сами по себе краснели. — Ну ладно, — женщина понимающе кивнула и улыбнулась, — тогда переодевайся и спускайся ужинать. Очако кивнула и буквально пулей поднялась в свою комнату. Закрыв дверь, Урарака плюхнулась на кровать и уткнулась лицом в подушку. Состояние было удивительное: хотелось пищать от радости и одновременно сложно было издать хоть какой-то звук. Вроде и ничего кардинального, но все равно по телу ощущалось приятное волнение. Настолько приятное, что хочется ощущать это как можно чаще. *** — Гляньте, кто пришел, — Инко обтерла руки полотенцем и облокотилась о дверной косяк. — Неужели праздник какой-то? — Ну, я все еще здесь живу, — Изуку оставил кроссовки в прихожей и направился в комнату. Главное, быстрее закрыть за собой дверь, тогда этого всего просто не будет слышно. — Что-то незаметно, — женщина и не думала отставать, следуя за сыном по пятам. — Приходишь, когда захочешь, шляешься непонятно где и говоришь, что живешь здесь? — Да успокойся, — Изуку проскользнул в свою комнату. Конфликты с отчимом были не редкостью и стали уже чем-то привычным, а вот мать доставала не так часто, но от этого было только хуже. Изуку совсем не хотел вконец портить с ней отношения, пытаясь сохранить хотя бы какое-то ощущение семейных уз, но каждый разговор с матерью только напоминал о том, что все эти узы остались в прошлом и толку от них никакого. Сложно было это принять. — Еще и перед матерью дверь закрывает, — Инко тут же открыла дверь, проходя вслед за Мидорией. — Все, что ты делаешь, — только проблемы приносишь. Ешь за счет Яги, место тут занимаешь, а уж про то, что ты раньше вытворял... Изуку сел на кровать, опустив голову вниз. Неужели все детство на самом деле никогда не существовало? Неужели та любящая и улыбчивая мама была просто его фантазией? В чем он виноват, что все обернулось вот так? Подросток сцепил руки в замок и принялся усиленно рассматривать пол. Его здесь нет, это все не с ним происходит, — так думать было намного легче. — Приходишь, когда тебе что-то надо. Ой, или, может, тебя твой дружок выгнал? — женщина театрально всплеснула руками. — Нет у меня никаких дружков, — раздраженно пробормотал Изуку. — Еще и врешь постоянно, — Инко недовольно цокнула, нахмурив брови. — Смотреть на тебя противно. — Ну так не смотри, — Мидория прикрыл глаза, запуская руки в волосы. Он отчаянно не понимал, что сделал, чтобы заслужить это. Было бы намного легче, если бы сейчас перед ним стоял Тошинори и орал. Да пусть бы даже и бил. Он совершенно чужой человек, которого Мидория никогда не знал другим. Да пусть даже бы и Инко орала, кидалась в него посудой и била, так было бы легче. Можно было бы списать это на эмоции, гнев, да на что угодно, но нет — женщина не кричала на него и не била, напротив, она методично причитала, тихо капая на мозги. Это было намного хуже. — Ну, так, может, тебе уйти? — женщина наклонилась к Изуку чуть ближе, язвительно улыбаясь. — Где ты там обычно ночевать любишь? Давай, проваливай. Подросток отвернулся. Изуку поднялся с кровати, обходя мать. Он оперся о стол, скрещивая руки на груди. Мидория старался не поднимать глаз. Хотелось оказаться как можно дальше от этой ситуации. Он не хотел отвечать что-то, не видя в этом никакого смысла. Да и что вообще можно ответить? Может, ему действительно не стоило приходить? Инко сказала что-то еще, но Изуку не расслышал последнюю фразу, а когда женщина, хлопнув дверью, ушла, подошел к окну и, отдернув штору, уставился пустым взглядом на улицу. Давай, проваливай. А что он, вообще, тут забыл? Зачем он пришел и чего он ожидал? Это какой-то вид мазохизма? Он же знал, чем это закончится, но все равно вернулся, будто это стало какой-то привычкой — всегда приходить домой. Изуку оторвался от окна, осматривая комнату. Ничего нового и все так же пусто. Здесь он все так же один и виноват абсолютно во всем. Что его здесь держит? Прикрыв лицо руками, Изуку сделал глубокий вдох. В этой комнате медленно, но верно начинает мутить. Недолго раздумывая, Мидория вытащил из сумки сигареты и телефон. Подросток прошел мимо гостиной, где сидели взрослые. Вряд ли они его заметили, но это к лучшему. Изуку накинул куртку и вышел из квартиры. В этот раз он не убегал в страхе, он не падал, хватаясь за перила, и не боялся оглянуться назад. Он неспешно спустился по лестнице, пряча руки в карманах и опустив к земле голову. На улице тепло и совсем немного ветрено, солнце уже село и было приятно темно. Воздух наполнял легкие свежестью, но Изуку все равно достал сигарету из пачки, привычно чиркая зажигалкой. Подросток устроился на скамейке, расслабленно откидываясь на спинку и скрещивая ноги. Первым делом Изуку подумал о Шинсо — переночевать у него не было бы проблемой, но Мидория не хотел, чтобы тот переживал о нем лишний раз. Тодороки? Нет. Точно нет. У учителя есть и свои заботы, наверняка. Поэтому, недолго колеблясь, Изуку достал телефон и написал Бакуго. *Мидория* 18/5 20:23 Ты чем-то занят? *Каччан* 18/5 20:23 Нет, а что? *Мидория* 18/5 20:24 А можно к тебе зайти? *Каччан* 18/5 20:24 Да можешь о таком не спрашивать Ну, только в случае, если забыл, где я живу и хочешь уточнить адрес *Мидория* 18/5 20:24 Только один вопрос Можно будет у тебя переспать? *Каччан* 18/5 20:25 Так СтОп Если ты хочешь кого-то трахнуть у меня, то… пиши заранее, я бы хоть убрался. Ха_Ха *Мидория* 18/5 20:25 Каччан — придурок Ты понял, о чем я Просто, ну типа, у тебя мало места *Каччан* 18/5 20:25 Каччан — придурок, Деку — окурок Похер Будешь спать под столом *Мидория* 18/5 20:26 Ты ребенок *Каччан* 18/520:26 Я хуже ребенка Так, я надеюсь, что ты уже едешь на автобусе, пока пишешь это все дерьмо Если нет, то Дуй сюда, пока я не дунул *Мидория* 18/5 20:26 Это угроза? Если да, то ты очень плох в них *Каччан* 18/5 20:27 Не хочу больше ничего слышать Быстрей давай *Мидория* 18/5 20:28 Тебе записать голосовое, чтобы ты слышал мои шаги? *Каччан* 18/5 20:29 Я больше не буду тебе отвечать Изуку прыснул со смеху, покачивая головой. Он затушил сигарету и встал со скамейки. Как ни крути, но он рад, что Кацуки вернулся. *** — Не сшиби меня дверью только, — входная дверь немного приоткрылась, и послышался приглушенный голос Кацуки. Мидория аккуратно толкнул дверь еще немного и просунул голову, словно проверял обстановку. Бакуго стоял в коридоре, точнее возле плиты, совсем рядом с дверью. — Ты готовишь? — Изуку закрыл дверь и принялся снимать обувь. — Конечно, я готовлю, задрот, — Бакуго недовольно фыркнул, переворачивая на сковородке мясные шарики. — Я живу один. Ты предлагаешь мне питаться полуфабрикатным дерьмом и заработать язву? — Никогда бы не подумал, что ты умеешь, — Изуку пожал плечами. — А ты думать вообще умеешь? — Ты называешь меня задротом, но говоришь, что я не умею думать, — подметил Мидория, обходя Бакуго, — в логике тебе не занимать. Изуку уселся на пол и уперся плечами в кровать. Наблюдая за тем, как Кацуки раскладывает на тарелки уже готовую еду, подросток протянул вперед ноги. — Зато в готовке точно занимать, — Кацуки поставил на стол полные тарелки. — Ты это попробуешь и обкончаешься просто. Нежнейшие котлетки из говяжьего фарша с самым томатным за всю твою жизнь соусом, прекрасная лапша — пока что не домашнего приготовления, но я совершенствуюсь, — Бакуго сел рядом с Изуку, подхватывая палочки. — А эти прекрасные жареные с тофу грибы требуют отдельного внимания. — Ну теперь даже есть жалко, — Изуку насмешливо фыркнул, двигая тарелку ближе к себе. — Спорю, что это вкуснее, чем готовит твоя мама, — без задней мысли кинул Бакуго. — Ага, — Изуку кивнул, тихо вздыхая, — не спорю. Мидория приступил к своему позднему ужину, попутно пытаясь вспомнить, когда вообще мама готовила что-то вкусное. Не говоря уже о чем-то, что он любит. Остальную стряпню дома даже и есть не хотелось. Тут Кацуки все-таки стоило отдать должное, еда действительно была вкусная. Изуку про себя удивился, ведь парень совсем не был похож на человека, который любит готовить. — Это было реально вкусно, — Мидория благодарно кивнул, вытирая рот салфеткой. — Если ты сейчас скажешь, что хочешь учиться на повара, то, когда откроешь свой ресторан, я буду твоим постоянным посетителем. — Ой, бля, никаких ресторанов и поваров, — Кацуки закатил глаза. — Поэтому и не люблю никому говорить, что умею готовить. Все сразу про повара говорят, а я, может, хочу учителем стать? — Учителем? — если бы еда еще оставалась, Изуку бы точно ей подавился. Бакуго не переставал его удивлять. — Не ссы в трусы, — Кацуки хлопнул Мидорию по плечу, поднимаясь с пола, — я пошутил. Я на ветеринара пойду. — Ты серьезно? — Изуку чуть наморщился, вспоминая, как Кацуки еще лет в шесть говорил, что хочет лечить животных. Что-то действительно остается неизменным. — Я думал, ты перерастешь это. — С чего бы? — Бакуго обернулся через плечо и с вызовом посмотрел на Мидорию. — Мне нравится медицина, но я повешусь, если придется лечить людей. Кстати, новость дня, — он достал из комода два геймпада и показал их Изуку, — теперь два геймпада и у меня есть файтинг. Знаешь, что это значит? Мидория отрицательно качнул головой, глядя на друга, который застыл в театральной паузе. — Это значит, что сегодня я надеру тебе зад, — Кацуки дал один контроллер Мидории, а другой оставил себе, быстро включая приставку. — Я бы приравнял это к избиению парализованного, — Изуку недовольно цокнул, рассматривая контроллер в руках. — Я даже играть не умею. — Все просто — жми на все кнопки, и что-то получится, — Бакуго снова сел рядом, наблюдая экран игровой загрузки. — Я сам не до конца разобрался еще, но тут куча супергероев есть, типа там Бэтмен, Железный человек, Супермен. Помню, ты вроде угарал по Супермену, когда мелкий был, — Кацуки отнял геймпад из рук Изуку, быстро выбирая на экране персонажа Супермена. — Кем ты там хотел стать? — Бакуго усмехнулся. — Таким же крутым, как он? Ну вот, у тебя появилась возможность. — Господи, почему ты это помнишь? — Изуку преодолел желание стукнуть себя ладонью по лбу и просто отвернулся от Кацуки, поджав губы. — Ну ты же помнишь, что я хотел стать ветеринаром, — Бакуго выбрал Женщину-кошку и, довольный, уставился в экран телевизора. — Чисто случайно, — буркнул Мидория. Когда на экране замельтешили модельки персонажей, Изуку полностью сосредоточился на игре. Он усердно нажимал на все кнопки в совершенно причудливых комбинациях и с невероятной скоростью, но все равно движения Супермена под его чутким управлением были похожи скорее на эпилептический припадок, тогда как Женщина-кошка запросто отнимала полоску жизней противника с присущей кошкам грацией. Бакуго совершенно не напрягался, уверенно зажимая комбинации ударов, и Изуку начинало казаться, что друг играл в эту игру почти что на профессиональном уровне, а про то, что сам не до конца разобрался, нагло соврал, чтобы Изуку не отказался с ним играть. — Да это нечестно, — Мидория вскинул в протесте руку, видя на экране полную победу Кацуки. — Ну, в следующий раз получится, — Бакуго пожал плечами, а на его лице застыла победная улыбка. — Бля, да у меня пальцы болят от такой игры, какой следующий раз, — Изуку положил геймпад на стол и принялся разминать уставшие руки. — Отрабатывай койку-место, Деку, — Бакуго сунул в руки Мидории геймпад, намекая на продолжение. — Футон сам себя не расстелет. — Я со сломанными пальцами тоже его не расстелю, — недовольно фыркнул Изуку, но все-таки контроллер принял. — Сломаешь пальцы — расстелю я, — Кацуки пожал плечами, зажимая вариант реванша. Мидория где-то с секунду рассматривал застывшего в предвкушении очередной драки Кацуки, а потом все же подтвердил выбор. Следующие несколько партий Изуку стойко пытался выиграть, ну, или закончить игру хотя бы не всухую. И стоит признать, у него начало получаться: один раунд из трех он себе забирал по праву. Бакуго, конечно, все равно ворчал, потешался, что Изуку даже на задрота не тянет, раз так плохо играет, но явно был рад, что тот хоть немного улучшался, — ведь играть с равным противником куда интереснее. Под конец их вечера, уже лежа на футоне, Изуку засыпал с легкой улыбкой. Действительно, с Бакуго было легко. Он не задавал лишних вопросов, а если и догадывался о чем-то, то просто молчал. Он не показывал жалости или какого-то сочувствия, он не предлагал свою помощь. Не то чтобы Изуку не был благодарен за проявление этих чувств другими, но иногда ему нужно было просто отвлечься: не грызть себя мыслями о том, что кто-то переживает за него, а просто сделать вид, что все нормально и так будет всегда.