Стокгольмский синдром

      Чонгук несколько дней провёл дома, никуда не выходя. Он слишком боялся тех картинок, которые возникали у него перед глазами каждый раз, когда он терял самообладание. Стоило ему потерять контроль над тем, о чём он думал, и всё. Каждая мысль, пускай и окольными путями, но превращалась в фантазию об окровавленном женском теле. Чонгук рвал волосы себе на голове, истошно кричал и всячески пытался этому противиться. Поначалу он пытался отвлечь себя. Он изрисовал целый скетчбук за пятницу, субботу и воскресенье, но часто ему хотелось нарисовать что-то мерзкое, заляпанное кровью, где персонаж будет обессиленный, забитый и потерявший надежду. Постоянное копание в своей голове отвлекало его от процесса, и он срывался и рисовал нечто страшное, иногда расчленённое. Боль в груди не утихала, там одновременно было два невыносимых чувства: первое — это ураган в груди, вьюга с режущим и колющем снегом, словно бушующее море, оно разрывало его изнутри; второе же чувство было сравнимо лишь с воткнутым в сердце ножом. Всё внутри разрывало и раздирало, каждый вздох отзывался спазмами и острой болью во всём теле. Дыхание сбивалось, глаза увлажнялись, а руки тряслись.       Это было невыносимо.       Что с ним происходит?       Рисование не спасало, лишь усугубляло ситуацию. На пары ехать сил не было, он бы точно сорвался или даже схватил паническую атаку. Поэтому он решил заняться генеральной уборкой, но то и дело он натыкался то на бечёвку, то на верёвку, то на топор, то на светлые тряпки. Каждая вещь в этом доме напоминала ему о прошлом. И это было ещё более болезненно.       Что же ему делать?       Он прибрался на обоих этажах, особенно тщательно разобрал холсты, часть отнёс на чердак, убрался и там. Его руки дошли даже до мраморной плиты на участке у дома, он стряхнул с неё снег, убрал гнилые ветки, сухую траву, торчащую из-под белой пелены. Единственное, что он не тронул, — это подвал. Сил уже не осталось, а желания спускаться туда совершенно не было.       Как же ему было тошно. Тошно существовать, испытывая все эти непонятные чувства. Что он вообще чувствует? Почему это так невыносимо?!       Похоже у него нет выхода. Придётся снова воспользоваться этим. В этот момент ему совсем не хотелось жить. Хотелось просто раствориться в воздухе, чтобы не чувствовать всю эту боль.       — Кто-нибудь… Помогите…

***

      — Не знаю, мы уже неделю не виделись… — как-то раздосадовано прозвучал феминный голос. Компашка из трёх девчонок сидела в каком-то кафе. Как всегда, кому-то из трио не терпелось пообсуждать дела любовные. Любовь ведь всегда кружит голову студентам?       — То есть он сказал, что хочет с тобой дружить, даже намекал на какую-то романтику, а сам пишет редко? Вот скотина! — возмущалась Ким Дженни — одноклассница Ким Джису. Активная резвая девчушка, которая обожала цветастые бомберы и спортивную одежду.       — Да пишет он мне! Просто не в последние дни.. — Джису была весьма не уверена в себе, и это выдавало то, как задумчиво она тыкала ложкой мороженое. Интересный ей парень, уделяющий много внимания, вдруг резко слился и уже неделю не даёт о себе знать. — Может, что-то случилось?       — Честно, не знаю, — Чеён водила трубочкой в стакане, перемешивая подтаявшее взбитое мороженое и черничный сироп. — Ты говоришь, что он был максимально искренним. Тебя в такие моменты не обманешь… Ты как-то так чувствуешь настоящие эмоции людей, тебя трудно обмануть. Но с другой стороны…       — Если бы Джису была ему нужна, он бы позвал её погулять, — возмутилась первая. Весьма резкая и бойкая, оказывается. Она полностью перекрывает черты, которых Джису не хватает, и наоборот. Неудивительно, что они сдружились.       — А вдруг что-то случилось? — Ким взяла в руки стакан с гляссе.       — Ну вообще, судя по его образу жизни, с девчонками по клубам он не шатается, — вторая Ким отпила свой апельсиновый сок. — Он ведь одиночка-задрот? Прям как ты, Джису! — девушку пихнули в бок.       — Я не задротка! Вы не представляете, как он отдаётся делу… — Ким мечтательно уставила глаза в стол, вспоминая его тёплые нежные руки, которые аккуратно рисовали звёздочки на её щеках, надевали кленовый венок. Это всё слишком романтично звучит.       — О-о-о, всё, поплыла наша девочка!       — Интересно, каким ещё делам он так страстно и усердно отдаётся? — пошутила Пак с пошлым намёком.       — Ой, фу! — Джису скривилась. — В том-то и дело, он вообще не шутил пошло при мне! Он уважает меня и мои границы. Не то, что ваши парни! Им бы только и пошутить про то, куда что пихнуть. А Чон Чонгук не такой! — девушка всячески защищала парня, не желая в нём разочаровываться. Кто-то может сказать, что она сидит в розовых очках, но что взять с молодой девушки, у которой никогда ни с кем не было отношений?       Да, они общались почти два месяца, но они всё ещё знают так мало друг о друге. Однако Джису ценила многие поступки Чонгука. Он прямо-таки выказывал из себя уютного трудягу-домоседа, верного, сильного, но ищущего расслабления и поддержки, моральной защиты в её женских руках. Он такой идеальный для неё.       — Вот что не скажи, Джен, а твой реально задолбал шутить про письки-сиськи в каждом слове.       — Я и сама от него не далеко ушла! — девушка демонстративно откинула прядь волос назад.       — Что верно, то верно.       — И мне всё же интересно, каков Чонгук в постели.       — Ну Че-ё-ён!       — Ха, подойди да спроси! А вообще, я уверена, он девственник.       — Эй, Дженни, прекрати этот балаган!       Джису смущали любые мысли, связанные о близости с Чоном. И она не знает почему. Она даже представить себе их поцелуй не могла. Каким бы он был — их первый поцелуй? Наверняка ведь нежным и невинным, когда он сделает первый шаг и неуверенно коснётся её губ. А она и не сможет противостоять, только обмякнет в его руках…       — Эй, Джису-у! Ты в каких облаках там залеталась? — Дженни щёлкала пальцами перед носом Ким. — Тут твой муженёк, кажись, подъехал!       И Джису словно проснулась ото сна. Она удивлённо посмотрела в панорамное окно, увидев Гука в мотоциклетном шлеме. Что он тут забыл?       Парень удивлённо смеялся, не пытаясь отвезти взгляда, тыкал в воздух пальцем и махал девушкам рукой, а Ким лишь хватала ртом воздух как рыба. Ей было весьма неловко. Он ведь видел её замечтавшуюся, когда её трясли подруги за плечо? Как нелепо она тогда выглядела? Наверняка нисколько не привлекательно, с глупым выражением лица. Как долго он вообще пытался обратить её внимание на себя? Тыкал ли в стекло, махал долго рукой, чтобы Дженни или Чеён его заметили, а после и вовсе тыкал пальцем в Джису?       Мужчина припарковал мотоцикл, снял шлем и вошёл в кафе, сразу же находя глазами девушек. Стоит ведь к ним подойти? Познакомиться?       — Ой, Джису, что за симпатичный у тебя друг? Познакомишь? — Ким Дженни включила кокетку и, как ни в чём не бывало, отхлебнула бесшумно сок и пригласила парня к ним присоединиться. — Присаживайся, нам очень интересно познакомиться с тобой.       — Реально, интерес неподдельный, — Чеён поддержала подругу.       — А, точно, — Ким Джису словно вновь очнулась ото сна. — Девочки, это Чон Чонгук.       — Да, мы поняли, — Мужчина присел рядом с Пак, прямо напротив Джису. — Я Пак Чеён.       — Приятно познакомиться, — Чонгук пожал ей руку. Сейчас он под прицелом. Они оценивают его. Змеи в гнезде. Парень знал — сейчас он проходит проверку.       — А я Ким Дженни, — девушка также протянула руку и приняла пожатие. — Мы тут как раз о тебе разговаривали, — Джису была готова проклясть свою лучшую подругу прямо сейчас за ту долю секунды, когда девушка раскрыла рот.       — Обо мне? Интересно, — Чон смущённо улыбнулся. Он вёл себя невероятно обаятельно.       — Да-а-а, Джису нам рассказывала, как она обеспокоена твоим отсутствием в её жизни, — Чеён решила подколоть подругу, пихнув её в бок.       — Эй, Чеён, ты что говоришь?       — Правда? Прости, Ким Джису, я был занят. Выдалась свободная минутка, поэтому я решил приехать в город. И сразу наткнулся на тебя! Вот так удача, правда?       — Звучит как судьба, — Пак Чеён рассмеялась.       — Ты всю неделю был дома? — Ким искренне удивилась. Она думала, парень ездит на пары, закупается в магазине продуктами и вообще регулярно приезжает хотя бы в пригород, а тут он всю неделю не покидал свою обитель.       — Практически. Сама видела моё жильё, оно требует тщательного ухода. Я потратил пару дней на генеральную уборку, прибрался на участке, снег расчистил. Я навёл по-о-олный порядок в своей мастерской! — по его выражению лица было понятно, что он гордился проделанной работой. — Потом я уделил время отдыху и сегодня приехал за кое-какими материалами в строй-магазин.       — Звучит так, как будто бы у тебя какие-то идеи для декораций! — воодушевлённо пропела Ким.       — Так и есть. Это для новой работы. Надеюсь, ты не будешь против принять в ней участие? — Чон так надеялся, что девушка ему не откажет, они должны ещё столько всего вместе нарисовать!       — Конечно приму!       — О-о-ой, ну начались опять эти скучные разговоры про рисование. Давайте я тоже сейчас заговорю про эпоху Чосон? А что? — девушка училась на историка-обществоведа.       — Дженни!       — Что-о-о? Давайте поболтаем о том, что будет всем интересно? Что за моцик? Выглядит классно, но потрёпанный, — мотоциклы и автомобили всегда интересовали Ким Дженни, сколько она себя помнит. Ещё в детстве она была с папой, когда тот чинил своё транспортное средство в гараже.       — А, это Сузуки, мне помог его приобрести старший брат. Но зимой я беру его машину. Так проще возить вещи, — он подозвал официантку, чтобы заказать себе что-нибудь попить. — Он стоял в гараже, пока лежал снег. Холодно очень зимой мчаться навстречу ветру, — мужчина хохотнул. — А сейчас немного подтаяло, и я решил выкатить его, проверить, как работает. Я немного даже порисовал на обочине недалеко от заправки. Было уютно.       — Джису, хватай парня, у него и тачка, и моцик есть, — стараясь как можно незаметнее, но очень, в общем-то, даже заметно, сказать это Джису на ухо, Ким Дженни скрючила рожу, как в смешных видео в интернете. Чонгук сразу же смущённо захохотал.       — Весёлые у тебя подруги, Ким Джису.       — Это ты нас ещё под градусом не видел, — Джен напоминала клоунскую душу компании, девушку, которая умела посмеяться над своими особенностями. Она нисколько не стеснялась себя показывать настоящую — даже сейчас девушка была без косметики, с растрёпанными волосами, рядом с телефоном лежали тёмные очки от яркого солнца, а на теле балахоном висел красно-белый спортивный костюм. Пуховик весел на вешалке у входа. Она просто была настоящей, не стеснялась своих недостатков. Жила здесь и сейчас. Это чувствовалось за километр.       — Мне даже стало интересно, — а какие они под градусом, если сейчас они максимально открыты и настроены на общение? Эх, грёбанные экстраверты.       — Как-нибудь позовём тебя на вечернику, увидишь, — почему это стало походить на флирт?       — Аха-ха, посмотрим, — Чон почесал щёку, — обычно мне такое не по душе. Затворничество, все дела.       — Эх, вы! Творческие люди с тонкой душевной организацией! Что ты, что Джису.       — К слову, сколько тебе лет? — кажется, Пак решила вспомнить о приличии.       — Мне двадцать три, — Чонгук отпил безалкогольный мохито, который ему подал официант.       — Правда? Ой, оппа, извини.       — Ничего страшного, меня все за восемнадцатилетку принимают.       — Но ты правда молодо выглядишь!       — А тебе ведь девятнадцать, да, Ким Джису?       — Да…       Они ещё немного поговорили про свои планы на ближайшие годы, кто куда хочет поступить, а кто уже где учится, а у Чонгука всё никак не выходила одна шаткая идея из головы.       — Джису, на меня капец как нахлынуло вдохновение, не хочешь поехать ко мне сейчас? Я просто очень сильно хочу что-нибудь нарисовать, — Чон аж стукнул кулаком по столу. Слабо, но настойчиво, что выглядело очень комично.       — Ого, романтика. А мне мой картины не рисует! — Дженни драматично приложила ладонь ко лбу и наигранно всплакнула, после чего лучисто рассмеялась. Девушка показалась парню странной. Слишком вульгарной, несмотря на то, что была одета строго.       — Ты хочешь прямо сейчас? Но уже поздно… Мы не успеем… — только если он не предложит остаться у него на ночь… Он ведь не предложит?       — Бля-я-я-я, просто в голове такой чёткий образ! Чё-ё-ёрт! — Чонгук заскрежетал зубами, он будто бы изображал ломку, но выглядело это довольно мило с его стороны. Милая кроличья улыбка.       — Да ладно тебе, Джису, езжай. Родителям скажешь, что осталась у меня вместе с Чеён. Если что, мы прикроем, — о нет, Дженни, что ты творишь? Остаться на ночь у парня, который тебе нравится, в дали от дома и в тайне от родителей? Ты сумасшедшая?!       — Они меня уроют! — Джису прикусила наманикюренный ноготь.       — Да чего ты паришься? Тебе слишком не хватает свободы, ты привязана к своей семье и ничего без их ведома не делаешь! Это неправильно, — Пак подключилась к Ким и начала напирать на беззащитную Джису.       — Да я даже не готова! У меня с собой и косметички-то нет.       — Я думаю, красная помада и чёрные тени нам бы пригодились… Но можно и без них, — тут встрял Чонгук, задумчиво потиравший подбородок.       — Оп, у меня есть с собой стик, — Чеён сразу же полезла в сумочку за губной помадой, открыла её и выкрутила продукт, демонстрируя цвет. — Пойдёт?       — О, классический красный, идеально.       — Блин, я не знаю… Я не могу уехать, не предупредив маму с папой… — Джису находилась в смятении. Она не так хорошо знала Чонгука, чтобы оставаться с ним наедине больше суток. Да, они здорово проводили время вместе, оба знают, кто где живёт, но всё-таки… Он как отшельник. И это настораживало… Прошлая паника говорила ей не поступать так опрометчиво. Его скачки настроения… Вся эта ситуация так пугала девушку.       — На самом деле, я думаю, ты сможешь расслабиться пару дней на природе. Там чистый воздух, вокруг лес, умиротворённо и спокойно. Я права, Чонгук-оппа? — Дженни действительно была за то, чтобы Ким поехала к Чону рисовать с ним новую работу, однако… Это девушку и пугало.       — Да, сосновый запах очень успокаивает. Но Джису это знает, она уже была у меня дома. А ты много из-за чего переживаешь в последнее время?       — Да она из-за родителей парится. Слишком уж они её гиперопекают и тычут, что ей следует делать, а что нет. Во сколько возвращаться домой, с кем общаться, а с кем нет и так далее.       — Чеён, я же говорила, на это есть причины.       — Думаю, я не дам Ким Джису в обиду? — Чонгук, конечно же, понимал, о чём шла речь. Он помнил тот разговор. И ему было ужасно неприятно осознавать, что какие-то аморальные подростки поступили с ней так. Мерзость.       — Всё, задолбали, хорошо, я согласна! Я поеду загород отдохнуть от родителей и помогу Чонгуку с картиной! Всё? Довольны?       — Домой будем заезжать?       — Если вы заедете домой, её точно не отпустят. Мчите на Сузуки прям так! — Джен взмахнула правой рукой вперёд, указывая направление, после чего допила остатки сока.       — Это самая спонтанная поездка в моей жизни. Отвечаю, родители меня убьют. Это мне ещё аукнется… — Джису сама не верила в то, что способна на такое. Ослушаться их? Да как такое вообще было возможно?! Что ж, она надеется, что действительно сможет отдохнуть от их запретов, и эта поездка окажется полезной для них обоих.       — Всё будет нормально! Мы тебя прикроем. Давай в воскресенье вечером возвращайся. Удачно вам там провести время.       Ещё немного погодя ребята попрощались, после чего Чон Чонгук усадил девушку на свой мотоцикл и надел на неё шлем безопасности. Они уехали под садящееся за горизонт солнце.