Магазинчик взрослых развлечений

      Общество всегда навязывало человеку неверное представление о сексе. Уроки полового воспитания в школе включают описание различных ужасных последствий, вроде подростковой беременности, венерических заболеваний и СПИДа, абсолютно исключая тему удовольствия. Многие ученые защищают концепцию, где мужчина всегда озабочен совокуплением, а женщина желает иметь лишь как можно больше детей. Многие родители считают, что их взрослеющему ребенку совершенно ни к чему знать что-либо о созревании своего организма и его потребностях.       И вот незнакомая тетка, весьма отдаленно связанная с сексологией и медициной в принципе, демонстрирует школьникам на примере банана технику облачения полового члена в презерватив. В лучшем случае. В худшем — бегло рассказывает о контрацепции теоретически, стреляя гневным взглядом поверх голов хихикающих подростков. Больше вы ничего не узнаете, потому что говорить о сексе запрещено. Эта тема прочно забита в сознании людей как нечто постыдное, грязное, низкое, недостойное. Человеческая цивилизация построена на чувстве вины и стыдливости.       Конечно, в юности вы можете получить кое-какие смутные знания из старого PlayBoy или Cosmopoliten, где печатают статьи про оральные техники, точку G и 25 способов испытать гарантированный оргазм. Есть еще различные виды порно, но фильмы эти так же далеки от настоящего секса как министерство образования от здравого смысла. Безграмотность порождает заблуждения, иногда весьма пугающие и трагичные. Биске боролась с безграмотностью по мере сил. Ей часто приходилось убеждать клиентов в необходимости использования лубриканта при покупке той или иной игрушки, учить мужчин подбирать себе презервативы по размеру и объяснять простейшие навыки гигиены. Однажды ей даже пришлось зачитать краткую лекцию по анатомии супружеской паре. Они пол года не могли зачать ребенка, потому что занимались анальным сексом вместо вагинального. Они просто не знали, как правильно.       Но все эти случаи меркли в сравнении с одним единственным вопросом, который Биске искренне ненавидела. Иногда она слышала его по нескольку раз за рабочую смену, сдерживая зубовный скрежет и острое желание рукоприкладства. Этот день не стал исключением.       — Здрас-сьте. А у вас есть штука типа виагры для девушек? Ну, чтобы она точно мне дала?       Молодой мужчина чуть за тридцать нетерпеливо перемялся с ноги на ногу. Он не был смущен, нет. Напротив, весь его вид говорил о железобетонной уверенности в существовании волшебного снадобья.       — Жаль вас разочаровывать, но таких препаратов не существует.       — Всмысле не существует?! Мой кореш такой через интернет заказывал!       Биске натянула самую вежливую улыбку из возможных, моля небеса даровать ей побольше терпения. Вагон и маленькую тележку, чтоб точно хватило.       — Скорее всего, вашему другу попался так называемый женский возбудитель. Они популярны, но не эффективны. Часто состоят из комплекса витаминов и расслабляющих веществ. К тому же препараты, купленные через сомнительные сайты, могут быть опасны для здоровья.       — И что мне, блин, делать? Разве нельзя ей просто таблетку скормить?       У Биске задергалось нижнее веко. «Скормить таблетку». Типа как домашнему животному. Вряд ли его партнерша в курсе грядущего приобретения.       — Понимаете, женский организм устроен гораздо сложнее. Ни одно средство не сработает на девушке так же, как виагра на мужчине. Возможно, вам лучше честно поговорить с ней. Проблемы в сексе иногда возникают из-за усталости или стресса…       — Короче, нету у вас такого. Или просто продавать мне не хотите?! — увесистый кулак с грохотом обрушился на прилавок. Как назло, именно сегодня охрану отпустили. Впрочем, на экстренный случай есть перцовый баллончик, но его применение в камерном помещении полностью обрушит работу на ближайшие сутки. Еще бы самой не надышаться.       — Пожалуйста, успокойтесь. Иначе я вызову полицию.       — Я тебе вызову! Ты за кого меня держишь, а?       — За агрессивного ублюдка, планирующего изнасилование… — ледяной монотонный голос застал врасплох обоих. Бледная рука легла на плечо оторопевшего клиента, и тот будто врос в кафельный пол. Высокий человек за его спиной даже не изменился в лице.       — А теперь слушай. Сейчас ты уйдешь. Быстро, тихо и навсегда. Если увижу тут снова — разобью твою черепную коробку в щепки прямо об этот прилавок. Пошел.       Испуганный мужчина пулей вылетел на улицу, оставляя Биске наедине с незнакомцем.       — Эмм… Спасибо?       Слова благодарности получили вопросительный оттенок, ведь мотивы нового посетителя представляли для нее загадку. Чувство опасности не исчезло. Незнакомец медленно осмотрелся по сторонам, пробегая цепким взглядом каждый стеллаж.       — Не за что. У меня к вам дело. Этот господин помешал бы спокойно вести разговор, вот и пришлось припугнуть.       Слово «господин» прозвучало в его речи как «мерзкая тварь».       — Буду рада помочь.       Неуютный взгляд черных глаз тут же приклеился к Биске. Она судорожно вспоминала, был ли слышен звук дверного колокольчика прежде, чем этот человек появился в магазине. Он словно возник из ниоткуда.       — Здесь работает парень по имени Киллуа. Я его старший брат.       — О, приятно познакомиться. Он у вас замечательный! Очень старательный и…       — Не могу до него дозвониться со вчерашнего дня. Надеялся, что найду на работе. Не знаете, где он?       Биске поежилась. Что-то здесь было не так. Даже если незнакомец действительно приходится Киллуа родным братом, почему он пришел сюда? Разве ему не известен домашний адрес? Пожалуй, на этот раз лишнего болтать не стоит.       — Вчера Киллуа просил подменить его на некоторое время. Сказал, что заболел.       — Заболел? Какая жалость.       В голосе посетителя сквозило удивление. Это наводило на мысль, будто в их семье болеть не принято вовсе. Теперь понятно, отчего Киллуа никогда не упоминает в разговорах собственных родственников.       — Извините, не расслышала, как вас зовут.       — А я и не называл своего имени. Лучше скажите, Киллуа хороший работник?       Незнакомец склонился над прилавком, опираясь на локти. И в этот момент Биске все бы отдала, окажись она нос к носу с тем агрессивным уродом вместо фарфорового лица, лишенного каких-либо человеческих эмоций.       — Он очень…ответственный. И быстро учится.       — Я имею ввиду, если вдруг Киллуа долго не сможет выходить на работу, вы не собираетесь уволить его?       Биске зажмурилась, разрывая гипнотический, нездоровый зрительный контакт. Она вдруг представила себя неподвижно сидящей у огромной вазы, из которой неумолимо поднимается голова змеи.       — Я ни в коем случае не уволю Киллуа. Он чудесный мальчик. Пусть эта работа всего лишь временное занятие, но пока она нужна ему, я всегда придержу место.       Голос подвел ее, тонко надломившись в конце. Человек напротив едва заметно улыбнулся: углы рта приподнялись, смяв ровную нитку губ в напряженный излом. Чужая нервозность доставляла ему садистское удовольствие.       — Даже если он будет отсутствовать слишком долго? Прогулы не следует поощрять, это нерационально.       — Киллуа не прогуливает. Он на больничном! — коротко, но твердо оборвала Биске. Теперь ни в коем случае нельзя терять решимость и поддаваться на провокации. Иначе ее растопчут. Уничтожат посредством психологических манипуляций.       — Поймите правильно, брат легко теряет интерес практически ко всем новым вещам и занятиям. Его ответственность только форма упрямства.       — Никогда не замечала такой черты в его характере. Зачем вы пытаетесь очернить Киллуа? Ставите ему палки в колеса?       Незнакомец выпрямился со скучающим видом. Он понял, что давление больше не оказывает нужного эффекта на цель. Вокруг словно прибавилось воздуха.       — Напротив, я крайне обеспокоен его будущим. Мой брат — надежда семьи. Что ж, благодарю за информацию. Мне пора.       — Учтите, я расскажу Киллуа о вашем визите и всех этих странных вопросах! — выкрикнула разъяренная Биске ему вслед. Человек безразлично махнул рукой.       — Это ничего не изменит.

***

      Гон проснулся первым. Солнечные лучи настойчиво пробивались сквозь плотные шторы, заливая гостиную золотом. Где-то за окнами уже гудел беспокойный город: смех и голоса людей, шум машин, звуки шагов сливались в едином суетливом круговороте. Он сладко потянулся, разминая спину. Часы показывали половину одиннадцатого. Безумно поздно для человека, привыкшего рано вставать на утреннюю пробежку. Но есть своя прелесть в том, чтобы никуда не спешить и ничего не планировать, допоздна нежась в постели. Особенно если для этого имеется уважительная причина.       Парень перегнулся через спинку дивана, вглядываясь в темноту спальни напротив. Где-то там, под ворохом одеял и разнокалиберных подушек обретался Киллуа. Вчера они до рассвета играли в приставку, попутно уничтожая стратегические запасы пиццы и, в общем-то, отлично развлеклись. Хотя такое времяпровождение с натяжкой можно назвать заботой о болеющем. Гон чувствовал себя немного виноватым и счастливым одновременно.       Улыбаясь собственным мыслям, он прошлепал в ванную. Холодная вода приятно освежала, покалывала кожу шеи и лица. Рядом на стеклянных полках стояли многочисленные баночки-бутылочки с гелями для душа, пеной и шампунями — таким количеством можно вымыть половину города. Он заметил это только сейчас. Кокосовое молоко, шоколадный трюфель, клубника со сливками, банановый десерт, пина-колада, имбирный пряник, бархатный апельсин и разнообразные ягодные миксы: по-видимому, хозяин всего этого разнообразия обожал сладкое. Что ж, теперь понятно, почему Киллуа так необычно и вкусно пахнет. Удивительным образом любой десертный аромат смешивался с запахом его кожи в нечто особенное, в тонкую, неповторимую ноту. Гон готов был поклясться, что узнает этот запах из тысячи.       Вместе с размышлениями о сладком пришла идея завтрака. Кажется, вчера при обыске кухни на предмет уксуса он видел вафельницу. Пышные венские вафли с сиропом и взбитыми сливками к горячему кофе — чем не мечта сладкоежки?       Вопреки уверениям хозяина, холодильник оказался не так уж пуст. Нашлись и молоко, и яйца, и сливочное масло. Оставалось докупить лишь немного ингредиентов в ближайшем супермаркете на первом этаже дома. Уже пол часа спустя Гон доставал первую порцию румяной, воздушной выпечки.       — Эй, чем это так божественно пахнет? Гон? — донесся сонный, но требовательный голос из спальни. Еда сработала лучше будильника. Вскоре появился и сам Киллуа, немного помятый, взлохмаченный, трогательно хмурый. Он остановился в дверном проеме кухни, небрежно засунув руки в карманы брюк.       — О, доброе утро! Как раз вовремя, я почти закончил. Осталось только кофе заварить.       — Ты умеешь печь вафли?       — Ага. Часто приходилось жить одному, вот и научился готовить по мелочи. Кстати, как себя чувствуешь?       Киллуа задумчиво почесал затылок, все еще не сводя глаз с Гона, лицо которого кое-где оказалось перемазанным мукой.       — Да нормально. Только жрать охота. Это ты виноват, распахся тут с утра пораньше…       — Тогда садись скорее, сейчас будем завтракать!       Парень послушно вскарабкался на стул. Он молча наблюдал, как загорелые руки раскладывают манящую выпечку, наливают тягучий сироп, заполняют чашки свежим кофе.       — Слушай, у тебя девушка есть?       Гон поднял удивленный взгляд, едва не расплескав содержимое кофейника. Он явно смутился от неожиданного вопроса.       — Нет. Почему ты спрашиваешь? Киллуа подпер рукой подбородок. Весь его вид говорил о каком-то игривом интересе.       — Да так, любопытства ради. С таким характером и внешними данными девчонки, должно быть, на шею тебе вешаются. Еще и готовить умеешь.       — П-причем тут это?       — Ну как же. Симпатичный парень, пекущий блинчики или вафли у нее на кухне — это очень… сексуально.       Гон почувствовал, что стремительно краснеет. На радость провокатору.       — Ты говоришь смущающие вещи. Но, знаешь, Киллуа, это даже забавно. Ведь я подумал примерно то же самое, когда впервые увидел тебя.       Двухэтажная вафля с кремом замерла на полпути ко рту. Золдик вопросительно изогнул брови, уставившись на собеседника.       — Не понял.       Фрикс подвинул свою чашку в сторону и чуть склонился над столом. Он знал по опыту: человек лучше поймет тебя, если будешь смотреть в глаза. Зрительный контакт очень важен для взаимодействия.       — Наша первая встреча в твоем магазине. Я тоже подумал, что ты слишком хорош, чтобы быть свободным. Что у тебя наверняка есть любимый человек и куча друзей, постоянно требующих внимания. Поэтому сначала засомневался, стоит ли… навязывать тебе свою компанию и все такое.       — Ну, как видишь, ты ошибся… — необычайно тихо пробубнил Киллуа, опустив голову вниз. Так его лицо почти полностью скрывалось за спадающими серебристыми волосами.       — Могу я узнать, почему?       — Почему у меня нет друзей? Без проблем. Лет до семнадцати я торчал дома, осваивая стандартную программу образования с частными учителями. А потом отец запихнул меня в университет, не особенно интересуясь моим мнением. Шесть лет адской скуки спустя я вернулся, рассчитывая заняться собственной жизнью — и что?       — Что?       — Мне говорят: сын, ты надежда семьи, ты должен готовиться принять дело своего деда и отца. Как будто мне это интересно. В итоге я разругался с родителями в пух и прах.       Голос парня дрожал, точно струна. От гнева ли, от обиды, сложно сказать. Но Гон понял одно — сейчас перед ним настоящий Киллуа. Такой, каким его не видел никто.       — И ты ушел из дома?       — Все не так просто. Скорее, мне позволили уйти. Старший брат предложил что-то вроде договора: если продержусь полгода на работе по его выбору, справлюсь с самостоятельной жизнью без помощи семьи — меня отпустят. Разрешат заниматься, чем захочу. Так что скоро я утру им нос.       — У тебя все получится, я уверен! — Фрикс ободряюще коснулся его руки. На самом деле это пугало — семья, в которой дети не имеют права выбирать собственное будущее. Семья, где твои желания и мечты ничего не значат. Где ты всегда остаешься один.       Гону вдруг захотелось обнять Киллуа. Обхватить крепко-крепко, спрятать от всего плохого хоть на краткий миг, лишь бы стереть это болезненное выражение с его лица.       — Конечно, получится, черт побери! В крайнем случае запланирую побег из страны… — отшутился парень, вновь поднимая на собеседника свои синие, лучистые глаза.       — Тогда я могу украсть тебя и увезти от них куда-нибудь далеко. В Африку, например. Если захочешь. Киллуа рассмеялся, впервые за утро.       — Ну, ты тоже как скажешь…       Гон передернул плечами, делая большой глоток кофе. Где-то в гостиной беспокойно задребезжал его мобильный телефон.       Оказалось, звонили из клиники по поводу работы. Крупный ветеринарный центр рассмотрел резюме и теперь предлагал должность врача-психоневролога. Крайне ответственная, интересная специализация, и кроме того хорошо оплачиваемая. Нужно было лишь успеть на собеседование к двум часам. Гон повесил трубку и возбужденно оглянулся.       — Киллуа, сколько сейчас времени?       — 12:45 по полудню, а что случилось? — подозрительно щурясь, ответил тот.       — Я могу успеть, могу успеть…       Правая нога никак не желала влезать в штанину, и Фрикс едва не свалился, пока натягивал одежду. Отыскав рюкзак, он спешно закинул туда телефон, кошелек и прочие свои вещи. Чудо, если на дорогах не окажется пробок.       — Гон! Да что, блин, произошло?       — Извини, мне нужно срочно уехать. Это по работе, очень важно. Я расскажу тебе, как только освобожусь! Обещаю!       Дверь захлопнулась за его спиной.       Нехорошо так бросать друга, без каких-либо объяснений, но время не терпит. Киллуа простит его позже, можно даже сходить с ним куда-нибудь вместе в качестве извинения. Кино или парк аттракционов отлично подойдут. Да, так он и поступит.       Преодолев несколько лестничных пролетов, Гон выскочил на улицу. Ближайшая автобусная остановка находилась совсем близко, нужно всего лишь повернуть за угол дома. Сильный удар в плечо едва не лишил его равновесия. Снова ощутив твердую землю под пятками, Гон с ужасом заметил лежащего перед собой человека. О боги, он на полном ходу снес своей тушей какого-то беднягу!       — Простите меня! Я такой неуклюжий. Вы в порядке? Вам помочь? — однако протянутая рука была отвергнута. Упавший мужчина сам поднялся на ноги и теперь меланхолично отряхивался. Вид он имел престранный: длинные кукольные волосы высоко отступали над широким лбом, а жесткая выправка спины наводила на мысль о многолетней дисциплине. Предметы гардероба хорошо сочетались и были тщательно подобраны по размеру, однако впечатление создавали неестественное. Словно видишь перед собой манекен.       — Я вас точно не повредил?       — Нисколько. Пострадала только моя одежда.       Два черных омута безразлично окинули Гона с головы до пят, и он ощутил неприятную уязвимость перед этим человеком.       — Могу я еще что-то…       — Нет. Идите по своим делам. Я тут кое-чем занят.       Незнакомый брюнет задумчиво посмотрел в сторону окон верхних этажей, явно не желая продолжать разговор. Гону ничего не оставалось, как воспользоваться его советом.