Sweet December
5 мая 2019 г., 19:15
Юнги скучал. Скучал невыносимо, откровенно.
За три недели понял, как сильно скучал, выплескивая всю свою тоску с поцелуями, от которых Чимин начал совсем тихонько стонать в приоткрытые губы. Комната наполнялась двумя запахами — сладостью омеги, обжигающе терпким ароматом альфы, гармонируя друг с другом.
Чимин прижался к Юнги всем телом, вздрагивая от пальцев внутри, от влаги проступающей смазки, стоило альфе еще раз коснуться губами кожи на животе, на бедрах, даже там... возле пульсирующей влажной дырочки. Чимин простонал громко, закрыв глаза и опустившись на подушку. Дышать рядом с Юнги было тяжело, а касания рук, длинные пальцы, двигающиеся глубоко внутри, дарили ощущения, что его ласкали, его боготворили, о нем заботились прямо сейчас, когда он так сильно в этом нуждался.
Тело омеги медленно покрывалось влагой — альфа касался его груди своей, бережно освобождая от своих пальцев, еще раз оглаживая влажную бархатную кожу и сочные ягодицы, а затем подставляя к нутру омеги головку члена. Чимин почувствовал, как горячая плоть пульсировала, стоило только Юнги проникнуть внутрь, постепенно заполняя собой, входя глубоко и требовательно. Омега чувствовал, как тело выгибалось, принимало, отдаваясь жгучей боли, переходящей в сладкое успокоение от запаха альфы, от его рук на талии, от того, как тот дышал совсем рядом с его щекой, как билось его сердце, даже как тот смотрел своими темными бездонными глазами.
Чимин обвил ноги вокруг талии Юнги, когда тот начал медленно двигаться внутри, совсем осторожно, не переходя на быстрый темп, думая лишь о том, как сильно скучал, как хотел насладиться вздохами, маленькими ручками на своей шее, теплым взглядом немного дольше. Омега дышал рядом тяжело, вздрагивая от плавных и глубоких проникновений члена Юнги, выгибаясь в спине и сжимая его внутри. Все ощущения были для него новыми, первыми, другими.
Тела покрылись потом; липкая влага на бедрах кружила Юнги голову, заставляя начать двигаться быстрее, разделяя с Чимином горячие вдохи и выдохи, опаляя губы друг друга. Чимин крепко схватился за волосы Юнги на затылке, когда тот прижался всем телом и, не почувствовав больше ни страха, ни дрожи и волнения, исходящего от Чимина, стал проникать быстрее, пытаясь запечатлеть в памяти нескромные сладчайшие стоны, цепкие пальчики в волосах, два аромата, что слились в один, тело, что покорно и трепетно извивалось под ним, кожу гладкую и нежную, что так приятно касалась его собственной.
Чимин даже не заметил, как Юнги перевернулся, как он оказался лежащим сверху на груди альфы, как тот сжимал пальцами его половинки, насаживая на член, как тела двигались синхронно, в одном быстром темпе, как тепло было между ними, и как омеге нравилось лежать с Юнги.
Влажный от пота омега, покорный, сильно сжимающий в своей узкой попке горячий член, сводил Юнги с ума, позволяя касаться обнаженной кожи — касаться во всех местах — водить руками по бедрам, обводить пальцами дырочку, принимающую его плоть, оглаживать аккуратный омежий член, совсем осторожно ласкать плоский животик.
Чимин простонал слишком громко, когда альфа кончил особенно глубоко внутрь, сцепляясь с ним. Узел давил на стеночки, но приятная дрожь разливалась по телу, заставив забыть о боли. Пальцы Юнги запутались в его волосах, поглаживая, убирая со лба мокрую челку. Альфа перевернул Чимина на бок, чтобы тот не вздрагивал так сильно от набухающего узла.
— Ты, наверное, устал, — глаза Юнги встретились в полумраке с глазами Чимина — те ярко поблескивали, теплотой переливались от исходящего света лампы. Юнги хотел сказать про деньги, которые перевел не так давно Чимину, но остановился в нерешительности.
— Вы тоже устали, господин Мин. Вы ведь, вероятно, только с работы вернулись... — замялся Чимин и прервал себя, забыв о том, что дела Юнги его не касались. Но даже в этот момент не думал о себе...
— Немного. Я отдохну потом. Тебе удобно лежать? Врач сказал, что на боку должно быть не так больно, — обеспокоенно прошептал Юнги, проводя рукой по бедру Чимина, но сразу ее убирая.
— Мне удобно, только немного холодно, — вздрогнул от мимолетного касания альфы Чимин. Юнги быстро нащупал одеяло и накрыл омегу. — Скоро пройдет.
Узел снова начал давить, заставляя Чимина вздрагивать и сильнее жаться к теплу, приближаться к чужому телу и вдыхать успокаивающий аромат альфы. Из глаз потекли слезы, которые Чимин быстро стер, спрятав носик в шее Юнги, не побоявшись реакции на свои действия и позволив себе заснуть в его крепких и теплых объятиях. Альфа заснул рядом.
***
Чимин проснулся, когда за окном уже ярко светило холодное зимнее солнце, укрытый теплым одеялом. Юнги рядом не было. Омега посмотрел на время — оказалось, что уже было больше полудня. Только потом Чимин заметил сообщение, которое пришло вчера вечером на телефон. Ему перечислили деньги — еще вчера. Почему? Чимин резко вскочил, набирая номер Сокджина. — Здравствуйте! — почти сквозь слезы радости воскликнул омега. — Доктор Ким, как там Дживон? — Здравствуйте, Чимин. Все еще стабильно плохо. Вы ведь понимаете, что мы не можем больше ждать, — Сокджин выдохнул прямо в трубку. — Его жизнь в большой опасности. — Знаю, — ответил Чимин. — Если я переведу деньги за операцию прямо сейчас, как быстро ее сделают? У него еще есть шанс? Доктор Ким, прошу вас, спасите Дживона, — Чимин заплакал. Голос врача доносился неотчетливо, все расплылось перед глазами, а ноги задрожали, отчего омега упал на холодный пол. Чимин сбросил вызов и перевел деньги на счет больницы. Руки от страха дрожали. Омега с трудом встал и дошел до ванной комнаты. Под струями теплой воды Чимин старался успокоиться, но все больше и больше начал волноваться; тело совсем не слушалось. Переодевшись в одежду, в которой он вчера приехал, и расположившись на кухне, Чимин стал ждать ответа от Сокджина. Ответа не было слишком долго — Чимин даже не заметил записку от Юнги на столе. Только когда понял, что хотел кушать, разглядел небольшой листок и коробку с его любимой выпечкой. «Поешь, Чимин. Тебе нужно есть. Выпечку привезли утром. Я был вынужден уехать по работе. Жди меня, никуда не уходи». Чимин налил себе чай и стал уплетать ватрушки с клубничным джемом, которые не пробовал уже четыре месяца — с тех пор, как Дживона снова положили в больницу. Теперь уже нельзя было забирать малыша домой, как он делал последний год. Неожиданно пришло сообщение от врача о том, что операция начнется через полчаса. Они спасут Дживона. Юнги... Чимин не знал, как выразить ему свою благодарность.***
Через двадцать минут омега уже был в здании больницы, где должны были проводить операцию. Малыш Дживон давно спал, когда Чимин сжимал в своей руке его маленькую ладошку, целовал в щечки и лобик, плакал, надеялся, что его крохотное счастье спасут. Дживона увезли на операцию. Чимин бродил в коридоре и не мог найти себе место. Голова кружилась, перед глазами снова все расплывалось. Он медленно погружался в темноту, теряя сознание. Чимин резко проснулся и вскочил, но тяжесть в теле вернула его в лежачее положение. Он не понимал, где находился и что произошло. К омеге подбежала медсестра. — Дживон! Что с Дживоном? — Чимин попытался закричать, но голос сильно хрипел. — Господин Пак, пожалуйста, успокойтесь. Операция завершилась двадцать минут назад, — девушка поддержала омегу, чтобы тот не упал. — Операция прошла успешно, но сегодня вас вряд ли пустят к нему. Врачи все еще наблюдают за его состоянием, — глаза Чимина обеспокоенно забегали по помещению. Тревога и беспокойство вперемешку с радостью переполняли омегу. Дживон жив. — Вам не следует волноваться. Вы потеряли сознание. Какое-то время вам придется полежать, — улыбнулась девушка. — Почему? Я вроде поел, — с тревогой произнес Чимин, пытаясь приподняться и хотя бы сесть. В прошлый раз он пострадал именно из-за этого. — И спал долго... Это из-за течки, да? — Ваша течка сегодня закончилась. Мы провели обследование, — медсестра снова улыбнулась, радостно листая карточку с результатами. — Поздравляю вас, вы ждете ребенка. — Это правда? — Чимин не мог поверить, но медсестра кивнула и показала карточку. — У меня малыш? — медсестра снова кивнула. Чимин провел ладошкой по теплому животику под кофтой. Теперь он не был один. Теперь внутри него находилась маленькая жизнь. Этот крошка был настолько драгоценным и уже таким любимым — омега невольно заплакал, поглаживая животик. — Поздравляю, вас, Чимин, — к омеге подошел Сокджин, темноволосый альфа в белоснежном халате. — Думаю, вас уже предупредили, что сегодня мы будем наблюдать за Дживоном, но завтра вы сможете его увидеть. — Спасибо большое, доктор Ким, — Чимин старался вытереть слезы и подавить жалобные всхлипы. — С ним все будет хорошо? — Разумеется, — ответил Сокджин, — какое-то время будет необходим уход и восстановление, но месяцев через пять вы сможете забрать его домой, — Чимин радостно закивал, благодаря врача снова и снова. Внутри медленно разливалось тепло, а слезы не переставали стекать по щекам. Чимин был благодарен еще одному человеку, самому главному, подарившему ему возможность снова обнимать свое родное счастье. Теперь Чимин точно знал, что испытывал к Юнги, знал, как отблагодарить его за такой подарок. Чимин зашел в больничную аптеку и купил тест на беременность, а потом отправился к Юнги. В компании его встретил Хосок, который сообщил, что Юнги сейчас находился на собрании акционеров, поэтому лучше подождать, пока оно закончится, а потом встретиться с директором. Чимин не стал слушать, а просто зашел в зал.***
Весь день Юнги требовалось утверждать проекты на следующий год, проводить встречи с главами корпораций, которые являются партнерами его фирмы, устало перебирать годовые отчеты по продажам, напрягать Хосока документацией, которую надо было срочно доделать до наступления рождественских каникул. Устало потирая виски и отмечая сильное головокружение, Юнги откинулся в кресле и попросил сделать горячий кофе — он впервые чувствовал себя так тяжело. Так тяжело, что хотелось вернуться домой в объятия Чимина. Собрание акционеров, запланированное на вечер, должно было начаться через несколько минут, и только потом Юнги сможет немного отдохнуть. Хоть он любил свою работу, предпраздничная суета всегда выбивала его из колеи. Акционеры нервничали, срывали на нем злость и негодование, а в недавнем выпуске новостей по центральному каналу репортеры снова выставили его бездарным руководителем из-за желания T&J отказаться от сотрудничества. Хосок оповестил о том, что все акционеры в сборе, и пригласил директора пройти в зал заседаний.***
Чимин просунул голову в дверь, сразу встречаясь с холодным взглядом Юнги. Тот явно не ожидал увидеть Чимина. — Я занят, подожди за дверью, — бросил Юнги, возвращаясь к выяснению отношений с одним из главных держателей акций компании. — Господин Мин, — Чимин вошел в зал и закрыл за собой дверь. Ему было страшно, но он все равно шел к центру зала, где сидел Юнги. Альфа резко встал с кресла и пошел навстречу. Акционеры замолчали, с интересом рассматривая омегу, который так бесстрашно прервал заседание. — Мне нужно сообщить кое-что важное... — Я же сказал, что занят. Это не может подождать? — Юнги больше не злился, скорее, в его глазах читалось волнение. Голос немного смягчился, а холодная рука сжала в своей маленькую ручку Чимина. Омега отрицательно помотал головой. — Господин Мин, у нас... У вас, — Чимин растерялся. Он приблизился к уху альфы и только тогда смог договорить. — У вас будет малыш, — прошептал Чимин. Он протянул тест, который всю дорогу сжимал в своей руке. Слезы снова покатились по щекам.
