Стража

      - Что-то случилось? - Интересуется брюнет, подсаживаясь за столик в их любимом кафе, видя как Чимин покусывает большой палец. - У меня плохое предчувствие. - После минутной паузы, отвечает блондин. - Я отправил машину за человеком, уже полтора часа назад и до сих пор тишина. - Позвони сам. - Шоколадные глаза смотрят непонимающе на парня, напряженно сверлящего входную дверь, будто она, поддавшись гипнозу, откроется и впустит в зал ожидаемую персону. - Не хочу. - Выдыхает тот, перестав терзать зубами покрасневший палец. - Боишься. - Констатирует Тэхен и получает злой взгляд от друга. - Точно боишься. - Усмехается, отчетливо понимая, что он действительно переживает. - Возможно. - Раздраженный Пак потирает пальцами ладонь, немного меняя положение на стуле, но напряжение в его образе не пропадает, передаваясь и брюнету. - Почему ты так беспокоишься? Возможно машина в вечерней пробке. - Пытается немного растормошить друга Ким. - Водитель позвонил бы и предупредил. - Немного резко отзывается Пак, со вздохом возводя глаза к потолку. - Позвони сам. - Осторожно настаивает Тэ, внутренне готовясь к жесткому отпору, но оба понимают, что что-то не так и внутренний голос не заткнуть. Чимин злится. Он не желает, что бы именно сейчас все пошло так, как не предусмотрено его планами. Он почти уверен, что если девушка не мертва, то ей удалось выбраться из под наблюдения и сбежать. О чем, конечно, никто не хочет сообщать ему сейчас лично, что бы попытаться справиться самим. Парень достает телефон и тот заливается стандартной мелодией, словно только и ждал, когда окажется в теплой руке своего обладателя. «Джин», высвечивается на дисплее и Пак окончательно убеждается, что чутье и рассудительность его снова не подводят. Свайпнув иконку зеленой трубки, Чимин молчит, слушая голос секретаря и Ким замирает, обращаясь в камень, потому что видит, как зрачки на ореховых радужках превращаются в черные дыры. Ничего хорошего это не сулит. Но от того громче шепчет парню разум, что друг его в большой беде и он принял правильное решение, находиться с ним рядом. Главное, справиться со всем до конца, измотав, но избежав надлома.       - Найдите ее. - Шипит Пак в динамик телефона, стискивая металл корпуса так, что костяшки побелели. - Найдите и притащите ко мне. Хоть по частям. Он вне себя, хотя видно это только тому, кто знает его достаточно, что бы понимать, что яркий блеск в его глазах вовсе не от радости или слез. Сбросив звонок, Чимин набирает номер и звучит лишь один гудок, так быстро отвечает адресат.       - Ты не справился. - Угрожающий тон, от которого у Намджуна подкашиваются ноги, звучит как приговор и для него, и для Чонгука. - Пес должен быть у меня в ближайший час. Пак даже не сбрасывая, прячет телефон в кармане пиджака и резко поднимается из-за стола. Одновременно с ним, встает и Тэхен, собираясь и дальше быть как можно ближе и непременно выяснить все, быстро шагая с ним на ровне к выходу и так же, с ним садится в припаркованное авто, получив вопросительный взгляд. - Я поеду с тобой. Мне интересно, что такого произошло, что каменная стена Пак Чимин, дала здоровенную трещину в эмоциях. - Простодушно объясняет Ким, испытующе глядя на друга и тот поджимает губы, но заводит двигатель, оставляя в воздухе только пар и противный визг резины. Он не просто вне себя. Он в диком бешенстве, сжимает руль так, что кажется, еще немного и дорогая, кожаная обшивка лопнет и останется в его ладонях рваными кусками. Ким наблюдает за профилем блондина и сердце его сжимается от боли и трепета, под давлением ауры этого человека. Даже будучи знакомым с ним еще с детства, он до сих пор не знает, как можно воздействовать, как остановить эту бурю тяжелых эмоций. Пак столько раз менялся, столько раз совершенствовал себя, что за три года разлуки, неизвестно, каким он стал теперь. Однако, уступать ему он не намерен и сделает для этого все.       В огромном гараже, Чимин первым вышел из машины и хлопнув дверцей остановился, опустив голову низко, опираясь на плавную дугу стойки рукой. Белые локоны его едва заметно, мелко дрожали, но он пытался отдышаться и заставить себя успокоиться после неприемлемо скоростной езды, которая должна была хоть немного расслабить. Тэхен быстро оказался рядом, начиная раздражать своим преследованием и повышенным вниманием, но только ради него блондин делает неимоверное усилие, что бы не сорваться и не развалить их дружбу. В гневе Пак способен с легкостью феи сжигать долго выстраиваемые мосты, сминать личности до размера фантика и морально больно бить окружающих. Мало кто мог находиться с ним рядом долго, исключая тех, кто принимал его любым и за это был щедр с ними по своему. Самым большим исключением был его секретарь, находящий невероятно сексуальным такое поведение босса и обхаживал его всячески, чуть ли не вылизывая ботинки. Ему откровенно нравилось наблюдать, как юноша ставит на колени старых и злобных, зарывшихся псов, поэтому старательно разнюхивал для него все способные заинтересовать тайны. Нравилось ощущать себя частью его силы, быть верной шавкой на особенно длинном поводке. Его знаменосцем и карателем от его имени.       Тэ, почти не касаясь, осторожно поглаживает друга по спине и Пак не понимает чего хочет, то ли рассмеяться, то ли оттолкнуть эту наседку. Они оба поднимают головы, когда по ушам многократным эхо режет звук байка. Чимин терпеливо осторожно отстраняет от себя брюнета и медленно двигается к псу, ожидая, пока тот поставит мото на подножку и снимет шлем, что бы заглянуть в его глаза. Чонгук мрачен и бледен, но взгляд его так же прям, колок и холоден, без намека ощущения своей вины за потерю. Тэхену кажется, что блондин пришел в себя и вернул контроль над собой полностью, но едва не раскрывает рот, когда тот наотмашь бьет пса по лицу так, что заставляет пошатнуться. Даже для Тэ неожиданно видеть, сколько силы кроется в стройном теле парня, пусть на полголовы ниже его пса. - Неужели так сложно уследить всего за одной сукой? Одной. - Зло шипит блондин, сверкая гневным взглядом на парня, не смеющего поднять глаз. - Я подарил ее тебе, твое дело только следить за ней и ждать, когда она привыкнет. - Повышает голос парень, сжимая зудящую ладонь в кулак. Чонгук молчит и смотрит в сторону, будто старательно разглядывает крыло своего транспорта. - Уже не хочешь посмотреть мне в глаза, да? - Скрипит голос Пака, сквозя наглой усмешкой. - Осознаешь свою вину и последствия? Пес стискивает челюсти и медленно кивает, ведь и правда виноват, что не разобрался во всем нормально. Не проверил водителя и не заставил Намджуна выяснить о машине в том, слишком раннем для ужина часу. Они со старшим расслабились. Потеряли бдительность, забыв о том, что Тай не часть их сроднившейся компании. Она чужая и несчастная с ними, думающая только о себе в то время, как они с доком думают о благе друг друга постоянно. Нужно было поступить, как привык. Выбить из девчонки характер, сломать волю, заменить все цели собой, что бы не дать повода думать о собственной важности, а не чай ей приносить. Старые способы всегда надежнее. Сколько сожаления и злости в парне, он и сам не понимает. - Джин и его лобстеры* взялись за поиски и я не собираюсь его контролировать. Если он найдет ее первым, я накормлю тебя обедом. - Совсем тихо, снова заговаривает Пак. - Если же решишь, что она тебе нужна, найдешь ее быстрее них. Чонгук все таки поднимает голову, когда слышит слова про обед и в глазах его зажигается необъяснимой природы пламя. Глянцевое, черное, оно полыхает всего несколько секунд и нехотя гаснет, когда пес получает шанс уберечь себя и ее от подобной участи. Он и так долго боролся.       - Что ты делаешь? - Как можно спокойнее интересуется Тэ у приближающегося друга, смотря в след отъезжающему на мотоцикле парню. - Развлекаюсь. - Выплеснув часть злости, Пак становится более сдержанным, наконец вспоминая, кто следил за представлением со стороны и коротко скалится, выдавая сожаление. Стоило запретить Тэхену ехать вместе с ним. Он привык справляться с подобным в одиночку, что бы никто не видел его истинной натуры, прячущейся за надменным камнем. Не видел его слабости. Больше они не возвращаются к этой теме, но брюнет еще более зорко следит за манерами и поведением блондина.

***

      Тайгер, напротив, была полна счастья и энтузиазма, когда поняла, что наконец выбралась из заточения и пройдет какое-то время, но она сможет жить нормально. Быть может уже не в Корее, но можно переехать на родину отца, снова устроиться на работу в неприметную компанию и позволить жизни просто быть. Она справится со всеми сопутствующими проблемами и все встанет на свои места. Они с Хосоком бросили машину прямо на обочине за городом и двинулись в сторону Пусана на попутках, вызывая недоумение у подбиравших их водителей. Оба они одеты далеко не для подобных путешествий. Оба в строгих костюмах, а Хосок еще и в форменном, но им бы только добраться до подготовленного места и все будет хорошо. Любопытных они потчуют выдуманными историями о спонтанно возникшем желании уехать прямо посреди рабочего дня и Хо не нужно быть актером, что бы изображать полный любви взгляд, обращенный к Тай в такие моменты, ведь для всех они сумасбродная парочка. Тай лишь смущенно улыбается и делает вид, что прячет за ладошкой покрасневшие щечки. За семь с половиной часов, они уставшие, запыленные, вываливаются из попутки и с улыбкой машут на прощание очередному любопытному водителю, который выкрикивает пожелания хорошо отдохнуть и расходятся своими дорогами. Они страшно устали, поэтому Хосок еще более энергично шагает на отсиженных за время поездки ногах, не выпуская ладонь Тайгер, будто еще не верит, что у них получилось. Не все конечно, но начало положено довольно гладко. На ближайшей станции метро, они садятся в вагон и буквально растекаются по сидению от бессилия. - Долго нам еще ехать? - Тай тяжело дышит и хочет спать, но присутствие друга заставляет держаться изо всех сил. - Всего около часа. Не дрейфь, мы почти добрались. Тебе там понравится. - Бодро отзывается Хо, и по родному треплет по плечу, сияя своей яркой улыбкой. Тай понимает, что он тоже измотан, даже сильнее чем она, ведь ей не приходилось столько искать способа освободить себя, как возможно ему. Выходят из метро они, когда объявляют станцию Сомен, на которой, соответственно заметке в телефоне рыжего, следует выйти. Он тут же покупает в автомате бутылку воды, потому что припасенная в середине пути, почти закончилась и стала теплой, вызывая отвращение. Тай видит недалеко от станции парк и дает себе обещание сходить туда, если будет не очень далеко добираться. К ее счастью, они быстро доходят до низких домов, по другую сторону от зеленой зоны и Хо подталкивает ее к подъезду, с оглядкой заходя следом, снова смотрит в телефон и указывает на второй из четырех этажей. На каждой площадке всего по три квартиры и Тай подозревает, что квартиры не совсем привычно маленькие, в чем убеждается, как только Хосок открывает кодовый замок и первым входит внутрь, сначала бегло осмотрев помещение. - Проходи скорее. - Манит он ее из прихожей и разувается, устремляясь в дальнюю комнату, попутно скидывая с себя черный пиджак. - Тут все должно быть более-менее подготовлено. Тай осторожно проходит следом, испытывая неподдельное напряжение, словно в любой момент все исчезнет, когда окажется засадой. Но ничего подобного не происходит. Никто не вломился в дверь и не выскочил ни из-за одного из углов в квартире. А квартира меж тем, вызывает страшные подозрения, о которых она обязательно поговорит с Хосоком, но только когда смоет с себя дорожную пыль и переоденется, если есть во что. - Тут точно безопасно? - Интересуется она, стоя за дверью комнаты, где с чем-то возится парень, не решаясь зайти. - Пока безопасно. Посмотрим что будет дальше. - Бубнит Хо и выходит, держа в руках махровый халат, который вручает девушке и подталкивает ее к ванной, устроившейся не далеко от большой гостиной. Обстановка в квартире походит на гостевой дом, или же на номер отеля, своим простым, но довольно свежим убранством в светлых или белых тонах. - Это Хани помогла с квартирой? - Повышает голос Тай, что бы ее было слышно через дверь. - Я потом тебе все расскажу. Не торопись, но поспеши. Я не против помыться и поспать несколько часов. Думаю, ты тоже. - Кричит в ответ рыжий, предположительно уже из кухни. Выбирая между душем и ванной, девушка склоняется ко второму и забирается в еще наполняющуюся, большую ванну, где ложится на самое ее дно и упирается взглядом в гладкий, серо-красный мрамор. Странно, что она так долго не лежала в ванне, хотя и у доктора Кима в доме она имелась, но предпочтение всегда отходило душевой кабинке и спешной помывке. Может быть из-за того, что ее приходилось делить с псом и скорость имела значение. Лучше чаще, но быстрее, чем прикидывать, как выглядели бы водные процедуры с этим парнем в ванне. Внезапно Тайгер улыбнулась своим мыслям, представив шрамированное, загорелое тело по самую грудь в шубе из густой пены. Представила, как капельки пота прокладывают дорожки по бронзовой коже, а влажная челка едва прикрывает полуприкрытые глаза. Резко дернув головой, Тай прогнала не понятно чем навязанный образ и села, намереваясь как можно быстрее помыться и отдохнуть.       Выходя из ванной, Тайгер сталкивается с другом, который втиснул ей надкусанный сэндвич и с радостным возгласом завернул за дверь. - На кухне чай. - Кряхтит Хо, явно вылезая из остатков одежды. - Заблудиться не должна. Девушка лишь жмет плечами и откусывает от сэндвича, пока держит путь, предположительно в сторону кухни и находит ее сразу. Белая чашка с чаем еще парит, но у Тай застревает в горле кусок хлеба. Чашка очень похожа на ту… Снова ненужный образ и запах обнимает за плечи и пытается заглянуть в лицо, но девушка отмахивается, считая, что чай она уже не хочет. Сэндвич тоже остается на столе рядом, а сама Тайгер бредет в дальнюю комнату и падает там на большую постель, в которой моментально засыпает.       Несколько дней они сидят в квартире, а Хосок часто поглядывает в телефон, который иногда вибрирует, оповещая о сообщениях. Хо рассказал обо всем, что произошло. О том, что пытался искать ее своими силами, помноженными на помощь учеников ее отца и Хани. Да, даже Хан принимала участие в ее поисках, посильно помогая, стараясь не привлекать внимания отца, что бы не втянуть его еще и в это. Именно Хани сыграла во всем этом большую роль, когда сидя в стареньком грузовичке доставщика пиццы, углядела как в стекло окна бьется Тай и очень испугалась, когда увидела рядом того самого Якши. Она готова была бежать на выручку прямо тогда, немедленно, но Хосок удержал ее от глупостей и творящей беды импульсивности, обещая, что у них теперь больше шансов выручить подругу. Он уже успел убедиться в словах Ли о том, что Хани не плохая, не злая и не глупая, но продолжал называть ее Бедствием, потому как это самое подходящее слово. Правда произносил он его с мягкостью в голосе, будучи очарованным ее смелостью и искренностью, которой не хватает многим людям ее положения. Решилось все тогда, когда на телефон Хосока пришло сообщение с зашифрованного номера о том, где взять машину. А в машине лежала форма водителя. По началу парень сомневался в том, что это означает, но когда увидел адрес в следующем сообщении с припиской «поторопись, у тебя два часа», ломанулся по знакомым координатам сжигая резину на покрышках. Он едва не выпрыгнул из-за руля, что бы поскорее запихнуть в салон Тайгер. Она тогда выглядела так потерянно, что рыжий в который раз был готов себя укусить за то, что так много времени ушло, а он недостаточно старался, что бы спасти ее. Кто благодетель и чья квартира, в которой нашлись такие вещи как: одежда, первичный запас продуктов и немалое количество наличных, он так и не узнал. Не знают, где они сейчас, ни Хани, ни даже отец Тай. Так было решено, что бы у Пака не было возможности надавить на них и они честно могли признать, что не имеют отношения к пропаже.       Пак же, все чаще уходил в себя и скрипел зубами, когда Хан честно удивилась, а отец развел руками, сказав по делу совсем немного. В основном то, что Пак и без него знал, из придуманной им истории о том, что дочь работает на какого-то богатого господина и все время в разъездах. При том, их общение сложно назвать нормальным. Даже Чимина удивило то, как равнодушно говорит о собственной дочери ее отец, будто его вовсе не интересует то как, и чем живет его дитя. «Такой себе отец», блондин дернул головой в сторону, от чего позвонки в крупной шее громко щелкнули. Он устал получать от Джина крохи информации, по этому надеялся на сделанную на пса ставку. Этот точно найдет ее, если не желает вернуться к прошлому и страдать от этого, как страдал много лет, пока Пак не поставил щенка на ноги. Это он дал ему все то, что тот имеет и даже больше... Собирается дать еще больше. Пусть без обоюдного согласия сторон. Шестеренки механизма вращались с нужной скоростью и тактом, все было бы хорошо, если бы не это ЧП. Видимо уже известный ему герой вмешался и испортил все к чертям. - Господин Ли, - Пак остановился на середине пути к машине и обернулся, окликнув отца Тайгер. - а вы знаете ее друга? Рыжего такого парня. К сожалению, я не запомнил его имя при знакомстве. - Врет блондин с самой теплой улыбкой, на какую способен. - Знаю. - Четко отвечает отец, пряча руки в карманах спортивной куртки. - Но, я давно его не видел. Кажется дня три, как он в последний раз появлялся. Мужчина задумывается и этим вызывает у парня подозрение. - Спасибо, господин Ли. - Слегка кланяется Пак и разворачивается, делая оставшиеся несколько шагов до авто, где его лицо возвращается к своей привычной, ничего не говорящей маске. - Следите за стариком. - Не отрывая глаз от Яна Ли, проговаривает парень, сидящей позади, фигуре в черном. - Появится рыжий, не уродовать. Просто привезите ко мне. Он должен быть целым и невредимым. Фигура на заднем сидении кивает и Пак заводит машину, выруливая на дорогу, забрасывая все позади, мелкими камушками из под колес.       Хосок и Тайгер, стали потихоньку выходить на улицу, стараясь не удаляться от дома, но девушке очень хотелось пойти в парк. Останавливало только одно — множество людей там. Кажется у нее развилась фобия, на фоне последних событий, да и к тишине быстро привыкаешь. Осторожность прежде всего, по этому Ли только грустные взгляды бросала в сторону деревьев. Хосок сам ходил за продуктами, часто говоря вслух, что добром это не кончится. Его терзали неприятные ощущения, будто он должен тому, с кем никогда не расплатится, потому что в его несчастных средствах никто не нуждается. Слишком многое незнакомец сделал для них с Тайгер. Это заставляло его иногда подпрыгивать от раздражения или кусать губы в задумчивости. Ему казалось, что вызволив Тай, он сделал еще хуже, ведь положение ее мало чем изменилось. Разве что окружением и, возможно, отношением. Отвечать на вопросы о том, что с ней происходило, она отказывалась, сводя все к тому, что ее не били и над ней не издевались, и даже лечили, но Хо верил с неохотой. Эта не расскажет правды, даже если ее скрутить, чего он делать больше никогда не собирался, памятуя о последнем подобном случае. В один из однообразных дней, Хосок вернулся из магазина и загадочно улыбаясь, потряс пакетом, в котором четко угадывались очертания бутылок. - Мы что, напьемся? - Скептически изогнула бровь Тайгер. - Не напьемся, а отметим наконец воссоединение и спокойный период. - Возразил Хо, сопровождая слова укоризненным взглядом. - Если бы все было, от начала и до конца, так… - Вздохнула девушка, окончательно заставив рыжего приуныть. - Завязывай с нытьем, я тебя прошу. - Отмахнулся он, доставая стаканы. После первого стакана вина, Тай наконец немного расслабилась и развалилась прямо за столом, приняв свободную позу. Чаще улыбалась настоящей, веселой улыбкой за разговором, в котором Хо рассказывал, как они с Хани притирались друг к другу, как строили хитрые планы, как по долгу беседовали и она рассказывала случаи связанные со своим любимым телохранителем. Хан скучает по ней. Эта мысль заставляет девушку сладко вздохнуть, улыбаясь уже пьяной улыбкой. К концу эдакой попойки, Тайгер была похожа на сову, старающуюся не уснуть. Пьяную такую сову, моргающую глазами поочередно. Рыжий усмехнулся и помог ей подняться, сопроводив в комнату. Хотел было помочь ей раздеться, но не стал, считая, что даже многие годы дружбы не дают ему права на такое. Знал бы он, что ей пришлось пережить и с чем мириться, сам бы пошел на встречу с Паком и от души подправил тому прикус его белоснежных зубов.

***

      - Где ты сейчас? - Намджун места себе не находит после того злополучного дня, когда над их с Чонгуком головами замаячила бетонная плита авторитета будущего главы корпорации. Джун измотан и тем, что младший отсутствует уже несколько дней с тех пор, как увидел в сети пост какого-то человека, содержащий в себе забавную историю о смешной парочке, сбежавшей прямо с работы, чтобы отдохнуть. Приправлено это было словами о том, как надо наслаждаться жизнью, что бы творить такие безумные, но очень трогательные поступки. Младший сорвался мгновенно, исчез моментально, практически ничего не объясняя. Старшему оставалось только долго звонить в пустоту. Он видел, как переживает Чонгук, но не понимал из-за чего именно, что такого ему сказал Пак, что парень взвился как бешеный и практически не отдыхал. Доводил себя в спортзале, спал на диване, не заходя в комнату, даже что бы почитать там и сидел в их библиотеке, под которую отвели небольшую кладовую. Мылся в ванной хена, находясь там часами. Намджун оправдывал несвойственное поведение тем, что парень злится в добавок к тому, что обижен и растерян. Но все равно, что-то не вязалось с тем страхом, который он иногда замечал в глазах Гука и от этого мучился еще сильнее. - Еду в Тэгу. У меня встреча, хен. Не беспокойся, все хорошо. - Спокойно отвечает младший, хотя на фоне, Намджун слышит надрывный рев мотора байка и не знает, кому молиться, что бы все действительно стало хорошо.       Пес появляется впереди внезапно, прямо посреди спешащей по делам толпы. Его черные глаза над маской горят огнем гнева. Вопреки запомнившемуся образу, одет он в черный костюм, явно с чужого плеча, дополненный черным галстуком. Ткань пиджака слишком плотно обтягивает бугрящиеся под ней мышцы рук и подчеркивает мощную грудь, на которой ткань рубашки слегка топорщится в районе пуговиц при каждом глубоком вдохе. Тай становится страшно и она спешно отступает назад на несколько шагов, отворачивается и бросается бежать со всех ног, но они не желают ее слушаться, словно увязая в болоте. Страшно от того, что скрыться от него не возможно нигде, даже в другом городе и только он знает, что сделает с ней, когда поймает. Она оборачивается, чтобы видеть, как далеко смогла убежать, но успевает узреть лишь момент, когда он бросается на нее и опрокидывает на спину. Он мертвой хваткой вцепился в ее плечи и взгляды их прикованы друг у другу. Пес склоняется над ней ниже, позволяя черному, блестящему пламени его глаз жечь ее лицо, на которое вдруг падает капля теплой влаги. Одна за другой, они капают на щеки, на губы и подбородок. Тайгер в попытке отстранить от себя жуткие глаза, изо всех сил тянется к лицу преследователя и сведенные пальцы случайно срывают с него маску, под которой прячутся оскаленные клыки и именно с них капает горячая слюна. Тай кричит и пытается оттолкнуть от себя черного зверя, но сил не хватает. Он обвивает ее всеми конечностями, жмется ближе, не пытаясь разорвать или укусить. Лишь утыкается в шею крупным носом и ведет по тонкой коже выше, к уху, нагоняя колючие мурашки. - Не оставляй меня, пожалуйста. Мне очень страшно. - Совсем по детски, глухо говорит пес и Тайгер ощущает наконец, как дрожит его тело, будто он действительно напуган. Он не пытается удержать ее, он держится за нее сам. Но страх так просто не прогнать. Теперь он смешался с другими чувствами, с ощущением вины, жалости и чего-то еще, смутно ощутимого и почти незнакомого. Губы Тай тоже начинают дрожать, а глаза болят, как болит все в груди от невыплаканных слез. Он позволяет ей высвободить руки и обнять его за шею, пока сама она давится этой болью и гудением в горле. Его руки плавно двигаются по спине и животу, словно пытаются найти что-то на коже, касаются груди и бедер, едва дразня внутреннюю их часть. Тай глотает слезы и бесконтрольно просит ее простить, сама не зная за что, но голос Намджуна звучит эхом вокруг: «Чонгук будет отвечать за твою ошибку». - Тайгер… Тайгер… Тай… - Шепчет пес, ни на секунду не замирая, продолжая изучать ее тело, будто это самое важное, что он хочет сделать. - Тай… Проснись, Тай. - Парень поднимает голову и смотрит на нее так, будто готов расплакаться. - Проснись, слышишь? Ты меня пугаешь. Девушка берет себя в руки и лицо пса плывет и растворяется, а на его месте появляются обеспокоенные карие глаза под рыжей челкой, в тусклом свете ночника. - Тайгер. - Зовет Хосок и продолжает ее тормошить, не понимая, проснулась она окончательно или нет. - С кем ты говоришь? Тай оказывается в реальности, но еще тесно связана с липким, не желающим отступать сном, как и страхом. Ли шарахается от Хосока и не падает с края кровати только благодаря его крепким рукам. - Что? - Наконец спрашивает она, испуганно озираясь по сторонам, будто где-то во мраке, нетронутом слабым светом, может находиться жуткий пес, отчаянно желающий до нее добраться и от этого ее лихорадит. - Тебе кошмар приснился? С кем ты говорила? Кто должен тебя простить? - Засыпает ее вопросами друг, но Тай агрессивно, отрицательно мотает головой, не желая ничего рассказывать. - Просто кошмар. Я не помню что снилось. Уже не помню. - Как в бреду повторяет она, снова укладываясь и укрываясь одеялом. - Мне побыть с тобой на всякий случай? - Робко спрашивает Хо, добивается только согласного мычания и ложится на другую сторону постели, прислушиваясь к дыханию девушки, размышляя о чем-то своем, задавая про себя вопросы темноте.