Адреналин: Obsessed

Кто хочет может поставить песенку, как саундтрек или типа того ) J2 feat. Eivør - I Am Fire ___ Лекса сидит за рабочим столом и, глядя в одну точку куда-то впереди себя, вертит в руках один из кинжалов, принадлежащих Кларк. Рокси, сидя в кресле в углу кабинета, молча наблюдает. Решение принято. Решение, принятое Лексой, Рокси совсем не нравится. Оно не понравилось никому, но разве кто-то стал бы спорить с антихристом? Особенно теперь, когда единственный, кто осмеливался это делать, лишился жизни. Сама же Рокси всегда могла высказывать свое мнение, но как только оно становилось неудобно Лексе, она это пресекала, а Рокси подчинялась. Рокси могла бы продолжать, могла бы говорить даже после того, как Лекса скажет, что замолчать — это приказ. Но Рокси не делала этого. И не делает даже сейчас, когда понимает, что из всех безрассудных поступков, которые были на счету у Лексы — этот самый неблагоразумный. Потому что, если Рокси это сделает, то лишит их взаимоотношения доверия. Того доверия, где Лекса может себе позволить быть слабой. Позволить видеть то, что, несмотря на всю решимость, уверенность и бесстрашие, которое она демонстрировала в тронном зале, на самом деле ей самой страшно. Ни одна мышца на её лице не дрогнула перед советом. И только наедине с собой Лекса может быть такой. И наедине с Рокси. Вопреки здравому смыслу Лекса готова рискнуть всем, рискнуть собой ради Кларк. И Рокси готова сделать это тоже. Но она не согласна с тем, чтобы идти на это без поддержки земных демонов. Так решила Лекса. Такое решение она озвучила своим подданным. Все, что от них требуется — лишь быть готовыми прийти, если в этом возникнет необходимость. И Рокси знает, что эта необходимость появится, только если Лексе удастся осуществить свой план. В противном случае она не подвергнет земных демонов такой опасности. Не подвергнет опасности Рокси, с чем девушка категорически не согласна, но пока молчит, оттягивая момент, когда скажет Лексе, что та не отправится к изгоям без неё. Еще чуть-чуть. Еще немного времени на то, чтобы собраться с мыслями. Она скажет. Лекса подносит кинжал к лицу и начинает рассматривать лезвие. Не сводя с него взгляда, она тихо обращается к Рокси: — Ты же меня туда одну не отпустишь? Рокси приоткрывает рот. Неужели Лекса слышит её мысли? Лекса, отвлекаясь от кинжала, переводит на неё взгляд и добавляет: — Я не читаю тебя. Просто знаю, несмотря на то, что ты не озвучиваешь это. — Я собиралась, — хрипло отзывается Рокси, а после прочищает горло. — Ты же знаешь, что моя роль в твоей жизни — это не только должность. Это и есть моя жизнь. Тем более, что Кларк мне тоже не безразлична. — Она замолкает, но стоит Лексе вернуть все внимание к кинжалу, добавляет, — я лишь не согласна с тем, что ты собралась это делать в одиночку. Вдвоем против десятков изгоев? Они не должны делать это ради Кларк, но ради тебя обязаны. Без лишних вопросов. Лекса хмыкает, прокручивая кинжал в руке. Кидает его в дверь, и тот, врезавшись острием, застревает в дереве. Губы слегка изгибаются в улыбке, она взмахивает пальцами, и кинжал, вырываясь из двери, летит в неё. Лекса ловит его за рукоятку и тут же переводит взгляд на Рокси. Ухмылка пропадает, а брови сдвигаются к переносице: — То есть ты считаешь, что я должна их туда привести? Я, которая обещала им, что все изменится, что мы достигнем величия, что вернем былую силу. Я, которая дала понять, что не повторю ошибку того, кто был до меня, должна их вести на встречу с врагами ради себя? Это наша общая цель? Это приведет их к величию? Я знаю, Рокси, что они пойдут. — Он вел их на смерть, будучи уверенным, что готов, что силен. Он был уверен, что могущественнее его никого нет. Его поглотило чувство собственного превосходства над всеми. Но ему говорили. Совет с ним спорил. Просто, даже после жарких споров они обязаны были подчиниться. А тебе никто слова поперек не сказал. Они верят тебе. — Поэтому мое решение именно такое. — Ты слишком человечная, — Рокси качает головой, — не верю в то, что говорю это тебе, но с твоей стороны это… Мы нуждаемся в помощи, ты это понимаешь? Я не смогу тебя защитить. — И не придется, Рокси, — Лекса вздыхает, а после прокручивает кинжал и снова целится в дверь, — там будет ловушка. Они готовят ловушку. — Тогда почему? Я не понимаю. Там нужны наши демоны. — А кто сказал, что там не будет наших демонов? — Лекса улыбается, в то время как кинжал летит в её сторону, а она опять ловко его ловит. — Ты, правда, не допускала мыслей, что Кларк могла бы это спланировать? Лекса, никак не меняясь в лице, снова кидает кинжал в дверь и, не сводя с него взгляда, отвечает: — Не допускала. Я ей доверяю, — она медленно расправляет пальцы, готовая взмахнуть ими и призвать кинжал. — Дело не в доверии, а в любви, — говорит Рокси, когда та призывает оружие. Рука Лексы вдруг замирает, и лезвие врезается в ладонь, протыкая её насквозь. — Чёрт, — ругается брюнетка, тут же выдергивая кинжал из своей руки, — чёрт бы тебя побрал, Рокси. Ты называешь меня слабой? — ударяя здоровой ладонью по столу, она с вызовом смотрит в глаза хранителя. Рокси не отвечает, лишь хмуро наблюдает за тем, как Лекса, стиснув зубы, складывает раненую ладонь в кулак, выжимая из неё черную кровь. — Я верю ей, и я ни за что, — Лекса привстает и сквозь зубы продолжает, — не дам ей погибнуть! Рокси вздыхает, понимая, что Лекса одержима этим и готова сдержать обещание даже ценой собственной жизни. — У меня есть план, — уже спокойней добавляет брюнетка, вставая из-за стола. _____ Талбот не нужен, чтобы выяснить, где назначена встреча. Лексе достаточно было однажды войти в контакт с некоторыми изгоями, чтобы чувствовать и знать, где они. И если отследить каждого из них по отдельности было бы затруднительно или потребовало бы больше сил, то сейчас, когда все они находятся в одном месте, в одной точке, Лексе это удается сделать достаточно быстро. Бросив короткий утвердительный взгляд на Рокси, Лекса берет её за руку, и они исчезают в черной дымке. Прибыв в место назначения, она обнаруживает себя и Рокси в толпе изгоев. На лицах тех отображается ужас, после чего они все разбегаются врассыпную в разные стороны. Лекса обводит взглядом толпу демонов, в то время как к ним стремительно приближаются некоторые из них. Лекса, ничего не предпринимая, наблюдает, как те быстро и даже синхронно устанавливают вокруг них кристаллы. Она медленно выдыхает, чувствуя, как нечто потухает в ней. Будто её силы — не одно с ней целое, а то, что наполняет её. Демоны выпрямляются и, не отходя от кристаллов, прикрывают глаза и начинают читать заклинания на латыни. Кристаллы начинают светиться. И стоит кристаллам окончательно установить между собой связь, как Лекса ощущает, как силы окончательно оставляют её. Она это знает, она это чувствует. Она чувствовала такое раньше, когда на её шею надевали подобный аксессуар. Она поворачивается к Рокси, которая стоит к ней очень близко и настороженно бегает взглядом по всем, кто их окружает. — Ты была права, — спокойно и тихо говорит Рокси. — Ну, еще бы, — так же спокойно отвечает Лекса, а на её лице появляется ухмылка. Демоны, подходившие, чтобы установить ловушку, спешно возвращаются к своим соплеменникам, стоящим в метрах десяти. Лекса улыбается шире, рассматривая большую толпу перед собой. Никто из них не находится на возвышении, поэтому оценить количество не получается. Но толпа довольно широкая, и Лекса предполагает, что стоят они в три ряда, хотя она может ошибаться. Толпа начинает расступаться в разные стороны, и Лекса чувствует, как Рокси хватает её за запястье. Рокси сейчас начинает осознавать то же, что и Лекса: там не три ряда, а рядов десять, а то и больше. — Откуда их столько, — с придыханием шепчет Рокси, и Лекса слышит в её голосе тревогу. Но, даже при том, что Лекса чувствует то же самое, она не только не подаст вида, но и не позволит этому чувству разрастись. Она медленно двигает рукой, давая Рокси понять, чтобы та отцепилась от неё, и та быстро понимает и убирает руки, складывая их на груди. — А ты пунктуальна! — раздается громкий голос, и в ту же секунду воцаряется полная тишина. Теперь не слышно не только перешептываний — ни единого звука от какого-либо движения. Лекса чуть наклоняет голову набок, замечая Каина, который до этого стоял позади армии демонов, и вот сейчас, когда все расступились, образуя метровый проход, будто парадную дорожку, он предстал во всей своей красе и, ничуть не скромничая, довольно улыбается. — Вы вдвоем? — его голос теперь не такой громкий, но, несмотря на довольно большое расстояние, его хорошо слышно. — Кстати, где Талбот? Я был бы не против того, чтобы он тоже присутствовал здесь. — Он мертв, — спокойно отвечает Лекса. — Даже так? — Каин театрально раскидывает руки в стороны и, обращая их ладонями к небу, продолжает, — Я так и знал, вот знал же, что ты слаба! — Он, широко улыбаясь, взмахивает кистями рук, — знал, что ты сделаешь подобный выбор! Я никогда не ошибаюсь. И я так этому рад, — он довольно качает головой. Лекса молча смотрит на него. — Ну и где же она? — Каин чуть тянется вперед, будто пытаясь увидеть шкатулку. Лекса запускает руку под черный кожаный плащ, достает из внутреннего кармана Лагьютар и опускает с ним руку. — Вот она моя прелесть, — Каин хлопает в ладоши, — обожаю слабости демонов. Обожаю! Ты же знаешь, Лекса, что то, что ты делаешь — это слабость не человека в тебе, а именно демона? Лекса молчит, сжимая пальцами шкатулку крепче. — Потому что только демон может быть настолько чем-то или кем-то одержим, что перестает замечать все вокруг! Ну, кроме демона хитрости, а я в этом хорош, — он касается своей груди пальцами, — я просто потрясающий. — Где она, — твердо спрашивает Лекса. — Так вот же она, — Каин манерно взмахивает рукой в сторону, а потом манит пальцами, давая команду одному из своих демонов. Лекса оголяет зубы, сильно сжимая челюсть, когда к Каину подводят Кларк. Во рту блондинки кляп, руки связаны за спиной. Лекса быстро осматривает её на наличие травм и, понимая, что та цела, кивает. Взгляд Лексы тут же пробегается по толпе, где она заметила движения. Она видит Эллу в первом ряду и еще несколько демонов, с кем в хороших отношениях была Кларк. Все стоят и сверлят Лексу взглядом, и только подружка Кларк оглянулась, чтобы тоже посмотреть. Но ей не видно, и она возвращается в прежнее положение. — Прежде, чем мы совершим обмен, — Лекса облизывает пересохшие губы, — я бы хотела кое-что сказать. — О, сама антихрист хочет нам что-то сказать? — Каин перестает улыбаться и с прищуром смотрит на Лексу, — тебя здесь никто не хочет слышать. Знаешь, что они хотят? Уничтожить тебя. Каждый их них, — шипит он. — Да? — спокойно отвечает Лекса и пожимает плечами, — почему? Никто из них меня не знает. Скажи, Каин, каково это — быть диктатором, прикрывая это тем, что ты за свободу выбора и действий? Твои демоны знают, что ты не их союзник и не их рупор? Знают, что в действительности ты мечтаешь о том, чтобы получить власть и управлять ими? Мечтаешь занять мое место. Она видит, как грудная клетка Каина приподнимается, а на лицах его соратников появляются слабые, но все-таки признаки некого сомнения. Многие из них оборачиваются назад. — Не слушайте её! Я не командир, я один из вас. И я даже не стал бы лидером, если бы вы сами того не хотели! Заберите у неё шкатулку! — раздраженно командует он. — Нет, — Лекса чуть убирает её за спину, и демон, который сделал к ней шаг, замирает. — Каин, раз ты один из них, значит, не будешь против того, чтобы я договорила. Или ты боишься, что я скажу лишнего, и ты лишишься их доверия? — Тебе нечего сказать, — сквозь зубы произносит он. — Что бы ты ни сказала, это пустой звук. Каждый из них уже слышал речи подобных тебе. Многие из них были лишь марионетками в руках таких, как ты. В руках твоего отца. — Ты прав, — кивает Лекса, она быстро переводит взгляд на Эллу и на тех, кто стоит рядом с ней, — самое время принять решение, — говорит Лекса, видя, как лицо Эллы тут же становится растерянным. — Сделай шаг вперед. Эл послушно ступает вперед, в то время как Каин поднимает голову, а Кларк, не сводя взгляда с брюнетки, хмурится. Никто из них не видит оттуда. И Лекса знает, что Каин сейчас прикладывает все силы, чтобы сохранить спокойствие и не выдать свою слабость. Не заткнуть её. Не показать демонам, что она права, и что он бы хотел остановить это и заткнуть Лексу. Заткнуть навсегда. — Элла, я Лекса, антихрист, дарую тебе второй шанс и снимаю с тебя позорное клеймо предателя. Отныне ты будешь судима только за решения и поступки, принятые после того, как ты преклонишь колено хозяину своему. — Ты что делаешь? — рычит Каин. Лекса поднимает руку ладонью к нему, но продолжает смотреть в напуганные светлые глаза молодого демона-изгоя. — Ни один изгой, никогда больше… — Заткнись! — рычит Лекса, а её голос, будто отбиваясь о скалы и булыжники вокруг этой большой поляны, эхом наполняет все пространство. Она видит, как от её голоса вздрогнули демоны. — У тебя было слово. И все, кто вверил тебе своё существование, здесь. Они здесь, потому что ты их собрал. Потому что обещал им то, что никогда, — с оскалом говорит она, — никогда не сможешь им дать! — Мы пришли, чтобы осуществить обмен! — Ты хочешь это? — Лекса поднимает шкатулку, — ты заберешь её. После того, как я договорю, а теперь закрой свой рот! — Лекса, замолкая, поднимает взгляд, обводя им всех присутствующих, — мое имя Лекса. Я дитя отца своего, дитя Люцифера. — Её голос с каждым словом заполняет все пространство вокруг, — Со мной придет новый мировой порядок. Где я буду царствовать. Не будет спасения тому, кто встанет против меня. И не будет спасения тому, кто предаст меня. Величие ждет тех, кто встанет за спиной моей. За спиной, а не в качестве пушечного мяса. Прошлых ошибок не будет никогда. Я обещаю каждому из вас, что по заслугам будет всё — и награды, и наказания. И это ваш единственный шанс сделать последний выбор в вашей жизни. Я здесь, чтобы забрать не только то, что мне дорого, — Лекса бросает взгляд на Кларк, которая все это время прожигала её голубыми глазами, — но и каждого, кто хочет, чтобы земля стала его домом. Чтобы никогда больше не скрываться. Чтобы брать то, что по праву принадлежит нам. То, что наполняет наше существование. И я дам вам это. Дам тем, кто будет позади меня, прикрывая спину, и рядом со мной в предстоящем бою. И я готова дать этот шанс тем, кто однажды ощутил разочарование, но не тем, кто предал, желая избавиться от хозяина из-за собственных амбиций. Как ты, Каин, — договаривает Лекса, брезгливо оголяя клыки. Воцаряется тишина. — Этого не будет никогда, — шипит Каин. — Никто из них никогда больше не будет подчиняться. Не будет дрянной подстилкой. Не будет тратить… — Каин обрывает речь, замечая, как многие оборачиваются в ту сторону, где стоит Элла. Молодой демон-изгой встает на колени и опускает голову. Аманда, тяжело дыша, смотрит на свою подругу, а следом переводит взгляд на Лексу и делает уверенный шаг вперед, останавливаясь рядом с Эл и присаживаясь на колено. Её голова опускается вниз. Лекса, выше подняв голову, наблюдает, как изгои один за другим падают на колени. Она следит за Каином, лицо которого наливается гневом. Хватая Кларк за плечи, он делает с ней несколько шагов и грубо толкает ту вперед, от чего Лекса вздрагивает, а Кларк едва не заваливается. Несмотря на это, блондинка продолжает смотреть на Лексу. Она не сводит с неё взгляда ни на секунду. И Лекса это знает: она это чувствует с того самого момента, как увидела её. И она готова была прийти сюда только за Кларк, но помимо этого есть что-то гораздо большее, чем и Кларк, и сама Лекса. Она просто обязана сделать это. Дать шанс тем, кто способен укрепить их силы на земле. И она верит, что многие из них стали изгоями из-за того, что стали рабами и расходным материалом. И Лекса точно знает, что каждый демон больше, чем просто существо, больше, чем просто подданный. Каину становится трудно держать себя в руках, его глаза разъяренно бегают по тем, кто преклонил колено. Пусть их меньше, чем тех, кто стоит ровно, но все же это почти половина присутствующих. Довольно много, потому что изгоев тут больше сотни. И Лекса сейчас не жалеет, что рискнула и не пришла сюда с войной. Она удовлетворена. — Передай Лагьютар, сейчас же, — рычит он. — Ты же хотел меня убить потом, — наклонив голову, произносит Лекса, — тебя это так выводит из себя? Ты можешь попробовать. В конце концов, у тебя еще осталась часть предателей, которые сделали свой последний выбор перед тем, как умереть. — Ты так самоуверенна, и ты поплатишься за это, — шепчет сквозь зубы Каин. — Сначала шкатулка, а потом твоя девка! Кивком головы Лекса подзывает к себе Аманду, она тут же встает и подходит. Лекса отдает ей шкатулку и замечает, как та напряженно выдыхает, будто только сейчас осознавая то, кем она стала. Её взгляд покорный. Но он становится уверенней, когда она кивает своей новой хозяйке и, разворачиваясь, уходит к Каину. Как только Каин берет шкатулку в руки, на его лице появляется широкая улыбка. Он любуется ей, а потом смотрит на Лексу: — Они, — он кивает на изгоев, что стоят на колене, — предали однажды, предали сейчас своих и предадут еще раз. Будь в этом уверена. — Даже не глядя на Кларк, он толкает её в спину, давая понять, что та может идти. Аманда достает изо рта Кларк кляп, и та тут же облизывает губы. Аманда освобождает её руки. Кларк медленно идет вперед, ускоряя шаг с каждым метром. Лекса чувствует, как сердце начинает клокотать где-то в горле. И ей только сейчас требуются все ее силы, вся сдержанность и контроль, чтобы не улыбнуться. Чтобы не улыбнуться, как ребенок. Потому что все внутри неё вибрирует от осознания, что все получилось. От осознания, что Кларк вот-вот будет с ней. Она вернула её. Она коснется её. Возьмет за руку и больше никуда не отпустит. Чем Кларк ближе, тем чаще дыхание Лексы. Она рвано дышит, приоткрыв рот. А губы начинают дрожать. Кларк улыбается ей, и это последняя капля — губы Лексы тут же непослушно расплываются на лице. Кларк вдруг останавливается в метрах пяти от Лексы и разворачивается. — Знаешь, Каин, — с ухмылкой начинает она, — они не предатели. Они оставляют тебя, а не друг друга. А делают они это, потому что ты для них никогда не был лидером. Или ты думал, что ты тут серый кардинал? Ты им не нужен и никогда не был. Ты сдохнешь, и твоя шкатулочка тебе не поможет, — она пожимает плечами.  — А знаешь, Кларк, — сквозь зубы отвечает Каин, — ведь мы следили за ситуацией. Талбот мне прекрасно в этом помогал. И я думал, что это случится гораздо раньше, ведь убивая твою мать, я был уверен, что это приведет тебя к нам. Правда, я рассчитывал на твою ненависть к той, что тебя бросила. Но потом это клеймо… В любом случае, так или иначе я получил то, что хотел. Главное — терпение. Дыхание Лексы обрывается. Губы дрогнули. Она делает шаг вперед, но тут же чувствует, как кристаллы парализуют, не давая двинуться дальше: — Кларк, иди сюда, — настойчиво шепчет она, желая всем своим нутром, чтобы Кларк оказалась сейчас рядом, за её спиной, но Кларк не рядом, а голубые глаза, которые смотрят сейчас в её глаза, вдруг темнеют. — Нет, — шепчет Лекса, хватаясь за пояс, где закреплен кинжал, но не успевает. Кинжал уже летит к Кларк, и та ловит его, а потом разворачивается и замахивается. Но Каин реагирует раньше, чем Кларк успевает воспользоваться оружием. Лекса вздрагивает, когда блондинка замирает с приподнятой рукой. Зеленые глаза будто стекленеют, когда на спине Кларк появляется сначала маленькое красное пятно, а потом в считанные секунды красная кровь распространяется по ткани. Кларк медленно разворачивается: — Лекса, — шепчет она, держась за живот. Из-под её ладони стекают алые струйки. Голубые глаза тускнеют, а ноги подкашиваются, и она падает на колени. Рот Лексы приоткрыт, рука прижата к груди. Она стоит будто каменная скульптура, не моргая и не дыша. — Кларк, — не своим голосом шепчет Рокси, рука которой в крепкой хватке так и замерла на предплечье Лексы. — Что ты там говорила? Убить тебя? Да, именно это и было в моих планах, — тихо говорит Каин, — убить всех предателей! — кричит он. Всё вокруг моментально приходит в движение. Демоны встают с колен, и в считанные секунды перед Лексой и Рокси разгорается жестокая битва. Каин подкидывает в руке светящийся голубой шар, а после, оскалившись, кидает его в Лексу. Аманда делает выпад, но не успевает его перехватить. Лекса вздрагивает, когда тело Рокси врезается в неё, прикрывая от удара. Губы Лексы дрогнули, но она смотрит не на хранителя, а будто сквозь неё — туда, где Кларк. Рокси сползает по её телу, падая ей в ноги, и Лекса снова видит блондинку, которая уже мертвая лежит на земле лицом вниз, а под ней лужа крови. Еще один снаряд от Каина, но в этот раз Аманда сбивает его своим и переходит в атаку. — Лекса, — шепчет Рокси, лежа в её ногах. — Самое время перейти к плану Б. Брюнетка опускает взгляд вниз. У её ног лежит хранитель, в спине которой огромная рана, из которой потоком вытекает черная кровь. — Это очень напряженная работа, — хрипло шутит Рокси, переворачиваясь на бок, — требую прибавку, — она криво усмехается, но её глаза постепенно блекнут, а лицо расслабляется. Лекса снова возвращает взгляд к Кларк, а потом её грудная клетка медленно приподнимается, она медленно выпускает воздух. Некоторые бывшие изгои, отбиваясь, пытаются прочитать заклинание, чтобы снять силу кристаллов. Прочитать до конца не получается: снова и снова они отвлекаются, чтобы отбить атаку. Аманда отлетает в сторону, держась за раны на груди. Каин, широко улыбаясь, открывает шкатулку: — Вся сила будет моей, Лекса. Я стану равным тебе, у тебя же на глазах. — Его глаза расширяются, а улыбка замирает на лице, — какого чёрта? Где… Где? — он нервно трясет пустую шкатулку. Громкие раскаты грома заставляют его вздрогнуть. Каин поднимает лицо к небу, которое стремительно затягивает тучами. Медленно переводит взгляд на Лексу, тело которой стремительно чернеет, а на коже, будто молнии, появляются ярко-красные разводы. Её глаза пылают алым пламенем. Руки разведены в стороны, ладонями к небу. Лекса делает шаг вперед и сметает ногой один из кристаллов, тут же разрывая их связь. Её грудная клетка тут же дергается, а тело выгибается вперед. Вся сила — её собственная и та, которую она забрала из шкатулки, наполняет её, растекается по крови, заполняет каждую клеточку. Рога становятся длиннее, а глаза — еще ярче, ярче пламени. Лекса опускает руку к Рокси, веки которой уже сомкнуты. Лекса поднимает руку, и вместе с этим тело хранителя выгибается в груди, отрываясь от земли. Её рана затягивается, и уже через пару секунд с хриплым выдохом она падает, глухо ударяясь о землю. Лекса делает шаг вперед, а Каин с ужасом на лице отступает: — Уходим, — шепчет он, — отходим! — командует он уже громче. Лекса быстро поднимает руки и, сжимая кулаки, вмиг возвращает десятки демонов назад, вырывая их из черной дымки: — Сожги их всех, — чужим голосом произносит Лекса, не глядя на хранителя, что поднимается с земли. — Преврати предателей в пепел. Лекса вытягивает руку вперед и медленно сжимает ладонь в кулак — Каин хватается одной рукой за шею, а вторую кладет на грудную клетку. Лекса наклоняет голову набок, а после, оголяя клыки, крепче сжимает кулак, наблюдая, как тело Каина начинает сплющиваться, будто под прессом. Его кости хрустят. Она расслабляет руку, и его тело, а точнее что от него осталось, падает на землю, разлетаясь пеплом. Лекса идет вперед, глядя перед собой, не смея взглянуть на Кларк. Она останавливается рядом с её телом и замирает. Вокруг Лексы десятки демонов горят и орут в агонии. Всё вокруг неё в огне. Она все так же стоит не шевелясь. Наконец шум затихает, и ветер уносит пепел, оставшийся от последнего предателя. В нескольких метрах от Лексы сидят, преклонив колено, уже не изгои, а подданные и смотрят вниз. За её спиной опускается, преклоняя колено, её хранитель. Лекса принимает человеческий облик. Она прикрывает глаза и стоит так какое-то время, а после, открывая, присаживается на корточки. Она все так же не смотрит на тело Кларк. Её руки ложатся блондинке на спину. Она не воскресит мертвое тело. Мертвое… Потому что она не смогла. Лекса не воскрешает мертвых. Она не возвращает к жизни тех, чья душа не принадлежит ей. Лекса запускает руки Кларк под живот и, касаясь еще теплой крови, вздрагивает, а её взгляд падает ниже. Рот приоткрывается, и она жадно глотает воздух. Снова прикрывает глаза. Еще один вздох. Она обхватывает блондинку за талию и приподнимает, а потом, поворачивая, обнимает Кларк за талию одной рукой, а второй подбирает её ноги под коленями. Глаза Лексы заплывают красным, и она медленно встает с Кларк на руках. Голова блондинки опрокидывается, а Лекса локтем пытается её поднять, чтобы та не свисала так безжизненно. Дыхание брюнетки становится частым: — Не делай так, — шипит она, снова пытаясь поддержать голову, которая опять непослушно падает. — Лекса, — Рокси подходит к ней со спины. — Отойди! — кричит брюнетка. — Все хорошо, Кларк, — тише добавляет она, а после чуть меняет положение рук и, наконец, голова блондинки оказывается у неё на плече, — так-то лучше, — дрожащим голосом шепчет Лекса. — Так лучше. Все хорошо, Кларк. Лекса, выдыхая, скулит. Прижимаясь щекой к еще не остывшему лицу блондинки, она скрывается с ней в черной дымке. ___ Лекса сидит у себя в кабинете, когда Рокси заходит к ней. — Послушай, — тихо и аккуратно начинает она, подходя ближе, — я… Вся решительность, которой Рокси набралась, прежде чем сюда прийти, испаряется, стоит ей лишь столкнуться с зелеными глазами. Но она не может позволить себе быть настолько слабой, поэтому делает решительный шаг вперед: — Кларк, — начинает она и тут же замолкает. Переводит дыхание, — Кларк… Лекса смотрит на неё, не сводя взгляда. Рокси снова замолкает. В руках она теребит пергамент. — Что ты хочешь, Рокси? — хрипло спрашивает Лекса, облокачиваясь на стол и прикрывая лицо ладонью. — Кларк оставила это. Она просила отдать, если с ней что-то случится. Она дала это перед миссией… И… — всё, это все, на что у неё хватает сил. Она кладет на стол то, что принесла, а после разворачивается и быстро покидает кабинет. Лекса прикрывает глаза. Зажимает веки пальцами. Она чувствует запах крови от своей руки, и её лицо морщится. Её нога под столом начинает дрожать. Она убирает руку от лица и, шумно выдыхая, откидывается на спинку кресла. Поднимает взгляд к потолку и вбирает носом воздух. Нога перестает трястись. Она решительно хватает второй кинжал, закрепленный на поясе, и подносит к своему животу. Несколько рваных вздохов, и она сжимает рукоятку. Чуть отводит в сторону и, сжимая челюсть, замахивается, целясь себе в сердце. Рука замирает, а взгляд устремляется к пергаменту на столе. Лекса мотает головой, снова выдыхая густой воздух. Она смотрит на кинжал и снова крепче сжимает его. Сглатывает и громко кладет его на стол, решительно берет документ и замирает с ним. Пергамент в её руках начинает трястись. Она кивает, убеждая себя, что это еще не конец. Это просто не может быть конец. Она разворачивает сложенный пергамент, где написано «сначала читать этот» и, увидев аккуратный компактный почерк Кларк, нервно улыбается. Лекс, я не мастер писать речи. Мне больше нравится говорить что-то в лицо. Точно знаю, что всей смелости и сил не хватит, чтобы говорить это тебе в лицо. Кажется, я утратила свое красноречие, или просто некоторые вещи невозможно говорить, глядя в глаза. Особенно в твои. Помнишь тот день, когда мои кишки валялись по всему лесу, а почти оторванная нога тоже валялась где-то? Ты сама это мне сказала, пока я подыхала под деревом. Ты тогда пыталась меня заткнуть и дала затрещину. Пока я тебя ненавидела, я не вспоминала это. Ни разу. Может быть, потому что это была та крупица, которая не позволила бы мне. А мне очень хотелось ненавидеть тебя за всё. За то, что оставила меня. На лице Лексы растягивается пьяная улыбка. Я назвала тебя ангелом. Я думала, ты ангел, а ты ответила… Я плохо помню, но ты представилась в тот момент своим, походу, полным именем. Таким пафосным, знаешь.  — Я Лекса, дитя Сатаны, — хрипло говорит Лекса, глядя на пергамент, — будущее подземного мира. Принесу хаос и разрушение на землю. — Она усмехается, проводя подушечкой пальца под нижним веком, и взгляд снова перестает быть таким мутным. Ты сказала, что никогда не видела, чтобы люди так высоко летали. Пишу это и смеюсь. Жаль, что ты мне стерла память тогда. Ты сказала, что подарила мне жизнь в долг. Я привыкла отдавать долги, Лекса. И мне очень жаль, что я не сделала этого раньше. Только громко не смейся, я не знаю, как это делается. Хотя какой там смех, если ты это будешь читать, когда я отброшу копыта. Главное — не переживай. С другой стороны… Я не знаю, будет ли это работать, если я уже буду мертва? Лекса сглатывает, касаясь второго пергамента. Она разворачивает его, и зеленые глаза расширяются. Лекса, я Кларк Гриффин, вверяюсь отдать тебе свою душу в день своего двадцатиоднолетия. В случае если я умру раньше, моя душа целиком и полностью в твоей власти. На любых условиях. Слава Сатане. п.с Люблю тебя. Лекса, роняя слезы на пергамент, громко со стоном усмехается. — Идиотка, — она закрывает рот рукой. — Кларк, ты такая дура. Её руки трясутся, когда она встает из-за стола. Она судорожно начинает дергать верхний ящик. Достает оттуда печать. Берет кинжал в руку и, не контролируя силу, проводит лезвием по ладони. Черные капли падают в угол листа. Она откидывает кинжал и начинает лихорадочно теребить на себе кофту. Кровь, которая осталась от Кларк, уже почти засохла. Она скручивает кусочек ткани. Ничего не выходит. Но кровь ведь не совсем засохла, кофта еще влажная. Лекса, рыча себе под нос, наклоняется над столом и трет ткань об угол пергамента, оставляя на нем кровавое красное пятно. Трясущейся рукой буквально вбивает печать поверх их крови в пергамент. Она вздрагивает, когда оттиск от печати загорается пламенем, а после потухает, оставляя там черный след. Лекса, выскакивая из-за стола, ударяется ногой. Ни секунды не медля, она вылетает из своего кабинета и несется в сторону зала для заседаний. Влетая в зал, она вынуждает Рокси подпрыгнуть и отскочить от тела Кларк.  — Лекса? — Кларк, — шепчет дрожащим голосом брюнетка, хватаясь за её плечо. Она встает в изголовье и смотрит в бледное лицо. — Кларк, детка, — её рука ложится на холодный лоб. — Лекса… — начинает Рокси, которой кажется, что Лекса вот-вот свихнется. Или уже. — Кларк, — вибрирующим и хриплым от волнения голосом снова начинает говорить Лекса, наклоняясь совсем близко к любимому лицу, — я, Лекса, дарую тебе жизнь, вверяю тебе право находиться рядом на земле и в подземном мире. Именем Сатаны, Именем Астарота, — она тянется к уху Кларк и продолжает шепотом, — именем Мамона, именем Аббадона. Да будет так. Лекса замирает, а её глаза бегают по белому лицу. Рокси стоит позади неё, не дыша и не моргая. Рокси первая подает голос, приходя в движение: — Так можно? Она же уже мертва, — почти не слышно говорит она. — Не знаю я! — кричит Лекса, разворачиваясь. — Я не знаю! — так же громко повторяет она, глядя в широко открытые глаза Рокси. Лекса медленно опускается на стул и, складывая руки рядом с головой Кларк, продолжает:  — Пожалуйста, — шепчет она, захватывая светлую прядь указательным пальцем. Она снова встает и, дергая Кларк за плечо, двигает ближе к краю стола. Обхватывает ладонями её лицо и уверенно повторяет, — я, Лекса, дарую тебе жизнь, вверяю тебе право находиться рядом на земле и в подземном мире. Именем Сатаны, Именем Астарота, именем Мамона, именем Аббадона. Да будет так. — Она скалится, — ну же! Я, Лекса, дарую тебе жизнь, вверяю тебе право находиться рядом на земле и в подземном мире. — Её голос западает, и она уже шепотом бубнит себе под нос, — Именем Сатаны, Именем Астарота, именем Мамона, именем Аббадона.  — Лекса, — Рокси кладет ладонь ей на плечо, на что та отмахивается, — Лекса… — Оставь меня! — огрызается громко Лекса. — Именем Сатаны, Именем Астарота, именем Мамона, именем Аббадона. Кларк, пожалуйста! — Лекса, прошу тебя, — Рокси снова пробует коснуться её. — Оставь меня в покое! — кричит Лекса, оборачиваясь к ней. — Она не может умереть! Она не может, ты это понимаешь?! Не смей говорить так, не смей, Рокси! — Но она мертва, Лекса! — срывается Рокси. — Нет, — Лекса снова возвращается к Кларк, — прости меня. Кларк, прости меня… Прости меня. Именем Сатаны, Именем Астарота, именем Мамона, именем Аббадона. Очнись, твою мать! — она бьет девушку по щеке. — Кларк, прошу тебя! Рокси хватает Лексу за талию и оттаскивает в сторону, не давая ей снова ударить мертвое тело. — Успокойся! Лекса, успокойся! — Она, что есть силы, сжимает брюнетку в своих руках. Но они обе перестают бороться и замирают будто парализованные, когда слышат громкий хриплый быстрый вдох. Лекса держит Рокси за запястье, не моргая, глядя, как блондинка, открыв рот, громко дышит, лежа с распахнутыми глазами и глядя в потолок. — Господи, — шепчет Рокси. — Ох, ну вряд ли Господь приложил к этому руку, — шепчет Кларк, все еще тяжело дыша и уставившись вверх. — Да, Лекса? — она поворачивает голову. Её лицо стремительно наливается розоватым живым оттенком. Лекса отпускает руку хранителя. Её губы дрожат, а глаза застилает блестящая пелена. Она падает на колени и наклоняется низко к полу, закрывая свою голову руками: — О, чёрт, — шепчет она, — ох, чёрт, — Её тело начинает подрагивать. Кларк медленно сползает со стола и, опираясь на ногу, чуть заваливается и хватается за стул. Не сводя глаз с брюнетки, она подходит к ней со спины и тоже опускается на колени, наклоняясь к ней. Она лбом прижимается к её спине и закрывает глаза: — Все хорошо, Лекса. Я жива… Лекса… Все хорошо. — Шепчет она. — Ты смогла. Ты все смогла. — Она гладит плечи девушки, все крепче вжимаясь лбом и жмурясь. — Я здесь.