Всё было как в прошлый раз...

POV Ларри

Я безразличным взглядом рассматривал жёлтую стену, пытаясь найти в ней хоть каплю мотивации. Строгий костюм, что был на мне, напоминал о скорой свадьбе. Боже, неужели этот день наступил так быстро, выстраиваясь в список моих самых худших переживаний? Кажется, Салли совсем не заметил, как после нашего разговора о браке родителей я вовсе не поменял своё мнение об этом, но… Если маме будет легче, то я тоже буду рад её счастью. Тем более… Надеюсь, отец не поругает меня за мой прикид. … что за смущённые возгласы в моей голове? Я выучил нотки этого прекрасного голоса уже наизусть, но всё не могу понять, какой человек скрывается за отчётливыми волнами вибрации. Они приятно ласкают слух своим плавным пением, что и наушники или плейер кажутся негодными. И в то же время… А как же Эшли? Пусть мои чувства давно не принадлежали её сердцу, но она ко мне явно не равнодушна. Тем более она ранима и может не выдержать разлуки со мной, когда жизнь скована цепями обмана и предательств, а разум проносится мимо постоянной рутины нескончаемых тяжёлых дней. Дверь моей комнаты наконец-то открылась, а в коридоре показался голубоволосый парень в несоответствующей его полу одежде. Румянец невольно тронул мои щёки от недавних воспоминаний… Интересно, Салли догадался, что это я увидел его тогда? — А где Лиза? — недоумённо наклонил голову на бок он, складывая руки за спиной в замок. — Она… — я смущённо отвёл взгляд, дабы эта милая картина не вызывала у меня странных ощущений. — Она уже на первом этаже. — Ясно. Тогда идём? — парень тепло улыбнулся мне, инстинктивно вставая на цыпочки. — Да… Идём. Я повернулся к входной двери и дёрнул за покрытую золотой краской ручку, а Салли последовал за мной, что-то напевая себе под нос. В лифте мой взгляд был полностью прикован к худощавому телосложению младшего брата, на котором было надето это жёлтое детское платье, будто он собирается на фестиваль косплеев по Хацунэ Мику. И ещё… Белые гольфы. Просто белые гольфы, но они смущали меня больше всего. Когда железные двери медленно открылись, перед нами показалась стройная фигура моей мамы, что была в белоснежном наряде прекрасной невесты. Она стояла к нам спиной, но из-за громких шагов позади себя шатенка обернулась, встречая нас всё той же милой улыбкой. На улице стояла весенняя жара, что лишь иногда прерывалась прохладой лёгкого дуновения ветра. Изумрудные листья надёжно цеплялись за тонкие ветви молодых деревьев, будто редкие потоки воздуха могут сорвать их и унести в неизвестном направлении. К старым чёрным воротом подъехал неплохих размеров автомобиль ярко красного цвета, что привлекал к себе излишнее внимание жителей апартаментов. В эту погоду большинство из людей, которые проживали в нашем доме, решили прогуляться недалеко от этого мрачного здания. Некоторые поздравляли мою маму с замужеством, а кто-то недовольно ворчал (в том числе была и миссис Гибсон). Мы сели в приехавшую за нами машину, поблагодарили таксиста за ожидание, и через несколько секунд за мутным стеклом окна мелькали мимолётные картины утреннего Нокфелла. Приглушённые звуки шумного мегаполиса отдавались едва уловимым эхом, что прозрачными волнами уходило вдаль. Слабые потоки солнечного света обволакивали нагретую теплом огненной звезды землю, на которой ещё остались небольшие лужицы после ночного дождя. Верхушки стройных деревьев пронзали лёгкую дымку тумана, теряясь в его неощутимых глубинах. Обвеянный своими мечтаниями, я забылся в собственном мире, где вечно властвуют темнота и покой. Веки тяжелели от каждой попытки моргнуть, а сознание давно потеряло смысл странствовать в реальной вселенной, в которой я должен найти свою судьбу. Сквозь успокаивающую атмосферу сна я снова слышал эти высокие нотки приятного голоса, что давно полюбились мне. Он такой милый, когда спит… Интересно, что значил этот взгляд тогда? Хи-хи, мне, наверное, показалось! О ком говорит этот человек? Почему мне кажется это чем-то знакомым? И почему… Так много вопросов? … — Просыпайся, Ларри! Мы приехали! Как только я отошёл от временного транса, я увидел перед собой лазурные глаза, что ярко отдавали своей голубизной. Но Салли не был тем, кто разбудил меня. Я посмотрел в окно, через которое виднелось небольшое, но красивое здание, что походило на… Отель? А через дорогу от него находились загс и множество беседок для празднований. Расплатившись за такси, мы вышли из красного автомобиля и направились в тот самый отель, что был и не таким уж примечательным. Полностью чёрный цвет совсем не таил в себе некой элитности, но золотые узоры на тёмном мраморе хоть как-то спасали это здание. Зайдя в него, мы стали дожидаться, пока мама не заплатит за номер на одну ночь, но как оказалось, Генри сделал это наперёд нас, а сам скрылся где-то в загсе. Единственное, что успокаивало меня в этот день, так это вечернее празднование, где должен быть алкоголь, который облегчит мою душу…

***

Время около девяти вечера. Все присутствующие на свадьбе наших родителей давно были не в трезвом состоянии. Я наливал себе очередной бокал неизвестного мне спиртного, выпивая его залпом и чувствуя, как в мозг ударяет алкоголь, а разум теряет контроль в бессмысленном воображении пьянства. Моё внимание давно приковано к танцующему голубоволосому парне, что изящно прогибается в спине и извивается в диком танце, от чего в низу живота затягивается тугой узел возбуждения. Салли тоже выпил достаточно, чтобы иногда выкидывать нечленораздельные фразы и звонко смеяться, театрально постанывая. Это заводило намного больше, чем само стройное тело Фишера. В конце концов он смело берёт меня за руку и ведёт в центр танцпола, нарочно прижимаясь ко мне грудью или бёдрами. Мои руки держат его за талию, а он лишь похотливо улыбается, вызвающе облизывая губы. Я даже не помню, как мы оказались в отеле. Как я взял его на руки и опрокинул на белоснежную кровать, наваливаясь сверху. Но прекрасно помню, как снимал с него жёлтое платье, прикасаясь губами к его бледной коже. Но тело Салли… Слишком бесподобное. Слишком хрупкое и до ужаса невинное. Именно тогда я сорвался с цепи порядочностей, пытаясь подарить голуболосому больше удовольствия. Будучи обнажённым, он показал свою раскрепощённую душу, предвкушая мои следующие действия. Я страстно поцеловал парнишку, медленно входя в него, но услышал лишь крик боли, который противным звоном отдавался в голове. Я не хотел, чтобы ему было неприятно, поэтому пытался его отвлечь от происходящего, нежно покусывая его шею и выпирающие ключицы. Но вот я почувствовал ту самую точку, что довела Салли до долгожданного блаженства, которое нежданно накрыло его. Милое лицо Фишера выражало неимоверное удовольствие, но, доходя до пика, его губы простанывали моё имя, пока я не ощутил момент экстаза для нас двоих… … И снова приятная темнота окутала сознание, заставляя провалиться в бездну небытия.