Гнездо змей

Первым делом в ход пошел конь. Резкий выпад вперед и сторону, защищающий маленькую неокрепшую пешку. Конём Шикаку Нара нарёк Орочимару, Змеиного саннина. Главное – отделаться от него малой кровью. Раз змеёныш считает себя искуснейшим собирателем, пусть побегает за приманкой, что ему не удастся проглотить.

***

Орочимару расхаживал по комнате внутри скалы-монумента Хокаге, которая успела пропитаться могильным духом и нечистотами. Это были никому не нужные убежища для гражданских, после «происшествия» – как любовно называл его Орочимару – с Девятихвостым они были оставлены без внимания и стали его секретной лабораторией. Эксперименты по пересадке генома Первого Хокаге зашли в тупик, глядишь, Анбу скоро раскопают останки погибших детей или найдут потерянные записи – те, что похитил Корень. Тогда придётся уходить из деревни в большой спешке. Как было ни жаль Орочимару, но сейчас ему приходилось думать о путях отступления. Да только разве можно сбежать и не прихватить с собой ни одного трофея? В Конохе столько материала для экспериментов, столько ресурсов, никто и не заметит их исчезновения. А то они захиреют в неумелых руках... Оставшиеся записи Орочимару уничтожил, а результаты экспериментов вложил в свою ДНК. Так надёжнее, а то отчёты и бумажки имеют неприятное свойство ускользать. В убежище-монументе было чисто, все дела были закончены, лишние данные преданы огню. Теперь можно и уходить... В последние дни своего пребывания в Конохе Орочимару надеялся подобрать пару детишек или интересные материалы - никогда не будут лишними. Местом сбора данных саннин выбрал лабораторию Корня, очень занятное место под землей, куда вело множество ходов. Корень протянулся почти под всей Конохой, полностью оправдывая своё название ещё и потому, что вытягивал из селения все сведения и ресурсы до последней капли. Из Корня можно было попасть в любую точку деревни, даже в закрытые учреждения и некоторые частные дома. Только лаборатория Орочимару была для организации недоступна, что нередко раздражало Данзо, привыкшего во всём быть первым.

***

В запутанных подземных лабиринтах вода и слизь капали со сводчатого потолка и скатывалась по резным колоннам. Кое-где светили горные лампы, но в основном стояла непроглядная тьма. Очередной узкий коридор оборвался, впереди зияла дыра пропасти, похожая на змеиную пасть. Орочимару ядовито усмехнулся и зацепился одной рукой за стену. Он чувствовал, что добыча уже близко. Пальцы рук перебрались по стене до прохода, расположенного на уровень ниже, тело Орочимару удлинилось и заструилось по бетонным плитам, подобно змее в жарких песках пустыни. Он выглянул на площадку - там было так же пусто, как и во всех коридорах, по которым он прошёл сегодня, только впереди маячили рваные тени. Саннин молниеносно перебрался на потолок прохода, припал к холодному камню и прикинул, что в центре лабиринта должно находиться хранилище, защищённое лучше всех. Ему было нужно только самое лучшее. Орочимару обернулся змеёй. Он проползал по коридорам и протискивался сквозь щели, устремляясь в центр лабиринта. Туда, где за стальными дверями и под охраной гудели морозильники и лабораторные аппараты. Охранник в безликой маске, стоящий на пересечении коридоров, дёрнулся и обмяк. С глухим стуком он упал лицом вниз на каменный пол, из его спины торчал дротик с красным оперением, вылетевший из пасти Орочимару. Пламя в лампе не шелохнулось. Змея подползла к обездвиженному телу, её дрожащий язык походил на пучок огня. Он ощупал шею мужчины, мочку уха и лицо, а тяжёлое белое тело пресмыкающегося постепенно обвивалось вокруг охранника, сковывая движения. Змея заглянула в глаза шиноби. Раздвоенный язычок дрожал, раздалось шипение, по интонации похожее на приказ. Транквилизатор и гипноз сделали своё дело, нужные данные были получены. Почему-то безлюдный коридор выглядел недружелюбным, хотя в нём не было никого, кроме обезвреженного охранника. Было слишком тихо даже для секретного места, а темнота по углам казалась подозрительно густой. Горная лампа горела спокойно и ярко, мешая видеть. Саннин в обличьи змеи обратил голову направо, вгляделся в место почти под лампой... Он чувствовал там чьё-то почти неуловимое присутствие. Кто бы это ни был, он не показался, даже тревогу бить не стал. Значит, отправляемся дальше... Охранник, который остался лежать под тем же факелом, где нёс вахту, отлично знал подземный лабиринт: два поворота налево, один направо и вдоль правой стены до третьего проёма… Потайная дверь открылась, фигура Орочимару, секунду ранее бывшего змеёй, шагнула из тёмного подземелья в стерильную лабораторию. С мягким шипением вспыхивали лампы, приветствуя гостя. Здесь было так же тихо, как и в лабиринте коридоров, стальной операционный стол блестел. Лаборатория была очень протяжённой, в последнюю очередь вспыхнули светильники для стеклянного шкафа, стоящего в дальнем конце от входа. Стекло разбрасывало блики, а лампы подсвечивали склянки изнутри, придавая экспонатам зловещий вид и нереальные цвета. Здесь стояли вырванные с нервами глаза, дико вращающиеся в поисках глазниц, скрюченные пальцы, кусочки плоти, кровь и жидкости всевозможных цветов. Шкаф походил на коллекцию каннибала. Некоторые банки стояли пустыми, но уже обзавелись табличками. Тень от стула вдруг из серой превратилась в черную, изогнулась и метнулась к шкафу. Свет в помещении мигнул на секунду, а когда лампы снова заработали, странной тени не было, только табличка рядом с пустой банкой упала на пол. Орочимару оскалился и подобрал ярлык. На съехавшей этикетке значилось: «Узумаки».

***

Неприятно пахло хлоркой. Длинные коридоры больницы опустели, лампы были выключены. Маленький светловолосый мальчик остался один в палате с высокими больничными койками, где в углу примостилась его детская кроватка. Его волосы так отросли, что падали на глаза. Наруто всё время забывали подстричь, про него вообще часто забывали, поэтому он воровал с кухни, прятал документы со стойки регистрации и строил гримасы всем подряд, лишь бы собрать вокруг себя побольше людей. Сегодня вечером он спрятался перед ужином, а потом незаметно пробрался в свою палату... но его так и не нашли. Наруто выглянул в коридор. Он заглянул в столовую и вышел в главный холл больницы в поисках какой-нибудь игрушки или человека в длинном белом халате. Один такой доктор с длинными чёрными волосами всегда разрешал подёргать себя за косичку и давал леденцы. Но никого не было, и Наруто вернулся в свою палату, где обитал уже несколько месяцев. Мальчик жил в этой комнате один. Он плюхнулся на свою кроватку и заплакал. Его, сначала тихий, а потом громогласный плач не произвел никакого эффекта. За окном в такт воплям барабанил в стекло дождь. Наруто вытер глаза и сел. Наверно, медсестра на посту опять заснула за своим столом, вот и не слышит. Поэтому не хочет утешить его. Маленький мальчик хлюпнул носом и перестал плакать. Он снова выбрался в коридор, растирая по щекам жгучие слёзы. В этот раз он захватил с кровати покрывало и повязал его вокруг шеи, чтобы походить на шиноби, которые часто посещали больницу. Высокие и быстрые, их шаги были очень плавными, а ещё они молниеносно уклонялись от объятий. За столом у входа в крыло спала дежурная медсестра. Она заснула над какими-то бумажками, не доведя строчку до конца. Это была мисс Шихо, она Наруто никогда не нравилась, потому что готова была его отшлёпать за малейшую провинность. В отместку мальчик перемешал все бумажки на её столе и опрокинул кружку с остывшим чаем. По бумагам расплылись темные пятна, Наруто хихикнул и понесся дальше по коридору. - Эй, малявка, - прошипел сзади тихий голос. Наруто обернулся и увидел перед собой длинную фигуру, замотанную в чёрный плащ. Не такой, как у других шиноби. Человек присел на корточки перед мальцом. Наруто с интересом разглядывал его лисью маску с завитушками на щеках, протянул к ней руку и дёрнул красный шнурок. Тесёмки распутались, жилистая, вся в мозолях, рука человека придержала маску от падения. Наруто открыл рот от удивления и сделал шаг назад, ноги его обмотались покрывальцем, и мальчик упал. На него смотрело уродливое лицо, всё в шрамах, покрытое бурыми пятнами. Человек оскалился, а Наруто замер. Он готов был снова заплакать и убежать - но уродливый человек излучал тёмную чакру, не дающую пошевелиться. «Убегай. Убегай, глупый ребёнок!» - шипел запечатанный Девятихвостый. Аура, шедшая от чёрного человека, затопила весь коридор, воздух стал похож на кисель, так что дышать было невозможно. «Убегай, малявка!» - орал сидящий на привязи хвостатый, он метался по своей клетке прекрасно понимая, зачем понадобился несмышленый малец одному из Анбу… хотя нет, это не Анбу... Они никогда не отличались такой кровожадностью. Лис зарычал громко и протяжно, он забился в решётку, но печать, удерживающая его внутри, раскалилась, и демон обжёг морду о горячий металл. Между тем Наруто заплакал громко и отчаянно, словно уже понял – ничего хорошего с ним не случится. Лис пошёл на отчаянный шаг, чтобы защитить себя. Главное – защитить себя. Из его клетки между прутьями решетки потянулись хвосты, шарившие по сознанию малыша, маленького, несмышлённого. Они обвивали его мысли когтистыми лапами, и разум Наруто заполнился ими до предела. Глаза мальчика вспыхнули красным. От резкого выброса дьявольской чакры убийца в плаще прикрыл лицо руками, а когда снова был способен ясно видеть, демонический покров опять ослепил его. За спиной четырёхлетнего мальчугана маячил нетерпеливый лисий хвост. Ребёнок согнул ноги в коленях и подпрыгнул, разбрасывая вокруг себя порывы ветра. Плащ убийцы взметнулся в воздух, потому что человек уже пустился в погоню, но Наруто был быстрее и удалялся прочь от чёрной фигуры, плутая по длинным коридорам, по-звериному отталкиваясь от пола четырьмя конечностями и разбрызгивая по воздуху всполохи дьявольской чакры. Тело мальчика слабело, ноги едва двигались из-за перегрузки и огромного давления. Он будто тащил на спине камень, норовивший расплющить его о пол. Прерывистое дыхание вырывалось сквозь сжатые – удлинившиеся и заострившиеся – зубы. Огонь в глазах быстро мерк, Девятихвостый силился удержать контроль над ребёнком, но Наруто был ещё совсем мал, никто не готовил его тело к такой нагрузке. Лодыжка не выдержала и хрустнула за очередным поворотом, неокрепшие ноги подогнулись, и тело мальчика оказалось на полу. Обрывки покрова спасли от сильных ударов, но всё равно мальчик потерял сознание, а оранжевый защитный ореол испарился. Хвостатый поджал обожженные о печать хвосты и забился в угол, готовясь к неизбежному… Охотник - снова в лисьей маске - возник над мальчиком, его руки уже чертили печати в воздухе… Тьма сгустилась, чернильные пятна подползали к лежащему без сознания Наруто, накрывая его одежду, плащ, завязанный на шее, волосы и лицо, пытаясь добраться до сознания… Хвостатому тоже приходилось туго, в его клетке хозяйничал посторонний - всё пространство заполнила липкая густая тьма, которая не давала двигаться. Сложенные в печати пальцы охотника вдруг начали извиваться, руки не слушались его. Убийца хотел разнять пальцы, но они перепутались так надёжно, что почти слились воедино, образовав ловушку, где одно съедает другое. Реальность явно исказилась, это означало мощную иллюзию, которую не мог наложить четырёхлетний мальчишка. Наёмник стиснул зубы и стал бормотать печати отмены, но это не помогало. Змеиный саннин размял шею и шагнул к наемнику, прочнее налаживая визуальный контакт. Тело убийцы изогнулось, как велел саннин, бледные руки протянулись к закрытой плащом шее и схватились за неё. Хрустнули позвонки, лисья маска съехала набок, из-под неё показалась кожа. Кровоподтёки проступили перед тем, как она лопнула, и перекрученная голова упала на пол с глухим стуком, рядом с лисьей маской.

***

Наруто очнулся от едкого запаха, щекотавшего нос. Он лежал на каменном надгробии, уже перенявшем тепло его тела. Ночь была жаркой, земля окрасилась красным, по воздуху плавали искры, уносимые ветром. Сидевшая рядом девочка, на несколько лет старше Наруто, улыбнулась ему. У неё были чёрные волосы, собранные в пучок на затылке. Они оба посмотрели на источник красного. Огромный костёр высился всего в нескольких метрах от них; заспанного мальчика окатило волной жара, и он стал тереть глаза. По лицу побежали слёзы от дыма. Наруто насупился, закусил губу и приготовился разреветься, но прямо перед ним вынырнуло белое лицо, и язык Орочимару щёлкнул мальчика по носу. Малыш от неожиданности замолк, а Орочимару поднялся, взмахнув руками. Из разрушенного склепа выплыл деревянный гроб, он легко скользил в воздухе, направляясь прямиком к костру. Маленький Наруто хлопнул в ладоши и радостно засмеялся, во все глаза наблюдая, как сгорают останки его родного отца. Девочка поднялась со своего места и потянула Наруто за руку, кое-как взвалила на себя и побежала вслед за Орочимару, проскользнувшего в одну из многочисленных дыр в защитном куполе Конохи.