Гнездо змей

Переходная глава без особого пока развития сюжета. Но поворот очень важный) Дальше будет ой как интересно! __________________________________________________________________________________________________________ Булькающий звук рядом с ухом разбудил Наруто. Мальчик проснулся и понял, что булькает физический раствор в огромной колбе, к которой он прислонился. Колба подсвечивалась изнутри круглые сутки. Откуда вообще в склепе взялось электричество? Было тихо... и только колба жила своей жизнью. Тёмного цвета волосы на голове Кушины выросли настолько, что заполнили собой уже почти всё пространство. Иногда из-за них можно было разглядеть тощую спину с выступающими рёбрами или лицо с острыми скулами... Человеческому эмбриону ещё нужно было время. Наруто перевёл взгляд на стол, где Орочимару разделывал трупы, - это был каменный гроб с плоской крышкой. На этом импровизированном процедурном столе сейчас лежало тело Гаары, маленького песочного демона. Он всё ещё был без сознания, а к его голове были подключены блестящие электроды. По проводам к ним поступали электрические импульсы, как сказал Орочимару: "Чтобы хвостатый не проснулся". Из-за этого то рука, то колено мальчика периодически подрагивали. Наруто посмотрел на огромную колбу со своей матерью внутри, а потом перевёл взгляд на Гаару. Он усмехнулся и подошёл к своему брату, брату не по крови, а по демону внутри. Наруто наклонился к песчанику, разглядывая тонкую кожу с синяками под глазами. Его глаза были закрыты веками, кожа которых была такой тонкой, что можно было даже в полумраке сосчитать тонкие ниточки сосудов. Один электрод заискрил, и глаза Гаары приоткрылись. Замыкало в лаборатории Орочимару часто, Наруто уже научился справляться с этим в одиночку. "Контакты наверно отошли", - подумал Наруто, следуя от электрода по проводу к тяжёлому прямоугольному аппарату. Когда его пальцы дошли до гнезда, зелёная лампочка на ящике потухла... Или Наруто показалось, что потухла. Во всяком случае он как будто упал вперёд, в темноту, но тьма тут же и развеялась, под ногами оказался сухой песок. Наруто стоял в скромном дворике жилого дома. Здесь не было ни деревьев, ни цветов. Рядом с крыльцом из твёрдой земли пробивалась чахлая пыльная травка. А ещё во дворике были дети. Они забились в угол и тихонько переговаривались. Дверь в дом открылась, и среднего возраста женщина с запылённым лицом вынесла на тарелке ярко-красные дольки арбуза. Детишки, шумно гудя, бросились к ней и разобрали все дольки. Вскоре на тарелке появилась горка огрызков. Дети снова забились в угол двора, тихонько переговариваясь. К ним со спины подошёл ещё один ребёнок, только что спустившийся во двор по ступеням. Он был меньше них, выглядел более болезненным и щуплым. Волосы у него были красивыми, медными с краснотой, только вот, как и всё в этой деревне, выглядели занесёнными пылью, забытыми. В руках он держал мягкую игрушку, которую ему подарил кто-то из семьи - дальний родственник прислал этот подарок на прошлый день рождения. Но в этом году от кузена не было вестей, и Гаара чувствовал себя забытым. Дети обернулись к нему, самый большой на вид мальчик злобно сверкнул глазами и встал с корточек. *** Слышно было только шорох песка, уносимого ветром; в воздухе витала злобная насмешка. Маленький мальчик Гаара плакал, глядя как его мягкую игрушку вколачивают в грязь, а потом топчутся сверху. Двор опустел, все ушли кроме Гаары. В углу валялись обгрызенные корочки арбузных долек. Мальчику было холодно даже в этот особенно жаркий день. Холодно несмотря на то, что вокруг была вечная пустыня. Вопреки витавшим в воздухе жаре и пеклу, для маленького мальчика отсутствие прикосновений людей приравнивалось к пребыванию в арктической бездушной равнине. Гаара каждый день приходил к себе в комнату и забивался под душное одеяло; чем жарче было - тем лучше. Он забивался в него и плакал, плакал до тех пор, пока глаза не начинало щипать, до тех пор, пока он больше не мог закрыть веки. И он не спал всю ночь и лишь думал о жарком месте, в котором он сейчас находился. Представлял, что это всё только сон, мираж, дурацкая фантазия. И тогда он начинал плакать ещё сильнее. Пока маленький Гаара бодрствовал, демон внутри него не мог выбраться наружу. Он стонал, кричал, колотил разбитыми в кровь лапами по краешкам сознания мальчика, но всё же он был внутри. Несмотря на это Гаара чувствовал себя пустым, словно он был чашкой без содержимого. Сегодня он потерял плюшевого друга и слишком сильно сжимал кулаками одеяло. Не успел он удивиться, как оказался в своём сознании, за холодной железной решёткой, где обычно сидел демон. Теперь Однохвостый был снаружи, а он - внутри. Гаара ухватился за железные прутья и вспомнил вдруг, как из разбитой головы плюшевого медведя выбивалась белая вата. Эта вата была совсем не похожа на серого цвета мозги, вываливающиеся из разбитого черепа того соседского мальчишки... Мальчишки, который наплевал на страх Гаары, мальчишки, который не побоялся в лицо ему сказать, что он его ненавидит. И из-за этого им занялся песчаный демон. Из глаз Гаары катились слёзы, а демон бушевал. Побитое, растерзанное тело соседского ребёнка стало похоже на груду засаленных тряпок, истекающих почему-то кровью. А демон хватал его когтями и снова швырял в стену. Гаара смотрел на всё это широко раскрытыми глазами. Кровь вдруг залила его ноги, он отскочил от решётки, отделяющей клетку хвостатого от его собственного создания. Мальчик заметался в камере, которая заполнялась вязкой, ещё тёплой кровью. Сгусток проплыл мимо его ноги, и Гаара вздрогнул. У него защемило сердце, а в следующую секунду его обуял страх. Потому что он уже тонул, вся его одежда промокла. Кровь заливалась ему в нос и горло, пахнущая смертью и мокрым железом, солёная и едва тёплая... Гаара кричал, но его никто не слышал, даже он сам. Он пытался плыть, хаотично перебирал руками и ногами, но на самом деле замер в подвешенном состоянии. Он весь пропитался кровью и сам стал похож на обезумевшего демона. Его руки чувствовали шершавый песок под ладонями и мягкие разорванные ткани соседского мальчишки. Гаара чувствовал всё, что происходило в реальном мире. Он захлёбывался жаждой убийства, часто дышал, втягивая в себя ледяной ночной воздух, ощущал на лице яростный ветер. Демон выл на луну и пытался до неё добраться. Он вгрызся лапами в песок и оттолкнулся от земли, что было сил. И взмыл в чёрное небо, и направился к яркому, единственному источнику света в этой тьме и жажде крови... Ему не дали уйти. Кровь внутри клетки демона кипела от гнева, а Гаара варился в этом дьявольском котле. Демона догнали блестящие под луной канаты, и он обрушился на песок, ушёл в его глубь и, яростно и тихо рыча, снова отправился в сознание, снова поменялся с Гаарой местами. Демон варился в кровавой клетке, а мальчик мёрз в ледяных песках пустыни. В эту ночь песок впервые послужил ему коконом и домом. *** Наруто отступил назад по инерции и наткнулся на горку заржавевших скальпелей. Он чуть не упал, вовремя удержавшись за краешек гроба. Гаара лежал перед ним на операционном столе. Никакой пустыни не было, он всё ещё был в склепе под землёй, и знакомое бульканье физического раствора разом убаюкало Наруто. Он провёл рукой по волосам, будто растрепавшимся от ветра. Стоило ему почесать макушку, и пальцы почувствовали песок, забившийся глубоко в корни длинных волос. Наруто уставился на свои пальцы, где под ногти и правда попали крохотные блестящие песчинки. Ему не показалось. Всё это случилось на самом деле. Наруто вернулся к огромной колбе и уселся на стул рядом с ней. Сложил руки на груди, наплевав на волосы, которые так и лезли ему в глаза. От полумрака и странной колыбельной лаборатории - треска электричества, бульканья пузырьков, гудения аппаратуры - его сразу потянуло в сон. Мальчик глубоко вздохнул, выдохнул - и окунулся в бездонный колодец темноты. Второй раз за этот день. Он оказался в полутёмном коридоре. Здесь шумела вода, бежавшая по большим круглым трубам. Раздавался хохот зверя, который Наруто узнал сразу же. Он не любил ходить к клетке Девятихвостого и появлялся перед ней только ради отца. Светящийся силуэт Минато ждал его за первым же поворотом. Он первым делом обнял сына. Наруто по привычке отдал ему часть чакры, чтобы мираж не пропал, и воспоминания отца не покинули сознание. Они стояли так какое-то время. На лбу Наруто выступил пот, так бывало каждый раз, когда он отдавал чакру на поддержание интеллекта Минато. Мальчик тащился следом за отцом, еле переставляя ноги. Лис встретил его рёвом, сбивающим с ног. Он шутил так постоянно и после этого всегда оглушительно смеялся. Наруто встал с пола уже злой, а не просто обеспокоенный. Он закатал рукава и направился к клетке: - Ах, ты, чёртов... - Наруто остановил Минато, отчего демон вновь расхохотался. От громкого смеха звенело в ушах. Наруто стиснул зубы. И чего ради он сюда пришёл? - Отец, я выбрал плохое время. Лучше уж обратно... - Наруто, - окликнул его Минато. Мальчик обернулся только ради отца: - Приходи ко мне почаще. - Ага. - Сынок махнул рукой на прощанье. В спину летели насмешки Лиса, не находившего себе другого занятия. *** Когда Наруто снова проснулся, стояло раннее утро. В склепе вечно была темнота, но утро отличалось тем, что здесь копошились люди. Карин завтракала бутербродами, забравшись с ногами на крышку одного из каменных гробов. - Привет, - сказала она и протянула Наруто тарелку. Её двоюродный братец тут же набросился на еду. Он был как голодный волчонок. В лабораторию зашёл Орочимару. Он тащил что-то в зубах, и Наруто поперхнулся от смеха. Учитель был похож на собачонку, поэтому мальчик поднял с пола какой-то инструмент, покрутил его в руке и бросил в другой конец склепа. Рука змеиного саннина вытянулась, как резиновая лента, и поймала скальпель. - Давно порки не получал? - спросил Орочимару у катающегося по полу ученика. - Да... Ой, нет, простите... - проговорил сквозь смех Наруто. Даже тихая Карин хихикала в кулак. - А ну, соберитесь, ребятки, соберитесь! - саннин даже похлопал в ладоши. - У нас важный заказ, а ну-ка - за работу! Наруто засунул бутерброд целиком в рот и попытался ускользнуть, но не тут то было. Учитель всё равно поймал его и за шкирку притащил к операционному столу, на котором лежал Песчаный демон. - Не полезу я в него больше, - брыкался мальчик, но толку не было. - Ещё как полезешь, - тихо и угрожающе заверил его Орочимару.