Драма, романтика и (не)призрачная Надежда

Андайн не любила чувство неизвестности. Будь то маленькая тайна или нечто масштабное... Всё выводило её нетерпеливую натуру из себя. И очередной, казалось бы, мимолетный случай не был исключением. — Дорогуша, не сегодня... Сладенькая, я не могу... — просопела недовольно она, нависая над ноутбуком и раскрытым диалоговым окном с роботом на экране. — Да чем ты, дурья железная башка, черт возьми, занят?! Шумно выдохнув, воительница грузно обрушилась на стул и переписала свои мысли вслух. Нажав на «Enter», она тут же принялась сверлить взглядом злополучную фразу «Не в сети» прямо под аватаркой со смазливым меттатонским личиком. — Анди? — осторожно прошелестело где-то возле её ушного плавника и заставило вздрогнуть. — Уже три часа ночи... В чём дело? — Альфи, я... — мягко начала было Андайн, как вдруг её внимание перехватил ноутбук, издавший звук долгожданного оповещения о том, что робот наконец соизволил появиться в сети. «НУ НАКОНЕЦ-ТО!» «О, дорогуша, право, я сожалею о том, что заставляю тебя ждать. Но у меня такая трудная работа! Видишь ли, я работаю над масштабным и сложным проектом, — писал робот. — С утра до вечера пропадаю на репетициях, гоняю всех — от декораторов до операторов. И у меня нет права накосячить! Дело в том, что я соревновался за этот проект с одной человеческой знаменитостью... Надо сказать, очень популярной и влиятельной. Он был очень недоволен моим выигрышем и даже на прощание показал мне средний палец. Если я создам халтуру и не покажу, что я действительно был достоин выиграть у него проект, это будет ужасно. Пойми меня правильно. Впрочем, если ты не возражаешь и так и жаждешь увидеть меня снова, я могу пригласить тебя на репетицию». Сказать по правде, обрисовка Меттатоном истинной причины его отказов ввела рыбку в некий ступор... Но ненадолго. «Пф, не зазнавайся, железяка. Не сказать, что я прямо уж очень жажду вновь увидеть твою наглую смазливую физиономию, но раз уж такое дело, то... Мы же типа друзья, верно? А друзья должны, ну... Помогать друг другу, ведь так? А я тоже личность творческая, насколько тебе известно, ну и... Блин, короче. Просто скажи мне время и место, чтобы я не смолола ещё большую ванильную тупость -о-» «Если ты скажешь хоть одну ванильную тупость, — прилетело в ответ, — я буду считать себя победителем ещё и тебя. Репетиция начинается завтра в девять утра. Great Show Hall, знаешь это место?» Не знать Андайн не могла — это был крупнейший из престижных городских центров, где звёзды по согласованию с администрацией могли показывать свои шоу и концерты и проводить мероприятия. «Не дождешься. И... О звёзды, ты за кого меня принимаешь, черт возьми? Конечно же, я знаю, что это за престижная хренотень. Жди, короче. Утрем мы ещё нос этому твоему мудаку, нгах!» «Благодарю!» — и после этих слов Меттатон исчез из сети. Как будто только ради разговора с Андайн и заходил.

***

Проснулась воительница по обыкновению рано. На часах ещё не было и семи, как она уже наворачивала круги вокруг шкафа в раздумьях, что бы ей такого надеть в весьма непривычное для неё место. Нет, что вы, не то чтобы ей хотелось произвести неизгладимое впечатление на своего звёздного друга, просто... — ...не хочу выглядеть тупо, — тихо прошипела Андайн, стараясь не разбудить ещё сладко спящую ящерку. Но множество самых что ни на есть обыкновенных непримечательных футболок и джинс лишь предательски и даже насмешливо выглядывали из разных уголков такого же непримечательного шкафа. — Гадство. Буквально выплюнув слово и переодевшись в самый приличный на вид комплект, Андайн посмотрелась в напольное зеркало и поняла лишь одно... — Надо... Сгонять в магазин, — обречённо произнесла она и, сокрушённо воззрившись куда-то в потолок напоследок, тихо вышла из квартиры. И, решив не терять время, рыбка тут же телепортировалась в один из самых сносных, по её мнению, торговых центров. На местных часах пробило восемь. — Чёрт, надо бы ускориться... — уже по привычке прошептала она, забегав взглядом по первым попавшимся витринам. Те, как назло, ответили лишь помпезным блеском вечерних платьев. — Хо-хо, нет, ребят, не в этой жизни, — криво ухмыльнувшись, Андайн двинулась дальше. Главный холл же встретил её лишь тихим и умиротворенным шумом фонтана. Людей и монстров, желающих с утра пораньше закупиться модными новинками по относительно невысокой цене, было совсем немного... Поэтому Андайн не чувствовала зажатости и даже с неким азартом забегала в некоторые отделы. Но, как назло, те почти каждый раз встречали её грубоватой безвкусицей в мужских отделах и ванильной (почему-то Андайн любила использовать это слово очень часто в последнее время) нежнятиной в женских. Нужной золотой середины не было совершенно нигде. — Да что за хрень-то, а... — раздражённо выдохнула она, обрушившись на лавочку и устремив свой взгляд буквально в никуда уже без надежды найти что-нибудь для себя стоящее. Или погодите-ка... Кажется, этим «никуда» оказался неприметный магазинчик авторских вещиц на заказ. Найдя в себе силы сорваться с места, Андайн ураганом попала внутрь и огляделась по сторонам. Здесь совершенно не было посетителей. И вовсе не по причине раннего утра. Ассортимент был... Специфическим, по правде говоря, и напоминающим больше прикиды для каких-нибудь костюмированных вечеринок, но никак не для повседневного пользования. — З-здравствуйте?.. — начал было продавец, изрядно перепугавшийся от внезапного вторжения устрашающей амфибии в его обитель. — Чем могу помочь, м-миледи? — Эм, я бы хотела... — начала было та самая устрашающая амфибия, но осеклась на полуслове, увидев ту самую золотую середину — свободную белую блузу на манер тех, что носили пиратки в тех самых голливудских фильмах, и грубоватую, но не менее от этого стильную коричневую кожаную юбку до колен. — ...купить у вас вот это, — загоревшись взглядом, воскликнула она и кивнула в сторону костюма. — Оу, кхм... Понимаете ли... — замявшись, пролепетал паренёк низенького ростика. — Именно эта вещица сделана на заказ одной важной особой, и... — Заплачу в два раза больше, — твердо отчеканила воительница, давая понять, что не примет отказ. — Идёт? Нервно забегав взглядом и быстро кивнув с неуверенностью, продавец удалился куда-то в подсобку и вернулся спустя несколько минут с роскошными кожаными сапогами в руках в дополнение к костюму. — Вот, можете примерить, полагаю. — Благодарю, — взяв одежду в руки, Андайн тут же удалилась в примерочную. И результат её очень обрадовал... Блуза отлично сидела на широких грубоватых плечах, а юбка с сапогами совершенно не стесняли движений. Да и вообще создавалось впечатление, что на заказ шили именно ей, а не какой-то там... Важной особе. Напоследок широко оскалившись себе в зеркало, воительница вышла и бережно положила одежду на прилавок. — Беру! — С вас 800 долларов. Аж вздрогнув от озвученной суммы, Андайн ошарашенно зыркнула на человеческого парня. — Это я вам ещё очень большую скидку сделал... Ручная работа... — скромно добавил он, бережно складывая одежду в пакетик. — Ну так что?.. — Всё равно беру... — вздохнув, рыба обречённо шлёпнула картой об аппарат и забрала пакетик. — Прощай, моя первая зарплата за месяц... — Носите с удовольствием и приходите ещё! — крикнул вдогонку, по её мнению, чистой воды «грабитель». — Угу, конечно же... — пробурчала Андайн, по-быстренькому переодевшись в ближайшей уборной и взглянув на часы. — Вот чёрт. Снова прибегнув к телепортации, она тут же оказалась на месте встречи и по чистой случайности... чуть не сшибла Меттатона с ног. Меттатон, отшатнувшись, воззрился на девушку в изумлении. Его можно было понять: Андайн на его памяти никогда не метила в модницы... — Дорогуша... — начал робот изумлённо, но тотчас ухмыльнулся. — Ещё немного, и я бы решил, что ты собираешься со мной на свидание! Но, поскольку это не так, попрошу за мной. И, кокетливо повернувшись на каблуках, Меттатон провёл воительницу в зрительный зал. — Можешь сесть на первый ряд, никаких проблем. Сладенькие мои, у нас сегодня зритель, ещё один повод быть собраннее. Последние слова адресовались труппе в лице Смурены, Напстаблука и Бургерпэнтса. Те приветственно замахали Андайн, и тут.... — Где этот чёртов техник, я же просил его заменить те два софита, они же не работают! — взорвался Меттатон, проинспектировав аппаратуру. — Подъедет через полчаса... — скромно заметил Напстаблук. — У него проблемы... — Я устрою ему ещё большие проблемы, если он не будет работать, — пообещал Меттатон. — Ладно, начнём пока так, мы не можем терять время... На позицию, три-четыре! Действо пока не давало Андайн понять, что происходит. Какие-то незнакомые лица, незнакомые события, Меттатон, изображающий из себя, кажется... художника? Но происходящее почему-то заставляло не отводить взгляд, и даже неработающие софиты вовсе не раздражали Андайн так, как они раздражали главное на сцене лицо. Но порой взор её глядел куда-то сквозь, подчинившись веренице мыслей... Смущение от слов Меттатона при столь неловкой их встрече не хотело покидать её, но в то же время... Каждая частичка её разума ликовала от того, что она смогла хоть ненадолго как-то и его изумить, уделать неожиданным даже для себя поступком. Девушке уже давно приглянулось это необычное немое их соревнование... Из раздумий воительницу вырвал бурный мелодичный всплеск, невольно обращая всё её внимание на актёров вновь. А посмотреть и правда было на что. Меттатон вовсю сражался с Бургерпэнтсом — не буквально, правда. Из содержания постановки следовало, что кот играет роль грабителя мастерской, на которого художник в лице Меттатона отчаянно бросался изо всех сил, спасая свои шедевры и, похоже, рискуя собственной жизнью. Воистину патетическая, сильная, блестящая сцена. И только было Смурена, для Андайн игравшая непонятно кого, подкралась к бутафорскому окошку в декорациях, чтобы бросить камень, как вдруг репетицию прервали. — Мистер Старлинг, софиты привезли! — Очень вовремя, — раздосадованно пробурчал Меттатон, делая знак Напстаблуку выключить музыку. Пока извиняющийся техник лазил наверх, робот уселся рядом с рыбой. — Как тебе, дорогуша? Надеюсь, ты впечатлена? Не каждому удаётся увидеть спектакль до премьеры, да ещё бесплатно!.. Суть, видишь ли, вот в чём. Мы репетируем постановку о жизни и творчестве одного прославленного портретиста, который родился в нашем городе. Скоро юбилей, сто лет со дня смерти, и мы с тем актёром оба захотели взяться за шоу-проект... Мэрия пообещала крупную премию за качественную игру. У того мужика всё есть, а вот я всё ещё встаю на ноги. Кроме того... У меня лучше подходит типаж внешности. И я больше увлечен идеей показать борьбу творца, — Меттатон вещал пылко, вдохновенно, глаз горел. — Ну так как тебе? Вдохновение, увлеченность, уверенность в себе... Всё это чувствовалось в жестах рук и выражении лица робота настолько отчётливо, что невольно пленяло амфибию без промедления. Некоторые слова его пылкой речи не осмысливались ею полностью, но заставляли расплываться уголки её губ в мягкой улыбке... И если бы кто-нибудь сейчас наблюдал за лицом Андайн невзначай со стороны, то всенепременно бы подметил его несколько глуповатое млеющее выражение. Но даже столь яркие и пленяющие речи имеют свойство заканчиваться и вновь выводить из мыслительной путаницы, ставя перед ответом. — Хах, ну что ж! — как ни в чем не бывало начала воительница, широко улыбаясь. — Идя сюда, я думала, что попаду на какую-то сопливую постанову очень в твоём духе, но... Я приятно удивлена! Все эти невероятные сцены со сражениями... Признаться, я сначала и позабыла, что нахожусь просто в зрительном зале, а не на импровизированном поле боя! — с восхищением воскликнула она, всплеснув руками. — А то, как ты... То есть твой персонаж самоотверженно боролся за свои произведения искусства ценой своей жизни!.. Это было потрясно. Ты сто пудов уделаешь этого напыщенного индюка, вот увидишь! Меттатон радостно улыбнулся в ответ на столь искреннюю положительную реакцию. — Славно! Дружить с тобой и правда было удачной идеей! Ты способна понять мои произведения! Я... Но не успел он договорить, как его вновь прервали. — Мистер Старлинг, новые софиты установлены. — Извини, дорогуша. Меттатон поднялся, долго командовал, как настроить свет, а затем возобновил репетицию. Казалось бы, уже ничто не могло пойти не так, однако... Не прошло и десяти минут, как на Бургерпэнтса, пытающегося удрать с картиной, начал падать злополучный, по-видимому, второпях плохо закреплённый софит. Меттатон среагировал на удивление быстро — быстрее, чем могла бы ахнуть сама воительница. Сделав мощный прыжок, он вытолкнул Бургерпэнтса в зрительный зал... и невольно принял весь удар обрушившейся конструкции на себя. Несколько секунд тишины. — Котя, ты цел? — Ты издеваешься?! — взорвался кот. — Я цел?! На себя посмотри! — он бросился стаскивать с робота аппаратуру. Смачно чертыхнувшись, девушка тут же сорвалась с места и подбежала, как бы это грубо ни звучало, к груде металла. — Давай помогу... — попыталась промолвить она максимально спокойно, но нешуточное волнение невольно так и проскакивало звенящими нотками в её голосе. Налево и направо Андайн с легкостью раскидывала составляющие конструкции так, чтобы не задеть декорации да не ранить ещё больше самого Меттатона, и через пять минут уже помогла ему худо-бедно подняться на ноги. — Ты как?! — Должен показаться Альфис, — выдохнул Меттатон, когда обрёл дар речи. Его заметно трясло от гнева. Вздохнув пару раз, он взорвался отборной бранью в адрес нерадивого техника. Высказав всё, что было на уме, робот устало воззрился на монстров. — Бурги, доразбирайся с этими гребучими софитами, будь добр... Видимо, продолжать будем уже завтра. Анди... Телепортируешь меня к Альфис? Еле опомнившись от шока из-за гневной тирады друга, та лишь покачала головой. — При всем желании... Я не могу. Она уже на работе, да и... — вздохнув, Андайн уже хотела было понурить голову от безысходности, как вдруг её внезапно осенило. — Хотя... Может я смогу помочь? — Ты? О, эм... Ну, можно попробовать, — нехотя согласился Меттатон и снял с себя одежду выше пояса. — Посмотри: спина повреждена? Если да, то насколько? Невольно смутившись, Андайн максимально аккуратно провела кончиками пальцев по теплому металлу и тут же их отдернула, дойдя до пояса. — Э, кхм... Да, сильно. Очень много глубоких вмятин. — Это только специальными инструментами выправлять, — подытожил Меттатон. — И с этим, похоже, придётся ждать до вечера... Ах, к чёрту. Этой поломки недостаточно, чтобы заставить меня спасовать! Дорогие мои, я меняю распоряжение. Продолжаем репетицию. Без софитов. Техник пусть работает уже после нас. До усрачки. Выплюнув последнее, совсем не звёздное словцо, Меттатон быстро оделся и снова залез на сцену. Его движения больше не были такими ловкими и проворными, но в образе он держался по-прежнему хорошо. Взгляд горел если не решимостью, то чем-то сродни ей. И Андайн не стала останавливать робота или переубеждать. Нет... Воительница, которую уже мало что могло удивить, замерла перед сценой, как обыкновенный оловянный солдатик в немом изумлении. Меттатон... Сладенькая, пафосная и некогда бесячая личность на её глазах вспыхивала решительным и самоотверженным пламенем. Всепоглощающим огнем отваги и доблести. Нет... Сейчас героиней в глазах присутствующих была вовсе не она. И почему-то Андайн чертовски это нравилось. Дальнейшая репетиция проходила без накладок. Меттатон как будто и вовсе позабыл о присутствии Андайн. Он пел, танцевал, сражался, рисовал... Пока наконец не решил распустить уставших коллег по домам. Тогда как раз наступал конец рабочего дня. К Альфис можно было отправляться без всяких телепортаций... — Извини, дорогуша. Это нельзя назвать полноценной дружеской встречей, я полагаю, но для меня это правда важно. Премьера пройдёт — и, надеюсь, я смогу уделять тебе больше времени. А пока так... Помятым, но не сломленным Меттатон предстал перед Альфис, коротко обрисовав ситуацию. — Б-Боже, отчитала бы тебя сейчас, Метта, по полной программе, но... — начала было ящерка, как её тут же прервала её же возлюбленная. — Но он, разумеется, не виноват, — твердо воскликнула она. — Д-да, именно это я и хотела сказать, Анди, — неловко улыбаясь, Альфис дождалась, пока Меттатон ляжет на ремонтный стол спиной вверх. — Ну что ж, несмотря на внушительный вид, это можно быстро п-поправить, — и без лишних слов ученая принялась за работу. Девушки почти не переглядывались и не общались за всё время починки. По разным причинам. Андайн на удивление пристально наблюдала за процессом, Альфис же... До сих пор находилась в неясности ещё с утра. В последнее время рыбка рассказывала о встречах с роботом лишь в общих чертах, не делая акцент на деталях... И это вводило её в заблуждение. Об этой же... Андайн рассказала ровным счетом ничего. Ящерка и не заметила, как рука с инструментом невольно соскользнула, оставляя новую царапину ко всем прочим. — П-П-Прости! — В чём дело, Альфис? Я должен остаться в идеальном состоянии! Что с тобой? — не то удивился, не то возмутился робот. — В-всё нормально, Меттатон... Это чистая случайность! — пролепетала она, быстренько исправляя ту самую случайность. — Хорошо... — Меттатон скоро вновь почти перестал обращать на что-либо внимание, только раз взглянул на Андайн и тепло, душевно ей улыбнулся. Но та не выдержала и отвела несколько сконфуженный взгляд, не сумев улыбнуться вообще. — Ну, вот мы и закончили! — вскоре довольно воскликнула Альфис, глядя на результат своей же работы. — Благодарю тебя, — моментально просветлел Меттатон и, спрыгнув с ремонтного стола, чмокнул ящерку в щёчку. — Я перечислю деньги за ремонт позже. Пока! Надеюсь, ты придёшь на премьеру! Премьеры, впрочем, не состоялось. Пестрели плакаты, сияли прожектора, громкоговоритель озвучивал рекламу, в здании собралась толпа народу... Но звезда на сцену так и не вышла. Ни в установленное время, ни полчаса, ни час спустя.

***

Андайн с нетерпением ждала этого дня. Да, всё содержание премьеры она уже и так знала, и даже не понаслышке, но... Чувствовала, что её другу нужна поддержка, и хотела посмотреть на решительного художника снова без каких-либо помех. Но без них снова в итоге не обошлось. — Что-то Метта как-то п-припозднился... Представление должно уже было полчаса назад начаться! — несколько возмущенно воскликнула Альфис, глядя на цифры на экране мобильника. — Вот и я ничего не понимаю... — начала Андайн настороженным тоном, поправляя ту самую блузу. — Он никогда не имел привычки опаздывать. Даже на наши встречи! А на свою премьеру он и подавно никогда не опоздает, чёрт возьми... — М-может, снова какие-то технические неполадки? В последнее время они для Меттатона не в новинку, знаешь ли... — тихо предположила ящерка, чуть приобняв возлюбленную. Но та лишь сверлила напряженным взглядом пустоту на сцене до тех пор, как спустя ещё какое-то время рядом сидящие с ней на первом ряду солидные люди поднялись и вышли из зала. — Ты давно в Интернет заходила?! Его в сети уже день нет! — когтистые пальцы нещадно впились в мягкую обивку сиденья. — Тут что-то нечисто. И я выясню, что именно. Сорвавшись с места ровно также, как и в день репетиции, Андайн двинулась вон из зала прямо по коридору вслед за мужчинами. — Почему-то знала, что ты мне пригодишься, — прошептала она вытащенной на свет полицейской корочке. После новоиспеченная стражница правосудия попыталась уже вслух окликнуть толпу, но те не обратили на неё совершенно никакого внимания. Как вдруг... — ИМЕНЕМ ЗАКОНА, СТОЙТЕ! Те даже не подумали бежать или поднимать руки. Только обернулись, удивлённо приподняв брови. — В чём дело, леди? Кто вы такая? — Тут уж важнее знать, кто ВЫ такие, — пылко выдохнула она, демонстрируя удостоверение. — И я имею полное право на информацию по поводу того, что тут происходит. — С чего вы взяли, что мы знаем, что происходит? — поинтересовался один. — Премьера, очевидно, сорвалась, и мы просто решили покинуть зал. Почему вы решили, что нам что-то известно, леди? На удивление холодным и неприступным взглядом воительница окинула людей с головы до ног. — Вестимо, вы и есть та самая администрация, верно? — Вы об администрации этого центра? Оттуда только мой спутник — и то он заглянул лишь на минутку. И если уж вам так важно знать наши личности... — один из мужчин вынул паспорт. — Я Адам Хемсворт. По роду деятельности — агент в сфере шоу-бизнеса. В последнее время работаю с артистом, выступающим под псевдонимом «Сильвер». То было имя того самого маститого соперника Меттатона, с которым робот грызся за право постановки проекта. — Вот оно что, — спокойно и размеренно промолвила Андайн, скрестив руки на груди. — То-то вы так спокойно отреагировали на то, что постановка сорвалась, не так ли, мистер Хемсворт? — Не вижу причин печалиться. Меттатон, конечно, подающее надежды юное дарование, но... Бизнес есть бизнес. Поскольку он сорвал выступление и этим принес центру убытки, договор с ним будет расторгнут, а об остальном я уже позабочусь в пользу моего подопечного. В этом нет никакого криминала, леди, самая обычная формальность, таких происшествий в звёздном мире много. Чувствуя, как от ярости кровь уже подступает к вискам, рыбка из последних сил собрала все свои остатки самообладания в кулак. — Но Меттатон всегда ответственно подходил даже к самым незначительным своим шоу, а уж к таким масштабным проектам и подавно. И он НИКОГДА бы не сорвал один из них просто «потому что». Такого по определению быть не может. — Ну... — агент пожал плечами. — Полномочия у вас есть. Можете посмотреть по камерам видеонаблюдения, был ли он тут вообще перед началом представления и куда мог деться. Я тут ни при чём. «Заливай», — резко пронеслось в её мыслях и тут же померкло. — В ваших советах не нуждаюсь. — не выдержав, сквозь зубы произнесла Андайн и, подобно Меттатону, развернулась на каблучках. — Всего доброго. — До свидания, — подозреваемые спокойно удалились. Казалось бы, что теперь делать? Искать свидетелей? Метнуться к камерам видеонаблюдения? Или же просто... попробовать телепортироваться к Меттатону?.. — Точно! — воскликнула Андайн, почувствовав озарение. — И как я раньше, чёрт возьми, не догадалась?! Дождавшись, пока пространство вокруг неё наконец более-менее опустеет, воительница образовала телепортационный коридор и тут же без раздумий ринулась туда, но... В итоге будто уперлась в стенку. — Я... — холодея, пролепетала она, — ...не чувствую его. Совсем! Чёрт, чёрт, чёрт... Грубо развеяв впустую использованную магию, рыбка в растерянности осела на пол. А что теперь-то?.. Казалось бы, идеальное решение проблемы совершенно не сработало, и осталось ровно два варианта. Или же... Три? Судорожно достав мобильник из заднего кармашка юбки, Андайн быстро тыкнула на один из контактов. Смурена. Других номеров состава труппы у неё, увы, не было. — Ответь, Шайни, пожалуйста, ответь... Гудки шли долго. Наконец кто-то снял трубку, послышался голос рыбки... Но слова зазвучали какие-то очень бессвязные. Складывалось впечатление, будто певица была либо здорово пьяна, либо что-то ещё в этом роде. Она едва ворочала языком, силясь что-то произнести. — Шайни?! Да в чём дело, черт подери?! — в смятении рявкнула девушка, пытаясь хоть как-то «отрезвить» подругу по ту сторону провода. Но, кажется, безуспешно... Отрезвить не вышло. Голос рыбки стал только более испуганным. Слова, кажется, начали путаться и смешиваться ещё сильнее. Поняв свою ошибку и стиснув телефон посильнее в уже подрагивающей ладони, Андайн тут же попыталась говорить максимально мягким и размеренным тоном. — Шайни! Просто скажи мне, где ты. Всё хорошо! Много прошло времени, прежде чем лепет певицы начал складываться во что-то членораздельное. — Во дворе... Дома... Себе... — Дома у кого? — очень осторожно поинтересовалась она для точности и так обрывочной информации. — Себе... Своё... — вяло послышалось из трубки. — Хорошо, Шайни... Я тебя поняла. До связи, — повесила трубку Андайн, на самом деле так ничего и не поняв. Что хотела сказать ей рыбка? Почему говорила с таким трудом и была так напугана? Хотя, по правде говоря... Сейчас трясло и саму воительницу. — Андайн? — словно пробиваясь через пелену тумана, прозвучал такой знакомый и родной голос... Но, не возымев никакого действия, спустя мгновение зазвенел куда громче. — Андайн! — Альфис? — словно очнувшись ото сна, рыбка воззрилась на возлюбленную всё тем же расстерянным взглядом. — Д-да. Как я уже п-поняла... — начала ящерка уже привычным своим тоном, игнорируя поток хлынувшего из зала народа и присаживаясь рядом с Андайн, — ...их не было здесь ещё с самого утра. Абсолютно никаких с-следов. — Но откуда ты?.. — Знаю? Случайно п-подслушала разговор световика и звуковика, — напряженная пауза. — Удалось выяснить что-то ещё? — Совсем чуть-чуть, — и без лишних слов рыбка вновь воспользовалась телефоном, включив запись с недавними словами Хемсворта на слабой громкости. — К-как продуманно ты поступила... — В суде всё пригодится, — сквозь зубы прошипела Андайн. — Что ж, это и п-правда какой-то мутный тип... И зачем он посоветовал тебе проверить камеры? — взгляд учёной устремился на одну из них. — По пути сюда ни одна из них не работала. Как и эта над нами! — Вероятно, чтобы отвести подозрения, не так ли? — наконец поднявшись на ноги, воительница помогла подняться и Альфис. — Вполне в-возможно. И что теперь? — Ах, да. Помимо разговора с этим ушлепком я успела, м... Позвонить Смурене, — оглядевшись по сторонам, Андайн быстренько увела их обеих в более укромное местечко. — Она говорила очень нечленораздельно, будто была не в себе, но... Скорее всего, сейчас она у себя дома, как я поняла. На данный момент она единственная моя ниточка, хоть как-то ведущая к разгадке... — Не б-будешь звонить в полицию своим ребятам? Вызывать подкрепление? П-помощь бы сейчас очень пригодилась! — шёпотом промолвила Альфис, кое-как развернувшись в тесном пространстве. — Не сейчас. Слишком мало информации и слишком много неясных догадок. Их время ещё не пришло, это МОЁ дело. И я его раскрою. — Т-тогда не будем терять ни минуты! За Смуреной! — на удивление решительно воскликнула ящерица, обрушив ладони на плечи полицейской. — Нет, Альфи. Езжай домой и будь на связи, — твёрдо отчеканила Андайн, чмокнув девушку напоследок и вновь образовав телепортационный коридор. — И нарой как можно больше полезной информации об этом артистюге. После этих слов воительница моментально растворилась в потоке магии, безошибочно оказавшись во дворе дома рыбки поменьше. Смурена встретила её мутным, осоловевшим взглядом. Её координация движений была немного нарушена, её шатало. — А-андайн? Привет... Сколько... времени? Ой... Словно осознав что-то, Смурена полезла за телефоном и попыталась сфокусировать зрение на экране. Без резких движений подойдя к певице, Андайн невольно тут же отшатнулась от неё, как только почуяла резкий сладковатый запах. — Что за... Быстро накрыв жабры одной из ладоней, чтобы унять подступающее и к ней самой легкое головокружение, другой рукой девушка тут же написала Альфис. «От Смурены несет какой-то странной сладковатой хренью. И это настолько резкий химический запах, что от него даже у меня башка закружилась. А Смурена и подавно не контролирует свои движения. Что это?» Ответ поступил незамедлительно. «Если добавить к этому ещё и ранее описанные симптомы... Смею предположить, что это хлороформ. Помнишь недавний фильм, который мы смотрели? О:» «То есть ты хочешь сказать?..» «Да, возможно её усыпили специально, как в том фильме -______-» «Но зачем?!» «Вот это у неё и попытайся выяснить! >-< Самый простой способ немного ослабить его действие - это вода. Если что, пиши ещё». Вздохнув и снова убрав телефон в кармашек юбки, Андайн осторожно выхватила из плавников и гаджет рыбки. «Прости, Шайни, но это вынужденная мера», — пронеслось в мыслях воительницы, перед тем как она направила несильный напор прохладной воды из шланга на подругу. Смурене действительно стало лучше. Рыбка встрепенулась, проморгалась, посмотрела вокруг себя и... заплакала непонятно почему. — Смурена?.. Быстро отключив садовый шланг и откинув его куда-то в сторону не глядя, Андайн всё также осторожно подошла к рыбке и... обняла её. Очень аккуратно, чтобы не отпугнуть. И принялась ждать хоть какого-то ответа на свой неопределённый вопрос. — Привет, Андайн... Сколько времени? Я опоздала на шоу? Я всё испортила... Я подвела... Ме-ме-меттатона... Он звонил?.. Почему я не поехала, почему я уснула... — рыбка взялась искать свой телефон снова. — Я думала, что я поехала... Мне приснилось?.. Приснилось, что приехала... Красила глаза, и... — И... Что же тебе ещё приснилось? — шёпотом поинтересовалась Андайн. — Не помню... Мы приехали рано утром, кажется, когда толком никого не было... Меттатона попросили... Только мы, охрана, администрация и визажистки. Мы готовились в гримерке, а потом... Я не помню... — она схватилась за телефон. — Он не звонил... Странно... Что происходит?.. Надо позвонить... Напсте или Бурги... или Меттатону... «Кажется, это не сон. И они всё-таки были в здании перед шоу, но... Визажистки? Неужели их усыпили обычные визажистки? Ну, охрана явно не могла пойти на такое. Администрация и подавно. Или же... Могла? Но если это именно гримерка... Нет, что-то пока какой-то бред в голове складывается». — С Меттатоном... — рыба невольно прикусила губу на мгновение. — Я уже пыталась связаться, но не смогла. Так что попробуй позвонить Напсте или Пэнтсу! Вдруг получится! «Не верю, конечно, что мы дождемся хоть какого-то ответа с текущим успехом, но...» Смурена попробовала позвонить и на всякий случай включила громкую связь. Бургерпэнтс ответил такой же невменяемой речью, как и певица несколько минут назад. Напстаблук с первого звонка не ответил, со второго телефон бодро отрапортовал, что абонент недоступен. — Случилось какое-то преступление? — до Смурены наконец дошло. Она задрожала. От Бургерпэнтса сейчас явно толку мало. Но если попробовать телепортироваться к Напстаблуку?.. Из всей группы призрак был единственным, кого нельзя ни усыпить, ни вырубить иным способом. — Да, Смурена. Именно это и случилось. Поэтому я здесь, — шумно выдохнув, Андайн серьёзно посмотрела на рыбку. — В твоих же силах сейчас помочь Бургерпэнтсу. У него та же самая проблема, что и у тебя. Я же попробую попасть к Напстаблуку... Закатав рукава блузы и поправив юбку должным образом, воительница в очередной раз попыталась воспользоваться телепортацией. На этот раз начало получаться с трудом... «Но я его чувствую, в отличие от Меттатона. Едва ощутимо, но всё же...» Создавалось ощущение, что она толкает нечто тяжёлое или идёт наперекор сильному ветру. Настолько связь с призраком была слаба. «ДАВАЙ ЖЕ!» Но в итоге у неё получилось. Она очутилась в довольно непривлекательном месте, навскидку — на складе. Длинное, серое, невзрачное помещение с высокими потолками. Оно могло бы быть просторным, если бы не было доверху завалено какими-то разноцветными железяками. Пахло машинным маслом. Меттатон обнаружился среди завалов — переодетый в сценический костюм, примерно наполовину накрашенный и... отключенный. Напстаблук находился недалеко от него, но ничем не мог помочь — он был запечатан в сосуде вроде тех, в каких держали человеческие души. Единственный материал, непроницаемый для призрака. Рядом с сосудом стояла какая-то тачка, на которой было небрежно выведено краской: «Плавильный цех». «Мы в жопе», — моментально пронеслось в мыслях. — Надо действовать быстро, — тихо буркнула Андайн, пытаясь не привлекать хоть какое-то внимание раньше времени, и кинулась разгребать завалы. Возникло какое-то странное ощущение дежа вю. Да, а ведь точно... Именно этим она и занималась несколько дней назад. Только вот обстановочка сейчас была куда более удручающей, чем тогда, в окружении друзей и вполне себе «живого» Меттатона. Но даже несмотря на окружающую её мрачную атмосферу, девушка вскоре вновь освободила друга от «оков» и принялась вспоминать, как же его всё-таки включить обратно. — Как же это... Чёрт... Руки дико дрожали и совершенно не хотели слушаться свою же хозяйку. То ли от волнения, то ли от чего-то ещё... Понять сейчас это было невозможно, да и без надобности. Андайн изо всех сил напрягала всю свою память... И навскидку щелкнув парочкой переключателей, всё-таки привела тело в действие. — Меттатон?! Робот медленно открыл глаз. Взглянул на Андайн, посмотрел в потолок... и резко сел. — Анди?! Где я? Что мы тут делаем?! — он осмотрелся внимательнее. — Блуки! Грохоча металлом, Меттатон вылез из своего «укрытия» и взялся освобождать кузена. — Вот же гады, гады... — бормотал он. — Я с ними ещё расквитаюсь... — На суд позови, подсоблю, — пробурчала воительница, присоединившись к Меттатону. — Найти вас было целым квестом, честное слово. Потому что всё лихо провернули твои хейтеры... Никто даже толком ничего не заподозрил. — Знаю, — отозвался Меттатон, наконец выпуская Напстаблука. — Никто бы ничего и не доказал, наверное, если бы ты меня не наш... Тут он увидел надпись «Плавильный цех». — ...ла. Ему явно сделалось дурно, он покачнулся на ногах. — Это что же... Андайн машинально попридержала робота за талию, чтобы тот не осел на пол окончательно. — Да-да, мой дорогой Пикассо, от тебя, по ходу, основательно так избавиться хотели. И хотят до сих пор. Так что предлагаю ливать прямо сейчас. Или же предпочтешь дождаться полицию? Любой выбор на ваш вкус и цвет! — с легкой иронией добавила она. — Ливаем, — согласился Меттатон. Он крупно дрожал. Напстаблук тихо плакал. — Я и так нашумел... — Не без этого, — невольно рыба обхватила талию робота посильнее. — Куда ливать предпочтете, друзья мои? Меттатон думал буквально несколько секунд. — В Great Show Hall. И немедленно. — Как скажешь. Приобняв свободной рукой и Напстаблука, Андайн уже в который раз пулей вбежала в магический коридор и телепортировала друзей в главный холл центра. Взъерошенный, недокрашенный, а главное — внезапно появившийся Меттатон явно напугал находившихся там людей. За то время, что Андайн расследовала преступление, все зрители шоу уже разошлись, но немногочисленные праздношатающиеся и работники были удивлены. Кто-то попробовал окликнуть звезду, но безуспешно. Меттатон понёсся наверх мимо всех зевак. Очевидно, он знал, куда бежать. Напстаблук полетел за ним. И Андайн не отставала, хоть юбка здорово затрудняла движение. Лишь на секунду она успевала замечать яростный взгляд робота и, признаться... Её это вовсе не ужасало, а, наоборот, ещё больше будоражило сознание и призывало к каким-то ещё даже ей немыслимым действиям. Меттатон вломился в кабинет директора — выяснять отношения. К тому моменту, как Андайн догнала робота, тот в красках описывал ситуацию и пытался выяснить, как так вышло, что ранним утром он чуть не попал из гримёрки в плавильный цех. Директор в ответ слащавым голосом начал уговаривать Меттатона замять дело. — Ну, мистер Старлинг, дорогой мой, не надо так нервничать. Выпейте кофе, если хотите — чаю, и замнём это недоразумение... — Заминать недоразумение будете в суде со своим адвокатом, уважаемый, — прошипела Андайн, ворвавшись в кабинет и хлопнув удостоверением о стол. — А сейчас по-хорошему прошу говорить начистоту. У вас случилось чистой воды криминальное происшествие прямо под носом! Покушение на убийство звезды! Вы хоть осознаёте, чем вам это может грозить?! — А доказательства?.. — почти эхом отозвался директор, увидев удостоверение. — Ведь нужно... — Ах, доказательства... — глаз Меттатона нехорошо блеснул. Его трясло, но соображал он отчего-то на удивление быстро. — Блуки, сгоняй на склад за своей банкой, пожалуйста... На беду директора Напстаблук тоже умел телепортироваться. Вскоре он вернулся с прозрачной «банкой». — Призрачные слёзы с внутренней стороны. Напстаблук пытался проплакать дыру, я это заметил, пока освобождал его. А если повезёт, то эксперты и отпечатки пальцев найдут. Кроме того, — Меттатон снял с себя блузу художника. — Это я тоже отдам на экспертизу. Которая покажет, что на ней то же машинное масло, что и на складе. А склад обыщут. Наконец! Визажистки, которых явно подговорили, и плавильщики вряд ли захотят пропадать в одиночку. Наверняка они вас сдадут, когда дело дойдёт до дознания. Меттатон упёрся руками в бока, его лицо пылало гневом и решительностью. Директор нерешительно покосился на Андайн. — Мистер Старлинг, не губите центр. Назовите любую сумму, какую пожелаете, только не губите. Тихо присвистнув от восхищения после тирады друга, Андайн вновь сурово сдвинула брови и угрожающе зыркнула на директора. — Коррупция, кстати, тоже нехило так карается законом, — прорычала она, также недобро сверкнув янтарным глазом. — Моя жизнь стоит гораздо дороже всего вашего дрянного заведения, — сухо заметил Меттатон. — Кроме того, я не знаю, что с остальными членами моей группы... — Они живы, точно вам говорю! — Андайн, вызывай своих. Всю эту лавочку надо обыскать, обследовать и опросить, одна не справишься. — Да давно уже руки чешутся, черт возьми. Вернув своё удостоверение в карман, воительница тут же набрала номер именно своего штаба. Ситуацию она описала максимально лаконично, но не менее от этого красочно, и вскоре повесила трубку. — Готово. Дальнейшие события развивались быстро: полиция не заставила себя ждать. Расследование показало следующее. Сильвер, артист, посоперничавший с Меттатоном, не стерпел победы противника и решил убрать его с дороги. Был организован масштабный заговор, на который была потрачена уйма денег — впрочем, именно денежность и прибыльность опытного Сильвера были главным аргументом в пользу того, что именно ему надо доверить злополучный проект. Меттатона попросили приехать с группой в день премьеры как можно раньше, пока особо нет ни посетителей, ни персонала, чтобы провести контрольную репетицию. Во время подготовки в гримёрке запуганные визажистки усыпили Смурену и Бургерпэнтса, прежде чем те успели что-либо сообразить, а Меттатона отключили. Как это сделать, им рассказали те, кто подсматривал в прошлые разы, как Напстаблук менял роботу батарею. Самого растерявшегося призрака поймали, как бабочку сачком... План содержал большое количество дыр, в том числе абсолютно не учитывал ни магических способностей монстров, ни того, что с Меттатоном дружит полицейская (а об этом давно писали СМИ)... Противник рассчитывал на внезапность. Пока разберутся, куда делся робот, того уже не будет в живых. А остальные «опасности» не представляли. Что до суда, то и суд можно было рискнуть подкупить в случае чего... Одним словом, на Меттатона, его группу и Андайн вылился целый ушат помоев из глубин человеческих душ. Но робот не сдался. Договор с Great Show Hall он расторг, добился в мэрии выступления в другом заведении и стоически вынес публичный скандал — СМИ раздули из и так ненормального происшествия вселенское событие, которое мусолили не одну неделю. Меттатон держался решительно, гордо и настолько целеустремлённо, что это прожигало душу насквозь. Он не боялся бороться со стихией, в которой оказался. И Андайн следовала за ним всюду, словно тень. Словно верный неотступный телохранитель. Словно незримая опора или оружие, помогающее пробиваться через любые преграды... Ещё с того злополучного дня воительница твердо убедилась в наличии у Меттатона если не решимости, то её подобия. Ещё с того дня она, взглянув в единственный глаз своего друга, подметила в нем пляшущие огоньки боевой ярости, что были так ей близки... И от своего мнения не отступилась, а лишь сильнее укрепилась в нем. Она знала, что и он сам теперь способен самостоятельно разрешить все свои проблемы, но почему-то была уверена в том, что нужна ему. Что операция спасения всё ещё продолжается, и права на ошибку она не имеет. Дни для неё всё тянулись в напряжении и смятении до тех пор... пока прекрасный утончённый робот не улыбнулся ей всё так же беззаботно и счастливо, как прежде. — Полагаю, я задолжал моей спасительнице? — снова эта ухмылка, что когда-то так раздражала. — Жди меня в гости! И в гости он пришёл. Пришёл с огромным букетом и с порога упал на одно колено. — Дорогая Анди! Позволь мне отблагодарить тебя за всё, что ты для меня сделала! Прежде всего... — он слегка погрустнел. — За спасение моей жизни. И цветы — это ещё не всё, разумеется. О, и это для Альфис, — он вынул коробку конфет. Андайн была тронута до глубины души... И смущена, чувствуя, как это всё выглядит со стороны. — Оу, кхм... — неловко начала спасительница, слегка зарумянившись. — Да ладно тебе... Всего лишь спасла твою падкую на приключения задницу, с кем не бывает, хах? Аккуратно приняв коробку и букет ради того, чтобы прикрыть румяные щёки хоть немного, Андайн принюхалась... «Мои любимые... Как он?..» — Спасибо, очень... очаровательные цветы. И не стой на пороге, звёзд ради! Я для кого чай и пироженки готовила, чёрт возьми?! Расхохотавшись и взяв робота за руку, рыбка тут же ринулась на кухню. — Альфи, посмотри, кто пришел! — Приветик, Альфи! Главная скандальная звезда года прибыла! — Меттатон по-хозяйски уселся за стол и тут же отправил в рот первую попавшуюся пироженку. — Я не мог не отблагодарить. Тут робот заметно погрустнел, ресницы опустились. — На самом деле это было страшно. Тогда, в первые моменты, меня привела в чувство необходимость бороться, а потом... Когда я пришёл вечером домой, со мной случилась истерика. Я наконец-то осознал по-настоящему, что могу просто умереть. Да ещё вот так... — его передёрнуло. — Потом мне неделями снились кошмары. Анди, я... Я должен пригласить вас с Альфис на крытый пляж. Для открытого уже не сезон, а так... Развлечётесь, девочки. Поставив букет в ведерко с водой (так как достаточно большой вазы не нашлось), Андайн тут же опустилась напротив Меттатона. — Хэй, вообще-то это теперь моя очередь устраивать встречу, забыл? — попыталась пошутить она, но против воли в итоге грустно улыбнулась. — На самом деле и тебе тоже не помешал бы заслуженный отдых, ловелас... Все мы на удивление через многое прошли за эти дни. — О, на месте всё решать будешь ты, — усмехнулся робот. — Я могу пойти с вами, если пожелаешь. — Я настаиваю, — твёрдо промолвила рыбка, совершенно не заметив едва уловимый жест со стороны Альфис. — Благодарю, — Меттатон усмехнулся, приподнялся и крепко стиснул рыбу в нежных объятиях. Он и впрямь светился. Едва вздрогнув от неожиданности и совсем чуточку растерявшись на мгновение, Андайн ответила ему тем же. Только вот стиснула она куда сильнее, аж до жалобного металлического скрежета... Меттатон коротко крякнул, но затем легонько чмокнул воительницу в щёчку. — Значит, договорились? — Договорились, — смущённо прошептала Андайн ему на ухо, пользуясь моментом... И, услышав очень недовольный кашель по ту сторону стола, тут же расслабила руки, чтобы выпустить робота из объятий.