Как в 41-ом

Утро в доме немцов началось с громких криков Третьего на весь дом: - ГДЕ ЭТОТ ПИДОРАС?! - истошно орал нацист, при этом нарочно будя всех жителей дома. На крик отреагировал Германская Империя. Импералист с просонья встал с кровати и в одних трусах пошёл к своему сыну узнать что случилось. - Что случилось, сын? - спросил его немного испуганно, ибо он оскалил зубы, которые были очень острые. Это даже не просто острые зубы, а целые грёбанные клыки, готовые перыгрызть плоть ГИ, если тот пойдёт против него. Родители для Третьего Рейха были уже давным давно у него не в авторитете, ведь он мог творить с ними чего угодно, от постоянного физического насилия вплоть до убийств. - ЭТОТ ЕБАННЫЙ ХУЙ НЕ ВЕРНУЛСЯ ДОМОЙ, - продолжал кричать Рейх, пугая своим ором бедную Пруссию, не отошедшую до сих пор от того изнасилования. - Ты не знал, - продолжал ГИ спокойно и не принуждённо, не смотря на то, что их "сынуля" вел себя, как мудак и критин, в неуважающий собственных родителей, хоть и был уже взрослым - что ты своими выходками, только пугаешь нас и тем более своего сына и нашего внука, который стал депрессивным подростком, из-за твоего безумного характера. Третий же после такого содержательного диалога, лишь истошно засмеялся. - Я СЕЙЧАС БЛЯТЬ ЛОПНУ ОТ СМЕХА НА ХУЙ, - продолжал он кричать и смеятся одновременно - МНЕ ПОЕБАТЬ НА ЕГО! - Все понятно. - сделал он такой вывод. А ведь из-за своего, так называемого "господства" нацист забыл, что отец-то сильнее его в сто раз, просто он свыкся с тем, что происходило у них дома. Сейчас Импералист очень сильно разозлился и был готов разорвать своего сына. Смех прекратился после того, как на Третьего, отец посмотрел очень жутким взглядом. - Ты чего? - Рейх, уже сглотнув слюну, спросил. Неожиданно воротник глянцевой формы нациста оказалась не в огромных ручищах Империи, которые начали душить Рейха. - КАК ТЫ СМЕЕШЬ РАЗГОВАРИВАТЬ С ОТЦОМ, ПСИНА?! - неожиданно накричал ГИ, и начал очень рьяно душить собственного сына. Рейх активно пытался вырваться из этой удавки, но как зло ему, хватка была наимертвейшей, что не позволяло из неё вылезти. Неожиданно Империя перестал душить и стал за шиворот тащить своего выблядка, который то и дело ругался на немецком и очень жёстко сопротивлялся отцу. Тащил он так его совсем недолго. Неожиданно ударом по голове тупым предметом, нацист потерял сознание. Прошло где-то минут 40. Рейх проснулся от боли в районе тазобедренного пояса. После того, как он открыл глаза, он вскрикнул, как резанный от боли и лишь в ответ увидел похотливую и одновременно злую рожу Империи, которая лыбилась во все 32. - БЛЯТЬ, АААААА, - истошно он орал на немецком и пытался прийти в себя. Оглядявшись от шока он заметил веревки на руках и ногах и то, что он весь голый. В то время адская машина, его же производства, расхреначила дырку нациста, а боль была очень нереальной, что даже если молотком по рукам ударить принесло бы больше удовольствия. Сам же Рейх начал стонать и кричать от болевых ощущений. Империя в то же время злорадствовал и лишь только увеличил темп ебли этого адского аппарата. Сам же Германская Империя пока лишь мастурбировал, смотря на страдающего социала демократа и очень пошло стонал. Рейх же пребывал в шоке, который невозможно было ничем сравнить, такое, если бы сын его собственный насиловал. - Ну что тебе нравится, сучка? - очень пошлым голосом спросил ГИ и всё таки подошёл к пассиву и стал сверлить взглядом. Несмотря на то, что привыкнуть к этому было очень непросто, тем более, если ты сам стал пассивом. Неожиданно звуки секс-машины прекратились и посторонний предмет вышел из шоколадного глаза, но самих же глазах Рейха были длинные полосы слёз, которые то и дело высыхали очень быстро. Сам же актив очень по-зверски прорычал и решил всё таки немного сгладить наказание и сделать сыну приятно. Империя стал на колени и наклонил свою голову к паху нациста. Сначало за щеку пошла головку, которую он стимулировал язычку, вызывая сладкие стоны у Рейха. Позже он взял его во весь рот и продолжал он ему сосать. Сейчас же нацист получал удовольствие от процесса, но это не спасало от того, что совсем недавно происходило. Это было забыть очень сложно, даже нереально. Свой же отец и так с ним. Это просто не укладывалось в голове. Рейх же в это время получал лишь то удовольствие, который давал ему Импералист. Вскоре эта идилия закончилась и нацист кончил в рот отцу. Империя отстранился и протёр сперму своим же рукавом мундира времен его Империи. Вскоре ГИ развязал Третьего. Сын встал, он ели-ели держался на ногах после такого неожиданного проникновения. Конечно же отец проводил его в ванную, которую они приняли вместе. Помог ему одеться, а сам же пошёл к Пруссии, чтобы помочь ей по хозяйству, а то ей было не просто справится самой. Рейх же, кося и неуклюжо поднялся в свою спальню и упал лицом в подушку.

В то время у Германии и России. Двое голубков проснулись лишь в обед, хоть их и будил отец РФ. Но эти двоя крепко спали после той бурной ночки. Лениво встав, Федерация первым делом будил немца. - Немец, просыпайся - кричал он ему. - Ещё 5 минуточек, - сонно возразил немец. - Знаю я ваши 5 минуточек, - усмехнулся страна и встав с кровати, стал тащить спящего красавца вниз с кровати. Немец же мигом проснулся и стал умолять: - Не делай этого Россия. Российская Федерация перестал это делать. - Ну скоро вы там, сони? - спрашивал Союз, окликая их из кухни - а то уже скоро обед. - Сейчас мы оденемся и почистим зубы, - ответил он на вопрос Союза и уже одетый пошёл в ванную. Германия же сделал тоже самое, что и РФ. Сделав нужные процедуры, они пришли уже на готовенькое. Как раз за столом сидела вся семья. Украина и Беларусь, как всегда о чём-то спорили, Казахстан просто читал интересную книженку, просто обыкновенная картина для семьи Союза. За столом очень вкусно пахло, это был борщ с щавелем, который был редким гостем за столом этой семейки. Борщец в момент был разлит по тарелкам и от него до сих пор валил довольно приятный для носа пар. Блюдо было и вправду наваристым, что его было приятно есть. К счастью Германии, ему еду готовила бабушка, а не отец, и она это делала с очень большой любовью, которую она вкладывала в свои завтраки, обеды и ужины. Сам же обед был в момент съеден и Россия с Германией, попив компота и поблагадарив отца, решили выйти во двор. - Хорошо, сына, - одобрил отец и пошёл к себе читать дальше книгу и писать мемуары в дневнике. Немец и русский вышли в типичный по всем параметрам двор, который ничего обычного из себя не представлял, двор как двор. - Помнишь наш вчерашний разговор? - поинтересовался немец, сев на лавочку. - Конечно же помню, - радостно ответил РФ, сев рядом с Германом, продолжая с ним разговор. - Так вот. Я боюсь сейчас возращаться к себе домой, - сказал Германия, пустив небольшую горькую слезу, скатившуюся по его оголённой щеке. - А почему ты так этого боишься? - поинтересовался Федерация и был немного озадачен топорностью вопроса, как он знал, Германия очень сильно боится собственного отца и не хотел возращаться домой по причине того, что он же будет подвержен избиению со стороны же собственного отца тирана. - Меня же отец убьёт. Ты забыл? - немного нервно ответил Германия, выпустив еще немного слёз, которые и так были готовы литься рекой. Это очень сильно напрягло Российскую Федерацию и заставило задуматься. - Да, я понимаю, что тебе плохо и мне очень тебя жаль, что у тебя такой отец, но тебе придётся идти домой. - Да вот же, я этого не хочу, но надо - значит надо. Немец и русский, пошли на трамвай и поехали домой к Германии. Дом немцев был на холме и к нему вела волнистая дорога, которая была в красивых кустах и была не запущенной. - Если что, я тебя прикрою, любимый, - сказал Россия и сел на опушке у дома - удачи тебе.