Первая Галактическая

С утра голова, и правда, думает иначе. Ну а после занятий в Академии и вовсе забивается совсем другим. Приободрённый в некотором роде Мартин Пико пошёл опять в посольство, хоть и с суточным опозданием. Служанки вновь учтиво встретили его, а когда он прошёл в комнату, где всегда проходили их лингвистические занятия, то увидел Азулу в своём коричнево-красном домашнем кимоно. Инопланетянка пристально и довольно враждебно смотрела на него, и это уже должно было навести на размышления. Но лицо её не выражало пока ничего. А вот Мартин всё ещё пребывал в неком эйфорическом состоянии от того, что она всё же его впустила. «Стало быть, - думалось ему, - всё чудесно». Азула произнесла холодно и монотонно: - Я велела прийти вчера. В чём дело? Мартин ответил весьма легкомысленно: - У меня вчера был тяжёлый день. Вчера было не лучшее время. Прости. Принцесса поднялась в полный рост и сделала шаг ему навстречу, ступая мягко и почти бесшумно. - Ты нарушил приказ. Непослушание требует наказания. Прости не пойдёт. Всё так же холодно сказала девушка, затем внезапно почти неуловимо быстро подскочила к гостю, схватила его правую руку в болевой захват, а затем абсолютно беспрепятственно уложила его лицом в пол, заводя правую руку за спину и прижимая тело коленом. Мартин сжал зубы от боли в выкручиваемой руке от плеча до ладони. Затем Азула наклонилась ближе к его уху и шипящим тихим голосом сообщила: - Знаешь, на теле человека есть места, удар по которым или сильное нажатие причиняет неимоверную боль. Хорошо приноровившись, можно серией касаний выводить людей из строя. Одна моя бывшая подруга знала их все назубок. Но и я успела у неё кое-что почерпнуть. А теперь запоминай эти точки на собственной шкуре. Кто ещё тебя научит? И тут она резко надавила фалангами согнутых пальцев ему в тыльную сторону правой подмышки. Он ещё сильнее стиснул зубы, уже замычал от боли и даже попытался задёргаться. Но захват был осуществлён так, чтоб попытки освободиться доставляли только лишние страдания. - Или, например, здесь! - ответила на это Азула и нанесла удар в другое место. А затем на затылок Мартина обрушился жёсткий удар, и больше никакой боли не было. Он просто отключился. Когда он пришёл в себя, то обнаружил, что лежит на спине, на том же ковре и на том же месте. Принцесса спокойно сидела в позе лотоса за маленьким деревянным столиком и медленно выписывала иероглифы кисточкой. Когда она заметила шевеление в углу, то сказала так же безэмоционально и холодно: - Думаешь у тебя проблемы, солдат? Нет, это только лёгкая разминка. Ещё раз у тебя хватит глупости ослушаться меня, будут настоящие проблемы. Мартин Пико поднялся, подобрал фуражку с пола, Он сейчас не стал кричать, плакать или выяснять, какого сейчас вообще произошло, хотя рука ещё весьма болела, и двигать ею было неприятно. Но, похоже, Азула не стала доводить дело до вывиха. Он не стал втирать ей мораль или как-то оправдываться. Удивительно, но после вчерашнего у Мартина Пико не возникло и особого удивления. Можно сказать, что было как-то даже легко. Он спокойно ответил: - По дороге сюда есть магазин антикварных товаров. Продавец там сказал, что мне нельзя общаться с вами. Он оказался прав, а я нет. Что ж, бывает. Я не хочу читать тут мораль, но у нас люди, которые так поступают, которые готовы казнить за полную ерунду, просто остаются в одиночестве. А хотя, нет! – Он словно опомнился. – Вру! Капитально вру! Наш мир – не такой отстой, как вы думаете. Предприимчивым людям наша цивилизация предоставляет удивительные возможности. Вы любите причинять людям боль? Не проблема. Попросите доктора подыскать вам в Сети клуб знакомств для мазохистов-извращенцев. Вы любите убивать? Пусть подыщут вам клуб знакомств для самоубийц-экстремалов. Уверен, вы с ними хорошо поладите! Ву хен рунсин, Гон Чжу! (Честь имею, Ваше Высочество) – сказал он, приставил ладонь к фуражке, развернулся на каблуках и вышел. Ещё когда он начал говорить, принцесса с гневом уставилась на него, хотя лицо её оставалось по-прежнему каменным. - Убирайся отсюда! - злобно прошипела она ему в спину, ибо курсант развернулся и пошёл. Он не обернулся. - Всё, хватит с меня друзей и подруг! Всё! Теперь только выучится и в космос! Не подлечу к Земле ближе, чем на пять парсеков! - говорил сам себе Мартин пока шёл по улице по направлению к своему кампусу. Да, зато он теперь на своей шкуре прочувствовал, где у человека болевые точки, и что такое болевой захват. ************************************************ Теперь он валялся на своей кушетке, на верхней полке и с грустью обдумывал произошедшее сегодня и вчера. Весь его мир рухнул в одночасье. Внизу под ним спал Стив и храпел, как три борова. Ну это же Стив! Ему всё всегда по фигу кроме его виртуальных игр. Он даже спал с очками виртуальной реальности на глазах. Мартину казалось, что те, с кем он дружил все четыре года относились к нему, как к равному. И вроде были они все на равных. Только на самом деле во всей их команде заправляли ребята не такие уж простые. Про богатенького Маккуина и речи не было. А вот Ставрос? Он грек. Но не простой грек. Его папа – депутат Европарламента, а в прошлом комиссар Евросоюза по сельскохозяйственной политике. А дядя – главный тренер сборной Франции по футболу, в прошлом самый результативный форвард клуба «Панатинаикос». Он дважды приводил клуб к чемпионскому званию в Европе в 2207 и 2208 годах. А вот Винни? Его батя – конгрессмен в штате Алабама. И вроде штат не велик, и не на берегах Потомака этот батя заседает. Но это пока. Но ВВП этого штата больше чем национальный продукт его родной Швейцарии. И даже веб-камеру Мартин вырубил. Общение с родителями по сети всё более напоминало ток шоу или мыльную оперу. И постоянные хлопоты мамы о том, «А хорошо ли там кушает наш Пипито?» - вызывали уже тошноту. Хотя раньше он наоборот был очень рад, когда родители о нём вспоминали и беспокоились. На возбуждённые сообщения отца и матери о том, не случилось ли чего, он отписывался, что, мол, выключил камеру, чтобы не мешала, а то надо готовиться к сложным экзаменам. Вот что бы сделал нормальный курсант после такого всего? Пошёл бы в бар и набухался бы там до чёртиков. А этот бухать был вовсе не охотник и решил отыграться на учебниках. Вот кто будет теперь его единственными друзьями! Теперь курсант Пико сидел за монитором ночами после занятий. Стиву хоть и было всё равно, ибо его комп не занимали, а его комп – это святое. Но даже он подметил, что с соседом по комнате что-то не так. Теперь во тьме горел экран монитора, на котором можно было подметить заголовки, которыми он частенько пренебрегал раньше. Темы, которые он теперь так увлечённо читал, звучали так: «Противодесантная оборона орбитальных крепостей», «Высадка космического десанта», «Закрепление на плацдарме», «Создание устойчивой линии снабжения Орбита – Поверхность», «Развитие наступления на позиции противника». Он всё это читал, и ему стало казаться, что многое из того, что он раньше иногда воспринимал как белиберду, было на самом деле очень интересным и занятным. Хотя он и раньше от работы не отлынивал, просто много сил уходило на помощь в подготовке его бывшим дружкам, а на себя их уже порой не оставалось. Теперь он шёл по коридорам учебного заведения, а встречные ему даже руки не подавали. В столовке он теперь сидел один. Только очкарики-ботаники иногда делили с ним трапезу. Пытались с ним о чём-то заговорить, но он предпочитал отмалчиваться. Всё! Наговорился! Да и они, если честно, тоже были не великими охотниками трепаться. Так что быстро нашли «общий язык» братья по несчастью. Только теперь Мартину это было всё по фигу. ************************************************ На занятиях перед Третьим взводом за столом сидел и уныло оглядывал курсантов профессор и подполковник Виктор Зимин. Потирая свою залысину, он тяжело вздохнул и сказал всей аудитории: - Господа курсанты, начнём семинар. Хотя в последнее время наши семинары всё чаще превращаются в лекции. Я уж и не знаю, что с вами делать. Думал, дать каждому из вас по докладу, чтоб хоть кто-то подготовился, как следует, а остальные послушали, хотя бы. Но сегодня из шести обещанных докладов мне принесли только три. Я не знаю, как мы будем так продвигаться дальше. Профессор разложил перед собой прозрачный электронный лист-журнал. Так называемый гибкий компьютер, работал от солнца и самого обычного освещения. Его можно было свернуть в трубочку и положить в карман безо всякого ущерба для данных. - Курсант Романович! - позвал профессор. - Я, господин подполковник! - отозвался курсант и тут же вскочил с места, как положено. - Почему не готов доклад? -Господин подполковник, у меня было всё готово. – Начал курсант, неловко подбирая слова, чтоб и правду не сказать, и чтоб полным идиотом не выглядеть. – Но сегодня я обнаружил, что кто-то стащил мой чип. - Ну, так распечатали бы с компьютера! - Ну, я обнаружил, что и принтер у нас тоже стащили. – Сказал курсант, тупо улыбаясь, и почёсывая затылок. То, что он сейчас сказал, выглядело полными идиотизмом. - И принтер стащили! Ай – яй – яй! – Покачал головой профессор. – Тогда, Романович, двойка вам! - Но господин подполковник! – Обиженно запротестовал курсант. – У меня же всё было готово! Я на следующем семинаре отвечу! - Ответите! Но двойка вам не за готовность. А за неумение сберечь государственное имущество! Садитесь, курсант! Романович сел, недовольно поджав губы. - Так, а где ещё двое докладчиков? Курсанты Рамирез и Аунг Сан? Отсутствуют? Прогул! - с каким-то даже удовлетворением произнёс профессор и занёс изменения в свой наножурнал. Затем он встал за кафедру и сказал: - Хорошо, прежде чем докладчики выступят, я бы хотел проверить, помните ли вы что-нибудь из прошлых лекций. Вот если вам как можно быстрее нужно преодолеть минное поле из примерно 20 мин. Из них, как вы знаете, лишь две или три являются настоящими боевыми минами. То как же вычислить именно их среди такого количества ложных целей – болванок? Компьютер истребителя сам будет обрабатывать параметры такое время, что в ходе атаки вас успеют сбить даже больше раз, чем количество самих мин. Ну! Кто-нибудь знает ответ на такую задачку? - сказал профессор, уныло оглядывая аудиторию. С первых парт потянулись две руки. Но профессор как-то странно отреагировал на это. Страдальческим голосом он спросил: - Ну а кроме Юнгера и Мордашова на этот вопрос ещё может кто-то ответить? Ему уже явно надоело, что только двое из всего класса постоянно отвечают на все вопросы. Их это устраивало, класс это устраивало. А вот самого профессора не устраивало. Внезапно он увидел, как со средних рядов вытягивается ещё одна рука. Профессор был приятно удивлён. Пусть курсант и не знал правильного ответа, но профессор считал, что главное – это искать ответ, отвечать и пытаться сказать хоть что-нибудь. А правильный ответ рано или поздно сам найдёт того, кто ищет. - О! – Поднял он голос на весёлую нотку. – Ну-ка, курсант Пико, ваша версия! Охотно готов послушать. Мартин и раньше мог бы ответить на этот вопрос, но по негласной договорённости между пацанами надо было сидеть, молчать и не высовываться, чтоб других не подводить. А знания – это для узкого круга пацанов. Но теперь можно было наплевать на все эти правила. И на «пацанов». Горели б они все синим пламенем! Теперь-то он был конченым ботаником, на которого и смотреть противно. Так что уже было некуда отступать. Мартин поднялся и ответил, чеканно ставя голос: - Господин подполковник, насколько я понимаю, истинные мины должны особо светиться в радиационном и УКВ диапазоне. Поэтому датчики обработки информации нужно настроить именно на эти диапазоны, и тогда время на поиск уйдёт всего одна или две секунды. А уж уничтожение этих мин – дело техники. - Благодарю вас, курсант! Это именно то, что я хотел услышать. – Ответил профессор. – Вот, господа курсанты, есть у вас ещё один пример для подражания. Плох тот офицер, который не желает стать адмиралом. А для этого нужно не ленить свой разум и быть любопытным. Присаживайтесь, курсант! Мартин сел на свой стул. Огляделся на своих соседей. Те только ехидно ухмылялись. Мол, вот ещё один ботаник. Мартин только грустно потупил взгляд в парту. ******************************************************** Прошло две недели. И ему вроде стало казаться, что он забыл это всё, и вроде жизнь начала налаживаться. Теперь уже долго после занятий он оставался в аудиториях и листал ТТХ, военную технику, тактику, экономику, психологию ксеноконтакта (да, и такой предмет им преподавали, хотя все и считали его самым бредовым предметом, придуманным человечеством), военное право. Это было уже больше ему знакомо. Навёрстывал многое из того, что ему пришлось пропустить из-за футбола и угождения своим бывшим друзьям, которые этого так и не оценили. Всё лишь для того, чтобы сесть за штурвал корабля и улететь куда-нибудь далеко, к неведомым мирам, где все его проблемы уже не будут его беспокоить. Он даже был в некотором предвкушении. Ибо скоро их после весенних занятий отвезут в космос на орбитальную крепость и на манёвры Флота. Вот там можно будет уже собственными руками потрогать всё то, о чём он мечтал, и к чему стремился. Вот чем сейчас занимаются нормальные курсанты? Тусят с друзьями в баре, пьют пиво, смотрят футбол, гуляют с девчонками. С нормальными девчонками. Вроде тех, что на вечеринках после победного матча готовы с радостью высыпать себе на силиконовую грудь пакетик с кокаином и дать себя обнюхать первому встречному и поперечному. А не тех, что готовы выпустить кишки при малейшей оплошности. Вот только когда друзья Мартина обнюхивали и облизывали этих нормальных девиц, сам он чувствовал какое-то отвращение. Но вида старался не подавать, а наоборот вести себя, словно ему весело. Быть в теме, короче. Да только не совсем это получалось. Всё равно он был тут чужим, на этих праздниках жизни. Ходил строем вместе с командой. Потому что так надо. Иначе будешь белой вороной. Будь как все пацаны. И тогда всё будет тип топ. Да вышло не совсем топ. Итак, нормальные курсанты ведут нормальную жизнь. А что делает этот чудик? А он словно привидение бродит по опустевшим залам, коридорам и аудиториям Академии Флота. Ему больше некуда пойти. Однажды его внимание привлёк зал голографического модулятора. Во время занятий сюда частенько заходили классы, где им в подробностях показывали любую технику в любом увеличении и любую деталь. Выглядело это впечатляюще. Но только большинство учащихся откровенно скучали на этих занятиях, и только считали минуты, когда же эта мутатень прекратиться, и можно будет рвануть на перемену. Мартин Пико особо не скучал, но и не воздыхал по поводу модулятора. Но теперь он заинтересовался им. На следующий день после занятий в четыре часа дня он прошёл через главный холл Академии. Там имелся небольшой фонтанчик. А перед фонтанчиком стояла бронзовая статуя человека в пиджаке с мощными квадратными скулами, воодушевлённым выражением лица, и уверенно шагающего вперёд. На постаменте статуи имелась надпись по латыни: «Sergey Koroleov. Homo, erat somnium». А под ней дубляж на английском: «Сергей Королёв. Человек, у которого была мечта». Теперь Мартин вспомнил историю непростой жизни этого гениального конструктора, первопроходца космоса. Он решил, что раз этот человек в тех явно не самых дружественных для его идей условиях смог добиться своего. То уж ему и сам бог велел. Но любоваться статуей было некогда. Сейчас он торопился в зал модулятора. В принципе, любой курсант имел право зайти сюда в свободное время и позаниматься, сделать домашнее задание, например. Но только самостоятельно этого почти никто не делал. Так, если разве что имелось прямое указание преподавателя пройти материал здесь. Мартин прошёл в зал модулятора и голосом приказал компьютеру активировать программу. В зале погас свет. В темноте перед ним возникли ярко светящиеся опции выбора в виде «коробок» с названиями. - Выбрать, «техника и вооружение! - произнёс Пико и ткнул пальцем в один из этих виртуальных коробов. Перед ним начали возникать образы истребителей, транспортников, фрегатов и эсминцев. Всё это создавалось буквально на глазах. Он мог движениями рук создавать эти картинки, вертеть их, вычленять отдельные детали, «вынуть» рукой двигатель истребителя и всю систему проводов к нему, и компьютер выдал бы тут же текстом обозначение и параметры каждой детали. Затем Мартин попросил вывести из памяти компьютера модель базового боевого крейсера Флота проекта «Бунтарь». Реальный боевой корабль был бы в длину до 2.5 километров. Голографическая проекция перед ним была едва ли длиннее его руки. Но движениями ладоней он мог увеличить корабль, вывести отдельные его системы. И он начал с любопытством разглядывать корабль. На одном из таких, скорее всего, ему придётся скоро служить. Так что стоило разглядеть его поподробней. Теперь он открывал для себя корабль заново. Вот его мостик. Он мог увеличить его до реальных размеров и мысленно посидеть в капитанском кресле. Пройтись вдоль пультов контроля и управления. Затем мгновенно перенестись в жилые каюты и кубрики, в ангары для истребителей и вспомогательных судов. Вплоть до того, чтоб «посидеть» на виртуальном толчке в гальюне. Затем на орудийные палубы. Вокруг каждой батареи, как с внутренней, так и с внешней стороны осмотра группировались подписи характеристик, каждую из которых можно было вывести на увеличение движением пальца. Затем он вновь «сжал» крейсер до малых размеров. И начал выводить схемы отдельных его систем. Вот главный реактор, система энергообводов. Вот подача энергии на маршевые двигатели и схема каждого из них. Вот отдельная схема гипердвигателя, благодаря чему корабль может совершать межзвёздные перелёты. Но насколько Мартин помнил из всего Флота только крейсер «Джордж Вашингтон» был оборудован действующим гипердвигателем. На остальных кораблях шли только испытания. Вот система жизнеобеспечения, система воздухоочистки и регенерации кислорода. Система генерации защитных полей. Крейсер можно было изучать и рассматривать бесконечно. Ведь в нём было несколько сот миллионов отдельных деталей. Воистину, это была вершина технической мысли человечества. Впрочем, его броня, значительная часть основного вооружения и генераторы защитных щитов были сделаны по лицензии цефеид. Но это было неважно, ибо этот корабль показался ему очень красивым. Странно, почему он раньше не обращал на это никакого внимания? Но бесконечно засматриваться на него было нельзя. Завтра рано вставать. И к тому же он сумеет прийти сюда ещё раз. Теперь он решил перейти в блок тактики космических войн. Задал компьютеру параметры тактической игры. Выбор можно было взять как в самой настоящей виртуальной игре, где ты в режиме реального времени ведёшь бой и на месте принимаешь решения, когда голова буквально распухает от вала льющихся на тебя тактических параметров, которые ещё и постоянно меняются. Можно было взять себя в любой роли: адмирала флота, командующего космической битвой, капитана корабля, отдельного бойца или матроса, пилота истребителя (собственно его ближайшее будущее), десантника, высаживающегося на чужую, но хорошо укреплённую планету, солдата, ведущего бой в городских кварталах, или генерала на командном пункте полевой армии. Модулятор покажет всё очень реалистично. Но это было пока сложно. Можно было задать компьютеру определённые параметры и дать ему задние проиграть операцию. Пока Мартин просматривал записи манёвров Флота, он лишь задумчиво говорил вслух сам себе: - Да это всё лишь теория! Ни одной реальной войсковой операции. Собственно таких у нас ещё и не было, так, только схватки с пиратами. Но скоро у людей будет полно шансов поучаствовать в реальных операциях. Но он и без реальных операций решил поиграть с компьютером. Он выстроил виртуальную планету. «Повесил» вокруг неё пять орбитальных крепостей, на поверхности расставил войска. Собрал силы флота у планеты. И дал команду компьютеру «атаковать» его. Что ж, на первый раз его оборона рухнула с треском и весьма быстро. Неприятно. Ну да ладно. Но где он ошибся? Он попросил компьютер выдать все его ошибки. Их он решил записать в свой блокнот. Что он сделал не так? Неверно замаскировал полевые войска на местности? Так что их быстро накрыли с орбиты. Невовремя ввёл в бой силы флота? Легко поддался на обманный манёвр противника, не выждав, сколько следует? Не сумел добиться перекрывания секторов обстрела орбитальных крепостей? В любом случае, сейчас он вспомнил заповедь профессоров ещё с первого курса. Нельзя быть сильнее противника на всех узлах обороны сразу. Нужно всего лишь быть сильнее противника в нужном месте и в нужное время. А вот как это место и время угадать? Это уже искусство, и не всякому оно дано.