Первая Галактическая

Шаттл сделал несколько витков по орбите, чтобы потихоньку подняться до уровня в 2500 километров от поверхности Земли. Именно на таком расстоянии и «висела» космическая база. Всякий раз, когда объект показывался из-за горизонта родной планеты, словно восходящая Луна, курсанты в лёгких, но герметичных скафандрах, пристёгнутые к креслам прочными ремнями, изо всех сил тянулись к крошечным иллюминаторам, чтобы разглядеть хоть что-нибудь. Только на видимой с борта, соответственно обращённой к Земле стороне крепости, Мартин насчитал четырнадцать окружностей, образованных полями обводов мортирных батарей. Издалека они выглядели, как лунки для гольфа. Только диаметр каждой такой «лунки» был в 200 метров. Между обводами этого шестикилометрового шарика ввысь тянулись напоминающие раскидистые сосны комплексы антенн сенсорной системы. Глаза и уши станции. Четырнадцать мощных орудий в данный момент смотрели на Землю? С чего бы это? Крепость обладала собственным, хотя и не очень быстрым вращением вокруг своей оси. Так что вращение не только увеличивало устойчивость станции, но и позволяло постоянно держать под прицелом всю внешнюю полусферу над Землёй. И ещё Кронштадт был единственным объектом, кроме Луны, видимым с поверхности даже в дневное время суток. Так или иначе, шаттл шёл на сближение с главным ангаром крепости. И через пятнадцать минут после маневрирования и согласования точной траектории подлёта окончательно «вплыл» в третьи ворота в виде раздвижных створок, под тридцать метров каждая. Как только шаттл прилип магнитными зацепами к посадочной платформе ангара, створки сомкнулись, и хорошо совещённый бокс начали постепенно наполнять воздухом для выравнивания давления внутри. И только после этого в ангар вошли представители техперсонала и приёмная команда. А курсантам, наконец, приказали отстегнуть ремни и выстроиться перед кораблём на платформе. Мартин Пико вообще не верил в реальность всего происходящего. Просто так попасть на крепость было нельзя. Но начинающиеся манёвры Флота были первыми за всю историю. Так что для курсантов сделали приятное исключение. Осматривая обшивку, внешние контуры, а теперь и внутренние помещения, Мартин всё время ловил себя на мысли, что всё это явно не могло быть построено по земным технологиям. А ведь, и, правда, в их Академии даже преподаватели не знали, кто был проектировщиком крепости и автором инженерного проекта. Так или иначе, курсантов развели по пяти мощным быстроходным лифтам, и подняли на рекогносцировочную палубу. Здесь открывался панорамный вид на Землю через громадное обзорное окно шириной с половину футбольного поля и высотой в два этажа. Пока станция была повёрнута к Земле именно этим боком. Напротив самого окна возвышался подиум, на котором сновало несколько офицеров технического обеспечения станции. Внезапно раздались окрики сопровождающих офицеров – преподавателей: - Курсанты, в колонны по трое стройсь! Смирно! Над обзорным окном располагался стальной помост с поручнями. Там же имелась и небольшая дверь. На помост, вышел человек в чёрном генеральском мундире и в такой же чёрной кепке. Он не был по виду стариком, покуда выглядел идеально стройным с хорошей военной выправкой, держался уверенно и легко. Но его короткие волосы и аккуратно подстриженные усы уже были совсем седыми. Генерал в чёрном сначала не говорил ничего, только молча и внимательно оглядывал курсантов, выстроившихся прямо под ним. Вслед на помост вышел и так же внимательно оглядывал новоприбывших какой-то чернокожий армейский капитан. Что он здесь делал? Ибо объект не имел никакого отношения ни к одной земной армии. Но курсанты в большинстве своём об этом не думали. Они все, стоя по струнке, задрали головы вверх и ждали реакции старшего генерала. Наконец, он подал голос: - Здравствуйте, господа курсанты! - Здравия желаем, господин генерал! – Хором пророкотали курсанты. Что ни говори, а голос им поставить успели. - Курсанты, вольно! – Спокойно ответил генерал и заложил руки за спину. Команду тут же продублировали офицеры-преподаватели. - Я думаю, вы прекрасно знаете, кто я. Но считаю правильным и вежливым представиться. Меня зовут Игорь Александрович Волошин, генерал-майор и, по совместительству, командующий СПО, комендант Орбитальной крепости. Я имею честь приветствовать вас всех на борту главного оборонного щита Объединённого Человечества. Сегодня, крайне важный день, господа курсанты. Впервые созданный нами Флот и оборонная система будут отрабатывать взаимодействие в условиях, приближенных к боевым. Вы можете справедливо спросить меня. Откуда же мы знаем, какими могут быть реальные условия, если мы ещё ни разу в них не оказывались? Это верно. Настоящего опыта у нас нет. Но у нас есть здравый смысл и некоторые данные, полученные от наших представителей среди новых соседей. Я не имею права настаивать на их стопроцентной верности, но именно на этой информации мы построили программу манёвров. Программу, по которой мы все будем жить в течение ближайшего месяца. Мы готовили вас уже в течение шести лет. И у вас, я не сомневаюсь в этом, есть хорошие теоретические знания. Здесь вам предстоит проверить их на практике. Знание теоретической базы – необходимое, обязательное, жизненно важное условие для службы каждого офицера. Но хорошее знание теории – ничто, если вы не можете реализовать его на практике. Именно этим мы и будем заниматься. Игорь Волошин указал рукой влево от себя и вниз. Курсанты обратили внимание на пустой подиум перед широченным обзорным стеклом. Внезапно прямо из пола на поверхность подиума был поднят стандартный одноместный самолёт, окрашенный специальным черным, светопоглощающим покрытием. Он выглядел как вполне обычный истребитель, обтекаемый стремительный, с узкими стреловидными крыльями. - Итак. – Всё тем же деловитым тоном продолжил Волошин после небольшой паузы, дабы разжечь аппетит курсантов. – Это истребитель «Эс-файтер М2», что означает звёздный истребитель модификации 2. Первая модификация таких машин была признана полностью неудачной. Не удивляйтесь такой конструкции машины. Она предназначена как для полётов в безвоздушном пространстве, для чего у неё имеются двигатели обратной тяги и многочисленные поворотные сопла, так и для полётов в атмосфере. Для этого у истребителя есть крылья и элероны. Система управления машиной задублирована. Ей можно управлять в обычном режиме с помощью штурвала и систем управления. Но у машины есть и альтернативная система управления совершенно нового поколения. После определённой подготовки вы сможете управлять машиной, подавая команды с помощью мысли непосредственно из мозга. Именно поэтому у каждого пилота своя машина, настроенная исключительно на диапазон мозговых волн строго определённого лица. Это значит, что никто другой в принципе не сможет поднять истребитель в воздух кроме вас. По рядам курсантов пронёсся удивленный вздох. А Волошин снова продолжил: - Так что постарайтесь не ударить в грязь лицом. Истребители уже закреплены за вами. И если слетите на следующих экзаменах, то наши программисты и настройщики будут долго вспоминать всю вашу родню до седьмого колена, пока будут ломать мозги этих машин и перенастраивать их. Ладно, господа курсанты, основные занятия начнутся у нас завтра. А на сегодня отбой! Вам ещё предстоит изнутри ознакомиться с объектом и отдохнуть. Смирно! – Скомандовал Волошин. Команда была тут же повторена офицерами-преподавателями. - Командиры рот, развести личный состав по кубрикам для ночного отдыха! - Кругом! – Донеслась многоголосая команда офицеров. А Волошин снова удалился в дверь над обзорным стеклом. Армейский капитан, словно тенью стоявший за ним всё это время, так и не проронил ни единого слова. Строй курсантов в колоннах по трое снова разошёлся по лифтам. Их развезли по разным этажам, точнее палубам станции. Третий взвод вышел на палубе под номером 67, откуда они под водительством офицеров пошли технологичным коридорам с голыми металлическими стенами и прорезиненными полами. Навстречу им попадались офицеры и обслуживающий персонал в одинаковых мундирах серого или даже серо-зеленоватого цвета и в таких же стандартных кепках со скошенным ко лбу козырьком. Как и положено в строю, курсанты отдавали при встрече честь, прикладывая правую ладонь к фуражкам. Затем им показали их каюты. Простые комнаты, где вдоль стен висели двухъярусные спальные полки, которые могли задвигаться в стены. В каждой такой каюте могло разместиться до 25 человек. Курсанты не то чтобы сильно устали, но впечатлений от сегодняшнего дня было много. В соседние кубрики рядом с их каютой постепенно подходили и другие подразделения, не успевшие сразу погрузиться в лифты. Но как объяснили на вечернем построении офицеры-преподаватели, на борту отсчет времени ведется совсем по другому. И здесь уже весьма поздний час по сравнению с Восточным побережьем Северной Америки. Так что теперь новоприбывшим нужно было привыкать к новому распорядку дня. А для этого нужно было выспаться. - Отбой! – прозвучала команда. ******************************************************************* Утро на орбитальной крепости началось быстро, ярко и очень беспардонно. В прямом смысле. Самый сладкий и дивный сон видишь именно под конец ночи, и тут в даже закрытые глаза бьёт яркий белый свет! И в это же мгновенье раздаётся жёсткий командный окрик, словно гром среди ясного неба: - Рота подъём! Вашу мать! Мартин Пико кое-как продрал глаза, хоть и свет оказывал еще весьма болезненное воздействие, и увидел в дверном проёме здорового мускулистого мужика в синем берете на очень коротко стриженной голове. Этот тип был в камуфляже, да еще и закатал рукава выше локтей. Смотрел он на медленно просыпающихся курсантов таким взглядом, словно только что с боксёрского ринга вышел. Немного одутловатое лицо, «римский» нос, бешеный взгляд, руки на поясе. Казалось даже, что у него ноздри раздуваются, как у скакуна. (Ей богу! При описании представлял себе Дмитрия Нагиева только с прибабахом). - Ну чего разлеглись, сонные туши?! Мамочка будильник забыла поставить?! Да?! Вы на военном объекте. Сейчас вы у меня вскочите и заправите постель за 30 секунд! Ещё минута, чтобы затолкнуть свои ленивые жирные задницы в штаны и построиться в коридоре в шеренгу! Время пошло! Пока курсанты, словно всполошенные муравьи, лихорадочно заправляли постели, напяливали на себя мундиры, а потом кое-как выбегали в коридор, порой со всё ещё расстегнутыми ремнями и болтающимися шнурками. Крикливый мужик в коридоре молчал, лишь бросал скептические взгляды то на курсантов, то на секундомер. Он не стал говорить ничего вроде «Время вышло!» Нет он просто ждал, когда все построятся в коридоре. Последним в строй вбежал пузатый курсант Лунев, который впопыхах даже пояса не затянул, и штаны у него так и болтались. Приходилось придерживать их руками. Мужик в берете немедленно подошёл к нему, уставился прямо в глаза несчастного и сложил руки на груди. - Поздно, курсант! – С явным удовольствием и язвительной улыбочкой ответил он. – Наверное, я уже стар стал. Но на что, черт побери, я надеялся, когда давал эту команду?! Четыре минуты вы тут колупались! Чего мы так, ждали, курсант?! Сегодня кофе в постель никак не приносили?! - Н-никак н-нет! – дрожащим голосом оправдывался Лунев. - А! Значит, утренние булочки забыли?! А то с какой стати ты это такое пузо отъел. А, курсант?! Несчастный Лунев аж сжался. Внезапно с другого конца строя раздался лёгкий смешок. Командир тут же развернулся и безошибочно обнаружил глазами новую жертву. Улыбку у хихикающего словно ветром сдуло в тот же миг. - Я что-то смешное сказал, курсант? – пока довольно размеренным тоном спросил бесноватый командир. - Нет, сэр! – ответил курсант и нервно сглотнул. - Тогда расскажи всем! Мы тоже посмеёмся. - Нет! Ничего такого, сэр. - Значит, мы смеёмся без причины? Мы так страстно хотим начать тренировку. – Теперь командир уже начал повышать голос. – Я смотрю, у нас доброволец побегать пару кружков по внешнему контуру крепости в монтажном скафандре! В условиях повышенной искусственной гравитации! А ну, упал, отжался! Мать твою! Сто отжиманий! Курсант рухнул на пол и стал лихорадочно приводить в исполнение приказ бесноватого. Раз тридцать пять он сделал быстро и красиво. Но потом темп замедлился. А к пятидесяти пяти курсант уже едва поднимался и, по сути, вихлялся на полу. - Вот, так, курсанты! – Прокомментировал командир. – Вот это я называю извивания глиста. Встать в строй! – обратился он к отжимающемуся на полу. - Не могу, сэр! Я не закончил. – Через силу прохрипел несчастный. - Что-о? Так у тебя ещё и со слухом проблемы. А ну встать в строй, я сказал! – Заорал командир так, что слюна полетела изо рта. Курсант быстро вскочил и тут же занял своё место в строю. Командир более менее успокоился. - Итак, я старшина Макриди. – Объявил командир, прохаживаясь вдоль строя, и сложив руки за спиной. - У меня на этой станции самая неблагодарная и отвратная работа. Делать что-то похожее на людей из ленивых пельменей вроде вас. Так что очень не рекомендую меня злить. Сегодня вы в три раза. Я повторяю это. В три раза превысили норматив построения на плацу. Черепахи сделали бы всё это быстрее вас. Я, конечно, представлял, кого мне привезут. Но чтоб настолько! Вы в моих глазах – полный отстой. Как вы при этом хотите служить на Флоте, я не знаю. Вы, наверное, думаете, что при всех современных технологиях никакой нужды в лишних телодвижениях нет. Вы ошибаетесь. От того, как быстро вы все будете успевать выполнять простейшие команды, зависят ваши никчемные жизни. Сомневающимся могу продемонстрировать лично. Только прошу запомнить, на борту станции иногда происходят несчастные случаи. Если что, ваши родители получат обычную страховку. И ничего больше. Ну что, добровольцы есть? – Макриди осмотрел строй, удовлетворенно усмехнулся. – Нет? Я так и думал. А теперь будем растряхивать ваши жирные и ленивые туши! За мной на утреннюю пробежку! 10 километров, марш! Старшина с места перешел на легкий беговой шаг. Строй уныло устремился за ним.