Первая Галактическая

На следующий день после голосования на Земле состоялся второй тур предвыборных дебатов. Теперь кандидатов стало пятеро. После того, как они ответили на вопросы ведущего и некоторых людей из телестудии, настала пора обратиться к людям с финальной речью. Все четверо старых кандидатов опять несли какую-то чепуху. Каждый о своём. Куинси и Джексон как всегда во всём друг с другом соглашались. Француз опять нёс какую-то совершенно утопическую околесицу, а Хусейни всё твердил про своего верблюда. Неизвестно, как остальным, а Кастеру это всё казалось печальным и трагикомичным. Когда настал его черёд говорить, он обратился сначала не к телеаудитории, а к самим кандидатам. - Вот я тут слушал вас долго и внимательно. И никак не могу понять, в чём суть ваших позиций. Вот вы, сенаторы Джексон и Куинси! Если вы всегда и во всём соглашаетесь, то почему выступаете, как конкуренты? Пошли бы уж в одной упряжке, как президент и вице-президент! Сенаторы озадаченно переглянулись. Затем Джексон хлопнул себя по лбу и произнёс довольно громко: - Действительно! А мужик-то дело говорит! Род, чего это мы с тобой так тупим? Надо срочно зарегистрировать новый избирательный блок! Поскольку вы меня старше, то я готов быть вице. Президентом быть ещё успею. - А ты, Джон, прав. У нас, в Техасе принято брать быка за рога. Так что не будем терять ни минуты! А затем оба просто сошли со своих трибун и вышли из телестудии. Ведущий и организаторы шоу были таким поворотом, мягко говоря, удивлены. Затем доктор обратился к сенатору Масуду: - Господин сенатор Аль Хусейни, вот я так понял, что вы идёте в президенты из-за своего верблюда, в основном? - Да, мнэ бэз мой верблюд и свэт нэ мыл! - Ну хорошо, это всё, конечно, очень здорово! А вот если я пообещаю вам лично, что если я стану президентом, и верну вам вашего верблюда любыми доступными средствами, то что вы скажете? - Да если ты вернёшь мнэ мой верблюд, то на кой шайтан мнэ этот президентский кресло! Но тут в разговор истерично встрял сенатор Лефевр: - Я протестую! Налицо явная попытка подкупа избирателя! Или кандидата? То есть избирателя? Или всё-таки кандидата! Стойте! Я чё-то запутался. Блин, мне нужна юридическая консультация. Ну и где этот мой юрисконсульт шляется, когда он мне так нужен?! - явно возмущённо воскликнул француз и так же сошёл с трибуны, видимо, в поисках своего пропавшего советника. А за ним, недолго думая, ушёл и сенатор Аль Хусейни. Вот так. Ведущий и зрители в зале были в шоке. С такой лёгкостью на трибуне остался один единственный кандидат, чего за всю историю предвыборных дебатов вообще никогда не бывало. Но доктор вовсе не собирался разглядывать их прибалдевшие лица. Он обратился в камеру: - Уважаемые сограждане, над нашим миром нависли чёрные тучи. Чего уж тут греха таить. Нам надавали по мусалам. Это надо признать. Но если вы считаете, что на этом всё так просто закончиться, то это не так. Никто из нас не хочет войны. Это так. Но нас не спросили. И не будут спрашивать. Вот кого-нибудь из вас когда-нибудь останавливал грабитель с ножичком в тёмном переулке? Он спрашивал вас, хотите ли вы так сильно расстаться со своим имуществом? Кто-то подал голос, и Кастер улыбнувшись, спросил в толпу: - Спрашивал, да?! Но так или иначе, сегодня не тот случай. В такой ситуации, на самом деле, уже не до тарифов и пособий. И уж тем более, не до верблюдов. Поэтому я не буду об этом говорить. Скоро к нам прилетят настоящие зелёные человечки, которые заберут у нас ту нашу промышленность, которую мы создавали потом и кровью последние 150 лет. И которой мы по праву гордимся. Не мы хотели этого. Мы вообще про них ничего не знали. Так что о тарифах придётся говорить уже после того, как разберёмся с ними. А если вы хотите знать, как надрать задницу инопланетянам, спросите меня! - сказал доктор, помахал рукой в камеру, картинно улыбнулся, поднял руки с растопыренными в стороны пальцами в виде латинской буквы V. И покинул свою трибуну. На выходе из студии доктор встретился со своими имиджмейкерами и политическими консультантами. Они не присутствовали в студии, предпочитая наблюдать шоу по ящику. Ведь собственно почти вся их потенциальная аудитория и могла видеть кандидатов именно по ящику. Так что этим они оценивали телегеничность кандидатов. В принципе, имиджмейкеры были сейчас немного растеряны, поскольку они и в страшном сне не стали бы советовать кандидату, вести себя так. Но штука была в том, что их кандидат сделал всех остальных и без их советов и вообще вопреки всякой логике предвыборной борьбы. Отсюда поднимался естественный вопрос. А на кой они вообще ему нужны? Но так как обоим имиджмейкерам очень солидно платили, они не стали бы поднимать это вопрос вслух. А то когда ещё удастся получать большие деньги задармо? Впрочем, несмотря на свои прежние советы, они кинулись к доктору и стали наперебой кричать: - Мистер Кастер, это было чудо! Это было супер! Вы были на высоте! Как вы всех их сделали! Это было нечто! Но он их особо не слушал. Так, кандидату по статусу было положено, чтоб они всегда были в его предвыборном штабе, он их и держал. А вот его консультантка по связям с общественностью вывела на свой ручной коммуникатор новые данные по опросам общественного мнения. - Сэр, новые данные говорят о том, что ваш рейтинг вырос на 5%. То, что произошло только что, конечно, впечатляет, но как профессионал, я бы не стала давать однозначных прогнозов по рейтингу сейчас. Такого поведения кандидатов во время дебатов ещё никогда не было. Так что ожидать можно чего угодно. Но что касается данных по исследованию общественного настроения в разных странах мира, то они в целом скорее в вашу пользу. Вы воспринимаетесь, как человек дела, а не болтун. Многим импонирует то, что вы раньше особо не засвечивались в политике. К тому же вы знаете, что у нас многие, в частности в Северной Америке и в Европе любят голосовать, что называется «по приколу». Сейчас ситуация суровая. Люди начинают понимать, что существует угроза человечеству. Так что мой прогноз, голосований такого рода сейчас не будет. - Хорошо, мисс Клоуз, - кивнул доктор, - будем наедятся на лучшее. Но сейчас, после дебатов стартует ток-шоу, где эти самые дебаты будут обсуждать высоколобые эксперты. Вы же все знаете, как они могут повлиять на общественное мнение. Так что, я думаю, нам бы сейчас надо на это поглядеть и уже на основе этого формировать дальнейшую стратегию. Вы не находите? Имиджмейкеры уныло пожали плечами. Им явно не улыбалось находиться в тени какой-то выскочки на высоких каблуках. Да, им неплохо платили. Но когда ими откровенно пренебрегали, тут уж мало кому понравится. И что, что она явно профи в своём деле. Оба были железно убеждены, что доктор взял её на работу не только из-за её знаний общественных настроений. Только вслух они об этом не говорили. Из-за возможности прослушки, чего нельзя было до конца исключать, эти четверо выбрали совершенно произвольно какой-то мотель на окраине ночного Вашингтона и сняли там номер на сутки. И включили телек на ток-шоу Ларри Флинта. В номере, на плоской плазменной панели, которая казалась допотопной даже в сети придорожных мотелей, появилась студия, где достаточно громко спорили различные Эксперты (вот именно так, с ударением на первом слоге). Один из них, дюжий техасец с пивным брюшком и в типичной техасской шляпе, видимо, забыл, что находится на политической передаче, а не на развлекательном канале. Он принёс с собой несколько надувных шариков. - Вот, смотрите, - вещал он студии и телезрителям, - я директор Кастер. У меня уже есть Луна и Марс. Он взял два шарика и приставил их к груди, а затем продолжил: - Во, какие у меня буфера! Затем он их убрал и взял два шарика побольше. - У меня уже есть Юпитер и Сатурн. Гляньте, какой у меня зад! - сказал он, приложив шарики к заду, и картинно повилял гузкой. - Но мне всегда чего-то не хватало! – Вдруг воскликнул он озадаченно. – Ах да! Я забыл, у меня ведь в штанах ничего нет. Мне срочно нужна Земля. – Сказал он и достал самый большой из шариков и зажал его между ногами. Зал начал заливаться громким хохотом. - Вот и я не хочу, чтоб мою планету пользовали так! - резко закончил он. Печально глядя на этот стёб, ему начал возражать другой политический эксперт, интеллигентного вида профессор Успенский: - Мистер Хилл, умение ёрничать и строить гримасы – ещё не есть признак большого ума. Вы же прекрасно знаете, что директор Космического Совета ведёт сложнейшую работу по снабжению планеты. Вот этой самой планеты всем необходимым для нашей жизни. Так что тут просто нечего пользовать. Разве его работа уже не доказала уже, что он является вполне достойным кандидатом? - А ты не затыкай мне рот, коммуняка! Тот, кто покуситься на мою свободу, отправиться на Марс, тюкать уран. Так нам завещал святой Томас Джефферсон, воплощение самого Христа в Его Второе пришествие, благословивший священные Соединённые Штаты. - Интересно, а вы не покушаетесь сейчас уже на мою свободу? И куда потом собираетесь вы? Уж не на Титан ли? Купаться в метановых озёрах! Вот, мы сейчас говорим по существу, а вы переходите на какие-то отвлечённые темы. Я даже не могу понять, в каком веке вы живёте. Мы сейчас на территории Североамериканских Штатов. Сказали б вы жителям франкоязычного Квебека, что они являются гражданами тех прежних США, так они б вас живо в пуху изваляли! - Я не знаю, как вы. – Парировал Хилл. – Но я не хочу, чтоб моя родина подвергалась опасности из-за залежей чего-то там, в какой-то там системе. Которую даже в телескоп не видно. Ну-ка! Где вы там, мои залежи?! - Призывно прокричал он, сложил ладони в трубочку, и картинно приставил к глазу, имитируя взгляд в подзорную трубу. – Тратятся деньги налогоплательщиков. Я один из них. И я говорю, что я на это согласие не давал. Мне нужно лишь моё ранчо. А не какие-то там системы! - всё более распалялся Хилл. Ведущий Ларри Флинт в своих знаменитых подтяжках смотрел на этого бесноватого и не знал, плакать ему или смеяться. С одной стороны, он был известным политическим балагуром. И пригласить его на шоу, означало стопроцентно поднять рейтинг. Но всё-таки сегодня он хотел иметь передачу с реальным содержанием, а не бенефис одной кричащей и брызжущей слюной физиономии, выплывшей, словно из позапрошлого века. Ещё один политолог, на этот раз из Германии, тут же пытался робко увещевать разбушевавшегося Хилла: - Да без этих ресурсов даже коровы на вашем ранчо доиться не будут. По-моему, это очевидные вещи! Но Хилл опять не дал договорить и ему. И всё же он отражал мнение очень многих. Им совсем не улыбалось воевать с пришельцами с других звёзд за какие-то там системы, которые никто из них никогда не увидит. Но вся беда была в том, что выбор уже сделали за них. В номере мотеля был погашен свет. Горел только экран телевизора. - Ну и идиоты же они! - вдруг вслух сказал доктор Дуглас, уныло глядя на экран. - Да, цирк какой-то развели! - угодливо поддакнул один из имиджмейкеров. - Да я не про них. – Как то безразлично ответил Дуглас. – Эх, Говард, ты капитальный кретин! Внезапно его тон изменился на более резкий и требовательный: - Мисс Клоуз, вы ближе всего к коммуникатору. Наберите полицию! Девушка, мягко говоря, очень удивлённо поглядела на кандидата через головы этих двоих, сидевших между ними. Сама она была ближе всего к окну и столику с миниатюрной трубкой. Двое из ларца тоже повернули к нему головы в озадаченном ожидании ответа. Но тот, оставаясь невозмутимым, снова жёстко настоял на своём: - Жить хочешь?! Тогда набирай, быстро! На меня переключишь сразу, как ответят! Девушка набрала номер городской полиции округа Арлингтон, штата Виргиния. Когда голос на том конце ответил, она первела свзяь на директора. А тот с совершенно спокойным видом говорить стал с таким напряжением в голосе, словно у них у всех земля сейчас из-под ног уйдёт. - Это полиция?! Срочно! Срочно! Мы звоним вам из придорожного мотеля сети Стриклэнд Хоутел на федеральном шоссе №495 при въезде в Арлингтон у водородной заправки! Тут всё громит банда пьяных байкеров! Они к тому же ещё и под наркотой, кажется. Приезжайте поскорее, а то они тут всё подожгут и всех перебьют! - Сэр, а вы кто? - раздалось на том конце линии. - Я постоялец мотеля. Послушайте, разве это важно?! Тут, правда, очень страшно! - Скажите, это случайно не «Блэк Спайдерз»? - А хрен его знает! Я в байкерах не разбираюсь! - Спрячьтесь где-нибудь пока, сэр! Мы высылаем наряд! Доктор тут же отключил связь. Его консультанты глядели на него, как на всплывшее Лох-несское чудовище. А он с всё таким же безмятежным видом смотрел в экран, где Ларри Флинт пытался разрядить напряжённую обстановку, пока спорящие эксперты не начали чемпионат по поливанию друг друга минералкой. - Вы какого хрена только что сделали?! - не выдержал один из имиджмейкеров. Джош, кажется, его звали. Но тут в качестве ответа в окно влетела дымовая граната, и покатилась по полу, прямо под ноги мисс Клоуз. Она сначала с ужасом поглядела на гранату, а затем снова на директора, но того на своём месте на диване уже не было. Его вообще нигде не было. А буквально за минуту до того в прибор ночного видения некто наблюдал за мотелем и через передатчик координировал действия группы захвата. - Снайпер, видишь их? - Нет, сэр! Они занавесили шторы. В номере горит только экран. - А что тепловизоры? - Показывают, что в помещении комнаты только четверо. Который из них – наш клиент, понять не могу. - Хорошо, мы точно уверены, что они внутри. План действий таков. Группа захвата врывается в номер и парализует их. Надеть перчатки, разбросать в номере бутылки с водкой. Парализованных подпоить. Затем вскрываем газовые заглушки и ставим таймер на три минуты. Всё ясно? - Ясно, сэр! - ответил ему командир группы захвата. Внезапно поступил сигнал от контролёра эфира: - Сэр, из их номера идёт звонок в полицию Они вызывают сюда наряд! - Что-о-о?! – В изумлении выдал координатор. – Какого хрена?! Блин! Что делать? Ладно, группа захвата, вперёд! Делаем всё быстро, пока легавые не нагрянули! В номере мотеля царила полная неразбериха. Шашка всё дымила, а кандидата в президенты нигде не было. Внезапно с грохотом слетела с петель дверь (видимо не справились с электронным замком). Внутрь ворвались двое мужиков в чёрной форме, в чёрных кевларовых доспехах, в касках-сферах, и с чёрными вязаными масками на лице, где имелись только прорези для глаз. У каждого в руках было по автомату, а к стволу оружия снизу крепился ещё и электрошоковый парализатор. Первый рванулся к сидящим на диване. Но тут его словно подкосило, и он рухнул. В комнате от него отошло нечто неясное, похожее на расплывчатую тень, которая в мгновение ока очутилась у второго захватчика. Его постигла та же судьба. «Тень» мигом уплыла куда-то в коридор. Трое политконсультантов повыскакивали с дивана и кинулись туда же. Внутри комнаты накопилось уже слишком много дыма. Пока они шли по коридору наружу, на полу они заметили ещё четверых распластавшихся «молодцев» в чёрных касках. Всё это выглядело жутко и сюрреалистично. - Надо сваливать отсюда! - откашливаясь от дыма прокричал имиджмейкер Джош. У стойки администратора они увидели бесчувственно валявшегося самого администратора рядом со своим стулом. Там же рядом со стойкой стоял Дуглас Кастер с замыленным видом и отряхивал себя. - Это вы его? - спросил Джош, кивая в сторону администратора. - Нет. Наши гости. – Коротко ответил доктор. - Что тут вообще происходит?! - спросила мисс Клоуз, явно повышая тон голоса. - Вот. Касатики явно по наши души приходили. Видно, выследили нас. Даже ящик с водкой принесли. – Дуглас пнул ногой стоявший рядом ящик. – Хитро! Хотели обездвижить нас. Затем подлить в глотку алкоголь. Поджечь здание. А потом, при вскрытии наших трупов обнаружили бы высокое содержание алкоголя в крови. Решили бы, что это мы сами устроили пьяный дебош и не справились с огнём. - Но зачем?! - не унималась консультантка. Директор невесело сгримасничал: - Вы же политолог! Вот и подумайте! Ладно, сейчас сюда нагрянет полиция. Я бы хотел, чтоб они обнаружили этих чудиков здесь. - Они мертвы? Это вы их? - спросил Джош. - Нет, оглушены. А дальше без комментариев. Теперь нам нужно убираться отсюда. Пойдёмте через задний вход. Скроемся в лесу. Но пока торопится не стоит. Наверняка, снайперы, или как минимум наблюдатели сейчас просматривают все подходы к мотелю. - На фига! Какой лес?! – Возмутился напарник Джоша. – У нас же есть машина. Я в шоке. Я ничего не понимаю! Доктор схватил его за рукав и жёстко настоял: - Слушай, тебе сейчас круто повезло, что вообще цел остался. В машину нам нельзя. Снайперы! И кроме того, на глаза полиции нам попадать тоже категорически нельзя. Так что кончайте трепаться, и прошу за мной! Сказал он и снова пошёл в коридор, откуда они только что вышли. Руководитель операции выслушал всё это в полнейшей растерянности. Из группы захвата не отвечал никто. Зато его оповестил снайпер: - Сэр! Легавые на подходе! Их машины уже на шоссе! Теперь координатор покрыл всех в эфире трёхэтажным матом, затем крикнул в коммуникатор: - Отбой! Всем отбой! Надо срочно сваливать отсюда! После этого все, кто остался ещё в сознании, ринулись к припаркованным у мотеля джипам, и немедленно стартовали в сторону от города. Когда полицейские машины подъехали к мотелю, оперативники, экипированные почти так же как и нападавшие, тут же зашли внутрь. Кандидат в президенты Земли и его горе- консультанты (если честно, нанятые в чисто символических целях) вышли через служебный вход и тихонько скрылись в темноте близлежащей рощи. **************************************************************** Утром доктор Дуглас ехал в своём экипированном различными видами связи лимузине на экстренное совещание штабов армий и Звёздного Флота. А пока он просматривал новостные ленты различных он-лайн каналов. То, что они сейчас передавали, его совсем не радовало. Все информационные службы устами своих миловидных и не очень дикторов говорили о скандале с поимкой полицией штата Виргиния группы великолепно экипированных киллеров. Как сообщил на допросе в полиции один из нападавших, они были наняты службой безопасности компании «Космический Индустриальный Банк», дочерней структуры одной из мощнейших и влиятельнейших корпораций планеты, принадлежащей Говарду Маккуину. Скандал назревал нешуточный. Под сывороткой правды, а иначе ни один из арестованных ни в какую не соглашался говорить, они показали, что их целью была ликвидация одного из кандидатов в президенты и временно исполняющего обязанности главы государства доктора Дугласа Кастера. Но вся проблема была в том, что в мотеле, где всех этих голубчиков, схватили, самого кандидата не было. Тогда доктор не стал вписывать в журнал своё настоящее имя по соображениям безопасности и конспирации. А затем он буквально почувствовал слежку за собой. Разматывая нити мыслеформ нападавших, он докопался до главного инициатора, точнее сначала до начальника службы безопасности банка, который и нанял группу ликвидации. А там уже и ежу было понятно, кто заказывает музыку. Но своим решением не попадаться на глаза полицейским, он так же не хотел топить Говарда окончательно, не выяснив до конца его мотивов. И сейчас он грустно смотрел в миниатюрный экран прямо на подголовнике кресла водителя перед ним, где башковитый лысый тип на канале Фокс вещал, что всё случившееся этой ночью – всего лишь очередной гнусный пример чёрного самопиара вконец обнаглевшего директора Космосовета, эдакого некоронованного императора Луны, Марса и Юпитера. Ну что ж, эти разговоры так называемых «экспертов» он уже слышал. И они ему, честно говоря, порядком надоели. Но ничего не поделаешь. Теперь нужно было играть по всем самым подлым правилам предвыборной кампании и готовиться к чемпионату по поливанию грязью. Кто выиграет чемпионат, тот и станет президентом Земли. Он уже видел первые полосы некоторых он-лайн газет, где были нарисованы две загребущие руки, тянущиеся от Марса и Юпитера прямо к Земле. А ведь у него имелись неслабые связи в медиа-сообществе. Может, и по его каналам стоило долбануть по соперникам тяжёлой артиллерией? Но пока он размышлял над всем происходящим, он ехал по городу Вашингтону с внушительным эскортом, который ему в принципе был вообще не нужен. Но по статусу человека столь высокого ранга, да ещё и вроде пережившего попытку покушения, было положено. В джипе рядом с его лимузином ехали экипированные в экзокомплекты бойцы Космодесанта. Но прежде чем прибыть на заседание начальников штабов, он направился сначала к собственному бывшему особняку, а теперь посольству Планеты Четырёх Стихий при Федеральном Правительстве. Там он должен был забрать посла и уже вместе с ней двинуться к бункеру Планетарной Обороны. Не то, чтобы он испытывал иллюзии насчёт того, что принцесса одного из народов планеты могла чем-то особо помочь в плане разработки военной стратегии, но ему почему-то не хотелось, чтобы девчонка чувствовала себя ненужной и покинутой. Он уже представлял, с какими рожами её встретят генералы, но тут уж ничего не попишешь. На то и щука в озере, чтоб карась не дремал. Когда к посольству подкатил эскорт из одного лимузина и нескольких броневиков сопровождения, из здания вышла девушка в ярком красном платье и села в главную, наиболее роскошную машину. Кортеж тронул с места. А примерно через полчаса к зданию подкатил, казалось бы, неприметный драндулет постройки ещё XXI века. Но внутри он был оборудован всеми самыми современными видами связи и защиты от прослушивания. А поверх основного корпуса он был обложен лёгкой, но очень прочной фуллеритовой бронёй, почти неотличимой от обычного лакокрасочного напыления корпуса автомобиля. Теперь из здания вышла уже другая девушка. У неё был уже чёрный кожаный нагрудник с двумя наплечниками и высоким стоячим воротником, сидевший на ней как влитой, из-под панциря спускалось чёрное кожаное платье до колен с вырезами и позолоченными краями. На ней так же были одеты красные широкие штаны вроде шаровар, заправленные в высокие до самых колен чёрные сапоги с загнутыми кверху носками. Она уже села именно в «драндулет». Машина тронула. Внутри оказался усталый и задумчивый Исполняющий Обязанности Дуглас, который при встрече с принцессой попытался натяжно растянуть лицо. Но теперь у него это плохо получилось. - Ну и что это за маскарад? - недовольно спросила Азула и села на сиденье напротив него. - Положение момента обязывает. У нас это называется предвыборная кампания. Приходится играть по её правилам. - Разве вы не говорили, что ненавидите власть? - Да говорил. Но тебя я ненавижу ещё больше. - Ответил он, всё так же безуспешно пытаясь изобразить на лице гримасу наподобие улыбки. Но девушку этот ответ только больше возмутил. - Это ещё почему?! - с негодованием спросила она. - Ну как почему? Ролик с избиением генерала Махульского выложили в Сеть. И там он бьёт все рейтинги. Мой рейтинг до него вообще недотягивает. Мои консультанты утверждают, что тот факт, что меня считают как бы твоим покровителем здесь, уже добавляет мне популярности у избирателей. А недоброжелатели говорят, что это был акт моей предвыборной кампании. Бред вообще какой-то. Я такое впервые вижу. Но Азула его юмора не оценила. У неё с нормальным юмором вообще были нелады. Да и не очень-то она понимала ещё все эти нюансы этого странного компьютерно-информационного мира. Единственный человек, который умел ей тут всё доходчиво и понятно объяснить, сгинул где-то в бесконечной пустоте. Единственное, что до неё дошло, что у местных жителей её персона начинает пользоваться неожиданным вниманием и популярностью. Тем не менее, она решила сменить тему. - Служанки говорили, что на вас вроде покушались. - Ах это! – Как-то отмахнулся директор. – Покушаться на меня? С тем же успехом можно попытаться выпить море. Так что мне можно и не особо обращать внимание на такие вещи. - Сказал он будто с усмешкой. Но у него опять плохо получилось изобразить беззаботность на лице. Явно чувствовалось, что директор недоволен. - И что вы намерены теперь делать? Вы подозреваете хоть кого-нибудь? - Не подозреваю совершенно. А совершенно точно знаю. А делать я ничего пока не буду. У меня и поважнее заботы есть. И эти заботы я как раз и еду обсуждать. - Но как же так?! Нет, я понимаю, вы человек непростой. Можете себе и такую роскошь позволить. Но как же можно удар в спину оставлять безнаказанным?! - Удар в спину? – Переспросил он, грустно усмехнувшись. – А разве это не твоя излюбленная тактика? - На войне и с врагом. Но не от своих! Доктор грустно сморщил лоб, и снова заговорил, постоянно отводя взгляд в сторону, смотря на улицу: - Говард - неплохой человек. Он создал огромную промышленную корпорацию из разрозненных мелких предприятий. Я понимаю, что он хочет любой ценой сохранить детище всей своей жизни. Но меня тут больше беспокоит совсем другое. Если Коммерческий Альянс пытается найти пятую колонну у нас, значит, они не настолько уверены в своей мощи. А я хочу, чтоб инопланетяне считали наш мир чем-то вроде переспелого плода. Стоит только протянуть руку, и он сам в неё рухнет. Хотя возможно, начинающаяся предвыборная суматоха и все эти скандалы только укрепят их в этом мнении. Покушение даже на руку Федерации в какой-то мере. Хотя, тут я всё ещё не уверен. Но затем он обратил внимание, что девушка не совсем понимает, о чём речь. - Я забыл, в наших образных выражениях ты всё ещё путаешься. Короче, около 300 лет назад в одной стране у нас, в Испании, шла гражданская война. С одной стороны, законное, но совершенно бездарное правительство, где все друг с другом ссорились. А с другой стороны, мятежный генерал, который поднял против этого правительства большую часть армии, отпетый мясник и палач. Короче, противнички стоили друг друга. Но суть не в этом. Когда войска этого генерала готовились к штурму столицы, он объявил, что они будут наступать четырьмя колоннами. А пятая колонна уже будет к тому моменту в городе. Он имел в виду восстание его сторонников, которые должны были ударить в спину обороняющимся правительственным войскам. С тех пор пятой колонной у нас называют замаскированных среди нас сторонников воюющего с нами противника. Принцесса с интересом выслушала эту историю. Бездарное правительство. И храбрый генерал, решившийся бросить ему вызов. Быть может, именно такого генерала сейчас не хватает её родной стране на её бесконечно далёкой отсюда родине? - Да, у нас их называют просто предателями. Ну, этот генерал, он хоть победил? - Да, победил. И потопил в крови собственный народ. Теперь его имя предано проклятью. Но вот это было уже с её точки зрения не совсем справедливо. Или всё-таки она решительно не понимала этот странный мир? Но тут Дуглас снова вернулся к своим баранам. - А что касается Говарда. То это уже наши с ним тёрки. Я с ним сам поговорю и всё выясню. Мне же сейчас надо знать совсем другое. Сегодня представители Штабов будут обсуждать планы развёртывания сухопутных войск. Когда флот противника подойдёт сюда, они начнут десантную операцию на поверхности. И я хочу, чтобы место их главной высадки определили не они, а мы. Нужно придумать, как заставить их выбросить большую часть десанта именно в этой точке. И, кроме того, придумать, как их там всех вместе накрыть. Причём это нужно сделать очень быстро. Если у тебя есть какие-то соображения, высказывай их. Я обещаю, что генералы их сходу отметать не будут, и на личности переходить не станут. Но и я бы попросил тебя быть сдержанной. - Если никаких оскорблений в мой адрес не будет, могу быть как лёд. Или вы сомневаетесь, что я могу сдерживать себя? Но директор, словно не заметил этого вопроса. Он продолжал так же сосредоточенно говорить: - Обстановка будет деловой. Никаких формальных экивоков и церемониала. Люди там будут уже давно и неплохо знакомы друг с другом, и при примерно одинаковых званиях. Поэтому перебивать они будут друг друга часто. И это нормально. Определённое впечатление о военных советах этого мира она уже успела получить. И это впечатление, конечно, резко контрастировало с церемониалом военных советов её отца, когда все собравшиеся генералы молчали, а говорить могли только с позволения Лорда Огня, и не раньше. И снова в том же бункере, где состоялся разнос пана Махульского, шло совещание. При появлении И.О. и его спутницы сам Махульский, не говоря ни слова, встал, надел на голову четырёхугольную фуражку под названием конфедератка, и демонстративно вышел. Но на этот счёт никто не переживал. Теперь на месте круглого стола стоял голографический проектор, который мог воспроизвести любую объёмную карту земной поверхности. Там уже скопились высшие офицеры Федерации. Они лишь короткими кивками поприветствовали директора, а вот к Азуле отнеслись очень настороженно. Заложив руки за спину, Дуглас подошёл к светящемуся изображению планеты. Звёздный адмирал Рам Панчавитра, исполняющий обязанности главкома Флота и одновременно кандидат в вице-президенты в тандеме с Дугласом, вёл заседание. Точнее, застояние. Поскольку все его участники находились на ногах вокруг голографического шара. - Итак, господа! И дама! – Сказал Кастер, персонально обращаясь к принцессе. – Я жду ваших идей. - Идей? – Недоумённо переспросил адмирал Панчавитра. – Господин И.О., для того чтоб были идеи, надо хотя бы представлять, с чем мы имеем дело. Какие силы нам противостоят? В каком составе? Их вооружение? Их тактика? Без всего этого тут вообще бессмысленно что-либо обсуждать. - Ну, хорошо. Я могу поделиться с вами моими данными. Не спрашивайте, как я их получил. Вы мне всё равно не поверите. Но я знаю точно, что неприятель готов мобилизовать против нас все наличные силы. С одной стороны, это делается для демонстрации силы. С другой, для пущей надёжности. Это 28 тяжёлых крейсеров и примерно 77 единиц транспортов с войсками. Они могут доставить к нам единовременно до двух с половиной миллионов солдат и до 50 тысяч единиц бронетехники. Когда доктор закрыл рот, он мог только наблюдать, как в полной тишине округляются от ужаса глаза видавших виды военачальников, и отвисают их рты. Генерал Тарас Пархоменко, до того отхлебнувший из банки с пивом, тут же выплюнул всё, что принял, на пол, и упавшим, но достаточно настойчивым голосом спросил: - Шо ты казал?! - Сколько у нас времени? - медленно, почти по слогам и подрагивающими губами спросил генерал Шелленберг. - Две, три недели. Может, четыре. – Спокойно выдал И.О. - Хлопцы! Да вы шо?! Зовсим с дубу зъихали?! Валить надо срочно с этой планеты! Вы тут все с ума посходили! - не унимался Пархоменко. На что директор так же невозмутимо и даже ласково отпарировал: - Ну, вас тут лично никто не задерживает, Тарас Петрович. - Так я ж вилен як сокил! - А в принципе, он прав! – Заметил генерал Мустафа. – Неравенство сил, если вы правы, просто чудовищное. Мы, получается, при Толимане им только чуть-чуть бородку пообщипали. Поясните, господин И.О., на что вы рассчитываете. Иначе ваш оптимизм явно не к месту. Флот против такой армады мы использовать не можем. Так? Сухопутные войска они постреляют с орбиты, а потом благополучно высадятся. У нас ещё есть система капонирных батарей. Но без прикрытия из космоса она долго не проработает. Можем ещё использовать наш разгонный лазер на Луне. Но это весьма фантастичный вариант. Что тогда остаётся? Доктор подошёл ближе к голограмме и буквально ткнул в неё руку, что на качество самого изображения никак не повлияло. Он начинал вести себя уже как самый настоящий президент. И очень многим штабистам это начинало бросаться в глаза по той требовательной манере, с какой директор обращался к ним как к своим подчинённым. - Я хочу, чтоб при подходе сюда, весь их флот набился на нижние орбиты. Ведь именно с них легче всего высаживать десант. Большая часть капониров должна молчать. И находится в режиме полного радиомолчания и в поле подавления. Они включатся, не раньше, чем я дам сигнал. Но до того неприятель должен начать высадку сухопутных войск. Мы не знаем, где они начнут высаживаться, так? Значит, мы должны определить это место. И придумать, как заставить их именно туда и спрыгнуть. - Войска, стало быть, нужно тщательно замаскировать на местности, герр И.О? - спокойно спросил генерал Вальтер Шелленберг с моноклем в глазу. А вот генерал Пархоменко не выдержал и почти с надрывом в голосе заявил: - Ребята, вы все безумные! Я отказываюсь участвовать в этом цирке. Сёмин, - обратился он к подполковнику Сёмину, - если хочешь, можешь посидеть с этими психами. А я сваливаю. До побачиня, панове! - сказал он, надел фуражку и спокойно направился к выходу. Директор собственно полушутливо бросил ему вслед: - Меньше народу, больше кислороду! Генерал Пархоменко, разнузданный, хамоватый, и имеющий весьма слабое представление о дисциплине, производил наиболее удручающее впечатление. Нордический Шелленберг хоть и отпускал только отдельные уточняющие фразы, но по его лицу и по тому, как он заводит руки, то за спину, то в карманы, то барабанит пальцами по столу, было ясно, что он весьма нервничает. Генерал Волошин вообще за всё время своего нахождения не проронил ни слова. Но он же был из Челябинска. А челябинские мужики настолько суровы, что даже на пляже подстилают рубероид. Скользкий индус Панчавитра вёл себя деловито и внешне спокойно, но в основном никаких идей не предлагал. Понять, что происходило, и что он задумывал за его бегающими глазками, было совершенно невозможно. - Но самое главное то, как нам эти войска не только заманить в ловушку, но и быстро и эффективно накрыть. Мне нужны идеи! – продолжил доктор. - Насколько я понимаю, ядерное оружие мы использовать на поверхности планеты не можем. Да они наверняка просто перехватят все наши боеголовки уже на подлёте. - Заметил адмирал Флота. - Это верно! - вставил генерал Нортон от Североамериканских Штатов. - Есть ли у вас области, лежащие ниже уровня моря? Причём, это должны быть весьма обширные территории. - Внезапно для всех раздался вопрос принцессы, которая до того и слова даже не произнесла, предпочитая лишь наблюдать нерешительность всех местных «дегенералов». Звёздный адмирал Панчавитра, у которого в очках блистала красочная и объёмная голограмма планеты, сначала недоверчиво покосился на неё, а затем, получив одобрительный взгляд директора, протянул руку к изображению в район Каспийского моря. И дотронувшись, опустил руку вниз. Возникло рельефное изображение Каспия и прилегающих к нему регионов. - Низменность Каспийского моря. – Прокомментировал адмирал. – Самое обширное образование такого рода. - Слишком обширное. – Спокойно отозвалась Азула. – А поменьше нет? И поближе к океану? Тогда адмирал начал крутить рукой на юго-запад и вывел такое же изображение северной части Египта. - Ещё одно природное понижение, но не такое большое, как Каспийская низменность, расположено к западу от Долины Нила. А почему вы спрашиваете, Ваше Высочество? - Вы хотели идей? Если бы можно было заманить большую армию в обширную долину, и быстро затопить морской водой. Потому и нужно искать местность близкую к океану. Тогда всё было бы решено очень быстро. - Хорошо, мэм. Но надо ещё подумать, как их заманить туда. – Отвечал адмирал, с весьма скептическим тоном. Неизвестно, насколько он сдерживал себя, чтоб не назвать данное предложение полнейшей глупостью. Но помнил, что такие категоричные оценки её идей и действий, плохо заканчиваются. - А главное, у нас нет технологий, чтобы быстро затопить впадину. Она отделена от Средиземного Моря невысоким узким хребтом холмов. Но чтобы затопить её, нужно очень быстро поднять уровень моря в данном месте на десять метров, если не больше. Теоретически, можно взорвать термоядерные заряды на морском дне. Поднимется большая приливная волна, но она смоет не только Египет, но и всё оставшееся Средиземноморье. - Что ж. Жаль. В моём мире, возможно и найдутся люди, которые могли бы поднять океан на десять метров. Но после ваших бомбардировок Северного Полюса, я даже не знаю, во что вам надо согнуться, чтобы уговорить их помочь. Адмирал, мало что понимая, недоверчиво поглядел на директора в ожидании разъяснений. Но вместо членораздельной речи, тот только спокойно сделал кивок головой, прикрыв глаза. - То есть, и эту версию мы не можем использовать, как рабочую? Я правильно понял, Ваше Высочество? - всё также осторожно спросил адмирал. - Думаю, да. - Коротко и как будто безразлично ответила Азула. - Что ж, если среди присутствующих нет никого, кто может дать дельную идею, мне нужен тот, кто может. - Удручённо констатировал Панчавитра. Директор внезапно прервал его измышлизмы: - Погодите, адмирал! Вы тут пока обсудите те идеи, что есть. А мне бы на пару минут надо поговорить с подполковником Сёминым. Сева, давай-ка выйдем! Сёмин, чуть поодаль стоявший в сторонке, заложив руки за спину, будто спал, очнулся и последовал за доктором в тамбур. Там он приготовился выслушать нечто важное. Причём, судя по всему, решение, которым директор хотел поделиться с ним, созрело у него буквально, только что. - Сева, времени мало. Я думаю, нам стоит ухватиться за эту соломинку. Сёмин прекрасно понял, куда Кастер клонит. По всей видимости, он решил взять на вооружение не очень реалистичную идею этой огненной сучки, которую он непонятно ради чего притащил на родную планету. Он наблюдал за тем, как доктор её всячески обхаживает, хотя, с его точки зрения, она заслуживала лишь хорошенькой порки. Ему не нравилось это отношение к инопланетянке, словно директор был ей в какой-то мере очарован. Так это было или нет, на самом деле, Сёмин не знал. Кастер был человеком вообще загадочным, и то, что казалось бы лежало на поверхности в его поведении, очень часто оказывалось обманчивым. Причём, это впечатление Кастер стремился создать специально. Поэтому утверждать что-либо точно в его отношении Сёмин не решался. Поэтому на предложение Исполняющего Обязанности он ответил осторожно, как бы прощупывая зыбкую болотную почву: - Не думаю, что эта идея разумна … Но тот и не дал ему договорить: - Не перебивай! Бери немедленно наш самый быстроходный звездолёт и отправляйся в систему Эписилон Индейца. На Планете Четырёх Стихий тебе придётся найти человека, который смог бы обрушить на противника океан. И надо привезти его сюда. У тебя от силы две недели. Поэтому я и говорю о самом быстроходном корабле. - Честно говоря, звучит весьма фантастично. Вы уверены, что я справлюсь? И как же тогда операция на крепости «Кронштадт»? - Именно поэтому я могу обратиться лишь к тебе. И именно поэтому речь идёт о столь сжатых сроках. Я дам тебе личный код доступа. И об этой экспедиции знаем лишь ты да я. Сёмин нервно прикусил губу. Ему сейчас явно не улыбалось тащиться на планету с весьма недоброжелательным населением. И униженно просить их о помощи. Федерации, видите ли, срочно понадобились маги воды! И правда, если об этом кто узнает, то его запрут в Кащенко очень надолго. Но одно он знал точно. Если доктор просит, то дело стоит того. И если доктор сам уверен в успехе, то дело вдвойне стоит того. Сёмин кивнул: - Хорошо, я сделаю это лично для вас. - Не для меня, а для нас всех. Ступай, мальчик мой! Не будем терять ни минуты. Бери самый быстрый наш фрегат «Ласточка». Воспользуешься моим кодом доступа, и Диспетчерская Служба не будет задавать лишних вопросов. - Сказал Дуглас и передал подполковнику свою персональную карточку доступа. Сёмин приставил к козырьку, взял карточку и вышел. Затем директор вернулся в зал заседаний и с весёлым видом сообщил: «Господа и дамы! Уважаемые, думаю, нам стоит остановиться на варианте Её Высочества, с Египтом! И я даже знаю, как приманить их туда. Там у нас имеется капонирная батарея «Нил – 7УБ». Боюсь, им в этом конфликте предстоит стать застрельщиками. Так что пока так, господа генералы. Сами генералы попритихли. Они и сами знали, что их идеи страдают фатальными изъянами. Но чтобы остановиться на этой?! Только и.о. главкома Флотом решился задать вопрос: - А вы уверены, что мы сможем их там всех накрыть? - А придётся накрыть – Бодро ответил Дуглас. – Что ещё так придаёт уверенности, как не острейшая и безвыходная необходимость? - Хорошо, господин И.О., а как же космическая составляющая операции? - спросил его генерал Байрактар. - А космическая составляющая полностью находиться в ведении генерала Волошина. И к нашему заседанию я бы не стал относить этот вопрос. Он исключительно в ведении Флота и Системы Планетарной Обороны. Здесь мы обсуждаем только наши наземные планы. Я надеюсь, это все уяснили? За неименьем лучшего генералы поставили свои подписи под кратким коммюнике, которое затем спуститься на уровень ниже в группу оперативного планирования, где дадут ход колоссальной военной машине, где будет задано место и время действия каждому полку, да вплоть до роты. Но только доктор, который реально уже вёл себя не иначе как действующий президент, и что самое странное, генералы не пытались даже возражать, поставил условие быстроты. Быстрее всего в Египет могли прислать войска соседние с ним политии – Евросоюз, ЕАС, Афросоюз и Содружество Объёдинённых Арабских Республик. Правда, Африканцы едва ли могли выделить сколь-нибудь значимые силы, ибо их территория, по сути, представляла собой дикое поле, которое правительство очень слабо контролировало. Но и доктор, как видно, взвалил на свои плечи сверхтяжёлую задачу. Теперь он должен был участвовать в предвыборной гонке, держать лишь у себя в голове все детали предстоящей войны, полную картину. Генералы армий и офицеры Флота знали лишь то, что относилось непосредственно к их компетенции. А целостную картину держал у себя в голове лишь один человек. Это произошло, в том числе и благодаря неразумным действиям Говарда Маккуина. Так что теперь он следовал простой логике – нельзя полностью доверять кому бы то ни было, кроме себя. И для этого надо разложить все информационные яйца по разным корзинам так, чтоб они друг друга не знали. Да ещё и доктор не должен был забывать приглядывать за принцессой Народа Огня с Планеты Четырёх Стихий, которую всё ещё считал очень опасной и непредсказуемой. Теперь, когда все ушли, доктор остался в штабе в полном одиночестве. И, заложив руки за спину, он вглядывался в яркую голограмму родной планеты, которая вновь вылилась в объёмное изображение. И наблюдая эту искусственную «Землю», он негромко произнёс: - Ну что ж, господа инвесторы, милости просим! Мы всегда рады гостям. Только бы у ребят на станции всё получилось, вот тогда-то мы прижмём вас к ногтю.