10. Как Сара мирится с Лиззи
16 июля 2019 г., 09:58
Постепенно на город опускались сумерки. День подарков тоже подходил к концу, и потому Сара решила, что стоит навестить родственников. Может хоть где-то ей будут рады. Праздник ведь так и не состоялся, а очень хотелось.
Поездка на автобусе заняла совсем немного времени, и вскоре она очутилась у дверей дома тёти Шарли. Долго звонила, но оказалось, что мама и тётя не сидели дома, ожидая её. Почему-то эта мысль не пришла в голову раньше, и, скорчив досадливую гримасу, Сара отошла к перилам.
Телефон бы сейчас пригодился, но чего нет, того нет. Торопиться всё равно некуда. Опустившись вниз, Сара вновь накинула капюшон и опрокинула голову к небу, наблюдая за звёздами. Это здорово помогло скрасить ожидание, кажется, она даже успела задремать.
Во сне каменные статуи оживали и смотрели на неё укоряющим взором. Видно, им вовсе не понравилась история, в которой они застряли по воле автора. Сара вздрогнула, когда услышала чьи-то шаги, и так и не успела побеседовать со своими выдуманными героями. Грозными, надо признать, и настроенными весьма решительно.
— Ты что здесь делаешь? — спросила Шарлотта, оказавшись рядом.
Сара скинула капюшон и невинно улыбнулась.
— Вас жду, что же ещё?
Шарлотта покачала головой, а Рина состроила недоуменное лицо.
— Почему же у входа сидишь? У тебя ведь есть ключи.
Сара лишь пожала плечами.
— Я забыла. У меня телефон разбился.
Шарлотта поджала губы, а после взяла её за руку.
— Как всегда. Пойдём уже, здесь холодно.
Когда они оказались в доме, Сара поприветствовала всех животных и преподнесла угощение каждому. Теперь собачье печенье всегда валялось в кармане — взяла из зоомагазина лакомство для собак.
Рина с Шарли о чём-то переговаривались вполголоса, когда она зашла на кухню и вытащила из рюкзака коробку с вишневым пирогом.
— Он уже остыл, пока я вас ждала. Но я попробовала немножко.
— Хорошо. Сними ботинки, нечего грязь с улицы тащить. Я недавно мыла пол, — тут же отреагировала Шарлотта, поглядев на мокрые отпечатки на паркете.
— Просто забыла! Я только зашла и привезла вам пирог! Не начинай, пожалуйста! — вспыхнула Сара, взмахнув руками.
— Не много ли ты забываешь? — расставляя на столе кружки, качнула головой тётя.
Мать кивнула, переглянувшись с ней.
Сара как-то растерялась и опустила голову, расстроено прикусила губу. Ссориться совершенно не хотелось, но и рассказывать о том, что эти два дня выдались довольно паршивыми и мысли сейчас витали где-то далеко от обыденных дел, не было желания.
Она вздохнула и покивала.
— Я вам подарки купила, — чуть подумала и добавила: — Завтра рано вставать. Мне пора домой, — поругаться ещё и со своими родственниками никак не входило в список планов — для одного Рождества это уж слишком. К тому же, беседа не задавалась, и Сара немного растерялась.
Рина с сестрой вновь переглянулись.
— Что случилось? — задействовала свой мягкий тон мать.
Сара нахмурилась и отвела глаза.
— Ничего.
Шарлотта тоже смягчилась.
— Разувайся, мой руки, будем есть пирог.
То, что она бросила с горяча, не было правдой: уходить вовсе не хотелось. Сара покорно кивнула.
Остальная часть вечера прошла гладко. Оказалось, что Рина и Шарлотта ездили в гости к отцу, и тот вновь натянул свою учтивую маску: говорил, как ему не терпится повидаться с дочкой. Сара сцепила зубы и промолчала, просто равнодушно кивала, расчерчивая скатерть чайной ложкой.
— А как у тебя прошло Рождество? — с улыбкой поинтересовалась Шарли.
— Нормально, — всё, что она могла ответить.
— Я думала, вы приедете с Лиззи, — вставила Рина.
— М-м, она осталась ещё погостить у родственников, — в принципе это было правдой, если не копать глубоко.
В конце концов, все скользкие темы удалось обойти. После чая с пирогом они все вместе смотрели рождественскую комедию. Сара даже улыбнулась пару раз. От ночевки отказалась, предполагая, что если уж мать и сможет сдержать своё любопытство, то вот Шарли — вряд ли. Они и так уже что-то заподозрили: казаться весёлой, когда грустно, удавалось неважно.
Впрочем, домой её так и не отпустили: Шарлотта сказала, что нечего шляться по ночам, ведь у неё даже нет телефона, и они не смогут позвонить и убедиться, что всё в порядке. Сара поупрямилась немного, но в итоге сдалась. Может, её и считают недостаточно взрослой или… чёрт его знает что, но им, по крайней мере, не всё равно.
На следующий день, когда Шарлотта отправилась на встречу со своими подругами, мать потащила её в торговый центр за новым телефоном.
— Он не так уж и нужен, и у меня сейчас нет денег, — беспечно заявила Сара, когда они вышли из дома.
— Может быть, тебе и не нужен, зато нужен тем, кто хочет с тобой поговорить. Мне, например, — сообщила мать убедительным тоном. — Считай, что это подарок… дополнение к подарку, — добавила она.
— Как будет угодно, — равнодушно ответила Сара. — Я не могу долго с тобой торчать, у меня ещё есть дела и… когда ты вернешься домой?
— Я приеду вечером, — ответила мать.
После обеда Сара поняла, что тянуть дальше просто некуда. Может, Джулия и Лиззи звонили, да она так и не узнала об этом. В любом случае вести такую беседу по телефону не имело смысла. На самом деле Сара понятия не имела, что сказать, однако чувствовала и свою вину за весь этот «карнавал».
Джулии дома не оказалось, но Лиззи заверила, что она скоро придёт. Выглядела она усталой и раздражённой, разбирала пакеты с продуктами на кухне, и Сара принялась ей помогать. Молча. Кто-то должен был начать беседу. Наверное, ей этого не хотелось, а Сара решила, что ждать больше нечего.
— Ты сильно злишься? — осторожно начала она, закинув в морозилку упаковку с фруктовым мороженым.
— А ты сама как думаешь, интересно? — Лиззи повернулась к ней спиной, положила в кухонный шкаф печенье.
— По шкале от одного до десяти? — усмехнулась Сара.
Лиззи шутку не оценила.
— Все десять. Ты уехала, а я осталась разбираться с тем, что ты устроила! Папа в ярости, сказал, чтобы ты не появлялась на пороге его дома.
— Пф, не очень-то и хотелось!
— А тётя Китти все выходные наседала на меня со своими причитаниями и советами. Она даже сказала, что моя прошлая подруга, в сравнении с тобой, была неплохим человеком, и… — Лиззи махнула рукой, обернувшись. — Да и вообще она не в восторге от того, что ты перевернула стол. Неужели так сложно было вести себя нормально?! Я не просила многого, можно было просто не отвечать на папины выпады. Я же предупреждала, что он просто такой человек, — закончила свою тираду она.
Сара стояла, опустив голову, и кивала. Скривила губы и злобно фыркнула.
— О! Ты считаешь, что я во всём виновата! То есть, твой папаша просто такой человек? Он может меня оскорблять, а я должна молчать? Тебе не кажется, что это ни черта несправедливо?
— В чужом доме веди себя как гость. Слышала такое выражение? — Лиззи рассерженно покачала головой и скрестила руки на груди. На лбу её собрались гневные складки.
— Я недостаточно хороша, чтобы нравиться твоей семье или… тебе? Я предупреждала, что это паршивая идея, но ты меня не слушала! Ты сама виновата, — сделала вывод Сара.
— Вот как. Прекрасно! В том, что ты не умеешь вести себя в обществе, я точно не виновата! — воскликнула Лиззи.
— Может быть. Только ты знала об этом и всё равно заставила меня поехать. Я не хотела! Чёрт, да какого хрена, я вообще молчала до последнего и старалась быть нормальной. Всем плевать, — отвернувшись к окну, махнула рукой Сара.
Разговор оборвался на этой звонкой ноте, и обе они замолчали.
Сара, прислонилась лбом к стеклу, и прошептала:
— Я, правда, старалась, — но какая разница, ей ведь плевать.
— Что? — наверное, Лиззи не расслышала.
— Ничего! Я не хочу продолжать этот разговор, — обернувшись, воскликнула Сара.
— Думаю, моя доля вины в этом есть. Я представляла всё иначе. И тот священник ещё добавил масла в огонь. Он поддержал папу, — печально сообщила Лиззи, сбавив тон.
— Кто бы сомневался.
— Ты будто специально устроила это представление. Зачем? — Лиззи покачала головой. — Зачем ты делаешь всё, чтобы выставить себя в дурном свете? И меня, кстати, тоже. Я знаю, какая ты на самом деле, а они — нет, — теперь она казалась усталой и разочарованной, возможно.
Сара вздохнула и раздражённо скривила губы.
— Не смогла сдержаться.
Они вновь замолчали, но Лиззи сделала шаг навстречу.
— Я привезла конфеты. Мне… не нравится то, что вышло. Я не хотела портить Рождество тебе и… всем, — решилась Сара после секундного раздумья.
Лиззи взяла её за руки.
— Хорошо. Мне жаль, что всё вышло вот так. Я надеялась, что мы все будем терпимее к недостаткам друг друга. И я бы хотела, чтобы ты извинилась перед дядей Ронни и тётей Китти.
— Никогда.
Лиззи вздохнула.
— Папа сам виноват, но им ты действительно испортила праздник.
Сара смотрела на их сцепленные руки и молчала. Было и правда немного стыдно, но, тем не менее, извиняться перед какими-то посторонними людьми она точно не собиралась. Слова ничего не изменят, и их мнение о ней тем более не исправят.
— Что теперь? — спросила, когда пауза слишком уж затянулась.
— Ничего, будем жить дальше. Знакомство не задалось, извиняться ты не хочешь, выбор только один — оставить всё в прошлом, — спокойным тоном сообщила Лиззи.
Чай с «примирительными» конфетами окончательно сгладил размолвку. В воздухе всё ещё проскакивали искры, но гроза миновала. Иногда лучшим решением будет оставить всё как есть.
***
Новый Год, в отличие от Рождества, получился действительно тёплым и домашним. Сара позвала Лиззи и Джулию к себе, и они оказались втроём в её маленькой квартире, пили шампанское и смотрели салют, гуляли по ночным улицам, обменивались подарками и просто радовались тому, что прошёл ещё один год. Не все дни были неудачными — счастья он принёс намного больше. В первую неделю января с крыш ручейками стекал растаявший снег и проливался на землю ледяным дождём. В выходные похолодало, и лужи обратились осколками стекла. Раз уж папаша Джарвисов запретил появляться в его доме, Лиззи всё чаще оставалась у неё. Иногда на все выходные. Она больше не сердилась, наверное, решила оставить все неприятности в старом году. Может быть, её большая и шумная семья, члены которой вечно враждовали друг с другом, научила её примиряться с недостатками других. Расспрашивать было не в её привычках — Сара просто радовалась наступившему покою. Кстати говоря, теперь их жизнь стала совместной. Лиззи ненадолго переехала к ней. Сара не уговаривала долго, просто предложила однажды за вечерним фильмом. Немного волновалась, но Лиззи согласилась легко. Верно, настало, наконец, их время. Этот год начинался просто замечательно. У господина Жабкина появился новый хозяин и для него тоже настала новая жизнь. Сара надеялась, что он попал в хорошие руки. Решила навестить его, когда он немного освоится и привыкнет к своему хозяину. Вскоре в магазине появились и новые подопечные: забавные и смешные, неуклюжие и любопытные. Может, кому-то и не кажется серьёзной её работа, но Сара любила её от всей души. Это то, чем она действительно хотела заниматься. Теперь дома ждала лучшая подруга. Вечерами они делились событиями прошедшего дня, выбирались в кино или в парк. Сара была счастлива. Путь выдался долгим, невероятно, но тот момент, в котором они очутились сейчас, действительно стоил всех испытаний. Лиззи говорила: «То, что чего-либо стоит, даётся нелегко». И они обе этого заслужили. Гуляя субботним вечером по улице Лиззи выглядела задумчивой. Сара отметила это лишь мельком, взяла её за руку и предложила немного пройтись пешком. На улице было свежо и безветренно, и погода располагала к прогулкам. — Твоя мама не против, что я живу у вас? — спросила Лиззи, сжав её ладонь. — Не знаю. Мы пока ещё не говорили об этом, сложно сказать, — Сара не стала маскировать то, что думала на самом деле. Лиззи выглядела удивлённой. — Она у сестры часто гостит, — добавила Сара, чтобы как-то сгладить неловкий момент. — Ты не разговариваешь с ней? — догадалась Лиззи. — Нет. А разве должна? — это немного смущало, наверно, Лиззи теперь будет думать, что у неё с матерью плохие отношения, но это было не так. — Не должна, я спросила просто так, — пояснила Лиззи, когда они остановились неподалёку от закрытого продуктового магазина. Сара поспешила переменить тему, и оставшийся путь они разговаривали об отвлечённых вещах, а в метро и вовсе молчали, погрузившись в свои мысли. Никаких знаменательных событий в этом месяце больше не произошло, и вскоре Саре позабыла об этой странной беседе.
