Разрыв

Мария не спешила выходить из дома. На улице стоял адский холод, а дома было тепло, уютно… Ещё и вкуснейший чай. Была б её воля, он бы так и осталось сидеть в пледе и подтягивать чай, но, к великому сожалению, учёба не позволяла. Она, сквозь ненависть и отчаяние, вышла из дома. — Маш, привет. Ты сегодня свободна? «Только утро, а им уже что-то надо. Ладно, хоть друзья…» — Конечно. В чем дело? — Надо остаться после занятий, надо кое-что насчёт проекта обсудить. Маша была недовольна положением дел. Но она уже подписалась на это. На улице уже вечерело, а Маша только вышла из института. Они, вместе с Лерой, её подругой, уже привычно шли вместе домой — жили они на соседних улицах. -… Ну вот, мы и остались вдвоём, а он и говорит, мол «Ты когда хоть проснулась сегодня?», — заканчивал историю подруга, надрываясь от смеха. Маша пыталась отдышаться. Ей стало больно в животе от смеха. А смех её был воистину уникален — каждый, кто его слышал, начинал смеяться сам. «Эх. Завтра защита, а у нас ничего не готово… Надо было усерднее работать… Как я теперь всем в глаза смотреть буду… Они ведь меня вознинавидят…» Маша не могла заснуть всю ночь, из-за чего ругала себя ещё больше. В какой-то момент ей стало так плохо, что она сорвалась и заплакала. Опять… Она ведь обещала держаться… — И, в заключение нашего проекта, хотелось бы сказать… Вдруг Маша резко замолчала. В зале все внимательно слушали ее, но теперь в её горле встал ком, она не могла произнести не слова. — П-прошу прощения… Но она не могла вспомнить свои слова. И глаза так предательски не хотели смотреть в текст… Маша выбежала из зала, закрывая лицо руками. Из её глаз лились слезы. Она отдышалась, вытерла слезы и вернулась к подругам. Начиналось объявление результатов… Маша сидела в ступоре и пялилась на стену. Они ничего не заработали. Даже призового места. «Они… Они просто меня теперь ненавидят. Они меня растерзают. Но я себя первее…» Она медленно подошла к окну, чтоб пустить в комнату свежий воздух. Но она смогла лишь зависнуть перед видом улицы. Прямо на дороге стояла высокая тёмная фигура в плаще. Маша быстро отбежала от окна и забилась в угол комнаты. «Это просто человек… Просто человек…» Тук… Тук… Тук… В окно постучали. Машу сковала панику. Она жила на третьем этаже… Этого не может быть… Стук повторился. И снова. И снова… Маша сидела в ступоре, не в силах сделать движения. Но стук только нарастал. Через пару минут стук прекратился. Маша поднялась на ватных ногах и, пересилив себя, посмотрела в окно. Но на улице было все спокойно. Входная дверь хлопнула «Родители на работе, ключи только у них… Но я ведь закрыла дверь» — Мам?.. В дверь комнаты постучали. И снова. И снова. Спустя час Маша смогла подняться. Стук давно стих. … — А потом оно ушло. Мам, мне очень страшно, пожалуйста… — Ага, а дальше что? — мама увлечённо слушала Машу. — Ч-что?.. — Ахаха, вот это да! — искренне рассмеялась мама — Мама?.. Что с тобой?.. — из глаз Маши потекли слезы. — Ахаха, твой смех. Он. Всегда такой… Хахаха… Заразительный. — надрывалась мама. Маша схватилась с платье матери, пытаясь её вообразумить. Но та лишь смеялась. Маша в панике убежала в комнату, не понимая, что происходит… — Ало, Лер, это ты? — Да, подруга. — Ты меня понимаешь? — Конечно, что с тобой? — Я не знаю… Меня преследует какое существо… Мама меня не понимает… — А он что? Маша бросила трубку. … — Маш, бегом на учёбу, опоздаешь ведь! — Мам, я не пойду… Я боюсь… — Вот и молодец, одевайся и беги. — Мам… Услышь меня… — Да, конечно, можешь остаться у подруг, но чтоб в 10 была дома… — Я… Люблю тебя… — Я тоже люблю тебя. А теперь беги. Маша ступила за порог лестничной клетки. С крыши соседнего двора на неё смотрела огромная тёмная фигура. Она стояла за зданием, и была вышего него. Оно хваталось за него своими тонкими бедными руками. Голова была похожа на олений череп с рогами. На месте глаз было две маленьких точки, внимательно следящие за Машей. Она медленно шла по улице. Холодный ветер подталкивал её в сторону института. Существо ступало за Машей. — Маш, привет! — Девочки, спасите, оно за мной следует… — Да, конечно, дадим тебе тетрадь. С тебя конфетка. — с улыбкой отвечали девочки. Маша сорвалась на бег. Она не оглядывалась и бежала. Скоро она выбежала в лес. Ноги проваливались под снег. Дыхание сбивалось. Но она не останавливались. Она чуствовала за спиной дыхание. Она цеплялась лицом за ветки, больно разрезавшие её кожу. Она упала на снег, но поднялась и побежала дальше. Тут боль дошла до мозга. Рука беспомощно болталась сзади, изгибясь в нескольких местах. Из локтя торчала сломанная кость. Но Маша бежала. Она выбежала на открытую поляну и упала без сил в центре. Вокруг неё начали собираться олени. Их зубы и рога были покрыты кровью, а глаза горели тёмным пламенем. Они медленно окружали истекающую кровью девушку. Она попыталась подняться, но лишь снова упала на землю лицом в низ. В её глаз воткнулся огромный сук. Маша перевалилась на спину, пытаясь оглядеться. Вязкая жидкость текла из глаза, проникая под одежду, разливаясь по коже. В этот момент она заметила лишь летящее за ней, уже человеческого размера, существо. Оно медленно подлетело к девушке и осмотрело его. — Кричи, — прохрипел повелитель. — ЛЕРА! МАМА! КТО-НИБУДЬ! Из леса вышла Лера. Она оглядела подругу, достала телефон и сделала пару снимков, после чего развернулась, уткнувшись в экран, и ушла прочь. — Молодец… — улыбнулся повелитель. У него не было зубов. Вместо них из дёсен торчали шурупы и гвозди, радостно крутящиеся и прыгающие в пасти чудища. Маша медленно закрыла оставшийся глаз, а ожидании смерти. Она почувствовала, как в её живот очень плавно входили гвозди и шурупы, разрывая плоть. Первый кусок, второй, третий…