Узы

Он вскочил и сразу же рухнул обратно на жесткую лежанку. — С-сука… — буркнул он, хватаясь за голову — чужие эмоции все ещё набатом били по пустым стенкам черепа. — Ты метался как зверь в тисках. Я испугался, — прошелестело где-то сверху. Превозмогая боль, Геральт поднял голову — прямо над ним стоял, склонившись, Регис, и внимательно смотрел в лицо. Эмоции Детлаффа, серые, но не блеклые от этого, начинали притупляться. — Вы, вампиры, все такие…эмоциональные? — буркнул он, ощущая, как чужое беспокойство будто бы покалывает его висок. Регис опустился рядом. — Вижу, раз ты в настроении шутить, то все в порядке, — он откинулся на стенку, позволяя себе чуть расслабиться. Геральт, скользнув по нему взглядом, заметил, как дрожь все ещё продолжает сотрясать его. — В некоторой степени да. Спектр наших эмоций схож с вашим, но чувствуем мы острее. Поэтому, — чуть заметно усмехнулся он, — поэтому с животными нас любят сравнивать сильнее, чем с людьми. — Не говори ерунды, — отмахнулся Геральт, расправляя затёкшие ноги и морщась — неожиданно заболело колено, которым он, судя по всему, впечатался в стену, пока метался в чужих воспоминаниях. — Я бы никогда не назвал тебя животным. — Я знаю, Геральт, — сказал Регис чуть потеплевшим тоном и повернул голову. — Но об этом мы поговорим в другой раз, друг мой. А сейчас посмотрим, что удалось тебе узнать. *** — Застонал, говоришь? — хохотнул Лютик. В Новиграде многое изменилось: исчезли костры, безумные фанатики — Нильфгаард не верил ни в богов, ни во всемогущество чародеев, ведь какая от них проблема, если все они теперь на коротком позолоченном поводке императора? Цири фыркнула — ей все ещё с трудом представлялось, как Геральт стонет под вампиром. Многое изменилось, но не Лютик со своим кабаре и не Золтан, успевший на место совы-Филиппы водрузить новую чудовищно-странную птицу. — К-ккккккрва мать! — заголосила пернатая противным скрипучим голосом, очень уж похожим на говор краснолюда. Золтан одобрительно погладил ее по внушительному клюву. — Быстро, курва, учится! Эх, как Фельдмаршал Дуб… Цири фыркнула. — Так что там Геральт, говоришь? — краснолюд, кинув птице сухарь, грузно плюхнулся на третий стул. — Нет, воистину — чудо, что жив наш Регис, но…эээ… — В здравии ли душевном и умственном? — фыркнул Лютик. Цири смерила поэта недовольным взглядом и покачала головой. — Он… просто укусил его, даже крови его не выпил. Краснолюд задумчиво посмотрел в кружку, полную эля. — Возможно, он все же вспомнил о том, что Геральт — друг, а не кормежка, — пожал плечами он и отхлебнул из неё. — А возможно, это была наглядная демонстрация лекции об оральном акте на новый лад, — ехидно обронил Лютик. Кусок хлеба выскользнул из рук Цири прямо на пол. Золтан захрипел, подавившись элем. — Ты что это, блять, Лютик, городишь? — Золтан, силясь откашляться, не говорил, а выплевывал слова. — А то, — гордо возвестил поэт, — что Регис-то наш нам читает лекции о сдержанности и цивилизованности, а сам лижется с ведьмаками по подземельям! Оные ведьмаки, судя по всему, разочаровавшись в чародейках, ничего против-то не имеют! — Лютик! — возмущённо вскрикнула Цири, тыкая в поэта вилкой. — Ты чего несёшь! Лютик недовольно цокнул языком. — Кажется мне, Цири, что не крови наш Регис хотел, совсем не крови. *** Этой ночью сна снова не было — Сила опять забросила её в чужую реальность. Цири осмотрелась — опять подземелье, но проходы узкие, со странными нишами. Грот? Усыпальня? Склеп? Впереди чуть дребезжал слабый свет, на который она пошла, совершенно не спеша — тихое и спокойное, это место совершенно не походило на прошлую пещеру. — Все так плохо? — слышит она. Геральт. Это точно он. — Ох, к сожалению… ты все ещё слишком хорошо пахнешь… Поэтому лучше тебе уйти, пока я не приду в адекватное состояние… — Я же теперь твоя стая, — насмешливо. — Сомневаюсь, что твоя жажда переселит это. Тихое шебуршание. — Геральт. — М? — Мы теряем время. Я безумно благодарен, однако… — Раз благодарен, так выполни мою просьбу — заткнись. — Но… — Ты сам сказал мне, что мое присутствие облегчает, — пауза, а затем тихо и серьёзно. — Тем более, я все ещё чувствую то, что в тебе происходит. Молчание. — Отдыхай. Я побуду здесь. Цири вышла на освещённый клочок склепа, обжитый, судя по всему, самим Регисом. Мужчины оказались в углу на лежанке: Геральт опирался спиной на стенку, смотря куда-то в сторону полок с книгами, а Регис лежал между ним и стеной, уткнувшись лицом в сгиб локтя и тяжело дыша. Рука ведьмака стискивала его плечо. — Во что же ты опять ввязался? — тихо прошептала Цири, опускаясь перед ними на корточки. Жёлтые, горящие во тьме янтарным светом глаза, скользившие по книгам, вдруг уткнулись прямо в неё. Цири вздрогнула…и проснулась. *** — Ловко вы с ними разделались! — щебетал мальчишка, пока его хитрые светлые глазёнки быстро обегали двух мужчин. Регис усмехнулся и, снова отойдя в тень, оперся о стенку. Мужики, которых уводила стража, боязненно оглядывались на них: Геральт в пылу «битвы» едва не пропустил мощный тычок в лицо, который, казалось бы, встанет в один только синяк, но нет же — Регис, стоявший до этого в тени и ухмыляющийся, вдруг слишком быстро оказался прямо перед ведьмаком и, перехватив руку громилы, оттолкнул его с такой силой, коя человеку обычно не свойственна. Наблюдавшие за потасовкой отшатнулись. — Развелось мутантов… — боязливо озираясь, буркнула проходящая мимо бабка, а идущая рядом женщина, укутанная в плащ, усмехнулась, и ведьмак мог поклясться, что на свету вдруг блеснули острые, слишком острые для человека белые зубы. Геральт попытался поймать взгляд вампира, но тот смотрел куда-то в небо, всем своим видом выражая безмятежность и меланхолию. — Надо нам найти одного человека… — Сейчас-сейчас! — заголосил мальчик. — До разговоров милости прошу на креслице! Геральт окинул сомнительным взглядом свои высокие чёрные сапоги, чуть ли не сверкающие на солнце. Потом снова посмотрел на бледного Региса, подпирающего стенку, и ухмыльнулся. — Ну-ка, иди сюда, — позвал его ведьмак. Регис вопросительно выгнул бровь, но все же дал усадить себя в кресло. Вампир был прав: эмоции, столь яркие после укуса, притуплялись, но не исчезали до конца — поэтому Геральт почувствовал, как расслабился Регис, опустившись в деревянное кресло. Силы его возвращались, но не столь быстро и стремительно, как Геральту бы хотелось. — Стареешь, — едва слышно фыркнул ведьмак и, дабы не допустить потока излияний, уже готовящихся сорваться с острого регисова языка, сразу перешёл к расспросам о Детлаффе. Чистильщик, хлопая глазами, являл собой зрелище полной невинности и чистоты помыслов и разума. «Маленький засранец», — восхищенно подумал Геральт, выторговывая сумму чуть меньшую, чем ту, что предложил малец за свои услуги. Таки пятьсот крон на дороге не валяются — это, как минимум, один заказ на страховидло почище бестии Боклера. Регис, оставив своё невмешательство, предложил существенно скинуть сумму, прилагая к сделке бутылочку странной субстанции. — А вы ничего ему плохого не сделаете? — подозрительно прищурившись, спросил чистильщик. Клятвенно заверив мальчика, что волос с головы доброго господина не упадёт, они, распрощавшись, двинулись к сторону порта. — Ничего не хочешь мне сказать? — начал Геральт, следуя за Регисом. — М? — Регис, не сбавляя темпа, чуть повернул голову. Ведьмак прибавил шагу и поравнялся с ним. — Ты зачем в драку полез? — фыркнул он. Регис, не поворачиваясь, слабо усмехнулся, не разжимая губ. — Тебя это огорчило? — Не это, — Геральт схватил чужое плечо, заставляя его хозяина повернуться, — а то, что посреди дня болезный до серости господин демонстрирует людям чудеса непревзойдённой силы. О чем ты думал? — По правде говоря, друг мой, — совершенно ни о чем, как странно бы это ни звучало. Геральт прищурился. — Регис… — Ладно-ладно! — отмахнутся вампир. — Было глупо, не спорю, ты и сам прекрасно справлялся. Но инстинктам, к сожалению, чужд здравый смысл. По правде говоря… — тут он вдруг запнулся и опустил голову. Геральт почувствовал, как нечто странное словно бы пронзило Региса — он будто бы что-то резко осознал, что-то очень важное. — Регис? — позвал ведьмак. — Кхм, да… И правда глупо вышло, — пробормотал вампир и отвернулся, продолжая путь. — Но как же… — начал Геральт, планируя продолжить расспросы, но запнулся — Регис вдруг оказался рядом, слишком, слишком близко. — Я объясню, — мягко пообещал он, кладя когтистую ладонь ведьмаку на плечо. — Но не сейчас, позже. Здесь… не ограничиться одной фразой. — Ловлю на слове, — неодобрительно проворчал ведьмак. *** Перспектива посетить очередной банкет вызывала у него неподдельное отвращение. Бархатный костюм, хоть и, слава всем богам, чёрный, тоже не давал повода для излияния бурного восторга. Вообще весь этот день, проведённый в бегах по туссентским винодельням, а также полнящийся не менее неприятными неожиданностями вечер — все это навалилось на него горой усталости и раздражения. На сегодня, казалось, лимит контактирования с нежелательными персонами уже исчерпал себя, но не тут-то было: Ориана, отошедшая пару минут назад, возвращалась, ведя за собой Региса и, к ужасу ведьмака, Детлаффа. — Регис! Какой приятный сюрприз! — защебетала княгиня, пока Геральт пытался решить, кого именно надо наградить уничтожающим взглядом: потенциального убийцу или того, кто этого убийцу сюда притащил. Очевидно, Регис почувствовал, как ведьмак разрывается от дилеммы — вампир вперился антрацитовым взглядом в Геральта. Волнение. Сосредоточенность. Веришь мне? Геральт фыркнул, переводя взгляд на Детлаффа. — Похоже, вы двое — близкие друзья, — с долей холодного интереса вставила Ориана. — Мало на кого я могу положиться так, как на Региса, — осклабился ведьмак, наблюдая, как теплеют глаза вампира. Верю. — Интересно… — Ориана вдруг чуть заметно подалась вперёд, едва слышно втягивая воздух. На лицо ее, каменно-спокойное, вдруг легла тень неподдельного удивления. — Даже так… Признаться, ваши… отношения удивительны. Я не совру, если скажу, что восхищена. Краем глаза ведьмак заметил, как сжались бледные регисовы кисти на ремне торбы. — Чем же, Ориана? — прощебетала Аннариетта, изящно взмахивая пальчиками. — Тем, как иногда гармонируют меж собой полные противоположности. Как… дополняют друг-друга, — с едва заметно ухмылкой произнесла она, не сводя взгляда с Геральта. Детлафф, проходивший в этот момент мимо, тоже едва заметно принюхался, но никаких чувств не выказал — все с тем же жестким, ничего не выражающим лицом он опустился на стул прямо напротив ведьмака. Геральт подавил смутное желание оскалиться — ситуация его порядком нервировала. *** Она бежала по темным коридорам, как неожиданно ее будто бы вытолкнуло оттуда невидимой силой наружу. Стоило вернуться Присцилле, как Лютик прекратил строить свои безумные идеи того, что бы значил этот укус, не дававший им покоя уже как несколько часов кряду. За разговорами об одном, они совершенно позабыли о другом — выяснить местоположение Геральта и срочно туда отбыть. А посему Цири, уставшая и злая, завалилась спать, всем сердцем надеясь на крепкий сон, чему, соответсвенно, не суждено было сбыться. Сила закинула ее на открытую террасу какого-то поместья, прямо на поздние «посиделки». — Чудесно, Детлафф! Я рада, что вы напомнили мне об этом! — чуть подвыпившая дама приятно улыбнулась сидевшему напротив мужчине. Цири фыркнула — от хлопанья ресниц этой леди мужчины бы как минимум укладывались штабелям в ее ногах, а загадочный хмурый господин не только не поменял своего выражения лица — он и бровью не повёл. — А вот и вы! — чуть ухмыльнулась вторая женщина, смотрящая Цири куда-то за спину. Она обернулась и снова фыркнула: Геральт и Регис шли прямо неё. — Интересно, вы вообще расстаётесь? — буркнула она, наблюдая, как витиевато Регис раздаёт комплименты дамам. Светловолосая женщина, с сожалением вздыхая, вдруг встала и, распрощавшись со всеми, попросила Геральта проводить ее во дворец, на что тот кивнул. Стоило даме развернуться, как ведьмак сжал локоть вампира, притягивая его ближе. — Надеюсь, вы с Детлаффом через час-два составите мне компанию в Корво-Бьянко, — тут Регис хотел что-то возразить, но Геральт сильнее сжал его руку. — Клянусь, волос с его головы не упадёт. Вампир смотрит на него темным нечитаемым взглядом, но по тому, как меняется лицо Геральта, Цири кажется, что он как раз все понимает. — Раз тебе угодно. Геральт с княгиней уходят и будто бы растворяются во тьме, исчезают из ее сна. — Регис, Регис, — слышит Цири насмешливый тон рыжеволосой леди. — А мне казалось, ты оставил в прошлом свою бурную молодость, а вместе с ней и безрассудство. Они снова усаживаются за стол, Детлафф разливает вино. — Поверить не могу, — продолжает она. — Ведьмак и вампир. Словно сказка о чудовище и красавице. — И кто же, — вежливо интересуется Регис, — кто же из нас чудовище? — А это, друг мой, с чьей стороны смотреть, — Ориана салютирует ему кубком. И тут Цири просыпается. В окне — полная луна. Значит, есть ещё время. Она хватает ближайший пергамент, чернила, быстро пишет письмо, которое оставит Лютику под дверью. Корво-Бьянко. Теперь она знает, куда ей нужно.