Тетралогия: Инь против Ян

      Сакура вернулась в комнату почти бегом. Дверь за спиной едва успела закрыться, как она уже поставила сумку на стол. Пять минут. Всего пять минут. Она быстро убрала несколько свитков в дорожную сумку, проверила бинты, запас лекарств, хирургические инструменты. Пальцы двигались почти автоматически. За годы все годы после становления ирьёнином подобные сборы давно стали привычкой. Только сейчас времени было значительно меньше обычного.       Застегнув последний ремень, Сакура на мгновение замерла. Ее взгляд случайно упал на небольшой блокнот, лежавший на краю стола. Она осторожно коснулась потертой обложки. Потом медленно убрала руку. Нет. Сегодня он останется здесь.       Сакура глубоко вдохнула, перекинула сумку через плечо и почти сразу вышла обратно во двор.       Отряд уже был построен. Никто не разговаривал. Несколько десятков шиноби стояли совершенно спокойно, словно могли ждать так часами. Кто-то в последний раз проверял крепления доспехов. Кто-то поправлял ножны меча. Один из разведчиков бесшумно вернулся из-за ворот, коротко кивнул Изуне и сразу занял свое место в строю. Все происходило настолько слаженно, что Сакуре вдруг показалось, будто она случайно оказалась внутри давно работающего механизма.       Изуна поднял голову, увидел ее и едва заметно улыбнулся. Совсем коротко. Потом перевел взгляд на сумку у нее на плече и удовлетворенно кивнул. Никаких слов. Будто они уже обо всем договорились.       Сакура молча заняла свое место в отряде. Через несколько секунд из дома вышел Мадара. Он окинул строй одним взглядом. Задержался лишь на мгновение на Сакуре, после чего беззвучно кивнул брату.       Тяжелые ворота медленно распахнулись, и отряд один за другим растворился в предрассветном лесу.       Лес встретил их прохладой. Стоило пройти всего несколько сотен метров, как шум деревни окончательно растворился за спиной. Остались только шелест листвы, негромкий скрип ветвей под порывами ветра и редкие крики просыпающихся птиц.       Сакура почти сразу заметила, что строй начал меняться. Трое разведчиков бесшумно отделились от основной группы и исчезли между деревьями. Через несколько минут вперед ушли еще двое. Потом кто-то появился справа. Короткий жест рукой, и снова исчез. Ни одного лишнего слова.       Она машинально попыталась проследить за одним из шиноби взглядом. Безуспешно. Через несколько секунд он словно растворился среди деревьев. «Вот почему их считают лучшими…»       Еще несколько месяцев назад подобное показалось бы ей невероятным. Теперь же она начинала понимать. Разведчик был не просто быстрым, он умел двигаться так, что лес принимал его за своего.       Сакура перевела взгляд на Изуну. Он шел впереди, немного левее центра строя. Со стороны казалось, будто он вообще не делает ничего особенного. Не отдавал приказов, не оборачивался, не проверял людей. Но стоило одному из разведчиков появиться неподалеку, как Изуна едва заметно кивал.       Иногда менял направление движения буквально на несколько градусов. Иногда слегка поднимал руку, и весь отряд одновременно перестраивался. Так спокойно и естественно, словно десятки людей думали одной головой.       Она невольно вспомнила прошлую ночь, карту, линии, флажки. Тогда все казалось условностями. Теперь же эти линии оживали прямо у нее на глазах. Она вдруг поняла, что Мадара вовсе не учил ее рисовать стрелки на бумаге. Он учил видеть.       В какой-то момент Изуна неожиданно поднял руку. Отряд остановился мгновенно. Настолько резко, что Сакура даже не сразу поняла, что произошло. Один из разведчиков бесшумно появился перед командиром. Несколько слов. Совсем тихо. Она не расслышала ни одного. Изуна кивнул. После этого вся группа почти одновременно свернула вправо. Никто не спросил почему, никто не уточнил маршрут.       Лишь теперь Сакура окончательно осознала, насколько отличается настоящее подразделение от всего, что она привыкла видеть в Конохе своего времени. Там большинство миссий выполняли небольшие команды, здесь же двигался целый отряд. И при этом каждый человек прекрасно понимал свое место. Без объяснений, без приказов, без суеты.       Она снова посмотрела на Изуну. В госпитале, на прогулках и во время разговоров он казался спокойным, иногда даже немного беспечным. Но сейчас… Сейчас она впервые видела, каким он становится, когда берет ответственность за чужие жизни.       И неожиданно поймала себя на мысли, что начинает понимать, почему люди идут за ним без колебаний. Не потому, что он наследник Учиха, не потому, что брат Мадары, а потому, что рядом с ним было удивительно спокойно. Даже здесь. В лесу на пути к неизвестному.       Чем глубже они уходили в лес, тем тише становилось вокруг. Сначала Сакура не придала этому значения. Птицы часто замолкали, когда рядом проходили люди. Но спустя несколько минут она вдруг поймала себя на мысли, что не слышит вообще ничего. Ни шелеста крыльев, ни стрекота насекомых. Даже ветер будто стих. Она невольно подняла голову.       Лес выглядел совершенно обычным. Те же высокие сосны, та же густая листва, те же длинные полосы солнечного света, пробивавшиеся сквозь кроны. И все же что-то было не так.       Она еще не успела понять что именно, когда заметила, как один за другим начали возвращаться разведчики. На этот раз никто не исчезал дальше. Наоборот. Все постепенно собирались ближе к основному отряду.       Сакура посмотрела на Изуну. Его лицо почти не изменилось, только взгляд стал внимательнее. Он уже не смотрел вперед. Теперь он постоянно переводил глаза с деревьев на землю, с земли — на возвращавшихся разведчиков. Еще через несколько минут он едва заметно поднял руку.       Отряд остановился. Никто не произнес ни слова. Даже доспехи перестали звенеть. Один из разведчиков бесшумно подошел к Изуне и опустился рядом на одно колено. Несколько коротких фраз и Изуна молча кивнул. Потом сам сделал несколько шагов вперед. Сакура не удержалась и тоже подошла ближе.       Перед ними проходила почти незаметная тропа. Вернее когда-то она была тропой, теперь земля была изрыта десятками следов. Глубокие отпечатки обуви, сломанные ветки, следы волочения. И кровь. Совсем немного. Несколько темных капель на корнях дерева, еще несколько на камнях. Слишком мало.       Сакура машинально присела рядом. Кровь уже успела потемнеть. Она осторожно коснулась пальцами земли. Холодная. Подсохшая. Несколько часов, не больше. Значит, они опоздали совсем ненадолго.       Она медленно поднялась. В этот момент взгляд случайно зацепился за одну из сосен. Кора была рассечена почти ровной вертикальной полосой. Слишком ровной. Еще одна отметина находилась чуть дальше. Потом еще.       Она сделала несколько шагов, внимательно рассматривая деревья. Что-то снова не складывалось. Если здесь действительно произошел бой, то почему следы оружия находились так высоко? Почему почти все зарубки были направлены одинаково? И почему кровь оказалась только в одном месте?       Сакура медленно огляделась. Земля выглядела так, словно здесь дрались не меньше десятка человек. Но следов крови почти не было. «Нет…»       Она нахмурилась. «Что-то не так.»       Ее взгляд снова пробежал по поляне теперь уже совсем иначе. Не как у медика, а так, как несколько вечеров подряд учил ее Мадара. Она больше не смотрела на отдельные следы, она пыталась увидеть всю картину целиком. И чем дольше смотрела, тем сильнее ощущала странное беспокойство. Слишком аккуратно. Слишком показательно. Будто кто-то очень старательно хотел, чтобы именно так все и выглядело.       Именно в этот момент Изуна тихо произнес: — Нашли еще одного.       Сакура резко обернулась. Двое шиноби уже несли к ним человека. Он был еще жив, но едва дышал. И она сорвалась с места раньше, чем успела хоть о чем-то подумать.       Сакура опустилась на колени рядом с раненым еще до того, как его успели аккуратно положить на землю. Одного взгляда оказалось достаточно. Она уже знала. Ранение было слишком тяжелым. Глубокая рана под ребрами, большая кровопотеря. Чакра ощущалась едва заметно, словно угасающий огонек. — Воды.       Кто-то сразу протянул флягу. Сакура быстро смочила ткань и осторожно очистила лицо мужчины от засохшей крови. Совсем молодой, едва ли старше двадцати пяти. На повязке темнел знакомый символ Учиха.       Она положила ладонь ему на грудь. Зеленое свечение мягко осветило пальцы. Чакра послушно потекла в рану. Поврежденные ткани начали медленно затягиваться.       Слишком поздно. Слишком много времени прошло. Она чувствовала, как жизнь буквально ускользает сквозь пальцы и ничего не могла с этим сделать. «Еще немного… Давай… Хотя бы несколько минут…»       Мужчина едва заметно вздрогнул. Ресницы дрогнули, и он открыл глаза. Несколько секунд взгляд оставался совершенно пустым. Потом медленно сфокусировался. Сначала на Сакуре, потом на Изуне. Губы дрогнули. Он попытался что-то сказать. Получился только сиплый выдох. Сакура чуть наклонилась ближе. — Не торопись. Он снова попытался вдохнуть. Кровь выступила в уголке губ. — Сен…       Еле слышно. Она замерла. Мужчина сделал еще одну попытку. — Сен…       Последний звук растворился в тяжелом хрипе. Тело неожиданно расслабилось. Пальцы, до этого судорожно цеплявшиеся за рукав Сакуры, медленно разжались. Зеленое свечение на ее ладони продолжало гореть еще несколько секунд, хотя она уже понимала. Поздно.       Очень медленно Сакура убрала руку. Наступила тишина. Никто ничего не сказал. Даже лес вокруг будто продолжал молчать вместе с ними.       Она медленно закрыла погибшему глаза. Только теперь заметила, что все это время задерживала дыхание. Воздух вырвался сам собой. Тихо. Почти незаметно.       Изуна подошел ближе. Посмотрел на лицо разведчика, потом перевел взгляд на Сакуру. Он не спросил, можно ли было его спасти. Не спросил, почему не получилось. По ее лицу он и так понял ответ.       Несколько секунд он просто стоял молча. Потом опустился рядом. Очень аккуратно снял с погибшего хитайате с символом Учиха. Бережно сложил его и только после этого негромко произнес: — Заберем его домой.       Сакура опустила голову. И именно в этот момент одна мысль ударила ее особенно больно. «Я ведь обещала себе, что больше не позволю никому умереть…»       Она смотрела на свои руки. Те самые руки, которыми еще буквально вчера удержала многотонную балку, которыми десятки раз останавливала смерть, которыми однажды уже спасла Изуну. А сейчас они снова оказались бессильны. Это ощущение оказалось почти таким же тяжелым, как тогда, когда она впервые потеряла пациента еще в своем времени.       Несколько секунд никто не двигался. Потом Изуна медленно поднялся. Его голос прозвучал спокойно. Слишком спокойно. — Осмотреть все вокруг. Без спешки. Не пропустить ничего.       Отряд почти сразу разошелся по поляне. Одни начали внимательно изучать землю, другие — деревья. Разведчики бесшумно исчезли между стволами. Сакура осталась стоять на месте. Она все еще смотрела на погибшего шиноби, но постепенно мысли начали возвращаться к тому, что она заметила раньше. Она снова огляделась. Поломанные ветви, следы обуви, засечки на стволах, кровь. Но что-то все еще продолжало цеплять взгляд.       Сакура медленно подошла к ближайшему дереву. Кора была рассечена одним очень чистым ударом. Она осторожно провела пальцами по краю зарубки. Свежая, не больше нескольких часов. Потом подошла ко второй, к третьей. Одинаковая глубина, одинаковый угол. Она нахмурилась. Нет, так не бывает. Во время настоящего боя никто не наносит настолько одинаковые удары.       Она сделала еще несколько шагов, теперь уже специально рассматривая не сами повреждения, а их расположение. И вдруг остановилась. Все зарубки находились с одной стороны. Будто кто-то двигался по прямой. Не сражаясь. а просто оставляя следы. Сакура медленно обернулась. Теперь она увидела это целиком. Засечки складывались почти в идеальную линию. Слишком правильную, слишком… Удобную.       Она опустилась на корточки. Земля под ногами выглядела еще более странно. Следов было действительно много. Но если присмотреться часть отпечатков буквально накладывалась друг на друга. Одни и те же подошвы, один и тот же рисунок. Снова и снова. Словно кто-то специально несколько раз прошел по одному месту. «Хотели создать впечатление, что людей было больше.»       Сакура медленно поднялась. В голове неожиданно всплыли слова Мадары: «На карту нельзя смотреть глазами врача, ты должна увидеть человека, который ее рисовал». Она закрыла глаза всего на секунду и попыталась представить. Если бы она сама захотела обмануть тех, кто придет после, что бы она сделала? Добавила бы следов, изобразила бы длинный бой, оставила бы кровь, сломала несколько деревьев. Сделала бы все, чтобы никто даже не подумал искать что-то еще. Она резко открыла глаза. — Изуна.       Он сразу подошел. — Что?       Сакура некоторое время молчала. Она еще не была уверена, но чувство становилось все сильнее. — Мне кажется… — она медленно обвела взглядом поляну, — здесь произошло совсем не то, что нам пытаются показать.       Изуна ничего не ответил, лишь еще раз внимательно посмотрел вокруг. Теперь уже совсем другими глазами. Потом тихо сказал: — Покажи.       Сакура подошла к первому дереву. — Видишь? Если бы бой шел здесь, удары были бы разными. Высота тоже. А здесь…       Она указала на следующую зарубку, потом еще на одну. — Слишком одинаково, слишком аккуратно.       Изуна молча прошел вдоль всей линии. Остановился, прищурился. Теперь он тоже увидел — засечки действительно были почти одинаковыми. Он опустился рядом с одним из следов. Несколько секунд внимательно рассматривал землю. Потом неожиданно провел ладонью по отпечатку обуви. Нахмурился. — Здесь проходили несколько раз.       Сакура посмотрела на него. Он пришел к тому же выводу. И почему-то именно это окончательно убедило ее, что она не ошиблась. Кто-то очень хотел, чтобы они увидели именно эту картину.       Изуна еще раз медленно оглядел поляну. Теперь он уже не искал следы боя. Он искал ошибки. Те самые мелочи, которые всегда остаются, если человек слишком старательно пытается что-то скрыть. Несколько минут он молчал, потом неожиданно повернулся к одному из разведчиков. — Проверьте периметр. Шире. Не здесь, дальше.       Тот коротко кивнул и почти сразу исчез между деревьями. Сакура вопросительно посмотрела на Изуну. Он тихо ответил: — Если место подготовили, настоящие следы должны быть за его пределами.       Она невольно улыбнулась. Совсем немного.       Прошло около четверти часа. Лес снова погрузился в молчание. Сакура успела помочь двум бойцам аккуратно перенести тело погибшего разведчика в тень деревьев, чтобы позже забрать его домой. Потом снова поднялась. Ожидание всегда давалось ей тяжелее любого действия. Именно поэтому сейчас каждая минута тянулась непривычно долго. Наконец где-то слева мелькнула знакомая фигура. Разведчик возвращался быстро. Но… Не бежал. Это Сакура заметила сразу. Значит, опасности поблизости нет.       Когда он подошел ближе, она увидела выражение его лица. Спокойным оно уже не было. Он остановился перед Изуной. — Нашли.       Всего одно слово, но его оказалось достаточно. — Показывай.       На этот раз основной отряд не двинулся следом. Изуна оставил большую часть людей охранять место, с собой он взял лишь нескольких разведчиков. А потом неожиданно посмотрел на Сакуру. — Идешь.       Она молча кивнула.       Через несколько минут они уже пробирались сквозь густые заросли. Теперь лес выглядел совсем иначе. Не было больше удобной тропы, приходилось буквально переступать через поваленные деревья и густой кустарник. Сакура почти сразу поняла — именно сюда никто специально не стал бы заводить следствие. Слишком неудобно.       Разведчик остановился возле небольшого оврага и молча указал вниз. Сакура сделала шаг вперед. Сначала ей показалось, что там просто лежат ветки, потом взгляд различил человеческую руку. Потом еще одну. Темные волосы, разорванную одежду. Она медленно спустилась ниже. Теперь уже было видно все. Трое. Все трое были мертвы. И никто не пытался их спрятать. Наоборот, их будто просто бросили здесь. Там, где никто не станет искать.       Сакура опустилась рядом с ближайшим телом. На этот раз она уже не надеялась. Холодная кожа, остывшие мышцы. Смерть наступила несколько часов назад. Она осторожно осмотрела раны. Потом второе тело. Третье. И чем дольше смотрела, тем сильнее менялось выражение ее лица. Изуна заметил это сразу. — Что?       Она некоторое время молчала, словно сама не хотела верить собственным выводам. Потом очень тихо сказала: — Они погибли не здесь.       Лес снова замолчал. Изуна медленно перевел взгляд на тела. — Уверена? Сакура кивнула. — Посмотри, — она осторожно показала на одежду одного из погибших. — Почти нет крови. Таких ран не бывает без сильного кровотечения.       Она перевела палец ниже. — А земля под ними чистая. Совсем.       Изуна тоже присел. Теперь он увидел. Если бы людей убили здесь, вся трава вокруг должна была быть пропитана кровью. Но ее почти не было. Лишь несколько случайных пятен. Будто тела перенесли уже после смерти.       Сакура медленно выпрямилась, и внутри снова возникло то самое ощущение. Кто-то очень старательно пытался управлять тем, что они увидят. И именно сейчас она впервые подумала совсем не о Сенджу и истории разногласий кланов, а о том, что настоящий противник, возможно, вообще еще ни разу не показывал своего лица.       Несколько минут никто не произносил ни слова. Лес снова казался удивительно тихим. Даже ветер словно обходил это место стороной. Изуна медленно обошел тела. Не торопясь, останавливаясь возле каждого. Он не был медиком, но за годы войны научился видеть достаточно. Следы ударов, направление ран, положение тел. Он присел возле третьего разведчика. Осторожно поднял его правую руку. На запястье остались глубокие темные полосы. Будто человека долго удерживали связанным. Изуна нахмурился. — Это было до смерти?       Он даже не посмотрел на Сакуру, будто заранее знал, что она уже изучила каждую деталь. Она кивнула. — Да.       Он медленно отпустил руку погибшего. Снова оглядел место. Потом неожиданно спросил: — Что бы ты сделала, если бы хотела, чтобы виноватыми посчитали Сенджу?       Вопрос прозвучал неожиданно. Сакура не сразу поняла, что он обращается именно к ней. Она на секунду задумалась, потом медленно ответила: — Оставила бы следы., показала бы направление отхода, позаботилась бы, чтобы нашли хотя бы одного выжившего.       Изуна молча слушал. — И обязательно оставила бы место, где все выглядит очевидно. Потому что… — она ненадолго замолчала, — когда человеку кажется, что он уже знает ответ, он перестает искать дальше.       На лице Изуны впервые за все время появилась едва заметная тень улыбки. Совсем короткая. — Именно, — он поднялся и медленно обвел взглядом овраг. — Значит, нам показали то, что мы должны были увидеть.       Один из разведчиков тихо произнес: — Тогда где настоящее место боя?       Изуна посмотрел куда-то в глубину леса. — Хороший вопрос.       Ответа у него пока не было.       Поиски продолжались еще почти час. Они нашли несколько обломков оружия, разорванный дорожный мешок, следы. Но чем больше находили, тем меньше что-то понимали. Все улики словно существовали отдельно друг от друга. Не складывались в единую картину. Будто кто-то специально разбросал их по лесу.       Сакура все сильнее ощущала странное беспокойство. Это уже не было похоже на обычную засаду. Слишком много сил потратили на то, чтобы создать ложную историю. А значит, настоящая была гораздо важнее.       Когда солнце поднялось уже высоко, Изуна наконец остановился. Он понимал, что продолжать поиски сейчас бессмысленно. Если противник действительно настолько тщательно подготовился, то следов почти не осталось. Он медленно посмотрел на людей. Потом спокойно произнес: — Возвращаемся.       Несколько разведчиков удивленно подняли головы. Один даже хотел что-то сказать, но Изуна покачал головой. — Мы уже получили все, что могли. Теперь нужно понять, зачем нам это показали.       Эта фраза заставила замолчать даже самых опытных. Потому что именно сейчас каждый из них понял одну простую вещь — они больше не искали пропавший отряд, они сами стали частью чьего-то плана.       Обратная дорога оказалась гораздо тяжелее. Теперь никто уже не наблюдал за лесом с привычным спокойствием. Каждый шорох заставлял невольно прислушиваться. Каждая тень между деревьями казалась подозрительной. Сакура поймала себя на мысли, что начала ощущать не страх, а неизвестность. С врагом, которого видишь перед собой, можно сражаться. Гораздо страшнее тот, кто уже сделал первый ход, и при этом так и остался невидимым.       Она подняла взгляд на Изуну. Он шел впереди так же спокойно, как утром. Но она уже знала его достаточно хорошо, чтобы понимать, что он тоже не находил ответов. Он просто не позволял себе показать этого остальным.       К воротам деревни они подошли уже ближе к вечеру. Солнце медленно клонилось к горизонту. Длинные тени ложились поперек дороги. Отряд двигался значительно медленнее, чем утром. Теперь вместе с ними возвращались четверо погибших. Никто не разговаривал. Даже самые молодые шиноби, обычно переговаривавшиеся между собой во время долгих переходов, сейчас молчали. Каждый был занят своими мыслями.       Сакура шла почти в самом конце. Она несколько раз ловила себя на том, что невольно оглядывается назад. Хотя прекрасно понимала — никто не преследует их. И все же ощущение чужого взгляда никак не исчезало, словно где-то далеко, за деревьями, кто-то продолжал наблюдать. Она тихо выдохнула. «Паранойя».       Но легче от этого не стало.       Во дворе поместья их уже ждали. Слуги молча приняли тела погибших. Несколько старших шиноби сразу начали отдавать распоряжения. Все происходило удивительно спокойно. Без суеты. Словно подобное случалось слишком часто. Именно это почему-то ударило по Сакуре сильнее всего. Для нее каждая смерть всегда оставалась трагедией. Для них она была частью войны. Пусть пока еще не начавшейся.       Мадара ждал в кабинете. Когда Изуна вошел внутрь, он даже не поднялся из-за стола. Лишь внимательно посмотрел сначала на брата, потом на Сакуру и сразу понял. Хороших новостей не будет.       Изуна коротко доложил все. Без лишних подробностей. Только факты. Пропавший отряд, следы, погибшие, выживший, поддельное место боя. Мадара не перебивал ни разу, только однажды нахмурился. Когда Изуна закончил, в комнате воцарилась тишина. Сакура впервые увидела, как долго Мадара может молчать. Он не выглядел растерянным. Скорее собирал картину по кускам. Потом неожиданно спросил: — Ты уверен?       Изуна понял вопрос сразу. — Нет, — это был первый ответ без уверенности за весь доклад. — Именно поэтому я не хочу делать выводов.       Мадара медленно кивнул. — Правильно.       Он уже собирался что-то добавить, когда дверь кабинета резко распахнулась. На пороге появился один из дозорных. Запыхавшийся с лицом покрытым дорожной пылью. Он даже не стал ждать разрешения войти. — Мадара-сама, — голос заметно дрожал, — только что прибыл гонец от наших наблюдателей.       Мадара поднял голову. — Говори.       Дозорный тяжело сглотнул. — Несколько часов назад… — он на мгновение запнулся, будто сам до сих пор не верил услышанному. — Исчез разведывательный отряд Сенджу.       В кабинете стало так тихо, что Сакура услышала, как где-то за окном ветер ударил в бумажную перегородку. Никто не произнес ни слова. Изуна медленно посмотрел на брата. Мадара не изменился в лице. Лишь очень спокойно спросил: — Где? — Почти там же, — гонец опустил взгляд. — В соседнем квадрате.       Сакура почувствовала, как по спине медленно пробежал холод. Еще утром она думала, что они расследуют нападение на разведчиков Учиха. Теперь стало ясно, что это была только половина картины. И если кто-то действительно сталкивал два клана между собой, то сегодняшний день был лишь началом.       Мадара медленно поднялся из-за стола. Его голос прозвучал спокойно, но почему-то именно это спокойствие заставило всех присутствующих напрячься еще сильнее. — Немедленно отправьте наблюдателей. К границе с землями Сенджу. Никаких столкновений, никаких провокаций. Только наблюдение. — Да.       Гонец исчез почти сразу. В кабинете снова наступила тишина. На этот раз нарушать ее не стал никто, потому что каждый из присутствующих уже понимал. С этого момента любая ошибка могла стоить слишком дорого.