Куда приводят желания

— Она меня живьем сожрет, прежде чем я рот открыть успею… — тихо пробурчала под нос Мэллори, пока Лэнгдон, легонько толкая в спину, вел ее по коридору к кабинету Венейбл, — или Мид… — Мисс Мид можешь не опасаться, — спокойно ответил мужчина, продолжая путь, — она на моей стороне и осведомлена о всех нынешних и грядущих планах. Девушка удивленно оглянулась назад. Так значит, Мид здесь в качестве двойного агента? Вот уж никогда бы не подумала… — И не стоит так уж сильно демонизировать Венейбл, — добавил он с легким смешком, — к тому же, если в этом мире и существует сила, которую можно противопоставить обиженной женщине — это женщина, что обижена еще сильнее первой. — Так ты поэтому меня туда отправляешь? — недовольно выговорила Мэллори, снова оглядываясь, — боишься сам к ней идти? Последние слова вызвали у Лэнгдона искренний приступ смеха. В иной ситуации, за подобные выпады в свой адрес, антихрист бы приказал всыпать обнаглевшей девице пару десятков плетей, но непосредственность этой прислужницы, отчего-то, казалась ему до странности очаровательной. — Надеюсь, мне не придется спасать тебя сегодня по второму разу, — едко сказал он, наконец, останавливаясь перед дверью, — типаж «дамы в беде», конечно, имеет свой шарм, но порой, становится весьма и весьма утомительным… Мэллори потупила взгляд в пол. Можно подумать, что она это нарочно. Девушка хотела задать еще пару вопросов, прежде чем зайти в «логово зверя», но Лэнгдон, тотчас, будто в воздухе испарился. Подняв глаза, она растерянно оглянулась по сторонам — Мэллори до сих пор не могла привыкнуть ко всем этим магическим штучкам с внезапным исчезновением и появлением. Нервно сглотнув, прислужница вновь обернулась к двери. Из всех заданий, через которые антихрист вынудил ее пройти, чтобы попасть в Святилище, Венейбл явно оказалась самой сочной вишенкой на этом торте. И как бы Мэллори теперь этой вишенкой случайно не подавиться. Девушка постучала в дверь, однако, не получила никакого ответа. Понимая, что дальнейшие попытки вежливости ее уже вряд ли спасут, прислужница с осознанием безысходности вошла внутрь. — Какого черта? — тут же недовольно откликнулась Венейбл, отрывая взгляд от бумаг, что лежали на столе. Заметив, кто сейчас оказался перед ней на пороге, женщину прямо-таки перекосило от отвращения. — Что тебе нужно? — процедила она сквозь зубы. — Я по поручению мистера Лэнгдона, — хрипло пробормотала Мэллори, стараясь смотреть куда угодно, только бы не на Венейбл, — он просил вам кое-что передать… — И? — тихо переспросила женщина, прищурившись. Надзирательница медленно стучала длинными ногтями по столу и это звук еще больше нервировал девушку. — По его словам, вами были множественно нарушены предписания по руководству Аванпостом, в связи с чем, мистер Лэнгдон желает, чтобы вы… Покинули свой пост, — еле выдавила прислужница, вытирая испарину со лба. На несколько секунд в комнате повисла гробовая тишина, после которой раздался столь жуткий и леденящий душу смех, что Мэллори тут же испуганно попятилась к двери. — Ну уж нет, сучка, — прошипела Венейбл, оскалившись и быстро поднимаясь из-за стола, — так быстро ты отсюда не выйдешь. Прислужница уже успела судорожно ухватиться за ручку двери, но женщина, словно забыв про свою инвалидность, стремительно подлетев, оттолкнула ее. Послышался скрежет ключа в замке. — Пожалуйста, можно я просто уйду? — дрогнувшим голосом произнесла Мэллори, хватаясь рукой за стену, — я не виновата, что он так решил… — Значит, Лэнгдон считает, что от меня можно избавиться, просто подослав с объяснениями свою шлюху? — усмехнулась Венейбл, оборачиваясь к девушке, — пожалуй, я тоже передам ему свой ответ… Прислужница вскрикнула, когда Вильгельмина резко рванулась вперед и повалила ее на пол. К неприятному удивлению Мэллори, бывшая надзирательница оказалась куда сильнее, чем выглядела на первый взгляд, а еще, при падении послышался звук металла, ударившегося о камень. — Любопытно, — язвительно протянула женщина, подбирая с пола нож прислужницы, — так значит, этим ты планировала меня убить? — Я не собиралась… — прохрипела Мэллори, пытаясь выползти из-под колена, что упиралось ей в солнечное сплетение. — Знаешь, что я сделаю? — продолжала насмехаться Венейбл, — выпущу им же тебе кишки, а из них оставлю на полу записку Лэнгдону: «Пошел на хуй». Девушка побелела почти до синевы, расширенными от ужаса глазами таращась на надзирательницу и блеск от лезвия своего ножа, что был зажат в ее руке. Пусть Лэнгдон и предупреждал, что был не в восторге от возможной необходимости снова ее спасать, но сейчас его помощь явно бы не помешала… Нож взлетел над ее лицом так быстро, что Мэллори едва успела схватиться в руки Венейбл, останавливая лезвие буквально в паре дюймов от своего глаза. С отчаянным воплем, девушке, все же, удалось сбросить с себя надзирательницу и та с рычанием упала на пол. Кое-как поднявшись на ноги, прислужница кинулась к столу Венейбл в поисках чего-то острого или тяжелого, что можно было использовать в качестве самообороны. Однако женщина успела добраться до Мэллори быстрее, чем та успела найти хоть какое-то подобие оружия. Лезвие вспороло платье на боку и прислужница закричала от боли, когда кожу рассекло холодным металлом. На самом деле, ей еще сильно повезло, ибо Венейбл промахнулась, собираясь загнать ей нож в область печени. — Ты не доберешься до Святилища, мразь, — прошипела надзирательница, снова занося нож, — раз уж я туда не попаду, то и никто не сможет! Мэллори еле успела увернуться от удара, что целился ей в грудь. Чуть не потеряв равновесие, девушка схватилась за стол, поднимая ворохом кипу бумаг и натыкаясь рукой на что-то прохладное и круглое. Быстро приглядевшись, она увидела небольшую статуэтку в форме яблока из цельной яшмы. Такие иногда использовали в качестве пресс-папье… Думать дальше, было уже некогда. Сжав пальцами гладкую каменную поверхность, Мэллори с хриплым воплем замахнулась рукой. Венейбл не успела отшатнуться и удар пришел прямо по лицу, вместе с отвратительным хрустом сломанного носа. Лезвие ножа снова проехалось по коже, на этот раз задев щеку и оставляя на ней глубокий порез, но сейчас прислужница находилась уже не в том состоянии, чтобы отвлечься на боль. В голове осталось лихорадочно биться лишь отчаянно желание выжить, и уже не важно, какими средствами. Еще несколько минут, по комнате разлетались бешеные крики и грохот падающей мебели. Мэллори сбилась со счета, сколько раз Венейбл успела попасть по ней ножом, кидаясь на противницу, что с небывалой яростью, решила дать ей отпор. Наконец, сумев повалить женщину на пол, прислужница уже не останавливаясь колотила ее по лицу тяжелой статуэткой, пока не ощутила, как рука погрузилась во что-то влажное и мягкое. Даже то, что вопли давно стихли, не смогло ее остановить. Уронив каменное яблоко, что с шорохом покатилось по полу, Мэллори с ужасом посмотрела в кровавое месиво, что осталось от лица надзирательницы. Вот и все… Только сейчас девушка ощутила острую боль в ранах, оставленных лезвием: на лице, на руках, на торсе под порванным платьем… Да где их только не было. И тут, позади послышался скрип ключа в замке, от которого прислужница нервно вздрогнула. Дверь открылась и на пороге показалась мисс Мид. Окинув комнату бесстрастным взглядом и пробежавшись глазами по Мэллори, заляпанной чужой и собственной кровью с ног до головы, она холодно произнесла: — Чего расселась? Быстро приведи себя в порядок и спускайся к выходу. Мистер Лэнгдон ждет. … Оказавшись на этаже Серых, девушка с удивлением заметила, что здесь не оказалось ни души, а ведь она была уверена, что сейчас придется как-то оправдываться за свой внешний вид перед остальной прислугой. Дотащившись до ванной комнаты, Мэллори с болезненным стоном встала под поток горячей воды. Все тело ужасно щипало, а в сток густым красным цветом хлынула размываемые кровь. Ни один из порезов не смог задеть жизненно важных органов, но знающий хирург, после подобных травм, явно бы велел заштопать девушку аки чудовище Франкенштейна, настолько сильно ее успело искромсать. Кое-как, прислужнице удалось замотать часть порезов бинтами, что нашлись в тумбочке, но вряд ли от них было много толку. Тяжело дыша, она вернулась в общую спальню и уже без лишних раздумий, полезла в коробку, что хранилась все это время под узкой кроватью. Здесь остались вещи, в которых Мэллори прибыла на Аванпост два года назад. Уходить отсюда в ненавистной серой робе, девушка точно не собиралась, хватит с нее этих псевдо-викторианских тряпок. Брюки и рубашка сели намного свободней, чем в день, когда она надевала их в последний раз. Впрочем, со скудным питанием в течение двух лет — это и не удивительно. Скривившись от боли в порезанном боку, Мэллори, склонившись, зашнуровала ботинки. Когда бывшая прислужница, хромая, спустилась вниз, где в центре зала полыхал открытый огонь, ее взгляд зацепился за Лэнгдона, что со скучающим видом стоял неподалеку, сцепив руки за спиной. Мэллори с трудом могла поверить, что ее на полном серьезе забирают отсюда. А что, если антихрист решил ее обмануть? Или же, сейчас объявит еще о каком-нибудь задании, которое, в конце концов, ее прикончит?.. Увидев девушку, Майкл чуть склонил голову набок и подошел ближе. Мэллори сейчас больше всего напоминала заточку для ножей и этот вид, явно был не слишком по душе мужчине. — Ты справилась, поздравляю, — хмыкнув, сказал он, приблизившись вплотную, — честно говоря, я даже немного удивлен. Девушка мрачно посмотрела на Лэнгдона исподлобья. — Ты знал, что она попытается меня убить? — осипшим голосом выговорила Мэллори. — Разумеется, — с насмешкой ответил антихрист, словно недоумевая, как девушка не сообразила этого раньше, — однако, как я успел заметить, ты вполне неплохо с этим справилась. — Рада, что вам понравилось, — не удержавшись, съязвила она в ответ. Улыбка Лэнгдона стала еще шире. Еще раз смерив Мэллори внимательным взглядом, он поднял руку, дотрагиваясь до ее подбородка. Мягко коснувшись губ девушки, Майкл отстранился и в ту же секунду, бывшая прислужница ощутила, как боль от порезов резко исчезла, равно, как и следы от них. Мэллори изумленно захлопала глазами, глядя на свои руки, на которых еще секунду назад красовались два глубоких пореза. — Могла бы сказать «спасибо», — ехидно добавил Лэнгдон, наблюдая за ее озадаченностью, — я не всем оказываю подобное одолжение. — Спасибо… — растерянно пробормотала она, поднимая взгляд. … Путь до Святилища, о котором Мэллори не знала ровным счетом ничего, занял около суток утомительной езды. Трястись в карете, еще и будучи одетой в костюм химзащиты — так себе удовольствие. Да и соседство с хмурой мисс Мид, нельзя было назвать приятным. По непонятной для девушки причине, они с Лэнгдоном отправились в дорогу в разных экипажах — таково было пожелание антихриста. При том, Мэллори не покидало чувство, что мужчина приставил к ней мисс Мид, словно в качестве сторожевого цербера, как будто девушка могла вдруг передумать и куда-то сбежать. Так или иначе, вся эта поездка больше напомнила Мэллори перевоз заключенного в тюрьму под конвоем, а не счастливое спасение из Аванпоста, сплошь забитого свежими трупами, что остался печально возвышаться над туманной местностью. К моменту, когда экипаж, наконец, прибыл, девушка уже успела задремать. — Выходи! — жестко сказала Мид, подталкивая Мэллори в плечо. Выбравшись из кареты, она почти ничего не могла разглядеть из-за плотного тумана. Хотя, кажется, где-то впереди виднелись очертания большого здания, высотой примерно этажа в четыре. От того, как мисс Мид продолжала пихать Мэллори в спину, та еще сильнее начинала ощущать себя преступницей, которую привезли для отбывания срока. Впрочем, может быть, женщина просто не умела обращаться с людьми как-то иначе… По прибытию, девушка так и не увидела Лэнгдона. Вероятно, он направился к отдельному входу в Святилище, или просто переместился внутрь него посредством каких-то своих магических манипуляций. Мэллори уже не стала бы подобному удивляться. Они с Мид прошли через огромные металлические двери, что с тихим шипением разошлись в стороны. Туман, наконец рассеялся и девушка с любопытством окинула взглядом тусклый коридор, полностью обитый металлической обшивкой. Здесь же, их с порога встретили люди в таких же защитных от радиации костюмах. Иными словами, приезд в Святилище, мало чем отличался от самого первого дня Мэллори на Аванпосте №3, когда их грубо утащили на дезинфекцию и медосмотр, не сказав ни слова. Только в этот раз, тотальной чистке и дальнейшим обследованиям, подвергли исключительно бывшую прислужницу. Мисс Мид, избавившись от костюма, скрылась в неизвестном направлении. Проходя через все обязательные процедуры по обеззараживанию, Мэллори лишний раз ощутила благодарность к антихристу, что успел избавить ее от свежих ран. Терпеть подобное с ними — было бы куда болезненней. Никто из бригады персонала не говорил с девушкой больше, чем было положено по должностным инструкциям. Лишь сухое: «Подними руки», «Повернись влево», «Достаточно» — и все в подобном духе. Впрочем, куда больший сюрприз ожидал новоприбывшую во время медосмотра. Помнится, в Аванпосте, им лишь пару раз взяли кровь на анализ. А вот в Святилище Мэллори решили обследовать вдоль и поперек. Кардиограмма, МРТ, двадцать разных пробирок с выкачанной из нее кровью, даже осмотр гинеколога… К счастью, обошлись, хотя бы, без колоноскопии. Однако, после таких рьяных обследований и не самого вежливого отношения медработников, девушка ощущала себя не столько пациенткой, сколько дорогой кобылой на продажу. Наконец, вручив Мэллори нечто, напоминающее не то плотный халат, не то накидку черного цвета и велев скорей одеться, ее направили вместе с одним из санитаров по узкому коридору, что вел из больничного крыла неизвестно куда. Нервно кутаясь в халат и надеясь, что сейчас ее отправили не в газовую камеру или еще чего похуже, девушка торопливо следовала за быстрыми шагами сопровождающего. Впереди показалась неприметная металлическая дверь, которую мужчина открыл, приложив палец к электронному замку на стене. Тихий щелчок и та отъехала в сторону. — Выходите, — коротко произнес санитар, кивнув Мэллори. Почти не дыша от волнения, девушка шагнула за порог и тут же застыла от удивления. После металлической обшивки, неоновых ламп и прочей атрибутики, Мэллори словно резко нырнула в какой-то совершенно другой мир. Большое количество деревянной отделки и мебели, изящный, даже немного чопорный интерьер, что немного напоминал подобие загородного особняка английской королевы. Все куда уютней и приятней глазу, нежели только что пройденный Мэллори медотсек. Обернувшись, девушка успела заметить, как дверь за ней тихо закрылась, сливаясь с дубовыми панелями на стенах. Если не знать, что тут есть проход — никогда и не догадаешься. С широкой лестницы, что оказалась неподалеку от того места, где стояла Мэллори, послышались быстрые шаги. Мелькнул подол черного платья, а после, появился силуэт высокой худой женщины. Седые волосы были убраны в строгий пучок, а идеально прямой осанке можно было только позавидовать. Однако, стоило вглядеться в ее лицо, как Мэллори сразу же стало не по себе. В каждой черте уже давно не молодой незнакомки, ощущалась невероятная надменность и даже жестокость, что поверхностно прикрывалась кривой улыбкой. — Имя? — спросила она, приблизившись на несколько шагов и смерив Мэллори критичным взглядом. — Мэллори, — откашлявшись, ответила она тихим голосом. — Ясно, — отчего-то насмешливо скривилась женщина, — меня зовут мисс Фарадэй. Я отвечаю за дисциплину и безопасность всех, кто проживает в западном крыле Святилища. Более подробный инструктаж проведем после того, как ты переоденешься. Идем. Нервно сглотнув, девушка последовала за мисс Фарадэй. Глядя ей в спину, Мэллори уже начинала осознавать, что слишком рано решила попрощаться с «викторианским барахлом». Судя по строгому корсетному платью с турнюром у женщины, да и всей окружающей обстановке в целом, Святилище, как и Аванпост №3, продолжало успешно играть в девятнадцатый век. Взобравшись по винтовой лестнице, Мэллори оказалась в широком холле с узорчатыми гобеленами и канделябрами на стенах. Ну прямо какое-то «Аббатство Даунтон»… Распахнув широкие двери, мисс Фарадэй медленно вошла внутрь. Все разговоры, что звучали в комнате ранее, быстро стихли и когда девушка шагнула за порог, на нее тут же с недоверием уставились десятки пар глаз. Недоуменно моргая, Мэллори окинула взглядом просторную гостиную, где со всех сторон на нее неприязненно и подозрительно таращились молодые женщины в черных изящных платьях. — Добро пожаловать в змеиную яму, детка, — язвительно протянула мисс Фарадэй, захлопнув двери.