Куда приводят желания

Позади остался месяц. Месяц с тех пор, как Мэллори снова пришлось влезть в Серое, а Майклу в кошачью шкуру. Первое потрясение и шок остались позади, а на смену им, в сознании антихриста, все больше начала наступать ярость. Спокойно сидеть сложа лапы, он больше не мог себе позволить, и так злясь на самого себя, что так долго провалялся без дела. Однако, несмотря на очнувшийся энтузиазм Лэнгдона, ситуация не стала лучше… Первым делом, Майкл решил установить слежку за Фионой. Та устроила ритуал, и она же, наверняка, должна была знать, как вернуть все обратно. Хоть где-то это, но должно было быть записано… По крайней мере, он искренне на это надеялся. Наблюдать исподтишка за Верховной, оказалось весьма мерзким занятием. В особенности по той причине, что почти всегда рядом с ней, антихрист видел собственное тело, что безропотно следовало за ведьмой. Но были в этом и свои преимущества — каждый раз глядя на то, как Фиона издевалась над тем, что осталось от его личности, Майкла пробирало все большей злобой. А злоба для него сейчас служила и источником силы и анестетиком. Поначалу, Лэнгдон был весьма доволен собой, что за пару недель преследований, Верховная ни разу не заметила его присутствия, но позже, в голову начали прокрадываться подозрения, что Фиона прекрасно знала о постороннем наблюдателе. Помимо этого, все подслушивания и поиски хоть какой-то полезной информации, заканчивались для Майкла ничем. Самое большее, чего ему удалось достигнуть — это найти небольшую скрытую комнату за гобеленом, в которой Фиона держала часть своих магических вещей. Ножи, перья, кости, свечи и, наконец, книги… Их было немного, но обнаружив их, антихрист впервые за полтора месяца, ощутил душевный подъем. Здесь могла храниться информация, что поможет ему, если не вернуть силы, то, хотя бы, забрать обратно свое человеческое тело. Украсть книги Майкл не мог. Как минимум потому, что по весу они были ничуть не меньше его самого, да и Фиона не идиотка — явно заметит пропажу. По этой причине, антихрист стал пробираться сюда по ночам, изо всех сил пытаясь не вслушиваться в звуки, что раздавались из спальни… До самого утра он просиживал в тесной каморке, лихорадочно вчитываясь в текст на ветхих страницах, но так ничего и не находил. Ночь сменялась ночью, Майкл почти перестал есть и спать, тратя все свои силы на поиски, но они ни к чему его не приводили. Казалось, Фиона, зная, что антихрист копошится в ее тайнике, специально издевалась, позволяя ему биться в тщетных попытках найти хоть небольшую лазейку. В конце концов, спустя еще пару недель, все книги были перечитаны от первой до последней страницы. Часть из них, Лэнгдон даже успел запомнить наизусть — так часто перечитывал абзацы, надеясь высмотреть что-то между строк — все без толку. Понимая, что больше здесь ловить нечего, антихрист прекратил свои ночные вылазки, решив, что пока необходимо спокойно обдумать дальнейший план действий. Шло время. За вторым месяцем завершился и третий, а Майкл по прежнему оставался в ступоре, не в состоянии придумать, что еще предпринять. Один из вариантов, конечно, напрашивался сам собой — обратиться к отцу напрямую. Но увы, антихрист испробовал это уже с десяток раз — безрезультатно. По всей видимости, дьявол считал ниже своего достоинства откликаться на призыв кота, даже будь тот хоть трижды его сыном. В одну из таких попыток, Лэнгдон даже едва не умер от потери крови, когда ради надежности, решил вскрыть себе вены, специально напоровшись на нож, украденный с кухни. В итоге, всего, чего он добился — это до смерти напугал Мэллори, что обнаружила его почти бездыханное тело в луже крови на полу. Мэллори… Антихрист уже и не знал, чтобы он делал бы без нее, когда потерял все, что ему принадлежало. Должно быть, вряд ли кто-то из Черных стал бы возиться с Лэнгдоном, узнай они, что он лишился не только власти и влияния, но даже смазливой мордашки, что почти всегда позволяла Майклу получать то, чего он хотел. Не осталось никаких козырных карт, никаких хитростей… При желании, Мэллори могла бы со спокойной душой выбросить кота скитаться в подвалах и окончательно поставить на нем крест. Могла бы, но не стала. Антихрист не знал наверняка, что заставляло девушку продолжать терпеть его общество. Жалость, сострадание или что-то более глубокое и личное?.. Наверное, Майкл догадывался об ответе, но сейчас он вызывал в нем лишь еще большую горечь и боль. Когда-то Лэнгдон преспокойно вытирал ноги о чужие чувства, не утруждаясь отвечать хоть на что-то взаимностью, а сейчас, когда ему до дикости хотелось выразить Мэллори хоть каплю благодарности, он и слова не мог ей сказать. Единственное, на что Майкл был сейчас способен, это, хотя бы, перестать вести себя как сволочь. Ему не хотелось доставлять девушке больше проблем, чем у нее и так хватало. Мэллори изо дня в день приходилось гнуть спину на тяжелой работе, что выматывала ее как физически, так и морально, и Лэнгдону оставалось лишь не усугублять ее состояние. Помочь он ей, увы, ничем не мог, кроме как послушно полежать рядом и дать себя потискать, зная, что девушку это успокаивало. Четвертый месяц… Успев проходить по пятам еще за несколькими ведьмами и не добившись в итоге ничего, Майкл все больше погружался в уныние. Начали приходить даже странные мысли, что, вероятно, все не так уж и плохо… Да, он лишился всего, чем дорожил, но, по крайней мере, он все еще был жив, а рядом находился человек, который не отрекся от него, несмотря на все законы логики. Однако, сколько бы Лэнгдон ни пытался убедить себя, что все могло быть и хуже, легче ему от этого не становилось. Жизнь проходила мимо, а он в ней оставался бесполезным комком черной шерсти, которую несло равнодушным течением времени. Майкл все реже выбирался на верхние этажи, чтобы лишний раз не рвать себе душу, наблюдая, как все вокруг менялось под управлением новой главы Святилища. Перемены постигли даже внешний вид здания и глядя на это все, антихрист догадывался, что послужило прообразом нового интерьера. Когда-то ему уже приходилось побывать в давно разрушенной Академии мадам Робишо, и, по всей видимости, Фионе захотелось воссоздать ее почти точную копию. Белые стены, воздушность, изящество и тонкость линий — Верховная словно специально подбирала все таким образом, чтобы ее элегантные черные наряды на фоне коридоров и колонн, смотрелись особенно эффектно. К слову, о черном — Фиона упразднила цветовую касту Черного. Теперь, это был цвет правящей верхушки, а не отборных шлюх антихриста. Вместе с тем, ведьмы избавились от всего, что имело хоть какую-то связь с былой стилистикой восемнадцатого века. Даже прислуге была вскоре выдана новая форма одежды, что теперь напоминала нечто позаимствованное из шестидесятых годов. Откровенно говоря, Майклу это даже понравилось… По крайней мере, в первые дни он никак не мог перестать пялиться на Мэллори, пока та надевала чулки, цепляя их за кружевной пояс и сверху все закрывалось светло-серым платьем с юбкой до колена и белым ажурным воротником и передником. Антихрист даже успел пожалеть, что ему не пришло в голову, нарядить так девчонку раньше, ибо сейчас, ему оставались только эротические фантазии и сны на эту тему. К слову об эротике… Спустя четыре месяца, Майкл стал невольно задаваться вопросом, не успела ли девушка уже завести с кем-то близкие отношения? Формально, она могла это сделать хоть сразу, как переоделась в серое. Лэнгдону она больше ничего не должна. Хранить верность коту — даже в голове антихриста это звучало смешно и нелепо. Пару раз, Майкл, не удержавшись, даже успел последить за Мэллори, когда она уходила на смену, но не обнаружил ничего подозрительного. Девушка была занята работой, и ни на что другое больше не отвлекалась. И не смотря на то, что антихристу в этом плане все равно больше ничего не светит, ему было приятно, что Мэллори не пустилась во все тяжкие. Правда, рано или поздно, Майклу все равно придется смириться с тем, что девушка имела право на личную жизнь и не обязана считаться с его мнением по этому вопросу. Пять месяцев. Кот почти перестал выходить из комнаты, проводя во сне большую часть суток. Апатия и ощущение безнадежности так сильно душили антихриста, что тот стал все чаще позволять кошачьему сознанию взять над собой верх. Растворяясь в животных инстинктах, Майкл почти ничего не чувствовал. Ни жалости к себе, ни отчаяния, ни ядовитой боли. В разуме кота оставались лишь самые насущные мысли и желания — сон и еда, больше его ничего не тревожило и не могло огорчить. Даже Мэллори начала подозревать неладное, замечая, что Лэнгдон почти перестал реагировать на ее слова, словно постепенно забывал человеческую речь. Приходя вечером в комнату, она заставала кота или спящим, или бездумно возящимся с бархатной лентой, которой она заплетала волосы. Поначалу, девушке еще удавалось хоть немного достучаться до Майкла, вытаскивая из него разумное сознание, но сам он не стремился в нем оставаться. Да и стоило ли его за это винить? Почти потеряв надежду, антихрист пытался хоть как-то забыться. Испробовав не один метод, передумав огромное количество самых идиотских планов, Лэнгдон лишь ближе подходил к мысли, что выхода нет, и она же медленно его убивала. … Взглянув на календарь, Мэллори тяжело вздохнула. Сегодня исполнялось ровно полгода со дня, когда Фиона Гуд взяла бразды правления Святилищем в свои руки. Удивительно, как быстро летело время… Собрав пряди у лица и завязав их сзади лентой, девушка покосилась в сторону кота, что продолжал спокойно дремать на ее кровати. Интересно, а когда он в последний раз вообще просыпался? Кажется, когда Мэллори вчера вернулась, Майкл валялся здесь в том же состоянии. Приблизившись, девушка мягко погладила кота по голове, на что тот лишь слегка дернул ухом. — Встань и поешь хоть что-нибудь, — тихо сказала Мэллори, почесывая густой мех на шее, — сколько можно дрыхнуть? Недовольно прокряхтев, Майкл отвернулся от девушки, еще теснее сворачиваясь в клубок. Устало выдохнув, Мэллори покачала головой. Никакие уговоры на Лэнгдона уже не срабатывали. По правде говоря, иногда девушка даже не была уверена, что кот вообще понимал ее слова, настолько пустым и бессознательным казался его взгляд. Но что она еще могла сделать? Антихрист был себе на уме, и если уж что-то решил, едва ли Мэллори могла повлиять на это своими силами. Надев туфли, девушка, стуча высокими каблуками, покинула спальню и сразу направилась в прачечную за свежим постельным бельем для Кооператива. С недавних пор Мэллори, если можно так назвать, повысили, теперь давая распоряжения проводить уборку в номерах самых уважаемых в Святилище гостей (не считая ведьм, конечно). Сама девушка во всей этой работе, пока не успела заметить особых почестей. Члены Кооператива вели себя по-разному. Кто-то отличался особой придирчивостью, кто-то был вполне адекватен и не цеплялся к прислуге за каждую пылинку, оставленную на мебели, но последних было меньше. — У тебя сегодня четные комнаты, — сказала комендант, выдавая Мэллори связку ключей с утра. Молча кивнув, девушка опустила их в карман передника. Толкая впереди себя тележку с новыми простынями и полотенцами, Мэллори, стараясь не пересекаться ни с кем взглядом, принялась за работу. За шесть месяцев, девушка привыкла почти не замечать вокруг себя скабрезных замечаний и пренебрежительных насмешек. Навешивая на лицо невозмутимую гримасу, Мэллори бесстрастно исполняла свои обязанности, пусть иногда это и стоило огромных нервов. Постучав в одну из первых комнат, которую девушке ранее еще не приходилось обслуживать, она дождалась положительного ответа, после чего, вошла за порог, прижимая к груди нежный шелк свежих наволочек. Апартаменты семей Кооператива, больше походили на крупногабаритные квартиры, состоящие из нескольких комнат, так что, работы здесь было значительно больше, чем в тех же покоях Красных. Не оглядываясь по сторонам, Мэллори прошла в первую из спален, где ее уже поджидала вздыбленная кровать с разбросанными по полу подушками и одеялами. Похоже, у кого-то вчера была жаркая ночка… — А я-то все думал, куда ты подевалась, — прозвучал вдруг за спиной смутно знакомый ехидный голос. Удивленно оглянувшись, девушка вздрогнула от неожиданности. На пороге спальни стоял Нейтан Вуд. Уже без корост на лице и теле и с весьма злорадным видом, что явно не сулил Мэллори ничего хорошего. Решив проигнорировать его слова, девушка молча продолжила собирать раскиданные подушки с ковра. Однако, когда она наклонилась в очередной раз, то ощутила, как на ее бедрах сжались чужие руки. — Успеешь еще, — хмыкнул парень, размашисто шлепнув прислужницу по ягодице. Резко дернувшись, Мэллори отскочила в сторону, чувствуя, как лихорадочно забилось сердце. Ее испуганный взгляд явно насмешил Нейтана. — Чего? — издевательски переспросил он, — как видишь, сифилиса у меня уже нет… Да и, помнится, раньше ты явно была не против, чтобы я тебе как следует присунул. — Отвали, урод, — прошипела Мэллори, крепко сжимая руку на связке ключей в кармане. Если Нейтан не отстанет, девушка без лишних раздумий воткнет один из ключей ему в глаз. — Хочешь поиграть? — усмехнулся парень, подходя ближе, — ну, давай… Мэллори истошно закричала, когда Нейтан с такой силой вывернул ей назад правую руку, что послышался неприятный хруст. Нагнув служанку, он толкнул ее в сторону кровати. Давя на спину, все еще удерживая запястье, парень дернул наверх подол платья. — Ты мне должна, сука, — сквозь зубы процедил парень, стаскивая с девушки трусики, — из-за тебя я гребаных два месяца просидел в изоляторе и мочился собственной кровью. Судорожно всхлипывая, Мэллори все еще пыталась вывернуться из-под Нейтана, но боль в вывихнутой руке, и физическое превосходство противника, не оставляло ей шансов. Уже слыша, как расстегнулась ширинка на брюках, девушка снова закричала и дернулась из последних сил, и в этот раз, ей повезло уже больше. Сумев дотянуться, Мэллори с яростью воткнула каблук в босую ногу Нейтана, и хватка на ее запястье тут же разжалась, сопровождаясь оглушительным воплем. Вырвавшись, девушка тут же кинулась двери, слыша за собой хриплые стоны вперемешку с угрозами. Только оказавшись на этаже Серых, Мэллори, тяжело дыша, остановилась, хватаясь за вывихнутую руку. — Ты чего? — спросила одна из мимопроходящих служанок, с любопытством глядя на девушку. — Ничего, — шмыгнув носом, ответила Мэллори, вытирая слезу тыльной стороной ладони. — Кто-то из наших, или из Кооператива кому-то припекло? — с пониманием добавила Серая, отмечая растрепанный вид служанки. — Вуд, — коротко ответила девушка, пытаясь, наконец, избавиться от комка в горле. — А, этот… — скривилась прислужница, — а я как раз кофе им несу. Если хочешь, можешь в него плюнуть, я никому не скажу. — Мне бы лучше в мед отсек, — тихо пробормотала Мэллори, чувствуя нарастающую боль в плече. Медицинское обслуживание для Серых было не самое заботливое, но, все же, качественное. Хмурый врач, вправил девушке руку без всяких анестетиков, но спустя секунду дикой боли, кость вернулась обратно в сустав. На всякий случай замотав плечо эластичным бинтом и всунув таблетку обезболивающего, доктор выгнал потерпевшую обратно за порог. Благодаря травме, Мэллори позволили взять выходной до конца текущего дня. Добравшись до спальни, девушка с замученным стоном упала на кровать, отчего кот, все еще дремлющий в углу, вздрогнул, вскинув взгляд наверх. Смотря на Мэллори, что судорожно вцепившись пальцами в одеяло, сорвалась на громкий всхлип, в желтых глазах стало что-то проясняться. Поднявшись с места, он обеспокоенно приблизился к девушке, осторожно толкая ее лапой в плечо. От мягкого прикосновения, она неожиданно вскрикнула, словно ощутив резкую боль. Только сейчас, приглядевшись, Майкл заметил, что из-под расстегнутого на груди платья, виднелся бинт. — Я так больше не могу… — сбивчиво прошептала Мэллори сквозь слезы, утыкаясь лицом в подушку, — пусть это все закончится… Вместе с человеческим сознанием, в голову тут же хлынула волна тревожных мыслей и страхов. Что с ней опять случилось? Как он мог помочь, если вообще мог?.. Продолжая безутешно рыдать, девушка почти не замечала, как кот осторожно дотрагивался лапкой до ее шеи и лица, пытаясь привлечь к себе внимание и добиться объяснений. — Они его выпустили, — наконец, хрипло произнесла Мэллори, — Нейтана… Еще и вылечили, похоже… Имя Нейтан не сразу вспомнилось Лэнгдону. Чем дольше он пребывал в кошачьем разуме, тем сильнее деформировалась его память, но через несколько секунд, до антихриста дошел смысл ее слов. Так эта тварь теперь на свободе?.. Снова взглянув на бьющуюся в истерике девушку, Майкла пробрал искренний ужас. Мэллори не несла вины за то, что произошло с Вудом, но огребать за поступки Лэнгдона, теперь приходилось именно ей. — И даже не вздумай к нему лезть, — добавила Мэллори с болью глядя на кота, — если с тобой что-то случится, я этого уже просто не выдержу… Взглянув на девушку тяжелым взглядом, Майкл кивнул, хоть уже и понимал, что сделает все по-своему.