***
Она двигается дальше, борется с монстрами, проходит квесты, падает в Филлори, как в бесконечную кроличью нору. Для волшебницы она слишком цинична, Квентин продолжает щенком смотреть на неё из-за спины Элиота. Джулия находит Марину в другой временной петле живой и высокомерной. — Ты смотришь на меня так, будто давно знаешь. Я же вижу тебя впервые. Уикер хочется поцеловать её там же. Приходится напомнить себе, что эта Марина не её. Она чужая. Она абсолютно точно Джулию не хочет. — Ты пойдешь со мной. В нашей временной петле не хватает талантливых ведьм, — приказывает Джулс, не встречая сопротивления. Марина идёт за ней, кидая острые фразы в спину и сужая синие глаза. Уикер думает, что она не сильно отличается от её Андриески — разве что та давно похоронена и не дышит. В этот раз всё будет иначе. В этот раз они обе выживут. Плевать, что говорят окружающие. Она обещала себе не влюбляться, но Джулия была и остается лгуньей: забавно, но из них двоих Марина всегда была честнее.честность (Джулия/Марина)
15 апреля 2019 г., 00:31
Примечания:
Какая-то там временная Петля (ну а почему, собственно, нет?)
Марина — дикий, обжигающе-ледяной огонь, что искрится между пальцами, не давая спокойно уснуть.
Джулия думает о ней чересчур часто — так бывает в старшей школе, никак не в университете. Девушки вроде Марины любят играть и поклоняются только им известным идолам, Джулия понимает это слишком хорошо, но всё равно ведется на многообещающую ухмылку и предложение поужинать вместе.
— Ты мне нравишься, Уикер. Есть в тебе искра.
— Спасибо?
Марина цепляет её за руку, протаскивая по коридорам Брейкбиллса, как новую сумочку. Уикер проглатывает возражения и слухи о том, что такие, как она, рядом с Анриески гаснут.
— О, милая, тебя так многому нужно научить, — цокает Марина языком, играя прядью её волос. От неё всегда пахнет травами и опасностью, Квентин велит держаться от неё подальше.
— Она водится с ведунами, — мычит он однажды, и Джулия качает головой.
Какое ей дело, господи, она не собирается в л ю б л я т ь с я.
Красная помада оставляет следы на коже, Марина гордится своими метками, вынуждая Джулию краснеть — это бумерангом летит школьный флирт с мальчиками и скуренные сигареты с чужих пальцев. Наверное, поэтому Уикер позволяет ей многое — спорить с судьбой заранее проигранное дело.
— Ты такая внеземная, Джулс. Боюсь, однажды ты меня скинешь с пьедестала, — задумчиво тянет Марина, лежа на её кровати, пальцами проводя по спине Джулс. У неё губы с привкусом горечи и неминуемой катастрофы.
Джулия смотрит на её смерть месяцами позже, глядя, как алая кровь сочится из раны. Она пытается спасти, но Уикер ещё не достаточно сильна, чтобы тягаться с богами. Она клянется отомстить.