Nothing left to lose

Я переключилась на другую нить, идущую к какой-то стеклянной бутылке на кухонной полке. Скорее всего, это была какая-то выпивка, достаточно густая, что в сочетании с ее фиолетовым цветом, пузырьками и узкой формой бутылки напомнило мне строительный уровень и медицинскую пробирку в одном флаконе. Я подняла бутылку в воздух и начала медленно ее раскачивать, тем самым полностью покрывая бутылку изнутри сиреневой жижей и пытаясь выстроить те самые пузырьки в одну линию… — Какого, блядь… Вид парящей в воздухе бутылки, видимо, несколько удивил Сонни. Я же от неожиданно брошенного восклицания дернулась, из-за чего отвлеклась от своего странного развлечения. Бутылка, понятное дело, тут же полетела вниз, на пол, и звонко разлетелась на кучу осколков, которые теперь плавали в сиреневой луже вместе с теми самыми пузырьками, которые я так и не смогла упорядочить так, как хотела. Сонни посмотрел на разбитую бутылку, потом на меня, потом о чем-то подумал несколько секунд, а потом как-то устало и обреченно бросил: — Вы издеваетесь или что?.. — Прости, — я снова пожала плечами. — Я все уберу. — То есть я прав, да? Это твоих рук дело? Так за что тебя выгнали из Храма, солнце? — Меня никто не выгонял, я там даже не была никогда. Внутри. Я же сказала, что… — Что просто там появилась, ага, — Сонни скривился и скептически ухмыльнулся. — Ты понимаешь, как тупо это звучит, да? Я, кстати, не удивлен, что ты у них не задержалась. Ты не смогла удержать бутылку, а я даже не трогал тебя, так что в деле ты бы провалилась точно. Он оказался более осведомлен об особенностях и быте джедаев, чем я ожидала. Хотя чего я могла ожидать вообще? Если он дружит с Кеноби, то все вполне логично и понятно. Тем более что дружат они уже приличное время. Наверное. И, стоит признать, столь низкая оценка каким-то мошенником моих способностей меня немного задела. И в то же время, мне было наплевать. Вот она, моя странная суть. Как уж есть, собственно, это не худший недостаток из всех существующих в мире. — Я, если честно, не так давно начала это развивать, — ну, это я, конечно, зверски преувеличила. — Поэтому немного… — Тупишь. И не немного, судя по всему, — договорил Сонни за меня. — Кеноби завтра припрется, что-то снова насчет тебя. — Да пускай делает что хочет. — Как знаешь, — он откинулся на диване и закурил. — Швабра в ванной. Лужа, солнце, сама себя не вытрет. Швабра? «Солнце», я могу двигать предметы силой мысли и залазить в твою и не только голову. Какая еще швабра? Да и к тому же мне на глаза попалось открытое настежь окно, и я решила похулиганить. Нить, ранее соединявшаяся с бутылкой, теперь расслоилась на множество более тонких, связывая мои пальцы с кучей осколков, лужей и парой брызг. Я снова пошевелила пальцами, собрав осколки в кучку, и сформировала из всей этой мешанины фиолетовый жидкий шар. Теперь из-за поблескивающих пузырьков и света от скопления нитей он был похож на шаровую молнию. Я подняла эту «молнию» еще выше, и медленно повела к открытому окну. Пара секунд — и шар был уже по ту сторону стекла. Еще пара секунд — и я отпустила нити в свободное плавание, шар распался и потоком рухнул вниз. Уже позже я подумала, что он мог попасть на кого-то и поранить или даже прибить беднягу, но… Если честно, мне было глубоко наплевать. Сонни, все это время наблюдая за действом, первый раз за вечер хоть немного улыбнулся (получилось у него прямо скажем не очень). — О как. Ладно, один-один. Нити, на которых раньше был тот самый шар, теперь устремились на свежий воздух и искали себе новую «жертву». И, видимо, вполне успешно справились со своей задачей, вот только я не ожидала того, что случилось после. Их снова было слишком много, этих картинок очень яркого содержания. Я попыталась как-то их сфокусировать и разграничить, ведь все сливалось в одно большое нечто, прямо как тот самый шар из фиолетовой жижи. Я подошла к большущему окну в надежде, что увижу, куда эти нити ведут, но они уходили настолько далеко и в настолько разные направления, что это было невозможно. Перед глазами снова стояла кровь, на этот раз какая-то темная. Пара вспышек — и в нос ударил запах горелых проводов. И все такого же горелого мяса. Однако, фу. Вот я снова вижу световой меч, теперь уже используемый по прямому назначению. Вижу второй меч, противостоящий первому. И еще понимаю, что у меня сильно разболелась голова. Нить, видимо, прицепилась к одному из противников, и ясно передавала мне все, что этот субъект чувствовал. Усталость. Злость. Обида. Гнев. Страх. Обреченность. Кто бы это ни был, он или она понимал, что живым оттуда не уйдет. И в какой-то степени не противился этому. Его соперник по силам был почти равен, оттого бой затягивался, и первый не испытывал от этого ни капли удовольствия. «Ну же, давай, закончи уже это, или ошибайся», — сказал он это про себя или вслух — не знаю. Вот только противник ошибаться не собирался, а поддаться не позволяла как гордость, так и почти угасшее желание жить. Я не знаю также, кто это был, и почему они сражались, но мне захотелось помочь моей невольной ментальной жертве. Усилие мысли — вот я уже смотрю на темную фигуру глазами того, кого даже не знала, но кому хотела дать шанс на победу. Я вижу только эту фигуру и светящийся меч в руках. Надо что-то делать, но что и как? Фехтовать я никогда не умела и не училась. Пока я соображала, «мы» предприняли попытку атаковать, слегка ранили противника и крайне его выбесили. Тот, на чьей стороне я случайно оказалась, принял мою помощь, которая оказала на него влияние, сравнимое с глотком свежего воздуха в затхлом подвале — он стал делать более четкие движения и проводить удачные атаки, реже уходить в оборону. — Энн?.. Голос шел издалека, и я пока что не сочла нужным на него реагировать, тем более на кону стояла жизнь. Не знаю, что со мной случилось, что меня так задела судьба случайного человека? Я даже не знала, кто это был. Может быть, он был последней мразью и вполне заслуживал смерти, но я искренне хотела его победы. Нашей победы. Моей победы. — Энн! Очнись! Голос стал мне мешать. Он отвлекал от борьбы, и я могла пропустить что-то важное, тем более мои силы начали сдавать позиции. Вот «мы» пропускаем атаку, в результате получаем по ноге и падаем, но быстро встаем и вовремя уклоняемся от добивающего удара. Но я начинаю терять фокус, фигура передо мной плывет, а мой случайный боевой товарищ начинает отделяться от моей энергетики. — Энн! Хватит!!! Не знаю, почему, но я все-таки откликнулась на этот голос. И как раз в этот момент «нас» пронзили мечом насквозь. Было больно; я очень хорошо чувствовала все эмоции и ощущения того, с кем была сейчас в ментальном контакте. Фигура, одержав победу, удалялась, не оборачиваясь в «нашу» сторону. В глазах сильно потемнело, и последним, что я услышала, были слова благодарности. Благодарности мне. От него. Вот только за что, если он сейчас умирал где-то в темноте? И мне казалось, что я тоже умирала вместе с ним. Вторая смерть меньше чем за одни сутки. Похоже, Сонни был прав, и в деле от меня не было никакой пользы. Хотя кто знает, может быть, я подарила тому человеку нужную ему поддержку перед неминуемой гибелью? А если все-таки ее можно было избежать? Это все снова казалось мне чем-то тяжелым и сложным, особенно в той темноте. И если это снова конец, то что меня ждет? Средиземье и хоббиты? Нарния? Хогвартс или Вестерос? А вообще, пошло оно все к черту!