Очарована ею

— Эмма, милая, — Реджина с трудом сдерживала смех, выходя из кинотеатра. — Обещаю, в следующий раз мы с тобой пойдём на комедию, а не ужастик. — Смешинка в рот попала? — остановилась Эмма и притянула к себе Миллс за талию. — Просто ты такая милая, что я просто не могу сдержаться, — она уткнулась лбом в шею девушки, продолжая вздрагивать всем телом в приступе смеха. Реджину жутко развеселила Эмма на тех моментах, когда что-то страшное должно было появиться на экране. Она предчувствовала, и в этом ей помогали нагнетающая тишина на экране и тёмный подвал, куда спускался главный герой, и в эти моменты она хватала Реджину за руку и сжимала её, а иногда даже закрывала глаза. — В следующий раз мы сядем на последний ряд, и мне все равно, что будет идти на экране, — твёрдо заявила Эмма и наклонилась, чтобы доказать свою власть в поцелуе. Их не смущало, что они стоят посреди улицы, и прохожие с ярко выраженным интересом смотрят на них, не двигаясь с места. Первое время Реджина стеснялась гулять с Эммой по городу и держаться за руки, целовать её или обнимать. Она боялась осуждения, хоть и знала, что ей слова не скажут, в конце концов, это её жизнь. Эмма замечала это, но в один прекрасный момент она застала Реджину врасплох в людном месте и поцеловала её, тем самым показывая людям, что мэр занята. Сейчас Миллс уже не боялась показать своих чувств. — Целоваться мы можем и дома. — Фильм мы тоже можем посмотреть дома, — Эмма приподняла голову и увидела, что на город надвигаются тучи. Причём очень тёмные, видно, что грозовые. — Может, пойдём в кафе? А то под ливень попадем, — предложила Реджина. Несмотря на то, что они могли промокнуть, она не пожалела, что отправилась с Эммой на прогулку без машины. — Да ладно тебе, до дома успеем дойти. Или ты у меня Снежная Королева? Растаешь от воды? — смеясь, она потянула Реджину за руку, и они направились в сторону Миффлин стрит. Как и предполагалось, девушки попали под дождь, так и не дойдя до дома. Реджина пыталась отругать Эмму за то, что они все же не переждали ливень в кафе, а Эмма в свою очередь смеялась, чуть ли не танцуя под освежающими каплями. Открывая замерзшими руками входную дверь, Реджина первая вошла в дом и пропустила блондинку. Они обе были мокрыми насквозь, но Миллс всеми силами надеялась, что её дорогая косметика не была размазана по лицу. Подойдя к зеркалу, она выдохнула с облегчением, не заметив чёрных разводов на щеках и под глазами. — Ну, Эмма, — причитала Реджина, снимая с себя мокрое пальто, при этом с улыбкой на лице. — Зато освежились, — нашла она в этом что-то положительное и стянула со своих плеч куртку. — Если ты хотела освежиться, я бы с радостью вылила на тебя ведро холодной воды. — Ой, какая ты принцесса оказывается у меня, — фыркнула она и начала снимать с себя обувь. — Я не принцесса, просто не люблю быть мокрой, — сказала Реджина, даже не подумав, в каком ключе это может воспринять Эмма. — О, серьёзно? — Ты поняла, о чем я говорю, — послала она девушке взгляд через зеркало. — Нет, не поняла. Объясни, пожалуйста, — Эмма не любила включать дурочку, но сейчас она очень хотела вывести Реджину на этот разговор, может, ей удастся узнать, почему её девушка так реагирует на неё. — Эмма, — она развернулась к Свон лицом и уперлась ягодицами о тумбу. — Ты хочешь поговорить о сексе? — Да-а-а, — протянула Эмма и начала взглядом скользить по всему телу мэра, но дальше груди она не зашла. Эта часть привлекла её больше всего. Вставшие соски выделялись через неплотную ткань белой блузки и ажурного лифа, который, видимо, тоже стал мокрым. Она потеряла дар речи, глядя на две просвечивающие бусины, и в горле тут же пересохло. — Эмма? — Реджина щелкнула пальцами перед её лицом. Она прищурилась, когда увидела расширенные зрачки Эммы и сделала шаг навстречу, чтобы получше разглядеть, но в долю секунды оказалась прижатой к стене заведенным телом. Она не успела даже ничего сказать, как губы были накрыты в немного грубом и животном поцелуе, но Реджина ничуть не испугалась такого напора. Все тело горело и требовало прикосновений в другом месте, и это от одного лишь поцелуя. Эмма брала то, что уже хотела больше месяца. Она каждый раз сдерживала себя, когда Реджина более развратно её целовала, чем в прошлый раз, когда садилась на её колени и, не замечая, покачивала бедрами. Сцепив зубы, она терпела, а после, когда оставалась одна, остужалась холодным душем или пыталась утихомирить свой сексуальный голод едой. Она терпела, но сегодня терпению пришёл конец. — Эмма, — прошептала Реджина, когда поцелуи переместились на шею, отчего стон сорвался с пухлых губ и пронёсся по всей комнате. Веки дрожали, как и ноги, на которых было сложно устоять. И это всё от одного поцелуя. — Что ты?.. Договорить Миллс не успела, ведь Эмма вновь захватила её губы. Она хотела узнать, почему одну её руку плавно заводят над головой и вжимают в стену, не применяя грубой силы, и почему вторая рука уже самовольно скользит вверх, поддаваясь искушению. — Я хочу тебя, — прорычала Эмма, глядя в карий взгляд, затуманенный пеленой возбуждения и азарта. Свон даже не пыталась переместиться в горизонтальное положение. Она не могла оторваться от любимой женщины даже на секунду, поэтому начала тут же расправляться с её мокрой блузкой. Соски ещё сильнее напряглись, и очередной стон разлетелся по коридору, когда Эмма вскользь задела грудь рукой. Реджина уже вся извелась в ожидании более решительной ласки. Перед глазами начало меркнуть, пока неприятное чувство внизу живота заставляло сжимать бёдра. — Я больше не могу сдерживаться. С тобой это не реально, — распахнув блузку, она сжала обеими руками грудь, вдыхая не сдержанный выкрик. Это не было больно, наоборот — слишком приятно, чтобы сдерживаться в эмоциях. — Эмма, — простонала Миллс и начала плавно стекать по стене вниз, натыкаясь на преграду в виде колена девушки, которое оказалось между её ног. Она застонала ещё громче, опираясь на нужное в данный момент ей колено, и начала тереться. — Прошу… Малыш… — Ты чертовски горячая, — прохрипела Свон, понимая, о чем просит её девушка. Сильнее надавив коленом на влажную промежность, жар исходящий от которой можно было почувствовать даже сквозь плотную ткань джинсов, Эмма начала покачивать ногой, срывая череду громких стонов. — Боже! — Реджина начала извиваться и хвататься руками за плечи Эммы, когда пальцы нащупали её соски сквозь бюстгальтер и начали пощипывать, а губы терзали изящную шею, оставляя множество красных отметин. Даже от такой, казалось бы незначительной ласки, она теряет связь с реальностью. Настолько хорошо ей не было очень давно. Она практически плавилась под настойчивостью своей девушки, и, как это обычно бывает, в самый неподходящий момент зазвонил телефон. — Не бери… Эмма и не собиралась отвлекаться на жужжащий в заднем кармане джинсов телефон, ведь сейчас в её руках было нечто более ценное и горячее, и от этого она оторваться никак не может. Звонок прекратился. Целуя пухлые губы, Эмма взяла Реджину под колено и закинула её ногу себе за поясницу, начиная рукой скользить вверх по капрону. Под подушечками пальцев она ощущала мурашки, причиной появления которых была только она. — Милая… — выдохнула стон Реджина. — Не останавливайся… Сильнее надавив коленом на истекающую промежность, Эмма начала покусывать полушария груди, не заходя ещё за границы шёлковой ткани, но только она собралась её отодвинуть и вобрать в рот напряженный сосок, как телефон снова затрезвонил. — Чёрт! Прости, — отойдя на безопасное расстояние, Эмма взглянула на дисплей. — Это важно. Ей пришлось уйти в гостиную, чтобы ответить на звонок, при этом оставляя перевозбуждённую брюнетку одну. Ещё немного и она смогла бы достичь своего удовольствия, показывая Эмме, как ей хорошо с ней, но сейчас ей пришлось на дрожащих ногах и в распахнутой блузке подниматься в свою спальню, хватаясь за перила, чтобы немного остудиться. Эмма довольно долго разговаривала по телефону, и поначалу ей было тяжело переключиться на работу, ведь сама думала сейчас далеко не головой, но к концу разговора она остыла и направилась на поиски брюнетки. Реджине требовалось намного больше времени, чтобы остыть. Либо больше времени, либо разрядка, которую она могла бы себе обеспечить, пока Эмма разговаривала по телефону, но она решила перебороть себя и сейчас просто сидела на краю джакузи и наблюдала, как вода наполняет её. Подойдя к зеркалу, она увидела свою шею в красных пятнах. Такого Реджина не позволяла прошлым свои партнёрам, но, глядя на метки, оставленные Эммой, она улыбалась, проводя рукой по шее. Блузка была распахнута, и в мокрой одежде уже становилось холодно. — Реджина, — Эмма постучала в дверь с той стороны. — Все хорошо? — Да, — немного неуверенно сказала она, что не укрылось от девушки. — Откроешь мне дверь? Реджина колебалась пару секунд, а потом всё же подошла к двери и открыла её. Эмма заметила её румянец и бегающий взгляд, который она не поднимала. Эта ситуация, видимо, смутила её. Приподняв подбородок двумя пальцами, Эмма нежно прикоснулась к любимым губам, привлекая женщину к себе за талию. — Не хочешь принять ванну? — спросила Реджина, что было весьма неожиданно. Эмма думала, что брюнетка не так скоро отойдет от произошедшего, но, видимо, ошиблась. — Вместе? — Да, — она смущенно опустила взгляд. — Я до сих пор ещё не отошла от нашего с тобой… И я слишком возбуждена, но я просто хочу сейчас с тобой погреться. Обещаю, я не буду приставать. — Я была бы не против твоих приставаний, — улыбнулась Эмма и начала медленно стягивать с брюнетки блузку. — Я говорила тебе, что ты очень красивая? — Да, — в свою очередь Реджина стянула с Эммы футболку, оголяя её подтянутый живот, по которому тут же невесомо пробежались холодные пальцы. — Ты тоже очень красивая, Эмма. — Реджина, я уже давно хотела тебе сказать, — повисла небольшая пауза, во время которой Эмма пыталась собраться с мыслями. — Я люблю тебя, и хочу всю жизнь прожить с тобой. Ты — чудесная женщина, и мне очень повезло с тобой. Миллс стояла с широко открытыми глазами, которые тут же увлажнились. Притягивая к себе Эмму для поцелуя, она дала понять, как важны ей эти слова, но, отстранившись, поняла, что время пришло и для её признания: — Я тоже люблю тебя, Эмма. Я поняла это не так давно, но боялась тебе признаться в своих чувствах, — Свон приподняла брови. — Я боялась, что ты не чувствуешь того же. — Глупенькая моя, — вновь поцеловав брюнетку, Эмма нашла на юбке молнию и потянула бегунок вниз. Юбка тут же упала к ногам. — Дай угадаю, на тебе сейчас чулки и красивые шелковые трусики? Эмме даже не нужно было смотреть вниз, чтобы убедиться в своих словах, от которых Реджина в смущении прикусила губу. — Да. — Ох, мисс Миллс, Вы сведете меня с ума, — хихикнула Эмма и тут же застыла, когда ловкие пальцы начали расправляться с пуговицей на её джинсах. — А Вы, шериф Свон, — Реджина дернула девушку на себя, удерживая за джинсы, и приблизилась к её губам. — Держите себя в руках. Полностью раздевшись, они оглядели друг друга в лёгком смущении, но дальнейший поцелуй стер эту неловкость. Удивительно, как они ещё не набросились друг на друга, полностью обнажившись, хотя полчаса назад изнывали от желания будучи в одежде. Забравшись первой в большую джакузи, Эмма подала Реджине руку, помогая ступить в горячую воду, не забыв полюбоваться её пышными формами с другого ракурса. Она помогла ей устроиться рядом с собой, хотя было огромное желание уложить на себя и в полной мере прочувствовать эту женщину, но вновь приходилось сдерживаться. — У тебя потрясающая фигура, — шепнула Эмма, целуя в макушку. Реджина вновь засмущалась, при этом оставляя поцелуй на шее девушки. Вода не скрывала небольшую грудь Эммы, и теперь и Миллс могла насладиться этим видом. — Ты тоже очень красивая, любовь моя, — слегка ложась на Эмму, Реджина заглянула в её серый взгляд. — Знаешь, я никогда раньше не была с девушками. — Значит, я у тебя первая? — улыбнулась она. — Значит, ты в некотором роде девственница. — Значит, да, — засмеялась брюнетка. — А у тебя были женщины до меня? — Да, — честно ответила Эмма. — Не переживай, котёнок, ты попала в надежные руки. Приблизившись к уху, Эмма начала шептать нежные и ласковые слова, переплетая их с лёгкой пошлостью, отчего Реджина мило смеялась и немного краснела.