Love is a Ballfield

Йен проснулся от голоса Микки. - Эй, Галлагер, проснись и пой, мать твою. Было слишком рано. Он поплотнее натянул одеяло и забился под него. Подушка ударила его по затылку. - Галлагер, вставай, - настаивал Микки. - Я принес тебе завтрак. Если ты хочешь поесть перед игрой, тебе нужно пошевеливаться. - Я устал, - простонал Йен. - Какого хрена? Ты лег спать в 23:30. В ответ на это Йен пробормотал что-то неразборчивое. - Дело твое. Я еду на стадион через полчаса с тобой или без тебя. Йен перевернулся на другой бок и уставился на своего соседа. Он знал, что Микки старался быть полезным, но был слишком зол на него, чтобы обращать на это внимание. Он провел полночи, анализируя противоречивые действия Микки. Почему парень считает себя в праве указывать ему, что они не должны трахаться друг с другом, а затем приглашать его на поле, флиртовать с ним, прикасаться к нему, только чтобы потом пойти и переспать с каким-то мудаком из другой гребаной команды. Он был сыт по горло этим дерьмом. Рыжик встал с кровати и направился в ванную, не обращая внимания на свой заметный стояк. Микки указал на него. - Мы будем делать это снова сегодня утром? Я бы не оделся, если бы знал. - Нет, - проворчал Йен. Он закрылся в ванной и сел на унитаз, обхватив голову руками. Господи, как же он устал. Кофе. Ему нужен гребаный чан кофе. Он отлил, а затем плеснул водой в лицо. Взглянув в зеркало, Йен чуть не рассмеялся над тем, насколько изможденным он выглядел. Он решил, что это все же лучше, чем то, что он чувствовал внутри. Когда он вышел из ванной, Микки стоял, прислонившись к стойке и скрестив руки на груди, с озабоченным выражением на лице. - Блядь, что за хрень с тобой сегодня? - спросил он. - Ты что, вчера вечером пил или что-то еще? - Что? Нет, - ответил Йен медленно и монотонно. Он просто хотел, чтобы Микки оставил его в покое. Порывшись в сумке в поисках одежды, он натянул футболку и спортивные шорты. Он подошел к кофейнику, протиснулся мимо Микки и налил себе чашку варева, которое уже приготовил его сосед по комнате. Там же его ждала тарелка с завтраком. Йен, должно быть, был в полной отключке, раз проспал, пока Микки делал все это. Рыжий посмотрел на еду, которую принес Микки. Там было все то, что он выбрал на завтрак вчера утром, потому что, конечно же, блядь, его сосед по комнате обратил на это внимание. То, от чего вчера у него порхали бабочки, сегодня просто выворачивало наизнанку. Он оставил тарелку на месте и сел на диван со своим кофе. Микки, явно неспособный понять намек, уселся рядом с ним. Он молчал, но Йен чувствовал на себе его взгляд. - Ты нервничаешь из-за сегодняшнего дня? Тьфу. Как обычно, Йен даже не думал о своем первом дне. Так что, да, теперь он нервничал. - Наверное, - пробормотал он. - Жду не дождусь увидеть тебя в деле, чувак. Йен тупо посмотрел на него и отвернулся. Просто заткнись, Микки. Второй бейсмен позволил ему спокойно выпить кофе. Одну минуту. Потом легонько толкнул его локтем в бок. - Эй, - сказал он. - Ты хочешь, чтобы я оставил тебя в покое? Я могу уйти. Йен вздохнул. Да, именно этого он и хотел. Но когда он открыл рот, чтобы сказать это, то увидел, как Микки смотрит на него, и остановился. Его голубые глаза были настолько серьезными, что у Йена перехватило дыхание. Он почувствовал, что его защита начинает рушиться. Микки пытался быть его другом. Если не считать того, что между ними было это чертово влечение, было очевидно, что Микки был искренен. Он смягчился под взглядом брюнета. Возможно, сегодня ему пригодился бы друг. - Нет, все в порядке. Я в порядке, - настаивал он. Он не был, вообще, но он найдет способ быть. - Я просто устал. - Хочешь выпить гребаного эспрессо или еще чего-нибудь где-то? После того, как поешь? - Микки встал, схватил со стола тарелку Йена и поставил перед ним на кофейный столик. Затем снова сел. - Да, конечно, - согласился Йен. Он неохотно взял плюшку и откусил кусочек. - Я видел Старбакс на полпути отсюда до стадиона. Хочешь прогуляться? - стадион находился примерно в двадцати пяти минутах ходьбы от отеля. Он решил, что это упражнение придаст ему сил. - Не-а, чувак, я вчера слишком перетрудился и моя задница чертовски болит. Давай возьмем такси. Йен выплюнул содержимое своего рта через всю комнату. - Какого хрена, Микки?! Брови Мики взлетели вверх. - Господи, что?! - Ты думаешь, я хочу слышать о том, как Эванс долбил тебя прошлой ночью?! Микки растерянно скривился и уставился на него, не моргая. Мгновение спустя его лицо расслабилось, он схватил диванную подушку и ударил ею Йена в грудь. - Что, блядь, с тобой не так? – застонал он. - Оу! - воскликнул Йен. - Что со мной не так?! - он был ошарашен. - Я говорил не о сексе, ты, гребаный придурок. Мы тренировались. Настала очередь Йена выглядеть смущенным. - Хм? Зачем тебе тренироваться с Эвансом? - Раньше мы все время вместе тренировались. Он был моим соседом по комнате в Нью-Гэмпшире до того, как его перевели в другую команду. Мы пошли в его спортзал, и он показал мне новый режим, который его тренер дал ему. Там чертовски тяжелые приседания, - он закончил последние слова и рассмеялся. Йен наблюдал за тем, как он теряет контроль над собой, и не отставал. Они откинулись на спинку дивана, схватились за животы и смеялись до тех пор, пока слезы не начали появляться в уголках глаз. Когда они пришли в себя, Микки повернул голову и посмотрел на Йена. Он игриво толкнул его в плечо. - Чертов тупица, - выругался он. - Пошел на хуй, - огрызнулся Йен. Он ткнул брюнета в бок. Когда Микки попытался отомстить, Йен схватил его за запястье. Микки нырнул другой рукой, но Йен схватил ее тоже, и они боролись друг с другом в течение секунды. Микки был чертовски драчливым: он высвободил руку и, хихикая, как дерзкий маленький говнюк, которым он был, ущипнул Йена за грудь в непосредственной близости от его соска. Йену снова удалось схватить его за руку, и он всем своим весом прижал извивающегося парня к спинке дивана. - Сдавайся, - выдохнул он, нависая над ним. После последнего бесполезного рывка Микки перестал сопротивляться и посмотрел на него. Их улыбки дрогнули, когда они осознали, в какое положение они себя поставили, но ни один из них не сделал попытки пошевелиться. Микки посмотрел на губы Йена, потом снова в его глаза, и Йен почувствовал, как по его телу пробежал совершенно другой вид адреналина. Он отпустил левое запястье Микки и сжал ткань его спортивных штанов на бедре. Свободная рука Микки опустилась на его бицепс. Они оба посмотрели на руку Йена, а затем снова друг на друга. Йен судорожно сглотнул. - Наверное, нам пора вставать, - прошептал он, надеясь, что Микки сочтет эту идею отстойной. Микки кивнул. - Ага, давай вставать, - согласился он. Йен оторвался от него и глубоко вздохнул. Микки встал, но в последний раз толкнул его, прежде чем отойти подальше с высунутым языком. Этот человек знал, как снять напряжение. Остаток утра они провели, как ни в чем не бывало. Однозначно, Йен был в гораздо лучшем настроении. Мало того, что Микки не спал с Эвансом, он еще и отлично справлялся со своими нервами. Всякий раз, когда Йен «зеленел», Микки говорил что-нибудь ободряющее или смешное, или и то и другое. Он не помнил о своем костюме, пока они не вышли из гостиничного номера. Когда он вернулся, чтобы надеть его, глаза Микки загорелись. - Знаешь, если подумать, может, нам стоит прогуляться? Йен улыбнулся в сотый раз за утро. - Да, я не думал об этом. - Жаль, что такси уже здесь, - пошутил Микки. - Хочешь, чтобы я спустился вниз и сказал ему, чтобы он уехал? Йен склонил голову набок с комично не впечатленным выражением лица, учитывая широту улыбки Гуфи. - Пожалуйста, мы можем спуститься до того, как он уедет, и нам действительно придется идти пешком. - Если мы это сделаем, ты, блядь, не пойдешь рядом со мной. Йен рассмеялся в сотый раз за утро и вытолкал Микки за дверь.

***

Вернувшись на поле, в то же место и в то же время, что и днем ранее, между соседями по комнате не было разговоров. Вчера Микки болтал с ним почти все время. Оглядываясь назад, Йен подозревал, что Микки почувствовал, что именно это ему и было нужно. Сегодня он искал тишины и ритуала. Микки молчал, пока Йен не заговорил с ним. Он даже не произнес ни слова, когда Йен выхватил сигарету из его пальцев и забыл вернуть ее. Хотя, он мог сказать намного больше своими бровями, одна из которых поднялась довольно высоко. Йен, впервые в его присутствии, не беспокоился о Микки. Свободный от мыслей о том, что тот узнает, что он гей, свободный от размышлений о том, гей ли он сам, не зацикливаясь на каждой мелочи, которую он делает, стараясь не заостряться на этом, свободный от размышлений о том, о чем, черт возьми, он думает или о ком он думает. Йен был уверен, что в другой раз возникло бы много проблем, но сегодня Микки ясно дал понять, что ему не все равно, что с ним случилось, и это имело значение. Когда он взглянул на траву, холмик, землю, небо – он, наконец, испытал это снова, и своевременно. Он просто надеялся, что его задница выдаст достойную игру, учитывая, что накануне он плохо спал, и у него не было достаточной подготовки. Он уже делал это раньше. К тому времени, как они услышали, что их товарищи по команде прибыли в здание клуба, Йен был готов приступить к работе. - Хочешь вернуться внутрь? - спросил Микки. - Конечно, - они повернулись, чтобы уйти, но Йен протянул руку, чтобы остановить его. - Не расстраивайся, если я не буду пялиться на тебя сегодня, - сказал он самым серьезным тоном. - Мне нужно сосредоточиться, - он посмотрел на него, стараясь не упасть лицом в грязь. Микки усмехнулся. - Я поверю, когда не увижу этого, - он спустился по ступенькам дагаута, и если судить по тому, как Йен осматривал его задницу по пути, Микки, скорее всего, был прав. К счастью для Йена, тренер Стэнли забрал его, как только он переоделся в тренировочное снаряжение, и отвел его и Фаулера в соседнюю комнату, чтобы поговорить о стратегии. Йен не был в восторге от того, что закаленный Фаулер ловит его (имеется в виду ловит его подачи)вместо Дворецки, который, очевидно, повредил большой палец, но с этим ничего нельзя было поделать. Он решил извлечь максимум пользы из дерьмовой ситуации. - Я просмотрел много твоих видео, - сказал Стэнли Йену. - Видел, на что ты способен. Давай обсудим план. Для Йена это звучало как музыка. Они проговорили почти два часа. Дольше, чем обычный сеанс такого рода, но Стэнли мог сказать, что Йену это пойдет на пользу. К тому времени, как они закончили, Йен почувствовал, что, возможно, он не совсем все испортит. У него было немного времени до начала игры, и он вернулся к Микки, который массировал свои ноги и задницу в раздевалке. - Ты готов? - спросил он, когда Йен подошел. - Как и всегда. - Ты готов. Йен сам поверил в это, когда Микки так сказал. - Задница все еще болит? - спросил Йен. - Тренер заставлял нас бегать, - пожаловался он. - Все не так уж плохо. Йен плюхнулся рядом с ним и начал разминать свои плечи, пока он смотрел на брюнета, сгорая от желания помочь Микки с массажем. - Фаулер тебя ловит? - Да, - вздохнул Йен. У парня была репутация человека, с которым трудно работать. Микки пожал плечами. - Нахуй его. Просто делай свое дело. Йен натянуто улыбнулся. Вскоре после этого он оставил его и остальную часть команды, чтобы начать разминку в буллпене (специальная зона, где разминаются питчеры перед игрой). Когда он вышел на поле в этот раз, он ощутил ту же самую энергию перед игрой, которую он испытал накануне, но на этот раз он знал, что будет в центре этого. Вот что ему нравилось в роли питчера. Это также делало его настолько нервным. Но он не достигнет многого, если не научится справляться с этим чувством. Он пересек поле в сопровождении Фаулера и направился в буллпен. Как только он взобрался на холм и взял в руки мяч, он почувствовал, что годы дисциплины и тренировок взяли верх. Он бросал в перчатку Фаулера мяч за мячом и входил в ритм. Время шло слишком быстро, и в следующий момент он понял, что его вызывают обратно в дагаут для начала игры. Заиграл национальный гимн, и питчер противника занял свою позицию. Микки подошел к скамейке запасных и начал практиковаться в замахе. Потом началась игра. Йен испытал тот же трепет, наблюдая за тем, как Микки с важным видом подошел к базе отбивающего, что и в предыдущей игре. Прежде чем встать в стойку, он что-то сказал судье: наверное, решил начать пораньше с шуток. Йен надеялся, что судья не был в плохом настроении. Микки создал счет 3-1 (это не счет игры, а счет в самом иннинге, показывающий количество мячей и страйков, короче, я два часа пялилась в игру с объяснениями, но так и не поняла нихуя), прежде чем он отбил фастбол, который отпрыгнул в шортстопа. Его вышвырнули из игры, и толпа громко зааплодировала. Второй бейсмен нашел Йена, как только он вернулся в землянку. - Похоже, судья все еще считает их хорошими, - заметил Микки. - Да, - Йен рассеянно оглядывал толпу, немного напуганный тем, с каким количеством фанатов PawSox ему придется иметь дело. Микки правильно истолковал его беспокойство. - Каждый из этих ублюдков хочет, чтобы мы облажались. - Вот так ты мне помогаешь? - спросил Йен. - Не знаю, как тебе, а мне нравится выводить из себя десять тысяч человек одновременно, - он нахально усмехнулся. Йен рассмеялся. Это звучало здорово. Они посмотрели последнего отбивающего иннинга, после чего Микки похлопал Йена между лопаток. - Пойдем, - просто сказал он. Йен надел кепку и направился к ступенькам дагаута. Их товарищи по команде подбадривали его, поглаживая его по плечу, подталкивая локтями, похлопывая по заднице. Микки и Йен бок о бок выбежали на поле. Микки оставил его у насыпи, бросив последний ободряющий взгляд. Он и другие инфилдеры начали бросать мяч между ними, и Фаулер также бросил Йену. Он бросал тренировочные подачи, пока судья не позвал первого бэттера. Йен смотрел, как Фаулер подает сигнал между ног. Фастболл. Йен кивнул, и Фаулер выпрямился. Глубоко вздохнув, Йен позволил всему, кроме рукавицы Фаулера, отойти на задний план. Он замахнулся и сделал подачу во внутренний угол «дома». Бэттер замахнулся, и это засчитали страйком. (Не буду описывать что и как, но типа это было крутой подачей со стороны питчера – Йена) Йен услышал, как Микки присвистнул, и прикусил губу, чтобы не улыбнуться, как идиот. Он снова проследил за сигналами Фаулера. Фастболл. Он кивнул. Сегодня вечером он будет использовать свою горячность по максимуму. На этот раз бэттер качнулся и промахнулся. Затем Фаулер показал крученую подачу. Конечно. Йен кивнул. Отбивающий ударил по мячу кончиком биты, и он отскочил на секунду. Микки ловко схватил его и бросил первому бейсмену. Он подмигнул Йену, возвращаясь на позицию. Микки, будучи частью его первого выхода в профессиональной лиге, не мог сделать Йена счастливее, чем, если бы он сам выбил в аут бэттера противника. (Это короче тоже было круто, только теперь со стороны Микки) После этого иннинг пошел быстро. Во всяком случае, быстро для бейсбола, где время измеряется скоростью улитки. К счастью, толпа была довольно сдержанной в начале игры. Йен с удивлением обнаружил, что они стали менее значимым фактором, чем он ожидал. Две тысячи или десять тысяч - все становится одинаковым, когда смотришь на перчатку. Он выбил в аут следующего бэттера, а третий отбил высоко за пределы поля. Один иннинг в сторону. В дагауте все его товарищи по команде поднялись со скамейки, чтобы дать ему пять, а тренер сказал ему продолжать в том же духе. Он, конечно, попытается. Микки сел рядом. - Я впечатлен, - сказал он, повторяя слова Йена, сказанные накануне. - Вот как? Он кивнул. - Горячо? Я рад, что мне не придется биться против тебя. Йен усмехнулся. - Это звучало бы более искренне, если бы ты не говорил то же самое, что я сказал тебе вчера. - Нет. Ты сказал, что рад, что тебе не пришлось выступать против меня. Если бы я это сказал, не было бы никакого гребаного смысла. - Значит, нам обоим повезло, - рассмеялся Йен. - Думаю, да, - согласился Микки, глядя вперед. Они смотрели на низ первого иннинга с улыбками на лицах. (Короче, иннинг делится на две части – верх и низ, в ходе которых команды меняются местами) Подачи проходили намного быстрее, когда ты играл. Йен отказался от нескольких ударов, но он также выбил в аут нескольких бэттеров. У Бизонов было три пробега в верхней части третьего иннинга (когда бэттер прошел все 3 базы и вернулся на домашнюю), но Йен попал в небольшую неприятность в четвертом и отказался от двух подач. Фаулер показал свою сущность в том иннинге; сигнализируя ту же самую подачу снова и снова, даже когда Йен отказывался. Это чертовски расстраивало его, и он подал знак мудаку подойти к насыпи. Йен сказал ему, что если он будет продолжать это делать, то нацелит свою подачу на "его гребаные причиндалы, а не на перчатку": это все равно будет пиздец как больно, даже через защитную чашку. Фаулер остановился. Все стало рискованно в шестом иннинге, когда PawSox получил два базовых удара с их первыми двумя на летучих мышах. Раннеры были на первой и третьей базе, и Йен проигрывал третьему бэттеру со счетом 3-1. Он устал, и его подачи становились менее точными. Прошло довольно много времени с тех пор, как он бросил мяч, и его состояние не улучшилось: недостаток сна не помогал делу. Тренер Мичем попросил тайм-аут, и судья домашней базы дал сигнал для остановки игры. Блядь. Йен не хотел, чтобы пришел сменный питчер. Он устал, но ему нужно было показать тренеру, что он может разгребать свои собственные беспорядки, а не оставлять их кому-то другому. Фаулер побежал к насыпи, а тренер Мичем широкими шагами приблизился к ним. Микки появился из-за его спины, кусая губы. У них было всего тридцать секунд на разговор. - Ты в порядке? - спросил его Мичем. - Я в порядке, - заверил он его, хотя сам не был в этом уверен. - Это твой первый старт. Тебе не обязательно быть героем, - продолжал Мичем. - Думаю, стоит позвать замену, он уже натворил дел, - подал голос Фаулер. - Заткнись, Фаулер, - это был Микки. Ничего удивительного. - Он говорит, что он в порядке, значит, он в порядке. Тренер посмотрел на Йена на мгновение, потом пришел к решению. - Хорошо, иннинг твой, Галлагер. Все разошлись, кроме Микки. Йен бросил на него страдальческий взгляд. - Не знаю, смогу ли я это сделать. - Йен, послушай меня, у тебя есть я и еще семеро парней, которые поддержат тебя. Дело не только в тебе, - он жестом указал между ними. - Мы справимся, - он посмотрел Йену в глаза и убедился, что тот понял. Так и было. Это было именно то, что он хотел услышать. Микки похлопал его по заднице затянутой в перчатку рукой и занял прежнее положение. Йен не упустил того, как Микки произнес его имя. Черт, это звучало хорошо. Он тут же поклялся, что однажды заставит этого человека произнести его имя при других обстоятельствах. Он был уверен, что его жизнь не сложится как надо, если он этого не сделает. Он подал быстрый мяч над домашней базой, и бэттер отправил его глубоко в центр. Аутфилдер поймал его, и раннер на третьей базе забил и выиграл. Болельщики бесновалась на трибунах. Бизоны держали другого раннера на второй базе. Двое вышли, один остался. Если он закончит иннинг только с одним раннером, он будет доволен этим. Он выдал все, что у него осталось, и он знал, что не вернется в седьмом иннинге на поле, и он выбил в аут последнего бэттера тремя великолепными быстрыми подачами. - Ты закончил? - спросил тренер, когда он вошел в дагаут. - Да, - ответил он. По крайней мере, он решил, что играет на своих условиях. - Вот и одна игра за плечами, парень, - сказал он. - Хорошая работа. - Спасибо, тренер. Мелендес подошел к нему сзади и быстро накинулся на него. Он потерял счет, сколько рук погладило его задницу. Ему самому нравилось то, что было в его колонке, и он не мог жаловаться на такую реакцию товарищей, поэтому освободившись, он просто отправился на поиски льда для своего плеча. Микки отбивал и попал на базу, поэтому у него не было его компании в седьмом иннинге. Он подошел к судье, перед тем, как рысцой вбежать в дагаут, перед началом восьмого иннинга. Он протянул Йену мяч. - Что это? - спросил он. - Твоя первая подача. - Что? - Я попросил судью оставить его для тебя, когда началась игра. - Ты это сделал? - Йен удивленно посмотрел на него. Он пожал плечами. -Это и твой первый выход. Так же как и мяч. Йен посмотрел на него. Он даже не подумал оставить его себе. Он поднял голову, чтобы поблагодарить Микки, но тот уже ушел. Йен смотрел ему в спину, пока тот пробирался через дагаут. В этот момент он осознал, что реакция его сердца на Микки была чем-то, что он совершенно не контролировал.

***

Они проиграли со счетом 4-3. Команда была мрачной в раздевалке, но так было всегда после проигрыша. Выйдя из раздевалки, Йен увидел, что Эванс слоняется по коридору. Микки закончил незадолго до этого и ушел. Он надеялся, что Эванс не ждет его возвращения. - Не выйдешь сегодня? - спросил он Микки, когда увидел, что тот курит, прислонившись к стене, и явно ждет автобуса. - Нет, я весь твой, - ответил он. - Вот как? Никакой долбежки задницы сегодня? - пошутил Йен. - Я этого не говорил, - и опять эти чертовы брови. Жаль, что этот гребаный флирт был всего лишь разговором. Йен определенно начинал понимать Микки, если его повышенный, но не опасный, пульс был какой-то индикацией. Йен поднял бровь. - Честно предупреждаю, когда-нибудь ты скажешь что-нибудь подобное, и я приму это всерьез. - Обещаешь?- сказал он, закусив губу сквозь улыбку. - Обещаю, - на самом деле он гарантировал это, черт возьми. Он стащил у Микки сигарету и докурил ее по пути к ступеням автобуса, а затем выбросил ее, слушая, как Микки хихикает у него за спиной.

***

Когда они вернулись в свою комнату, Микки задержался, чтобы бросить сумку, а затем резко развернулся. - Я вернусь через минуту, - сказал он перед уходом. Йен снял костюм, отправил сообщение сестре о том, как прошла его игра, и сел на кровать, чтобы загрузить "Безумцев", пока ждал. Ему все еще не удалось закончить первый эпизод. Микки постучал, когда вернулся в комнату, и Йен встал, чтобы открыть дверь. - Можешь перестать стучать, - пожаловался он, открывая дверь. Микки сделал вид, что задумался. - Нет, это еще не устарело. - Не согласен. Что это? Микки держал в руках упаковку пива и пакет с какой-то нездоровой пищей. Он вошел и положил его на стойку. Йен последовал за ним. -Мы празднуем. - Я не выиграл. - Нет, но и ты не проиграл. И мы бы сделали это, даже если бы ты это сделал. Потому что подача в твоей первой профессиональной игре заслуживает гребаного празднования, несмотря ни на что. Йен уставился на него. Он вообще реальный? Проклятье. Прежде чем Микки успел что-то предпринять, он сократил расстояние между ними, обнял его и крепко прижал к себе. Микки удивленно хмыкнул, но не стал сопротивляться. - Спасибо, Микки, - пробормотал Йен ему в плечо. Он имел в виду не только это, но и весь день, но не сказал, не мог сказать, боясь, что закончит тем, что будет рыдать в рубашку этого парня. - Эй, черт возьми, с удовольствием, - мягко сказал Микки, его рука мягко легла на заднюю часть шеи Йена. Йен мог поклясться, что почувствовал биение сердца Микки в его груди, такое же яростное, как и его собственное. Он не хотел отпускать его, но отпустил. Когда они оторвались друг от друга, Микки улыбнулся и сунул ему в руку пиво. - Что смотришь? - спросил он, указывая на планшет на кровати Йена. - Я пытаюсь догнать «Безумцев», - Йен подошел и сел. - На каком ты эпизоде? - Первый. - Черт, мы на четвертом сезоне. Это займет у тебя вечность, - он подошел к кровати Йена. - Подвинься, - сказал он. Йен подвинулся так, что оказался полностью на кровати, и Микки забрался рядом с ним. Они устроились у изголовья кровати, и Микки указал на экран. - Этот парень - Драпер. Он работает в рекламном агентстве, - он жестом попросил Йена передать ему планшет. Он провел пальцем по экрану, чтобы просмотреть эпизод. - Ок, это жена, а это... - он просмотрел еще немного. – Это тайный перепихон, - он продолжал какое-то время, рассказывал вкратце моменты шоу, пока Йен терялся в тембре его голоса. Так они провели остаток ночи: пили, ели и разговаривали о пустяках. Это было легко и идеально, и когда Микки, в конце концов, встал с кровати Йена, чтобы пойти к себе, Йен никогда в жизни не был так готов позволить сну овладеть им.

***

На следующий день они проснулись с тем же настроением, что и в четверг. Они дразнили друг друга и флиртовали все утро. Они смешивали болтовню с моментами почти одиночества на поле перед прибытием их товарищей по команде: Йен украл только четверть сигареты Микки на этот раз. У них была практика и хорошая игра, которую они выиграли. Йену удалось еще раз взглянуть на Микки в спортивном банадаже, и это было так же хорошо и возбуждало, как он помнил; не то чтобы он сомневался. (Специально для тебя Ирина…гы гы гы) А потом они снова вернулись в отель. На следующее утро они уезжали в Буффало. Йен не знал, как часто он будет видеть Микки за пределами стадиона, когда они вернутся домой. Он предполагал, что встреч вообще не будет, а они пробудут в Буффало неделю. Итак, он просто хотел расслабиться вечером и насладиться компанией своего соседа по комнате. Но Мелендес появился у их двери, пытаясь убить время. Его сосед нуждался в комнате, и его выгнали - Тебе больше некуда идти? - спросил Микки, когда открыл дверь. Мелендес только рассмеялся и протолкнулся внутрь, еще раз доказывая теорию Йена, что его товарищи по команде невосприимчивы к сарказму Микки. Когда Йен и Мелендес решили провести матч по армрестлингу и пригласили Микки сыграть с победителем, он заявил: - Нет, блядь. Вообще-то я планирую использовать свою руку завтра, - и многозначительно посмотрел на Мелендеса. У третьего бейсмена чуть живот не лопнул от смеха. Может быть, мужчины просто любили Микки, были они геями или нет. Йен мог в это поверить. Как только Мелендес ушел, Микки серьезно посмотрел на Йена и сказал: - Не так уж и отстойно, что я застрял тут с тобой. После насмешек, которые Мелендес терпел всю ночь, Йен был уверен, что это считается редкой похвалой от Микки. Он улыбнулся брюнету. Микки сердито посмотрел на него. - Ладно, успокойся, прежде чем споткнешься о что-нибудь. Йен уверенно подошел к нему. - То, что я застрял с тобой, тоже не отстой, Мик, - сказал он, подойдя ближе; огромное преуменьшение, но, тем не менее, правда. Он спокойно изучал Микки, пока тот не почесал затылок и не уставился в пол. - Хочешь посмотреть шоу или еще какое-то дерьмо? - спросил Микки. - Да, давай, - ответил Йен.

***

Они вытащили свои задницы из постели в 5:15 утра, чтобы отправиться в дорогу в 6 утра. Йен наслаждался восхитительно сонным и помятым Микки, ворчащим о том, как чертовски рано это было. Он отказался от кофе, сказав, что снова будет спать в автобусе. Йен в последний раз надел свой дурацкий костюм Гуфи, и они спустились вниз. Когда они зашли в автобус, Микки снова направился в заднюю часть, быстро подтолкнул подушку к окну и свернулся на ней калачиком. Йен сел на те же места, что и в прошлый раз, Мелендес - перед ним, Боузер - через проход. Большая часть команды пыталась сделать то же, что и Микки, но Йен сомневался, что ему самому удастся заснуть. Он смотрел в окно и думал о поездке. По дороге в Потакет он чувствовал себя совершенно иначе, чем сейчас, на обратном пути. Все прошло совсем не так, как он надеялся или боялся. Это было что-то совсем другое. Нечто лучшее. Когда большая часть команды проснулась, они включили «Безумцев» в телевизорах над головой. Микки скользнул на соседнее сиденье рядом с рыжим и устроился поудобнее. Мелендес увидел его и удивленно посмотрел на него, на что Микки ответил средним пальцем. Он откинул голову на спинку сиденья и посмотрел на Йена. - Привет, - произнес он. - Я подумал, что могу посидеть здесь, на случай, если ты не поймешь смысла шоу. - Да, это было бы здорово. Микки помог ему надеть наушники. Они выпадали с полдюжины раз, прежде чем, наконец, застряли в ушах. Каждый раз, когда у Йена возникал вопрос, он подталкивал Микки локтем, Микки вытаскивал один наушник, отвечал, и все начиналось сначала. К тому времени, как подали обед и распределили сэндвичи, Микки решил, что с него хватит. Он посмотрел на перчатки Йена и закатил глаза. - Эй, засранец! - крикнул он через проход Боузеру. Когда аутфилдер поднял глаза, Микки распахнул окно, стянул с Йена перчатки и выбросил их. Они пронеслись мимо в белом облаке и приземлились в канаву на обочине дороги. - Микки, это же в аренду! – заскулил Боузер. - Не моя гребаная проблема, - сказал он, закрыв окно, протянул Йену наушник и снова сел. Он не двигался до конца поездки, даже после того, как шоу было давно выключено.