Diamond Eyes

      Многие люди думают, что стоит им найти нужного человека, так всё сразу становится на свои места. Это не правда. Тот самый «нужный человек» не изменит твою жизнь, даже если очень постарается, а лишь разрушит свою. Если, конечно, ты сам не поменяешься, чтобы и ему, и тебе стало лучше и ярче жить. Алекс не считала Тома тем самым человеком, потому что не собиралась что-либо менять. Сейчас она временно поживёт с ним, даст время брату, а после вернётся к своему бессмысленному существованию в мире, наполненном лишь выдуманными другими людьми образами, пытаясь отказаться от реальности.       Сейчас же она смотрела на себя полностью обнажённую в большое зеркало, слегка хмурясь. Тело её было таким же как и всегда — не худое, не полное, максимально обычное. Тому наверняка понравится, хотя её это волновало в последнюю очередь. Сложно было сказать, о чём она думала. Алекс не говорила ему, что собирается сегодня с ним лишиться девственности, зная, что он захочет — по нему видно, что точно согласится. Однако была ли она готова? Нет. Но чувствовала, что именно сейчас это крайне необходимо. Боязнь чужих прикосновений вредила девушке всю жизнь, а ведь хотелось почувствовать тепло другого тела. Обниматься с друзьями, к сожалению, не совсем подходило под это определение. Только вот она хоть и не полная, но мышцы довольно слабые из-за лежачего образа жизни, поэтому фигура всё-таки идеальной точно не была, но это лишь формальность. Алекс ещё раз оглядела себя с головы до ног, задерживая взгляд на небольшой груди. Ну да ладно, пойдёт.       Зеркало было пыльное, в жирных пятнах, но это неудивительно — всё-таки она в доме одинокого вечно занятого парня. Банных принадлежностей тоже было относительно немного, а полотенце висело лишь одно, но Алекс не была особо брезгливой, особенно в отношении человека, с которым собирается заняться сексом. Может, это не совсем правильно, что она не так уж жаждет этого, но всё придёт со временем.       Накинув на себя шорты и футболку без нижнего белья, Алекс вышла из ванной комнаты, аккуратно переставляя босые ноги. Она не знала, где сейчас Том, но, заметив его в гостиной, разжигающего камин, невольно улыбнулась. Девушка могла сказать, что любит его, но вот уверенности в том, правда ли это, вовсе не было. Наверное, пока что прошло слишком мало времени. Дыхание немного сбилось, когда она спустилась по лестнице, предвкушая то, что сейчас будет. У Алекс не было каких-либо предубеждений насчёт потери девственности, однако она всяко не хотела делать это с кем попало, поэтому пусть это будет милый сырок, который точно не уйдёт на утро в неизвестном направлении. Лишиться девственности нужно с особенным человеком, а Том таким был.       — Том.       Холланд повернулся, разглядывая свою девушку. Её сияющие лицо было освещено пламенем, истекающем из зажженного камина, одаривая её жёлтым светом и придавая яркость её белому лицу. Повсюду стояла гробовая тишина, и лишь только потрескивания огня делали это место живым. Алекс была настроена серьёзно судя по её лицу, но Том не знал, что она скажет. В голове пронеслись пугающие мысли, но он их быстро отогнал, потому что иначе девушка не согласилась бы пожить с ним.       Томас был очень рад переезду Алекс, но волновался о том, что если они будут спать вместе, просто не сдержится. Не то что бы он был озабоченным, но он хотел свою девушку, хотелось прижать её к себе, закрыть от всего мира и слиться воедино, чтобы уже ничего не могло разлучить их. Он чувствовал такую боль в сердце, когда видел её напуганной или расстроенной, но вряд ли мог что-либо сделать с этим. Всё крылось в Славе, а власти над ним у него никакой.       — На улице прохладно, ты бы лучше так не одевалась легко. Я, конечно, разжёг камин… Ну так… Вместе спать будем?       — Да.       Томас кивнул. Он, если честно, даже расстроился, потому что сложно спать с девушкой, которую ты любишь и не испытывать возбуждения, которое хоть и не сложно сдерживать, но всё-таки неприятно. Подул ветер из-за сквозняка, немного шевеля футболкой девушки. После этого она села на диван и похлопала по месту рядом с собой, чтобы парень сел туда.       Огонь потрескивал, обдувая горячим воздухом тела парня и девушки. Тесса сопела на втором этаже в спальне, поэтому чувствовалось ещё большее уединение. Томас взял Алекс за руку и поднёс к губам, пытаясь тем самым поддержать её в таком решении оставить больного брата. Блондинка лишь сжала руку, немного пугая парня. Он посмотрел на неё, замечая, что она на него внимательно смотрит.       — Может переспим? — глаза Холланда резко расширились. Чего? Он не ослышался сейчас?       — Что?       — Если хочешь, конечно.       — Постой… Я сейчас правильно услышал? Ты недавно еле целовалась со мной, так что… Я сомневаюсь.       — Да, поэтому и хочу. Вдруг вся эта хрень исчезнет. — ответила Алекс, не смотря на своего парня. Ей стыдно было о таком просить, к тому же наверняка он представлял всё это не так.       — Я понял, но… Ты сама-то этого хочешь? Без каких-либо левых причин? — аккуратно спросил Холланд, а сердце пропустило несколько ударов. Он хотел этого, но не так же!       — Я не знаю. Я просто не вижу в этом проблемы. Это всё равно бы когда-нибудь случилось.       Томас на этих словах вздохнул и поднялся, подкинул дров и остался сидеть прямо у камина. Он искренне сейчас был разочарован тогда, когда должен бы радоваться, но такое предложение, сделанное таким образом не давало ничего, кроме какого-то гадкого чувства. Алекс так просто к этому относится, а он так желал этого, представляя как прекрасен мог бы быть их первый раз. Парень развернул голову, смотря девушке в глаза, которые ничего не выражали. Он снова разочарованно вздохнул и подал ей руку.       — Пошли спать. Ты наверняка устала. — сердито проговорил Холланд, как будто отчитывая её. Алекс улыбнулась, делая для себя выводы, и взяла его за руку. Томас сжал её и повёл свою девушку наверх, параллельно ощущая какое-то опустошение и ещё большее разочарование их отношениями. Ладно бы она была не готова, он ожидал этого, но того, что для неё это по сути такой пустяк… Он пока что не в силах принять.       — А камин?       — Спущусь. Буду спать на диване. — на такое высказывание Алекс вырвала руку и всплеснула руками.       — Ясно, так и думала! Считаешь меня маленькой девочкой, которая не соображает, что говорит? — она спустилась обратно и злобно протопала себе дорожку к дивану, но на него не села.       Томас в очередной раз вздохнул и тоже спустился, подошёл к девушке и резко развернул её к себе. Глаза Алекс блестели, и она резко оттолкнула его, отворачиваясь, чтобы он это не видел. Огонь треснул в тот момент, когда она хныкнула, явно поджидая момент.       — Я знаю, что ты ждал другого! Я знаю, что со мной ужасно сложно! Но я ничего не могу, блять, понять!       Девушка уже не могла скрыть то, что плакала, а огонь стал слабее из-за недостатка дров, поэтому в доме стало ещё тише. Лишь только начинающийся дождь капал на карниз за стеклом, хоть так передавая ощущение живости природы за окном и что они вовсе не одни в этом мире. Том подошёл к девушке со сложенными руками на груди и обнял её со спины, думая, что она вырвется, но она лишь сильнее заплакала. Прижал к себе изо всех сил, зарываясь носом в волосы, которые уже успели пропахнуть гарью, но этот запах почему-то ей подходил как никакой другой.       — Прости меня… Просто страшно… И странно… И непонятно… Я не знаю, чего хочу, даже что чувствую. — на этих словах Томас резко развернул её к себе лицом и впился губами, а руки положил ей на щёки, лишая возможности выбраться. В это самое время прогремел гром и начался сильнейший ливень, совершенно заполняя всю предыдущую тишину. Через минуту он оторвался и посмотрел ей в глаза.       — Ты любишь меня? — этот вопрос прозвучал как будто серьёзнее всех предыдущих.       — Я… не уверена. Я могу это сказать тебе прямо в глаза и говорить самой себе, но я не ощущаю точной уверенности… Не знаю…       — Но что ты чувствуешь, смотря на меня?       — Я… хочу быть рядом, прижиматься к тебе, делать тебе приятно. Сначала я думала, что это эгоистичный порыв в поиске человека, который будет дарить мне тепло, но сейчас… Всё больше начинаю сомневаться. Мне хочется избавиться от этого ебучего страха прикосновений, хочется, чтобы ты касался меня без особых проблем, поэтому и предложила переспать. Но я боюсь.       — Если боишься, то не стоит. Это нормально, мы не так уж долго встречаемся. Всего месяц. Даже для тридцатилетних это довольно ранний срок. Но тут дело каждого.       — Я боюсь не этого… Боюсь, что сделаю что-то не так, что скажу что-то не так, и тебе не понравится. Потом бросишь меня из-за этого. Я никогда не строила себе иллюзий, что отношения могут протекать и без секса.       Томас лишь усмехнулся и нежно её поцеловал. Алекс совсем обмякла под напором его языка, двигавшегося вдоль губ и пытающегося найти её язык. Почувствовав странное тянущее чувство внизу, девушка вдруг осознала, что всё время глупо себя накручивала, но она оказалась обычным человеком с базовыми потребностями, в том числе и возбуждением. Улыбнувшись сквозь губы, она даже не заметила, что ноги перестали её держать, и Том держит её на руках.       — А теперь честно: хочешь этого, не считаясь абсолютно с ничем посторонним? — спросил Томас, оторвавшись. В ответ девушка лишь кивнула.       Холланд нежно и трепетно поцеловал девушку в губы, потом резко оторвался и указал ей на диван, сам же подкинул дров в камин, тем самым одаривая комнату уютным тёплом и светом. Алекс сидела на диване, поджав ноги в коленях, тяжело дыша и ожидая то, что будет дальше. Томас подошёл к девушке, сел рядом и притянул к себе. Пока что они просто сидели в обнимку, не пытаясь двигаться дальше, однако Алекс начинает осознавать, что ей всё больше и больше хочется Тома. Сердце вот-вот выпрыгнет из груди, дыхание совсем сбилось, а тяжесть внизу живота всё нарастала. Блондинка оторвалась от его груди и впилась в губы, опаляя горячим свежим дыханием. Том не ожидал такой инициативы от своей девушки, но быстро подстроился под её темп, сразу же сажая её на свои колени для удобства. Проводя рукой по её спине, не решаясь пока залезть под футболку, но желание нарастало всё больше и больше. Алекс обхватила торс британца, начиная чувствовать его желание. Их языки переплелись, погружаясь в только им известные движения. Холланд провёл ещё раз рукой по спине, а потом переместил её на живот, пока не опускаясь ниже, но всё-таки решил подняться и дотронулся рукой до груди девушки, что заставило её вздрогнуть, но Том сжал грудь ещё сильнее, задевая сосок сквозь футболку. Алекс вдохнула резко воздух, явно сдерживая стон.       — Не сдерживайся. Я хочу слышать как ты стонешь. — пробормотал шёпотом Том, сразу же возвращаясь к горячим поцелуям.       Уже теряя терпение, Холланд подхватил футболку и потянул её наверх. Алекс неуверенно подняла руки, позволяя Тому сделать это, однако практически сразу же закрыла грудь руками, чувствуя смущение, взявшееся достаточно резко и контрастирующее с сильным возбуждением. Томас мягко и доброжелательно улыбнулся, начиная пробираться пальцами под руки девушки.       — Ты не должна стесняться меня, иначе ничего не выйдет.       Всё ещё держа руки на том же месте, но уже не так крепко, что Том мог легко просунуть туда свои руки, она начала расслабляться, чувствуя как возбуждение доминирует над смущением. Но Томас решил действовать немного по-другому — он отпустил Алекс, снял с себя футболку и откинул её в сторону. Резко взял руку девушки, тем самым оголяя правую грудь, и положил её на себя. Потом посмотрел очень серьёзно на Алекс.       — Чувствуешь? — спросил Том, заставляя девушку прислушаться. Его сердце отбивало какой-то бешеный ритм, как будто рвётся наружу изо всех сил. После чего она кивнула, отвечая на его вопрос. — И кто из нас волнуется больше?       Алекс вдруг почувствовала себя эгоистично. Она совсем забыла, что она не единственная главная героиня в этом процессе, поэтому даже опустила глаза, но Томас вмиг схватил её голову и нежно, но в то же время страстно поцеловал, после чего опустил девушку на спину, нависая. Огонь также потрескивал в камине, а гром иногда гремел, создавая невероятно уютную атмосферу, как никогда подходящую для двух людей, желающих стать ближе.       Ещё раз глубоко и мокро поцеловав её губы, он опустился и примкнул к её подбородку, двигаясь всё ниже. Мягко прикусил одно место на шее, заставив девушку застонать, тем самым радуясь тому, что она перестала себя сдерживать. Всё сильнее и сильнее становились его поцелуи и укусы, что шея была полностью покрыта красными пятнами и влажными следами. Девушка в это время стонала и тяжело дышала, запустив руки в волосы парня, делая массирующие движения и даря тем самым огромное дополнительное удовольствие. Уже опустившись губами к груди, он посмотрел в глаза Алекс — они были закрыты — после чего лизнул правый сосок, одновременно задевая пальцем левый. Девушка вздрогнула, тяжело вздохнув. Парень понял, что ей это точно нравится, взял его в рот, играясь внутри языком. Рука же сжимала и дёргала другой сосок, не оставляя его без внимания. Блондинка вздрогнула и резко сомкнула ноги, тем самым давая понять шатену, что возбудилась ещё больше.       — Стыдно...       — Ты уверена, что это то, что ты чувствуешь? — усмехнулся парень, положив руку на низ живота, тем самым вызвав ещё один сдавленный стон. Всё смущение как рукой сняло. Алекс было слишком приятно, и она жаждала продолжения, но Том медлил, специально мстя ей за своё долгое ожидание. В лёгких уже не доставало воздуха, а шорты насквозь промокли, что Холланда только порадовало.       Он опустился губами, поцеловал район вокруг пупка, затем на миллиметр оттянул резинку шорт и слегка поцеловал бархатную кожу. Алекс дёрнулась, запустив руки Томасу в волосы. Гром в очередной раз издал резкий звук, а огонь практически погас, лишая комнату привычного тепла, но двум влюблённым это совсем не помешало. Парень резко оторвался от девушки, возвращаясь к её губам, на этот раз с очень грубым и напористым поцелуем. Алекс не ожидала такого, поэтому слегка замерла, но потом обвила его шею руками, поддаваясь. Томас сильно прикусывал губы, иногда принося боль, но девушку это не волновало. Языки сплелись, а поцелуй выходил очень мокрым, поэтому губы были очень влажными, что дарило ещё большее наслаждение. Британец погладил щёку девушки, потом шею, сжал грудь, затем залез рукой под резинку шорт. Алекс оторвалась от Тома, чтобы вздохнуть, но он ей дал на это не больше секунды, схватив за голову и прижимая к себе. Пальцы спустились к сокровенному месту, лишь слегка задевая его, но блондинке было этого достаточно, чтобы вскрикнуть.       — Тише, ещё даже ничего не случилось... — снова ухмыльнулся Томас, резко отрываясь и схватывая зубами сосок. Алекс уже совсем ничего не соображала, закрыла глаза и опустила руки, давая парню полную свободу.       — Я не могу больше...       Холланд понял, что она имеет в виду, поэтому поднялся на руки и начал рыскать по ящикам в поисках презерватива. Не обнаружив заветной упаковки, цокнул и поцеловал девушку в щёку, после чего поднялся с дивана. Алекс застонала от разочарования.       — Я сейчас... Они на втором этаже в спальне. — виновато проговорил Том, быстрым шагом двигаясь по лестнице. Алекс, еле сдерживаясь, лежала на диване и проклинала, что парень предпочёл это место спальне, где бы всё было под рукой.       Через минуту парень появился, встал перед девушкой, снял с себя спортивные штаны и боксёры и натянул презерватив себе на член. Алекс не смотрела, но слышала как он это делал, после чего протянула руки, зазывая к себе. Том лёг, обнял нежно девушку и поцеловал очень аккуратно, как будто подготавливая к тому, что будет дальше.       — Не замёрзла? — неожиданно спросил Томас, на что получил отрицательный ответ. Но Алекс вдруг остановила поцелуй и открыла невольно глаза.       — Принеси... простынь... вдруг... испачкаю...       Холланд улыбнулся, признавая чистоплюйство девушки, стянул с задней стенки дивана плед. Внезапно он слишком уж нежно обнял девушку, прижимая к своей сильной груди. Алекс уткнулась носом, вдыхая запах любимого тела, но, к сожалению, не смогла ничего почувствовать, что чуть не довело её до слёз. Его горячее сердце билось с бешеной скоростью, а грудь вздымалась под напором поступающего кислорода. Томас взял девушку за голову, погладил большим пальцем по щеке. Блондинка посмотрела снизу ему в глаза, излучающие лишь ласку и заботу. Девушка почувствовала то, что не испытывала даже пару минут назад, и нежно поцеловала, прикасаясь рукой к его груди. Парень же параллельно закутал их двоих в мягкий плюшевый плед, придвигаясь ещё ближе, но не пытался как прежде прикусить губы, а, наоборот, делал всё медленно, нежно. Том лишь погладил девушку по плечам, как бы говоря о том, что она в его крепости, под защитой смелого рыцаря. Алекс просто расслабилась в его руках, и они оба легли на диван, тем самым приступая к самому главному. Томас посмотрел на свою любимую, в последний раз спрашивая разрешение, но девушка закрыла глаза и откинула голову, полностью подчиняясь его действиям.       — Будет больно.       — Знаю.       Холланд сразу же отпрянул от тела, согнул ноги девушки в коленях, аккуратно поцеловал пару раз оба колена, после чего начал потихоньку опускаться ниже. Подступаясь всё ближе, он ощущал то, как дрожала Алекс, но знал, что это нормально, поэтому старался не обращать внимания. Подцепив пальцами резинку промокших шорт, снял их и откинул куда подальше. На секунду парень замер, но затем поцеловал внутреннюю сторону бедра, заканчивая импровизированную прелюдию. Мысленно извинившись перед любимой за предстоящую боль, он решил войти резко, чтобы всё закончилось быстро.       Девушка вскрикнула, перед глазами запрыгали искры, а руки вцепились в плечи парня, причиняя ему боль, но он не собирался её останавливать, если так ей будет легче. Остановившись и дав привыкнуть, он положил руки на щёки девушки, заставляя посмотреть себе в глаза.       — Я люблю тебя.       После этих слов он начал двигаться. Сначала медленно, развязно, смотря за её реакцией и не делая никаких дополнительных действий. Через пару минут темп стал быстрее, а толчки резче, что заставляло девушку кричать и стонать всё сильнее. Томас посмотрел на место, где они были соединены воедино: из него вытекала красная жидкость, пачкая плед незначительными пятнами. Именно сейчас Холланд в полной мере осознал свою ответственность за все его действия. Теперь он обязан быть всегда рядом, повторять всё это чуть ли не каждую ночь, дарить поцелуй с утра, после чего готовить завтрак под музыку и как будто случайно хватать Алекс за задницу. Однажды он уже испытывал это — давно, когда ему самому было лет восемнадцать, но это закончилось достаточно быстро. Значит сейчас он будет предусмотрительнее, он слишком далеко зашёл, слишком близко подступил, чтобы так просто когда-нибудь её отпустить.       — Мы всегда будем вместе.       Проговорив это с очень серьёзным лицом, он впился в её губы, не давая успеть среагировать и заглушая стоны. Парень продолжил двигаться, но теперь это делал невероятно медленно, даря ещё больше удовольствия. Губы они больше не разлепляли. Вскоре Алекс начала дёргаться, намекая, что уже готова достичь пика. Том понял и оторвался, делая последние резкие толчки, а девушка сдалась и расслабилась, кончая. Парень излился в презерватив, поцеловал девушку в лоб и поднялся, чтобы выбросить в мусорку использованный контрацептив. Не возвращаясь, он выглянул в окно — дождь лишь набирал силу, а гром прогремел в очередной раз уже тогда, когда он подошёл к камину и закинул туда пару дров, разжигая уютный огонь. Алекс закуталась в плед, который лучше бы было кинуть в стирку, но Том не собирался тревожить её. Так надо. Пусть успокоится и привыкнет к новым ощущениям. Нацепив спортивные штаны, Томас лёг рядом, прижимая Алекс изо всех сил, зная то, что больше никто и никогда не заберёт её у него, а Слава перестанет портить ей жизнь. Девушка уснула, утопая в родных и сильных руках, совершенно не думая ни о чём. В первый раз.

***

      Алекс проснулась от резкого звука и вспышки за окном, напугавшись до смерти, но потом осознала, что это всего лишь гроза, облегчённо выдохнула и легла на маленькую диванную подушку. Было прохладно, так как камин погас, оставляя за собой влажный и приятный запах. Запах... Томас сопел рядом и был повёрнут к ней спиной. Прижавшись к нему изо всех сил, Алекс знала, что не сможет почувствовать ставший родным запах, но на удивление осознала, что Том пахнет — мускусом, одеколоном и шампунем с запахом миндаля. Не понимала, почему она почувствовала это именно сейчас, спустя целых три года. Почувствовав себя настолько счастливой, что сердце сжалось с невероятной силой, она прижалась к его спине ещё сильнее, навзрыд заплакав, чего не делала никогда в жизни. Естественно, Тома это разбудило.       — Ты чего? — он резко развернулся и обнял её за щёки, перепугавшись. — Почему?.. Неужели ты... Жалеешь...       — Нет! — поспешив выдать правдивый ответ, она привычно нахмурилась, как делала это всегда, когда кто-то говорил про неё глупости.       — Тогда что? Слишком больно? Если набрать горячую ванну, будет полегче...       Алекс обняла своего любимого парня, тем самым затыкая его от глупых предположений. Её причина была очень странной, но лично для неё основной в жизни, поэтому она перестала дёргаться от слёз и посмотрела ему прямо в глаза.       — Так не должно быть... Если мне сейчас настолько хорошо, то потом будет плохо, потому что такова справедливость. Все люди равны, поэтому кто-то не должен страдать или радоваться больше других. Иначе нельзя. Таков закон жизни.       — Чего?.. Кто... вообще тебе так сказал? — шокировано спросил Холланд, совершенно не понимая, о чём она говорит.       — Один персонаж... из сериала...       — Какой, блять, персонаж? Из какого сериала? Ты живёшь по законом из каких-то сериалов?       — А по каким? Уж извини, никто мне других не объяснял! — девушка сменила слабость на злость, тем самым заставляя Томаса взять её за лицо и притянуть к себе.       — А теперь послушай меня. Пусть будет так, как ты говоришь. Справедливость так справедливость. Хочешь сказать, что ты этого не заслужила? У тебя родителей, блять, нет, тебя трогали всякие ебланы в детстве, у тебя единственный родной человек практически на пороге смерти и этого не изменить! Хочешь сказать, что этого недостаточно?!       Алекс опустила глаза и ебучие слёзы вновь полились. Она даже и не думала никогда, что ничего, кроме дерьма, в своей жизни не видела. Может, Господь действительно подарил эту встречу с Томом как восстановление жизненной справедливости? Может, с неё хватит? Пора начать жить по-настоящему, совсем забыв о тех правилах жизни, сказанные в каких-то сериалах. Жизнь сложнее, чем один монолог персонажа, придуманного такими же людьми. Она полна и страданий, и радости — чего-то больше, чего-то меньше, но всё равно полна разных оттенков. Это абсолютно нормально. Только ей решать какой именно оттенок будет преобладать.       Том не дождался какого-либо ответа, поэтому просто прижал её изо всех сил, поцеловал в лоб и накрыл пледом. Алекс продолжила наслаждаться долгожданными прикосновениями и ощущать такой приятный запах, что никакие духи или ароматические свечки создать не в силах. Как и ни один выдуманный персонаж не может указывать как тебе следует жить.