Призраки времени

Пришлось, скрипя зубами и матерясь вполголоса, искать банкомат — он нашёлся в том же магазине, в котором Гэвин уже был. Похоже, это был единственный магазин на весь город. Потом он с каменным лицом хлопнул деньги шерифу на стол — тот пересчитал баксы и с масляной улыбочкой отвёл его в архив, и всё время, пока Рид рылся в трёх пыльных коробках со старыми делами, следил за ним — в поисках не помог, но великодушно разрешил снять копию с найденного. Единственным, пожалуй, плюсом этого мерзкого замшелого городка была кофейня. Тоже единственная на весь город — но кофе здесь был намного, намного лучше, чем растворимая гранулированная ссанина в мотеле или 3-в-одном с непонятным составом на заправке. В этой кофейне Гэвин и окопался, с огромным стаканом горячего кофе с молочной пенкой и разложенными на столике копиями дела семьи Аркейштерн. Гэвин пялился на копии пожелтевших от времени, написанных вручную — может быть даже перьями — отчётов, медленно и задумчиво потирал пальцами лоб и не мог понять, где именно его наебали. В документах чётко и по делу значилось: число, месяц, год; Коннор и Найнс Аркейштерн считаются пропавшими без вести, заявление о пропаже написано со слов Кары Златовой, подписано ею же. Вместе с братцами пропавшими так же считаются Аманда Нерст — их няня, Маркус Манфред — приезжий учитель и Саймон Дэниелс, который на тот момент работал в городском доме сирот, а так же подрабатывал посыльным. Пропали все разом, в один день. Саймон приехал по расписанию, с продуктами, помог разгрузить телегу и ушёл вместе с художником и детьми к реке. Когда никто не вернулся после заката, нянька выразила беспокойство, сама отправилась их искать — и тоже не вернулась. Кара ждала их всю ночь, а к полудню дошла пешком до города и в слезах заявила о пропаже. Поисковые работы ни к чему не привели — свежие следы были только от телеги Саймона, и одна пара ног вела к опушке, где был похоронен третий брат — но эти же следы вели обратно в дом, а к реке никто не уходил. Несмотря на отсутствие следов, реку тоже осматривали, а ниже по течению выставляли караульного, который высматривал всплывшие трупы — но никто так и не всплыл. Значит эти дети действительно существовали — жили в том доме в тыща восемьсот лохматом году и действительно пропали. Но их дневники, судя по всему, были липовыми — ведь Коннор писал о том, что Кару убили, а теперь оказалось, что это Кара писала о пропаже мальчиков. Хотя, вроде бы тот мужик, который занимался дератизацией… Да, точно — он ведь говорил что служанка пропала вместе со всеми, а вот про Саймона он, кажется, не говорил. Кто же тогда написал заявление в его версии? А ведь этот старый пень тоже мог быть актёром — но в чём был смысл менять людей местами в этой истории? В чём вообще был смысл этой истории? В призраках? Напугать взрослого человека до усрачки и выложить видео с ним на ю-туб? Провести какой-то социальный и бесчеловечный эксперимент над его психикой? Гэвин рассеянно достал телефон, отхлебнул кофе и снова набрал последний исходящий на номер секретарши Камски. Номер был недействителен. То есть его заманили сюда несметными богатствами, оставили мутную загадку с фейковыми подсказками и бросили разбираться с этим дерьмом. Кто-то из взрослых — и Рид больше ставил на приезжего художника, чем на местного посыльного и няньку — свихнулся, прирезал детей и свидетелей в лесу и скрылся. Элементарно, Ватсон, дело раскрыто. Но что теперь делать Гэвину? Он уже вбухал в эту муть кучу времени, нервов и денег. Он допил кофе, собрал в кучу отчёты и свидетельства, сел в машину, кинув документы к дневнику Найнса на переднем пассажирском сиденье и выехал из городка в сторону особняка. Доехал до него уже на закате — дверь была прикрыта, но не закрыта на ключ. Внутри всё было так же, как Рид оставил, в спешке уезжая — он специально прошёлся по комнатам, не имея понятия, что именно ищет — хоть что-нибудь. Камеры, прослушку, какие-нибудь тайники. Упавшее кресло лежало в каминной — одна задняя ножка треснула и сломалась, когда Гэвин с него навернулся. Он взял обломки, решив прибрать срач, который сам же и натворил. Спустился к подвалу, открыл дверь, и даже не спускаясь и не включая свет, швырнул сломанное кресло вниз — оно прогрохотало, зацепившись, видимо, за последние ступеньки, и упало где-то на полу. Из подвала тянуло сладко-кислым, и Рид плотно захлопнул дверь, чтобы не надышаться крысиным ядом. Потом он поднялся в спальню и наконец понял — если верить письму Камски, эта комната принадлежала Найнсу. Скомканный чёрный балдахин валялся кучей на полу, а голый белый остов кровати с резными столбиками в неверном свете заходящего солнца был похож на обглоданный скелет. Гэвин вернул матрац на кровать, собрал балдахин и постельное в кучу, вытряхнув подушки и одеяло из наволочек и пододеяльника и собирался порыться в шкафу в поисках чистого постельного белья. За окном громко каркнула чёрная ворона. Рид вскинул голову, выпуская из рук подушку — птица крепко сидела на раме, вертела башкой и пялилась на него то одним глазом, то другим поочерёдно — а потом стала долбиться в стекло клювом, и тут уж Гэвин не выдержал. С перекошенным от злобы лицом, даже не глядя, схватил какую-то статуэтку с тумбы и со всей дури швырнул в окно — оно разбилось, и фарфоровый конь вместе с осколками стекла полетел вниз. Ёбаную птицу даже не зацепило — она оторвалась от окна, отлетела и скрылась из виду за секунду до того, как могла бы пострадать. Гэвин хлопнул дверью, сопя и сжимая челюсти и спустился к машине за бутылкой воды и сигаретами. Закурил, усевшись на водительское, но не став закрывать дверцу. Скосил взгляд на пассажирское сиденье рядом — из-под копий дела торчал серый уголок дневника. Рид вытянул книжку, полистал и нашёл примерное место, на котором бросил читать. Зачем-то же эти дневники здесь были. «14 число. Птенец окреп, но оперение пока неровное. В книге по птицеводству нет советов по выращиванию воронов, а я уверен, что это именно он. Думаю, летать ему пока рано.» «За ужином слышали шум наверху, хотя все домашние были в столовой. Источник не обнаружили.» «17 число. Почти не использую словарь при чтении книг на французском, но изъясняться всё ещё бывает затруднительно. Коннор тоже делает успехи в немецком, насколько я могу судить.» «После обеда гуляли, наткнулись в траве на ежиное семейство. Кара рассказала, что цыгане готовят рагу и супы из ежей.» «22 число. Приснился кошмар. Это случается не первый раз, и проштудировав некоторые труды о сновидениях, я сделал вывод, что у меня есть нерешённые беспокоящие проблемы. Какие именно, я не знаю.» «27 число. Или птенцу скучно, или пришло время учиться летать. Он беспокойный и слишком активный, но ест всё так же хорошо.» «Саймон по моей просьбе наконец отыскал книгу о воронах, но ничего полезного я из неё не почерпнул. Сплошная эзотерика и поверья.» «Маркус уже написал несколько картин с нами, но после сегодняшнего занятия мне пришла мысль о совместном портрете с Коннором. Маркус поддержал идею и даже начал подготовку холста.» «1 число. Позировать несколько часов подряд утомительно. Кроме того, когда я долго смотрю в одно и то же место для поддержания одинакового выражения глаз, по краям мне мерещатся тени, но хотя бы присутствие брата успокаивает.» «8 число. Птенец выпал из гнезда в шкафу и теперь я уверен, что он пытается взлететь, хотя он и не выглядит взрослой птицей. Думаю попробовать выпустить его из окна, как если бы он слетал с дерева, но боюсь что он разобьётся.» «Подозреваю, что и Коннор и Кара знают о моей птице, просто молчат. Никто из нас уже не обращает внимания на скрипы и шорохи в доме.» Гэвин прервался — сигарета кончилась минут пять назад, солнце село, а читать в темноте было совсем неудобно. Он окинул взглядом дом — на первом этаже горел свет, как он его и оставил, а остальные окна неуютно зияли провалами черноты. На крайний случай можно было заночевать в машине — Гэвин тут же осадил себя. Схерали он будет отсиживаться здесь? Он дёрганно подорвался с сиденья, забрав копию дела с дневником, и направился в дом. По крайней мере там было ещё несколько спален с целыми окнами, так что его не продует — да и чтиво на ночь тоже было. Оставшийся бардак убирать не стал — даже в ту комнату заходить не стал, и входную дверь не запер на ночь и свет оставил — в прихожей, в кухне, в коридоре на втором этаже. Завалился в следующую спальню, предварительно нажарив горячих бутербродов и захватив баночку пива, уселся с едой и книгой на кровать прямо в одежде, подложив все подушки под спину. «13 число. После завтрака позировали для картины, услышали на улице крик. Кара сказала, что неизвестный мужчина напугал её и тут же скрылся. Я, Маркус и Коннор обошли территорию около дома, но никого не нашли.» «В личном разговоре выяснил, что это был не призрак, а человек из плоти и крови, он дёрнул Кару за руку. За ужином подняли вопрос о том, чтобы сообщить в полицию, но если никакого ущерба не было нанесено, значит его не будут искать?» «15. Маркус умер из-за несчастного случая…» Гэвин опешил, перестав жевать и поднял брови в удивлении, глядя на запись. Его снова пытались запутать? Он запил проглоченный кусок пивом, смахнул крошки со страниц на пол, взял ещё один бутерброд и продолжил читать. …Он спустился в подвал за рамой для картины, оступился в темноте и упал на обломок кресла грудью.» Рид нахмурился, вчитываясь и застыв с пивом в руке. «Кара ушла в город за священником. Мы все ошарашены случившимся, но Коннор озвучил странность — вчера вечером это кресло было целым и стояло в каминной. Как оно оказалось в подвале под ногами, никто из нас не знает. Может быть Маркус знал.» Гэвин оторвал взгляд от книги, пялясь перед собой. Что за хрень — вертелось в его голове — это он сломал кресло, буквально несколько часов назад, да и ещё и швырнул его под лестницей, прямо как описано в дневнике — но они же не могли предугадать это с такой точностью? Или это было пугающим совпадением, или… Так, нет. Не время сходить с ума, никаких теорий заговора. Это всё просто чушь собачья.