На грани возможного

Честно говоря, у Вернера были все шансы остаться под дверью собственной квартиры, если бы не простая случайность - магам и волшебникам тоже нужно ходить в туалет. Арсений вышел из квартиры Евсеева с тысячей рублей в кармане и телефоном Саши, который зазывал в гости, но настойчиво просил предварительно позвонить, а ещё лучше написать. Учитывая крутой нрав хозяина дома после пробуждения, подобные предосторожности не казались излишними. Ещё через два часа Арсений обзавёлся новенькими наушниками, так как не собирался тратить выданные деньги на барские замашки вроде такси. Тем более, что до съёмной квартиры пешком всего пятнадцать минут, которые можно провести с пользой, поглазев по сторонам и обдумав события сегодняшнего насыщенного дня. Информации и вопросов накопилось предостаточно – бессонная ночь и просторы интернета в помощь. Наушники были не самим лучшими, но зато внушали твёрдую уверенность, что теперь Вернер мог трахаться хоть с целым симфоническим оркестром, исполняющим похоронный марш, а Арсений всё равно ничего бы не услышал. Лавров уже чётко представлял себе, чем займётся в первую очередь. Обложившись крекерами, учебниками и подключив новенькие наушники, он решил начать с изучения «эмпатии». Ранее Арсений не интересовался этой подгруппой. Нет смысла тратить время на то, чему невозможно научиться и что нельзя использовать. Но слова Евсеева разожгли дремавшее любопытство. Далеко он не продвинулся в своих импровизированных исследованиях. Забив в поисковик «эмпатия», Арсений пролистал несколько первых десятков страниц без всякого интереса. Слишком много воды и общих понятий. «Эмоциональный фон», «непотенциальный эквивалент» и прочая ерунда, которую придумывали дилетанты, чтобы обмениваться друг с другом в длинных дискуссиях. Сами «эмпаты» на таких сайтах не сидели. Арчуадзе называл этот феномен «зависимость от взгляда в глаза». «Эмпаты» привыкали считывать информацию с людей вокруг, заменяя это обычным общением. В интернете они лишались подобной возможности и сразу же терялись, поэтому недолюбливали он-лайн общение и сотовые телефоны. Это крайне бесполезную информацию Арсений когда-то давно почерпнул в книге «История Чернобыля». Весьма неплохой исторический роман, к слову. Заскучав, Арсений вбил дополнительный параметр поиска «Арчуадзе». Щёлкнул по какой-то странной ссылке на французско-русский сайт да так там и застрял. С первой же страницы на него смотрел Тамаз Арчуадзе собственной персоной. Краткая биография без какой-то конкретики, начинавшаяся почему-то странным стихотворением. Список написанных им книг, большую часть из которых Арсений уже читал. И несколько десятков фотографий с семьёй. Жена Элиза Кристина Бланк – француженка, больше похожая на фигурку балерины из музыкальных шкатулок. Красивая, но с неживым взглядом и приклеенной улыбкой. Как гласила подпись под её фотографией – наследница известнейшего в Европе клана рунических чародеев, рунный маг пятой ступени. И двое детей рядом. Сын, Филипп Этьен Бланк, удивительно похож на своего отца. Судя по доброжелательной улыбке и искоркам веселья в серых глазах, неплохой парень. Вернее был им десять лет назад. Он погиб в возрасте девятнадцати лет в каком-то несчастном случае. Совсем молодой, а уже получил четвёртую ступень рунной магии (Арсений мысленно оборвал свои дурные мысли, напомнив самому себе, что завидовать покойнику – последнее дело). И наконец, дочурка звёздного семейства. Мишель Мария Бланк – худенькая девчушка-замухрышка шестнадцати лет с серьёзными голубыми глазами, пока ещё без всяких шрамов и символов. Вот тебе и Миша! Ведь стоило обратить внимание, что имечко странное какое-то. Но в интернете нигде не мелькала информация о семье Арчуадзе. Интересно, почему оба ребёнка носят фамилию матери? Может быть, очередные причуды магических кланов, о которых простым смертным знать не положено. На этом сайте, больше походившем на портал с бульварными статейками, нашлись многие новые знакомые из Управления. В основном Арсения интересовали именитые коллеги, у которых за плечами имелись какие-то достижения. Например, Иванов оказался примерным семьянином. Его жена Ирина не была магом, а работала учительницей в лицее. И, к сожалению, умерла от рака несколько лет назад. Дочь Ольга не унаследовала отцовские способности. Поступила в Управление сначала в аналитический отдел, в группу «пророков». Но потом перевелась в отдел зачистки в стажёры. Неделю назад разбилась в автокатастрофе. Да уж, совсем невесёлая жизнь у Иванова получалась. Неудивительно, что он выглядит, словно завсегдатай пивнушки. Стянув с головы наушники, Арсений, пребывая в самом философском настроении, отправился в туалет. В его планы входило разыскать на сайте информацию и про Вернера, раз уж вышла такая оказия. Да и кто бы отказался покопаться в личной жизни своих коллег и знакомых? Непонятный скрежет и шуршание возле входной двери привлекли внимание Арсения на обратном пути. Крадучись он подошёл поближе и притих, не без удивления прислушиваясь к незнакомому голосу. В голове совершенно не укладывалось, кто может решиться обокрасть квартиру Вернера, находящуюся в самом центре охраняемой территории Управления. Но чем дальше он слушал, тем мрачнее становился, понимая, что никто ничего красть не собирался. - С каких пор ты закрываешь дверь? Вот не надо мне тут! Ни разу такого не было. Где твои ключи тогда? Что значит, ты их потерял? Я тебе дам, не помню! Наколдовать что-нибудь можешь? А я что могу наколдовать? Я ж пророк или где? Как Арсений не напрягал слух, но так и не смог расслышать в этом монологе ответы Вернера. Но у неизвестного проблем с этим явно не возникало. То ли из-за очень острого слуха, то ли из-за неведомой магии, то ли Вернер изображал всё пантомимами. Немного поразмыслив, Арсений всё же решил сжалиться и открыть дверь, хотя соблазн притвориться глухим был очень велик. Но, во-первых, утром он может взирать на Вернера с неодобрением за его пьянки. Во-вторых, велик шанс, что эти двое развернутся и уйдут. А где потом ловить Вернера, который должен его тренировать, непонятно. Распахнув дверь, Арсений понял, что разыгрывать негодование и злость ему не придётся. Прямо перед ним стоял Юнусов, нацепивший на нос очки и с прилизанными назад волосами, блестящими от геля. На его плече висел Вернер, который не подавал признаков жизни. - Добрый вечер, неизвестный спаситель! – Юнусов заулыбался, поудобнее подхватывая пьяное тело. - И вам здравствуйте, Григорий! – буквально лопаясь от яда, ответил Арсений. Он чувствовал себя уверенно, так как находился на своей территории. К тому же, бусинка всё ещё болталась на его ауре, надёжно защищая почти от любого враждебного вторжения. - Всё ясно, - спокойно отозвался мужчина, затаскивая Вернера внутрь. – Вы уже познакомились с Гришей. Только вот я Миша. Или лучше Михаил. Михаил Юнусов. Оставив немного озадаченного Арсения в прихожей, Михаил уверенно проследовал в комнату Вернера, то и дело спотыкаясь и осыпая проклятиями всех тех, кто неправильно расставил мебель, сделал кривой пол, острые углы и изобрёл водку. Вопреки всем ожиданиям, через несколько минут, Михаил появился снова, на ходу развязывая белоснежный галстук, который как-то странно смотрелся с чёрным костюмом и синей, казавшейся почти чёрной шёлковой рубашкой. Круглая нашивка с неизвестным символом явно принадлежала какому-то из отделов Управления, но Арсений не смог её распознать. - Вернер вроде бы худой, но такой тяжёлый! – вздохнул Михаил, облокотившись о холодильник. – Спасибо, что впустил нас. Иначе мне пришлось бы тащить его к себе. А это дурно повлияло бы на мою репутацию. Ты не нальёшь мне кофе? Мы слишком много выпили, и я надеялся заночевать у Вернера на диване. Но, я так гляжу, диван уже занят тобой. Арсений не понимал, почему ночёвка в квартире Вернера не портила Михаилу репутацию, тогда как в его собственной квартире – портила. Но выяснять не стал, смиренно загремев кружками и поставив чайник. Новые знакомства предполагали новые связи и новую информацию. Будь милым сейчас и кто-то будет милым с тобой потом. - Ты уж не ругай его сильно утром, - попросил Михаил, присаживаясь на стул. - По моим ощущениям, Вернер только пьёт и шляется, - фыркнул Арсений, не желая признаваться в том, что именно так и собирался поступить. - Насчёт мужиков, это он, конечно, козёл. Хотя ты же знал, с кем собираешься встречаться. По поводу выпивки ты зря. Сегодня всё Управление пьёт. Олю похоронили. Мы с ней всего лишь работали вместе некоторое время. И то, так погано на душе. А Вернер её с детства знал. Вот они и перебрали с Ивановым. Понимаешь? – Михаил не обратил внимания на возмущённый взгляд Арсения, явно углубившись в свои невесёлые мысли. - Я его стажёр, а не любовник! – выпалил Лавров, хотя и понимал, что обсуждения этой темы не совсем уместны. - Да иди ты! – Михаил уставился на него, как на седьмое чудо света. И явно не верил ни единому слову. – Ты ж такой милый! Как раз в его вкусе. - Если тебе кажется, что это был комплимент, то тебе кажется! – с трудом сдерживая гнев, отозвался Арсений. – Вернер спит со всеми вокруг, что ли? Почему я не могу быть просто его коллегой? - В Управлении Вернер вообще ни с кем не спит. Брезгует, гад, - уверенно заявил Михаил. – А я стопроцентный натурал, так что ко мне ревновать нет смысла. Все возражения Михаил пропустил мимо ушей, увлечённо выгораживая Вернера и не желая быть камнем преткновения между ним и его новым любовником. И Арсений сдался, в отчаянии махнув рукой. Какой смысл что-то доказывать пьяному? - И как тебе у него в стажёрах? – спросил Михаил, неожиданно коварно ухмыляясь в кружку. Арсений сморгнул и только тут понял, что как он сам разыгрывал Сашу, точно так же его только что подловил Михаил. Он с облегчением рассмеялся. Подобные шутки нравились ему куда больше, чем самые невинные подозрения. Да и будь Арсений на месте Михаила, тоже не удержался бы от подначки. - Как я уже сказал, Вернер в основном пьёт и шляется, - хмыкнул Арсений, от широкой души высыпая остатки крекеров в тарелку и подталкивая к гостю. - Всего два дня прошло, - улыбнулся Михаил. – Дай Вернеру шанс прийти в себя. Все на ушах стоят из-за случившегося. Кто-то пьёт, кто-то истерит. Он ещё молодцом держится. - А что с ней случилось? Я вот буквально час назад читал о ней. Странное совпадение! – Арсений подлил в свою кружку кипятка, приготовившись слушать. - Да что тут говорить? Мы все умрём когда-нибудь. Какой-то тупой придурок въехал в её машину. Лобовое столкновение, мгновенная смерть. Повезло ещё. Могло и хуже закончиться в её ситуации, - вздохнул Михаил, поднимаясь из-за стола. – Спасибо за хлеб-соль. Пойду я. Михаил затолкал галстук в карман, вынимая ключи от машины. Арсений не стал напоминать, что глупо садиться нетрезвым за руль после разговоров о трагической аварии. - Когда я твоё дело читал, сразу скрестил пальцы, чтобы тебя к Вернеру определили. Почувствовал что-то такое. Поэтому и одобрил первичное заявление, - задумчиво протянул Михаил, уставившись куда-то в пустоту. – Постарайся поладить с Вернером. И всё получится. Всё будет не зря. - Так ты из кадрового отдела! – догадался Арсений, изумлённо распахнув глаза. – Я до последнего поверить не мог, что мою кандидатуру одобрили, когда пришло письмо. По всему выходило, что забракуют. Почему ты мне помог? - Скажем так, кое-кому в Управлении твоя судьба не безразлична, стажёр, - Михаил отмер, чуть встрепенувшись, и загадочно подмигнул, исчезая за дверью.