На грани возможного

- Это что? - спросил Вернер. Он вернулся примерно через пятнадцать минут, задумчиво потушил сигарету о подошву левого ботинка и с сомнением оглядел накрытый стол. - Это называется завтрак. Офигенно сложное заклинание фиолетовой магии, - сообщил Арсений, раскладывая яичницу по тарелкам. - Если ты в меня влюбился, то имей в виду. Во-первых, путь к моему сердцу лежит не через желудок. Во-вторых, тебе всё равно ничего не светит, - осторожно приближаясь к столу, ехидно заметил Вернер. Арсений пожал плечами. Чего-то подобного он в принципе и ждал. Но всё же приятно было наблюдать, как Вернер нерешительно мнётся возле стола, с интересом рассматривая крекеры в вазочке, бутерброды и яичницу с кетчупом. - Всего лишь решил, что раз я не могу быть с тобой милым на словах, то я компенсирую всё на деле, - улыбнулся Арсений. - То есть, ты не можешь вешать мне лапшу на уши, так что будешь усыплять бдительность омлетами? - усаживаясь на стул и беря вилку в руку, уточнил Вернер. - Вот об этом я и говорил! Просто заткнись и ешь! Да с тобой невозможно рядом находиться! - не прошло и минуты, как спокойствие, казавшееся нерушимым, растаяло, заставляя Арсения буквально скрежетать зубами. Вернер неожиданно поднял руки вверх, словно сдаваясь, а потом демонстративно затолкал в рот кусок яичницы, принимаясь сосредоточенно жевать. Всё его ехидство исчезло в одно мгновение, уступая место обычной неловкости человека, непривыкшего к заботе. Арсений насмотрелся такого в детском доме, где пробыл, к счастью, недолго. Странно было проводить подобную параллель. - Всё очень вкусно. Даже удивительно, что ты не воспользовался случаем и не плюнул в тарелку, - заявил Вернер, дожёвывая бутерброд с колбасой. - Откуда тебе знать? Может быть, я сделал что-то похуже? – невозмутимо заметил Арсений, расслабленно потягивая чай из кружки. Вернер промолчал, но улыбнулся куда-то в сторону. Правда, уже через несколько секунд он снова подобрался, словно устыдившись минутной слабости. Но Арсению хватило и этого, чтобы мысленно поставить себе жирный плюс. Все эмоции читались у Вернера на лице, буквально крича о том, какой он легкомысленный и поверхностный тип. Но вот глаза, Арсений уже успел это заметить, почти всегда оставались серьёзными и внимательными. Вернер постоянно шутил надо всем вокруг, включая самого себя, но его настоящую улыбку можно было разглядеть только в глубине глаз – она вспыхивала там крохотными искорками и тут же исчезала. Арсений прилагал уйму усилий, чтобы создать образ приятного парня, который просто не может не понравиться. И абсолютно не понимал, как кто-то может намеренно строить из себя придурка, которого руки чесались придушить. - Сразу могу сказать, все свои гениальные планы можешь оставить. Ничего тебе не светит в «магии разума», - Вернер дождался, когда Арсений с самым невозмутимым видом убрал со стола и принялся мыть посуду. Кирилл всё никак не мог пристроить хоть куда-то руки, явно не зная, как себя вести. Подобная покладистость его смущала, куда больше, чем любые колкие замечания. - Евсеев сказал, что я «эмпат», - наугад выстрелил Арсений, споласкивая кружки. Строго говоря, ничего такого ему не говорили. Но несложно было сделать соответствующие выводы. - Трепло, - вздохнул Кирилл, досадливо поморщившись. В руках он мял салфетку, рассматривая узор на скатерти. – Сути это не меняет. У тебя способностей – кот наплакал. Даже у меня и то больше. «Разность потенциалов»* не позволит тебе нормально работать в этой области. Я понимаю, что ты хотел развиваться именно в эту сторону. - А ещё он сказал, что ты «эмпатов» недолюбливаешь, - будто не услышав предыдущий приговор, заметил Арсений, намыливая тарелки. Вернер ничего не ответил. Кажется, в этот раз сработала их договорённость не обсуждать личную жизнь. Вместо ответа он встал из-за стола и подошёл к раковине. Демонстративно поднял руку в воздух и, вытянув вперёд указательный палец, прикоснулся ко лбу Арсения. Это походило на сияющий свет после кромешной темноты. На порыв свежего ветра, ворвавшегося в окно душным июльским днём. Арсений просто стоял и смотрел, не в силах оторвать взгляда от Кирилла. А сердце в груди рвалось на части от непреодолимого желания прижаться к любимому всем телом, ощущая его тепло. Вернер отдёрнул палец, гадливо отряхнув его, будто в чём-то испачкался. Тарелка выскользнула из рук Арсения и со звоном разбилась, осыпая пол осколками. Без единого слова Вернер вернулся на своё место и сделал внушительный глоток чая. - Сука! Если ты ещё раз! – хрипло выдохнул Арсений, с трудом сдерживая слёзы. Он чувствовал себя так, словно его только что прилюдно раздели и затолкали в жопу швабру, а потом вынули и предложили остаться друзьями. - Зато ты теперь понимаешь, за что я не люблю «эмпатов». Вступишь в мой клуб? – полюбопытствовал Вернер, ухмыляясь куда-то в пол. – Но тебе ведь уже доводилось делать что-то в этом духе? Что ты внушал Петрову? Жалость к себе? Или может просто лёгкую приязнь, чтобы он не отшил тебя? Прикольно было? - Я не думал об этом с такой стороны, - пробормотал Арсений, потерянно блуждая взглядом по керамическим осколкам под ногами. - Никто никогда не думает. А потом немного поздно думать, - усмехнулся Вернер, нервно побарабанив пальцами по столу. – Так что я буду учить тебя пользоваться элементом воздуха. Перспектив гораздо больше. Заканчивай свой хозяйственный подвиг, который я высоко оценил, и иди сюда. Я покажу тебе, как «вешать систему». Ты аптечку приготовил или понадеялся, что это шутка? Арсений ничего не сказал, да ответа и не требовалось. Кто в здравом уме поверит, что тренировки в первый же день могут закончиться травмами? Вернер закатил глаза и сам пошёл в ванную, притащил небольшую аптечку размером с коробку конфет. С некоторым скептицизмом просмотрел содержимое, выудил оттуда бинт и пластырь, мазь от ожогов и обезболивающее. - Если с этикой и прочей ерундой разобрались, то первый и самый важный урок начинается. Без надёжной защиты ты никто, - проговорил Вернер, вытягивая руки на столе ладонями вверх. – Я от тебя не в восторге, но, раз уж так сложилось, учись не быть обузой. Хотя бы так. «Система» относилась к так называемой общей магии. Общая магия представляла собой набор правил и законов, которым подчинялись все магические процессы. Согласно им, «аура» являлась частью любого живого существа, но только маги могли взаимодействовать с ней, изменяя её структуру и используя немногочисленные свойства. - Маги видят ауру как сетку, состоящую из серебристых или золотистых линий. «Эмпаты» могут видеть ещё и разноцветное облако, хотя толком и не знают, что оно собой представляет, - Вернер говорил медленно, объясняя каждый нюанс с предельным вниманием. – Линия – это канал, по которому движется энергия. Чисто теоретически, этот канал можно разорвать. - И что тогда случится? – не удержался от дурацкого вопроса Арсения, заворожено наблюдая, как на ладонях Вернера пляшут золотистые искорки. - Думаю, человек умрёт. Но это всё теория. Пока никому не удавалось совершить подобное. Какой-то затейник подсчитал, что для разрыва канала необходим потенциал сто восемь процентов. А это уже чистая научная фантастика, - неохотно поделился Вернер. – Не отвлекайся. Сейчас я покажу, как собрать энергию в «точку нулевого потенциала»*. Искорки замерли над ладонью, а потом крайне неохотно принялись сливаться в один комок. Примерно за минуту он сжался до размеров копеечной монетки, мерно покачиваясь, будто на волнах. - В случае, если ты потеряешь концентрацию при формировании «точки» скорее всего дело закончится ожогами или мелкими царапинами в зависимости от плотности энергии. Опытному магу требуется меньше десяти секунд, чтобы сформировать и установить «точку», - эффектным движением подцепляя один из каналов своей «ауры», сообщил Вернер. Золотистая «точка» послушно нырнула между другими такими же «точками», несколько раз дёрнулась, будто устраиваясь поудобнее, и замерла. – Не у всех есть к этому способности. У «элементников» почему-то получается хуже всего. Но тут проблема в том, что вы работаете со стихией в основном. Вытяни руки. Арсений послушно вытянул руки. В глаза Вернеру старался не смотреть, боясь, что тот прочитает его мысли, от которых оказалось не так-то просто избавиться. Пусть «эмпатическое» наваждение развеялось, унося с собой наведённую влюблённость, но вот память упорно твердила, что это было в действительности. - Нужно сконцентрировать часть энергии в области запястий, как для «воздушной стрелы». Но выпускать энергию тонкой струйкой, резко обрывая поток. Да, вот так. Когда соберёшь минимум десять рваных частей, попробуй медленно стянуть их в клубок в центре ладони. Не торопись. Уронить их нельзя. Из-за обрыва они уже не смогут вернуться назад. Только если в виде «точки». – Вернер осторожно подстраховывал его, придерживая запястья руками. Тонкие линии энергии, которые Арсений сначала принял за искры, норовили сползти с ладони и никак не желали соединяться друг с другом. Фокус, проделанный Вернером с лёгкостью, оказался делом не из простых. - Получилось! – Линии резко сбились в кучу, заставив Арсения расслабиться, и тут же рванулись врассыпную, разрывая барьер. Ещё через мгновение они вспыхнули, опаляя ладонь жаром. Вернер взмахом руки затушил загоревшуюся энергию, оставшуюся без контроля. Но на коже всё равно появились довольно внушительные ожоги. - Есть неплохая техника для этого. Представь, что в центре «точки» стоит дорогой тебе человек. И тебе нужно его защитить с помощью этих оборванных линий. Некоторые помещают туда какое-то счастливое воспоминание. Так энергия становится более податливой, - сообщил Вернер. Где-то в комнате запиликал телефон, заставив Кирилла удивлённо обернуться. На его лице появилось изумление. Он подскочил со стула и бросился в комнату, на ходу попросив продолжать без него. - Но сначала смажь ожоги! – напомнил Вернер, выглянув из-за двери. Плечом он прижимал трубку к уху, слушая неизвестного собеседника. Арсений сморщился от боли, но послушно отвинтил крышку, покрывая саднящие ожоги прозрачной мазью. Жаль, что магия не могла излечить даже пустяковые ссадины. Остаток вечера прошёл в бесплодных попытках доделать хотя бы одну «точку». Но ожоги на руках множились, настроение стремительно портилось, а результат так и остался нулевым. Если, конечно, не считать несколько неодобрительных взглядов Вернера, который пару раз выглядывал из своей комнаты, так и не расставшись с телефоном. *Разность потенциалов – закон, при котором некоторые виды магии не работают из-за слишком высокой разности в способностях двух магов. Выражается в формуле H=(х2 – х1)/100%, где Н – разность потенциалов, х2 – больший потенциал, х1 – меньший потенциал. При Н>0,4, взаимодействие невозможно. При Н<04 взаимодействие возможно. *Точка нулевого потенциала - искуственная область, в которой из-за сильного сжатия и малой поверхности достигается необычайно высокий уровень потенциала, более 200%. Благодаря этому, почти любое заклинание в это "точке" обнуляется. Из-за долгого отката при использовании является не самой совершенной формой защиты.