summer is time for sadness

***

«풍경» V (kim taehyung)

      После каждой встречи Мина выбивает из колеи на неделю.       А точнее, на неделю он уходит в запой, убивая печень и убиваясь по поводу утраты, которую ему уже никогда в жизни не восполнить. Он не виноват в том, что произошло, но чувство вины всё равно заполоняет его до краев, хватает сердце своими лапами и больно сжимает.       И Юнги пьёт еще.       Где-то спустя дня три самобичевания и бесконтрольного плача по утерянной родственной душе, его квартиру оглашает звонок в дверь. Странно. Он сто лет не слышал, как звонит дверной звонок, обычно ему звонят в домофон…

***

      Чимин поставил себе задачу любым способом добыть свой диктофон и отдать его Юнги.       И не то чтобы это было невыполнимой задачей, но ругательства, которыми он оглушал находящихся поблизости призраков, иногда пугали даже его самого.       Ну потому что объясните, пожалуйста, зачем людям столько дверей, черт подери!       Ведь сам Чимин легко проходит сквозь препятствия, а вот диктофон, который вполне себе материален, сквозь стены не проходит. Так что, Чимину пришлось ждать несколько часов, когда кто-то из его семьи захочет выйти в магазин и откроет наконец дверь, чтобы Чимин мог вынести диктофон из квартиры, а затем, дождавшись, когда брат вернется обратно из магазина и откроет подъездную дверь — из дома.       Чимин потратил очень много сил, чтобы удерживать диктофон в своих руках, и он ему казался просто бесконечно тяжелым, как будто это вовсе не карманный предмет размером меньше ладони, а гиря весом в сто кило.       До дома Юнги оставалось еще больше половины пути, и Чимин уже думал, что не справится и бросит диктофон прямо на дороге. Он останавливался, делал перерывы, чтобы передохнуть, ведь переносить материальные вещи нематериальному существу крайне и крайне трудно, но короткие передышки не восстанавливали ему сил, и только мысль о том, что он может сделать что-то именно для Юнги, заставляла его двигаться дальше.       Утром третьего дня Чимину казалось, что в своей жизни он больше ничем и никогда не занимался, кроме как перемещением диктофона в пространстве. Это оказалось намного труднее, чем он думал изначально, а один раз он чуть не лишился своей драгоценной ноши, когда дворовая собака, испугавшись парящего в воздухе предмета, чуть не набросилась на него и не выхватила из рук. Благо, собака была мелкой, а на дворе темно, так что никто не стал обращать внимания на псину, лающую в пустоту.       Дождавшись, когда кто-то откроет дверь в подъезд дома Юнги, Чимин пронес диктофон внутрь, поднялся на нужный этаж, чувствуя, как от волнения у него как будто прибавилось сил, и нести непосильную ношу стало как-то легче. Чувство такое, как будто он может подарить Юнги что-то, что сделает его жизнь чуточку лучше.       Чимин оставляет диктофон под дверью его квартиры и концентрирует всю свою волю на то, чтобы нажать на дверной звонок.

***

      Глянув в глазок, Юнги никого там не обнаруживает — на лестничной клетке пусто. Кто-то решил пошутить?       — Кто там?       В ответ тишина. Но звонок повторяется, и Юнги аж отпрыгивает в сторону от неожиданности.       — Проваливайте, а то выйду и надаю по задницам!       Наверняка это какие-то дети решили так пошутить. Но когда звонок в третий раз заставляет вздрогнуть, Юнги не выдерживает и резко распахивает дверь квартиры.       — Ну вы у меня сейчас получите, мелкие поганцы!!!       И его злостный рык остается без ответа, потому что вокруг — никого.       Нет никаких детей, ни вообще кого-либо, в подъезде абсолютно пусто.       — Что за?..       Юнги оглядывается по сторонам, прислушивается. Кажется, у него либо слуховые галлюцинации, либо шутники обладают навыками ниндзя, потому что в дверь явно кто-то звонил, но вокруг ни души нет.       Он заходит обратно в квартиру и уже готовится захлопнуть дверь, когда звонок снова звонит.       Сам по себе.       — Тьфу ты, сломался. Надо было давно уже его снять… — бормочет Юнги себе под нос, радуясь почему-то тому факту, что он всё-таки не сумасшедший и никто не решил над ним поиздеваться.       Однако, когда он уже готов захлопнуть дверь, та внезапно упирается в какое-то препятствие.       — Это еще что такое?       Откуда здесь диктофон? У Юнги когда-то был похожий на этот, только серый.       — Эй, это чьё? — громко спрашивает Юнги, снова оглядываясь вокруг в поисках владельца потерянной вещи, но потом вспоминает, что, когда он открыл дверь, тут уже не было никого.       На ум приходит только то, что кто-то специально подкинул его сюда.       Юнги не знает, что там, и, быть может, кто-то действительно просто потерял его, поэтому, захлопнув наконец дверь квартиры, Юнги вертит в руках прибор и с удивлением обнаруживает, что на нем так много царапин, как будто кто-то много раз ронял его на землю. Не очень-то аккуратный был у него владелец.       Эта находка отвлекла Юнги от грустных мыслей, и, нажав на плей, он решает прослушать аудиозаписи на нем, чтобы, возможно, узнать, кто его владелец и вернуть его.

''Сегодня 20 июня 2009 года, я сдал все экзамены и у меня есть немного времени, чтобы записать новые идеи. Я подумал, что будет интересно написать что-нибудь про путешествия во времени. Не хочу копировать Герберта Уэллса, поэтому можно обойтись просто фантастикой, для научной фантастики у меня просто не хватит знаний. Итак, главный герой…''

      Пока парень с диктофона расписывает в подробностях внешность и особенности главного героя, Юнги заваривает чай и любуется закатом третьего дня своей депрессии. Странно, но голос паренька действует на него успокаивающе, кажется, что он прямо здесь, говорит с ним, Юнги не чувствует себя таким одиноким, как обычно.

''Я собирался погулять с КимТэ сегодня вечером, но он отказался в последний момент. Может быть, погулять в парке? Я всегда набираюсь вдохновения там…''

      Медленно попивая чай, Юнги пытается понять, зачем кому-то нужно было подбрасывать ему диктофон с записями какого-то паренька, явно подростка. Это очень похоже на дневник.       Юнги проматывает записи к самому началу и обнаруживает, что их там больше трех сотен. Надо же, а мальчишка без дела не сидел.       Первая запись.

''Привет, эм… Это моя первая запись, у меня день рождения сегодня, и папа подарил мне диктофон, я давно просил его об этом, вот. Сегодня, эм… Сегодня 13 октября 2005 года, мне исполнилось 14 лет, это моя первая запись, я это уже говорил вроде, да. Так. Надо собраться…''

      — Да уж, парень, соберись, — улыбается Юнги и хмыкает, слушая дальше.

''Нужно начать сначала! Привет, меня зовут Пак Чимин, сегодня 13 октября…''

      Пак Чимин.       Пак Чимин...       Рука невольно впивается в край столешницы, а другая сжимает до побеления костяшек ни в чем не повинный диктофон. Всё замирает на этом самом моменте — его дыхание, сердцебиение, всё его существо. Пак Чимин. Это его голос... Его живой голос! Юнги титаническими усилиями воли сдерживает рвущийся из горла вой, пока мысли в голове мечутся как рой мотыльков, и медленно опускает прибор на стол, чтобы в порыве пожирающих его злости, отчаяния и осознания всего не запустить его в стену.

''…13 октября 2005 года, мне 14 лет, я мечтаю стать писателем. Для этого я и попросил диктофон, да. Я буду записывать сюда свои идеи и мысли, чтобы потом писать… что-нибудь. Я пока не знаю, что именно, но в будущем я хочу научиться и писать так хорошо, чтобы мои книги нравились всем. Я хочу стать таким как…''

      Увидеть бы его... Так хочется увидеть его прямо сейчас!       Юнги упирается лбом в сложенные перед собой руки, а на столешницу глухо падают катящиеся с глаз тяжелые капли, и он готов поклясться, что чувствует, как чья-то невесомая рука гладит его по спине и волосам, обдавая обнаженную кожу прохладой и пытаясь успокоить разрывающееся от тоски сердце. Как это касается его Чимин, его родная душа, его потерянный навечно смысл жизни и любви. От самой макушки и до кончиков пальцев, его прохладное прикосновение такое настоящее...       Юнги оборачивается, надеясь, что Чимин действительно здесь, но это всего лишь сквозняк из форточки.