8
POV Чак Руки потянулись к завязке от купальника. Ловким движением я развязал лиф купальника, и он также ловко слетел, но Блэр удержала его на месте. Я убрал ее руку, и верх купальника с легкостью упал на песок. Она смущено отвернулась, но я, удержав ее за подбородок, повернул к себе. Не убирая свою руку от ее подбородка, я нежно поцеловал ее в губы, отпуская на спину. Рука скользнула от подбородка до резинки низа купальника. Я запустил руку и Блэр закатила глаза. Но тут же она схватила мою руку и потянула к себе тем самым положив ее к себе на грудь. Я сжал ее правую грудь, на что Блэр прикусила нижнюю губу, удерживая крик. Она схватила меня за шею и потянула к себе, впиваясь страстным поцелуем. На мгновение она отстранилась и прошептала: «Возьми меня». Когда я оказался сверху, я посмотрел на ее лицо: оно было идеально накрашено, губы выделялись нежно розой помадой, ресницы выглядели длинными со специальной тушью и тоненькая стрелка, выходящая за края глаз, затеняющее румяна подчеркивали скулы. Она улыбнулась и назвала меня Нейтом. Я ошарашенный вскочил и огляделся. Темнота. Луна, которая была самым ярким освещением в эту ночь. И догорающий костер. И она. Лежит рядом. Такая милая и невинная. В моем сне, в моем эротическом сне она назвала меня Нейтом. Меня это очень задела даже если это был самый бредовый сон. Этот сон, не смотря на свое содержание, был отвратительный. Меня назвать Нейтом уму непостижимо. Хоть это сон, но ужасно неприятно. Тут затрагивается мое самолюбие. Я всегда считал себя намного привлекательней Арчибальда. Я хоть еще и малолетний, озабоченный мальчик, но меня чаще привлекали женщины значительно старше меня. Они более опытные, да и с ними я много научился. Но тут Блэр, та самая Блэр, к которой я черт пойми, что чувствую, называет меня чужим именем, именем моего лучшего друга, именем ее парня, ее сказочного принца. Как можно думать о пустоголовом принце, которого сексуальные отношение были только раз с Сереной Ван дер Вудсен, когда с тобой более опытный и более привлекательный Дьявол? И тем более самый желанный бабник Верхнего Ист-Сайда, да что там Ист-Сайда, всего Манхэтенна. Я не понимаю твою логику, Уолдроф. Даже во сне ты портишь всю романтику. - Спящая красавица просыпайся, - я рукой прикоснулся до ее щеки и тихонько погладил. - Чак, - она раскрыла глаза и нежно улыбнулась, - А что спящей красавице требовалось, чтобы проснуться? - Доброе утро, - я нагнулся и поцеловал ее, как сделал принц в этой сказке. - Теперь доброе, - она ответила мне улыбкой, и привстал на локти. - Вот, - я протянул ей фрукты, набранные мной дня нее ранее, - решил сделать тебе приятное. - Мне приятно, - она протянула мне руку, чтобы я помог ей сесть. Блэр начала есть фрукты, а я как под гипнозом смотрел на ее лицо. Раньше я не замечал ее красоты. Нет, она была красивей многих, но сейчас эта красота в ней выражалась по-особенному. Ее красота сейчас принадлежит только мне, можно сказать, что только для меня. Если раньше она встречалась с Нейтом и каждый пятый прыщявый школьник мечтал о ней перед сном хоть она и была Королевой, они не упускали возможность бросить на нее свой взгляд. Тогда она была хоть и девушкой Нейта, но она была открыта для всех. Но сейчас мы с ней вдвоем на необитаемом острове и я могу смело заявить, что эта шикарная девушка с шоколадными глазами, которые так часто загораются недобрым огоньком, с пухлыми губками, которые вечно улыбаются, эта девушка – моя, она принадлежит мне. Как бы я хотел оградить ее от всех этих озабоченных подростков и Нейта, когда нас найдут, она перестанет быть моей, а я хочу, чтобы эта малышка принадлежала только мне. Может, когда-нибудь мы будем благодарить этот остров, что связал нас, открыл друг другу. Это странное новое чувство во мне с каждой секундой, проведенной с ней, разгоралось все сильнее. А от нее я чувствовал ту же отдачу. Прошло два дня в мучениях поднять ее на ноги. И это вышло. Вот она уже ходила. Правда, не так смело, как раньше. Она хромала и ходила не так много. Но она старалась разработать ногу и быстрее побежать. Я это стремление видел. Еще я видел, как она скорее хочет закинуть ноги на мою спину и наконец, почувствовать меня. И я этого тоже очень сильно хотел. - У тебя уже очень хорошо получается, - я наблюдал, как она немного похрамывая, подходила ко мне. - Да и все это благодаря тебе, - она наклонилась ко мне, потому что я сидел. Взяв мое лицо в свои маленькие ладошки, она поцеловала меня, прикусывая мою нижнюю губу, - Помнишь о вознаграждении? Я ухмыльнулся и, взяв ее за талию, притянул к себе. Таким образом, она оказалась на мне. Я начал расстегивать на ней рубашку и стягивать с моего любимого тела. Процесс со снятием одежды не проходил долго, потому что по моей личной просьбе под рубашкой она ничего не носила. Когда Блэр уже была полностью раздета, она оторвалась от моих губ и села, чтобы снять с меня брюки. - Мм, Блэр, - мои руки скользили по изученному телу и, наклоняя ее к себе, я перевернул на спину. Она запустила руку в мои волосы, а другой вцепилась ногтями в кожу на моей спине, как почувствовала меня в себе. От этого она чуть пискнула и откинула голову, открывая мне ее шею. Я целовал ее шею, оставляя на ней грубые засосы. Я двигался все быстрее и ритмичней. Она закинула свои ножки на мою спину, таким образом, прося ускориться. И когда я был на исходе, Блэр выгнулась и укусила меня за плечо и также вцепилась ногтями. Ее крик раздался эхом по острову на последних толчках. Обессилив и коротко поцеловав ее в губы, хоть я был и не уверен, что вообще попал в ее губы, а не куда-то в их области, я плюхнулся на спину. - Чак…, - она тяжело дышала, - Это было…было… - Я знаю. Просто молчи… - я взял ее руку, переплетая наши пальцы.
