Stay with Me...

Утро выдалось не самым добрым, ведь я всю чёртову ночь думал обо всём этом дерьме, которое я натворил. Дерьмовые мысли не покидали меня даже тогда, когда я пытался заснуть. Когда я закрывал глаза, в моем сознании вспыхивал образ этой плачущей девушки, которую я успел и полюбить, и унизить, и обидеть. Всё разом и всё вместе. Я просто в ударе, ничего не скажешь. Наверное до этого её жизнь была гораздо проще. Но теперь, когда в её жизни появился я, всё изменилось. Да и моя жизнь поменялась, когда она появилась на пороге моего дома. Когда мы вновь оба появились в жизни друг друга всё пошло наперекосяк и вверх дном. Поверить не могу, что один-единственный человек может вызывать такое количество эмоций. Сначала удивление и шок, когда она приехала. Потом постепенно возникала нежность и чувство привязанности. А потом и злость, после того поцелуя с Джеймсом. И все это только из-за одной девушки, с которой я связан гораздо больше, чем я мог вообще предположить. Моя жизнь просто перевернулась с ног на голову после того, как я встретил её на пороге своего особняка. Я думал, что это максимум может произойти в самом страшном сне. Но как будто сама судьба нас сводит снова и снова. Если бы она не приехала, я бы до сих пор молча ходил в университет, тихонько и незаметно курил за углом универа и чувствовал боль. Но именно она смогла хоть на какие-то мгновения подарить мне то счастье и ту радость. Те чувства, которых мне так не хватало все эти годы. Я должен быть ей благодарен, но, видимо, моя злая сторона так не считает. Ощущаю себя неблагодарной и эгоистичной сволочью, которой плевать на всех, кроме себя. Неужели Клем на полном серьёзе подумала, что между мной и Соффи что-то есть? Да я лучше поверил бы в то, что к нам прилетели пришельцы, чем-то, что я могу что-то испытывать к Соффи. Гребаная злость, ненависть и ярость образовали огромную и мощную негативную энергию. Всё то, что я прятал глубоко в себе, всё то, что я переживал столько лет, в итоге вырвалось наружу. А Клем лишь подлила масла в огонь, и я уже сам не понимал, что делал. Мне стыдно не только перед Клементиной, но и перед Соффи. Соффи всю жизнь в меня влюблена. Всю жизнь она только и мечтает, чтобы я ответил ей взаимностью. И вчера я поступил, как последний и конченный идиот, раз поцеловал ошалевшую Соф. Она даже потеряла здравый рассудок. Я настолько сильно её ослепил своей якобы «ответной любовью», что она наплевала на всё и даже не спросила меня, почему вдруг я воспылал к ней любовью. Столько лет отшивал её, отвергал. А тут бац и взаимность? Бред сумасшедшего. Всё-таки Соффи очень глупая. Невероятно глупая, ведь она даже не поняла, что моя злая сторона просто воспользовалась ей для своей выгоды. Как мне ей потом объясняться? Я разобью ей сердце окончательно и буду чувствовать себя ещё хуже, чем сейчас. Какой же я идиот! Ненавижу все свои отрицательные эмоции, которые могут сделать кому-то больно. Вчера, стоя перед Клем, я вообще не контролировал себя. Яд так и лился из моих уст. Как будто это был не я, а какой-то другой человек. Будто меня подменили. Я обидел Клем. Когда за ней захлопнулась дверь, и я услышал все её слезы обиды, вся злость отступила, уступив место сожалению, стыду и здравому смыслу. Но было уже поздно извиняться перед ней или как-то налаживать ситуацию, ведь она даже видеть меня не хотела и заперлась в спальне. В тот момент моя совесть проснулась и мучила меня всю ночь, отчего на утро я совершенно не выспался. Я спускаюсь по лестнице вниз, дабы позавтракать, одновременно рассуждая, как дальше будет продолжаться наше общение. Я вижу Клементину на кухне, которая заваривает себе утренний кофе. Выглядит она тоже не самым наилучшим образом: огромные мешки под глазами, глаза до сих пор красные от слёз, а губы искусаны до крови. Мать твою, что же я наделал? Чем я думал? Даже сам Марлон вчера пытался вразумить меня, чтобы я одумался и понял, что я творю, но отрицательные эмоции настолько сильно завладели всем моим разумом, что я плюнул даже на мнение моего самого лучшего и единственного друга, который в последствии стал для меня, как родным братом. Я не послушал никого, кто давал мне нормальные и адекватные советы. Вместо того, чтобы как-то извиниться перед Клем после бассейна, я пригласил девушку, которую не люблю к себе, смотря с ней фильм. Я расстроил Клем ещё больше, наговорил пакостей и всё это случилось за один чёртов день! В моё день рождения, который я никогда не любил. На нём всегда происходит какая-то чертовщина. Но вчера я также учёл тот факт, что отрицательные мысли способны прогнать лишь слезы Клем. Чувствую себя каким-то садистом, который приходит в себя только после чьих-то слез. Стараюсь прогнать навязчивые мысли и подхожу к Клем. Я стою прямо возле неё и собираюсь с мыслями. Она целенаправленно игнорирует меня, надув губы. Да я бы и сам на самого себя обижался. — Клем, я… — Сегодня я не приду в универ. А также не приду на дополнительный по литературе, — перебивает она меня, тщательно размешивая сахар в кружке. — Я иду гулять с Джеймсом и беру себе официальный выходной. Так что не жди меня в универе и не ищи. Я мгновенно закипаю. Она так безразлично и беспроблемно об этом говорит! Я знал, что между ней и Джеймсом всегда было большее, чем просто дружба. От одного только упоминании этого ублюдка, я чувствую, как во мне вновь просыпается другая сторона, но я изо всех сил пытаюсь сдерживать себя. — С каким, черт возьми, Джеймсом?! — возмущаюсь я и беру её за плечи. Затем мгновенно разворачиваю её к себе, чтобы посмотреть в её глаза. — Ты прогуляешь уроки ради прогулки с этим ублюдком?! — А ты не подумал, что я просто-напросто не хочу тебя видеть?! — она не выдерживает и кричит на меня, отчего моё тело невольно съеживается. — Ты не подумал, что после вчерашнего я не захочу тебя видеть?! Не подумал, что мне будет противно даже смотреть тебе в глаза?! Не подумал, что мне будет противно слушать сплетни в свою сторону и смешки в свой адрес после вчерашнего?! — Наши взаимоотношения не должны влиять на твою учёбу, идиотка! А ведь я хотел спокойно поговорить и извиниться. Но эта дура первая начала скандалить. Она же прекрасно знает, что передо мной вообще нельзя упоминать имени Джеймса, но она всё равно говорит о нем, как ни в чём не бывало! — Это решать не тебе. Да и вообще, у тебя уже есть новая подружка, с которой ты так любишь меня доставать, так что тебе не будет скучно в универе без меня. Так что занимайся с ней, чего душа пожелает. Мне всё равно. Я с ненавистью смотрю в её глаза. Всем видом она показывает, что ей плевать на меня. Показывает, что не боится. Но её глаза выдают её с потрохами. В них всё ещё читается обида. Читается страх передо мной. Читается, насколько ей больно находиться рядом со мной. Не зря говорят, что глаза — зеркало души. Она меня боится? Она, черт возьми, должна бояться этого долбаного Джеймса, особенно после моего рассказа. Но она вообще плюнула не только на это. Она плюнула на всё. Ладно бы, если бы она нашла парня получше. Но нет, она предпочла этого придурка, который ещё не понятно что с ней может сделать… — Что? Соффи? Она-то здесь сейчас причём? Мы говорим о твоём ненаглядном бойфренде! — А я говорю про твою тупорылую подружку, которой только в радость злить меня! Встречайся с ней, сколько захочешь, но, ради бога, скажи ей, чтобы она не лезла ко мне и не трогала меня! Бесит, что она пытается сменить тему. Бесит, что она не слушает меня и поступает по-тупому. Ей уже почти девятнадцать лет, а ведёт себя, как тупорылая малолетка! — Не переводи тему! Сейчас я говорю о твоём дорогом бойфренде! — Да Господи, да не мой он бойфренд! Мы просто друзья! — Друзья, да? Разве друзья целуются в губы за углом универа? — Да отстань ты уже от меня! Тебе-то какое дело до меня, а?! Тебе вообще какая разница, с кем я гуляю, с кем не гуляю?! — Да потому что я волнуюсь за тебя, идиотка! Вот чёрт… Я совершенно не это хотел сказать. Слова сами вырвались наружу, поставив нас в неловкое положение. Клем с непониманием смотрит на меня, и на мгновение на кухне образуется полная тишина, которую перебивает лишь бешеное сердцебиение нас обоих и наше громкое дыхание. — Волнуешься за меня? Тогда зачем ты сбросил меня вчера в бассейн, раз знал, что тебе как следует влетит от моего отца? Зачем? — Я не знаю. — Ты издеваешься? А кто должен знать, если не ты? — Не знаю, я же говорю. — Всё с тобой ясно. Ты просто придурок. — А ты дура, которая тусуется с теми, с кем не следовало бы. — Всё, мне надоело с тобой препираться. Иди к своей Соффи и занимайтесь там, чем хотите. Мне нет до вас никакого дела. И она уходит от меня, а я продолжаю закипать изнутри. Я сильно сжимаю пальцы рук в кулаки, стискиваю зубы, медленно и глубоко дышу, пытаясь успокоиться и привести сбивчивое дыхание в норму. Как всегда всё пошло не так, как я хотел. Она выбрала прогулку с Джеймсом. Она совсем тупая или притворяется? А может тупая не она, а ты? Всё-таки ты первый начал к ней приставать. Быть может, если бы ты не сбросил её в бассейн и не опозорил бы её, как тринадцать лет назад, она бы ответила на твои чувства? Да даже если нет, то какое право ты имеешь как-то командовать её личной жизнью? Вы даже не встреча… — Заткнись! — цежу я своему сознания, который вновь даёт мне свои нравоучения. Я окончательно запутался. Я не знаю, что со мной происходит в последнее время. То я предлагаю Клем мир, ожидая её в своей комнате. То кричу, унижаю, оскорбляю и толкаю в бассейн перед всеми. Причём дважды. Если подумать, то я так разъярился только из-за чёртовой ревности. Я даже не захотел ничего выслушивать или как-то смириться. Я лишь делал всё, чтобы ответно насолить Клем которая, по сути, ни в чём не виновата. Неужели я настолько уверен в том, что она вообще когда-нибудь сможет меня полюбить? Что в детстве, что сейчас, я ни капли не изменился. Я выступаю в роли настоящей паскуды, а Клем — жертвы. Неужели я на все сто уверен в том, что она сможет простить меня за все мои косяки? Я лишь громко выдыхаю. Даже завтракать перехотел после всего этого. Я молча собрал свою сумку, переоделся и направился к машине, которая уже вовсю ждёт меня возле дома. Я выхожу из дома, прощаюсь с Майей напоследок и направляюсь к машине. Как хорошо, что Майя никогда не влезает в мои разборки. Не приходится объясняться ей, как малый ребёнок, который провинился перед взрослым. За это мне она и нравится. Она никогда не влезает в то, чего её не касается. Она прекрасно слышала нашу ругань, но прекрасно поняла, что вмешиваться не стоит, ведь это исключительно наши личные дела. Я присаживаюсь на заднее сиденье и пристегиваю ремень безопасности, попутно говоря водителю о том, что Клем сегодня не будет и что её не стоит дожидаться. Мы едем. Ехать в машине одному крайне непривычно. Я ведь привык, что я еду туда с Клементиной, которая сидит рядом. Я могу ощущать её тепло. Я просто понимаю, что она находится рядом со мной и ей ничего не угрожает. Я в любой момент могу спасти её, заслонив собой. А теперь её нету рядом. Теперь я еду один на заднем сидении и смотрю в окно, думая, где она и что она. Так и хочется позвонить ей. Спросить, где она находится с Джеймсом, чтобы я поехал и забрал её. Так и хочется позвонить и сказать, насколько сильно я виноват. Но я лишь убираю смартфон глубоко в сумку и неотрывно смотрю на меняющиеся друг за другом пейзажи. Она ведь безумно упрямая ослиха. Она меня даже слушать не будет, как она обычно это и делает. Как всегда будет всё делать по-своему. Но я ведь и в правду волнуюсь за неё. Может, кто знает, Джеймс больше не наркоман и хулиган. Может он действительно изменился в лучшую сторону? Понятия не имею. Знаю только, что он так и остался придурком. Хотя, может он так ведёт только со мной? Может он действительно крайне вежлив с Клем, и она влюбилась в него именно из-за этого? Чёрт возьми, как всё запутано.

***

Когда мы приезжаем к университету, меня сразу встречает Соффи и накидывается на меня с объятиями. Кто бы сомневался, что после одного поцелуя она уже напридумывает себе свадьбу, детей и «долго и счастливо». — Люсик, привет! — радостно приветствует она меня и берет меня за руку. Я лишь здороваюсь с ней в ответ, но сам взглядом ищу её. И хоть я понимаю, что она не придёт, хоть я понимаю, что она сейчас гуляет с Джеймсом, но всё-таки глупая надежда всё же присутствует. Как же хочется её обнять. Кажется, что с каждым разом сдерживать себя становится всё труднее. Как долго я смогу ещё сдерживать своё желание крепко прижать её к себе и никогда не отпускать? — Ну что, Люсик, ты проучил эту девку? — интересуется она у меня, когда мы вместе движемся ко входу в универ. Странно, что после моих слов про совместное местопроживание Соффи не разгромила весь мой дом и не разорвала в клочья Клем. Зная, какая она ревнивая, это было реально странно. Но это даже сыграло мне на руку, ведь скандала не случилось. — Да, я поговорил с ней, как надо. Я отвечаю так, дабы угодить моей новой «девушке». Я хочу сказать ей всю правду, но моя совесть загрызёт меня раньше, чем я во всём признаюсь Соф и сделаю ей больно. Черт возьми, как же не хватает родительского совета. Вот бы мама была здесь. Она бы успокоила меня и сказала, как мне поступать дальше. Без неё я поступаю крайне нелогично. Я ведь сам считай воспитывал себя все эти годы. Папаша полностью занят бизнесом и у него нет на меня времени. Да и сомневаюсь, что вообще когда-либо найдётся.

***

Я сижу на диване в гостиной и дожидаюсь её прихода. Вечер, а она всё ещё не пришла домой. Весь учебный день я не мог расслабиться и полноценно погрузиться в занятия. Я думал лишь о ней и всё. Сколько бы я не пытался выкинуть её из головы, я не мог этого сделать. Клем засела в голове, кажется, навечно. Она мне ни разу не позвонила, и я с неё мысленно офигевал. Неужели ей всё равно, что скажет ей её отец? Неужели ей все равно на всё и вся? Неужели Джеймс настолько сильно скрутил ей голову, что она предпочитает прогулки с ним, нежели занятия? Если Эд меня спросит, как Клем, то что мне ему отвечать? Соврать-то я совру, вот только вся правда рано или поздно всегда становится явной. Вся правда рано или поздно выльется наружу. И если наши отцы узнают о том, что Клем прогуливает учёбу, а я бездействую, влетит нам обоим. Соффи не отставала от меня ни на шаг в универе. Да, она окончательно вообразила себя моей девушкой. А я просто даже не могу найти силы ей всё сказать. Я так хочу, чтобы она перестала меня любить. Так хочу, чтобы она нашла себе достойного человека, который ответит ей взаимностью. Но она не отцепляется от меня. Я уже перестал считать её за своего друга. Всё-таки тогда на вечеринке Митча я сильно ошибся. Нашей дружбы никогда не существовало. Она всегда видела во мне своего парня, а я не делал ничего, дабы это предотвратить. Ещё раз убеждаюсь в том, что я полный идиот. В университете на меня осуждающе смотрела Броди, но она так и не подошла ко мне. Наверное, Клем рассказала ей про всю ситуацию. Марлона не было в универе, ведь он подхватил, как он мне сказал, какой-то грипп. Я переписывался с ним на паре, дабы хоть как-то отвлечься от навязчивых мыслей о Клем, но даже общение с другом мне не помогло. Звук открывающегося ключа. Наконец-то она пришла! Я моментально встаю с дивана и направляюсь к входной двери. Я облокачиваюсь о стену и скрещиваю руки на груди, неотрывно пялясь на неё. Она лишь игнорирует мой взгляд и разувается. Затем снимает с себя куртку и это все происходит в гипер медленном темпе. Она очень расстроенная и я без понятия, что произошло. Неужели он обидел её? Если это так, то скоро мой кулак встретится с его смазливой мордашкой. Что вообще произошло? — Что случилось? Неужели общение с Джеймсом настолько сильно расстроило тебя? Я пытаюсь быть дружелюбным, но не выходит. Даже сейчас в моём голосе читается яд и отвращение. — Тебе-то какое дело? — устало спрашивает она. Всё ясно. У неё даже нету сил со мной ругаться. Но я всё равно не отступлю. Я добьюсь от неё ответа. — Мне какое дело? Смеёшься надо мной? Что сделал этот ублюдок? Быстро отвечай! — Да что ты докопался?! Он ничего не сделал, ясно? Мы просто спокойно гуляли, смеялись и разговаривали! Я просто очень устала и всё! В голове возникает представление их идиллии. То, как они идут рядом. То, как он улыбается ей, и как она смеётся от его шуток. От этого я окончательно закипаю, как и вчера. Чёртова ревность опять вырывается наружу, и я не могу её контролировать даже при всём желании. — Устала говоришь?! Тебе же он так нравится, так в чём твоя проблема?! Тебе же нравятся такие парни, как он! Ты ещё на вечеринке что-то к нему почувствовала, я прав?! — Заткнись, Сулейман! Просто заткнись! Хоть на минуту! И вновь мы кричим друг на друга. И вновь я первый начинаю очередной скандал, первый расстраиваю ту, которую успел полюбить всей душой. Затем я резким и немного грубым движением подхожу к ней и крепкой хваткой прижимаю к стене, держа за запястья. Она брыкается, кричит, орёт, а я лишь молча крепко удерживаю её, чтобы она не убежала от меня. Когда она немного успокаивается, я немного ослабляю хватку. Мы смотрим друг другу в глаза не отрываясь. Я перевожу взгляд на её пухлые и покусанные губы. Внутри сразу всё переворачивается наизнанку. Я еле сглатываю огромный ком и не знаю, что мной сейчас движет. Черт возьми, я прямо сейчас хочу поцеловать её. Хочу ощутить эти сладкие губы. Попробовать их на вкус. И я понимаю, что мой шанс крайне велик. И что на этот раз нам не помешают какие-то там Джеймсы. Мной словно движет инстинкт. Смотрю в её глаза и от злости не остаётся и следа. Она будто испарилась, уступив место нежности и желанию. — Я знаю, что должен держаться от тебя подальше. Прекрасно понимаю, что веду себя, как чёртов дебил. Но все эти эмоции вызываешь во мне именно ты, Клем. Я знаю, что не должен к тебе приставать, ведь наши отцы будут категорически против. Но я не могу… Прости, но я должен сделать то, что давно хотел сделать. В следующий момент я не обращаю внимания ни на её удивленную реакцию, ни на её шокированный взгляд, в котором читается миллион эмоций. Я плюю на всё, всех и вся. Я резко наклоняюсь и впиваюсь ей в губы жадным и таким долгожданным поцелуем.