Варварячьи свитки

      — Руд!       — Исмир, — на непонимающий взгляд Рохитты маг пояснил: — Теперь меня зовут Исмир, козявка, передай это остальным. Так Седобородые меня нарекли. И если я хоть что-то понимаю в магии, называть теперь меня нужно только так.       Исмир поправил тяжёлый костяной меч за плечом, повёл плечами. Оставлять Кнута в одиночестве сейчас не стоило, но и задерживаться с поиском сведений было нельзя. Дельфина всё-таки нашла его, пришла прямо к трупу дракона и попросила выслушать. Руд дал ей несколько мгновений своего времени, пока сам пытался отдышаться. Снова явился огромный чёрный дракон, по описаниям из легенд внешне похожий на Алдуина.       Если это действительно так, то всё очень плохо. Настолько плохо, что маг не мог оставаться рядом со своим другом сейчас. Он мог только оставить Роки, чтоб она попыталась утешить мечника. Именно об этом Исмир и попросил маленькую Хартстон.       — Рохитта, милая, будь сейчас вместе с Кнутом. Если надо — даже согрей постель. Не оставляй его одного, Роки! Нужно написать два письма, отдашь гонцу. Одно для Изольды вредной — пусть она одна идёт в Коллегию Винтерхолда... Второе передай Мавен страшной. Сейчас!       Схватив со стола рулон бумаги и перо, Исмир принялся быстро выводить чернилами текст. Непривычно тяжёлый доспех очень сильно давил на спину, но маг, недовольно буркнув «о, Хильдегарда! Мои кости!», справился с задачей.       — Вот, Роки, — пристально взглянув девушке в глаза, тот, кого раньше прозывали Длинным Языком, сказал просяще: — Сделай всё, что можешь, красавица. Тебе это вернётся сторицей, да и я буду очень обязан.       — Но... спать с ним?! — возмутилась Роки. — Я, конечно, очень сочувствую, Грымзочка была моей подругой, но ты уж совсем...       — Роки, я очень прошу тебя! — Исмир подмигнул. — Позвольте откланяться, моя королева!       Магичка фыркнула, но погрустнела почти сразу же. Даже забыла, что спросить хотела у этого резкого как... в общем, быстрого, стремительного варвара.       Исмир вскочил на коня и понёсся в Виндхельм. Затея была очень рискованной, но маг даже немного предвкушал возможную отчаянную сечу — он вёз топор Кнута Ульфрику Буревестнику. И всё теперь упиралось в то, пойдёт ли ярл на небольшое унижение на благо Скайрима или упрётся из-за этого рогом. Ведь Медвежонок — простой воин, ярлы не признавали его равным. Исмир надеялся на рассудок осаждённого в снегах вождя Братьев Дури.       Это немного смешило Исмира, новоиспечённого, признанного Седобородами Довакина. Дракон Севера поехал лично именно для того, чтобы показать всем этим ослам, что драконорожденный вместе с будущим королём. Одно это должно поднять статус Кнута на недосягаемую для всех остальных ярлов высоту. Было бы лучше только будь сам Медвежонок драконорожденным. Но и так шансы были выше десятины.       Теперь нужно помнить о том, что Мавен и Изольду, буде они в Истмарке, он в глаза не видывал.       Конь нёс Исмира на восток бодро и даже весело, он летел стрелой, рассекая прохладный ветер,. Но внезапно перед магом выпрыгнул ассасин-каджит, держа наготове длинный кинжал. Конь встал на дыбы, а бойцы с подозрением и опаской разглядывали друг друга.       Исмир хмыкнул и снял шлем.       — Здравствуй, друг К`лбасса. Почто убить меня желаешь? Обидел чем?       — Руд? — всклокоченный чёрный кот нервно повёл ушами. — Руд! К`лбасса искать тебя всюду! К`лбасса видел такое!..       — Я понял, друг, понял, — вздохнув, маг спустился с коня и повёл того в поле, с дороги. — Сказывай, Бася Чёрный, что именно тебя тревожит?       — У К`лбассы ничего не получается! Совсем ничего, Руд.       — Зови меня Исмир, теперь так, — вздохнув, поправил маг. — Что именно случилось?       — К`лбасса стал Спящим!       Исмир непонимающе взглянул на кошачьего.       — То есть Слышащим! К`лбасса разговаривает с мёр-ртвой человеческой самкой, драугр похож! Мать её Ночи!       Исмир поднял бровь и после нескольких секунд раздумий начал обследовать голову каджита с помощью магии. Тот зарычал.       — Это нормально говорить с мёртвой женщиной!       — Бася, друг мой... — Исмир вздохнул тяжело. — Болезнь прогрессирует.       — А-ар! Никаких кошек больше!!! Никогда!!! Р-руд, у К`лбассы задание — убить большой человечий нащальник! Император Тит Мид...       Исмир понял, что каджит не шутит, по вздыбившейся шерсти и яростному взгляду. Ещё никогда на его памяти кот-убийца не выходил из себя. Маг начал рассёдлывать коня — он решил, что разговор будет долгим.       К`лбасса говорил, говорил, сбивался с мысли и продолжал говорить совсем о другом и ему приходилось напоминать о сути разговора. Впрочем, Исмир всё равно давал Чёрному Басе выговориться, ждал смирно, пока тот вдохнёт, пытаясь найти подходящие слова, и лишь тогда направлял разговор.       — ... и тогда К`лбасса очнулся в Маркарте. А всё этот даэдра Сангвин с его посохом.       — А где сам? — спросил Исмир кота, имея в виду именно посох.       — С-сломал... об Кулинара... нет, об Гурмана.       Исмир оглушительно и нервно расхохотался. Настолько рассмешила его такая новость, что долго не мог успокоиться и взять себя в руки. К`лбасса отнёсся к этому стоически.       — Л-ладно. А где Барбас?       — Потерял, — вздохнул К`лбасса.       Снова успокоившись, Исмир сказал каджиту убивать императора.       — Не получится — возвращайся ко мне, друг мой кошачий. Ты мне важнее смерти Тита. С бабой мёртвой, как ты сказал, Мать её Ночи, разберёмся тогда после. Ты как, друг, к сыру относишься? — спросил маг с подковыркой. Кот только непонимающе посмотрел на довакина.       Уже было темно, и Исмир, вздохнув, предложил коту заночевать в поле и подежурить по очереди. Но в этот день никто из них так и не уснул: К`лбасса продолжал делить с другом свои чувства, довакин же слушал, кивал, а сам думал о Грымзе и Конунге.       Не время скорбеть — так говорил он себе. Война началась. После войны он отдаст им все положенные почести и извинится перед своим другом. Потом. Сейчас — Ульфрик, эльфы и драконы. И те мерзавцы, что решили подорвать его в Вайтране.       Потом.              Исмир сразу пошёл к ярлу, не задерживаясь почти ни у одной двери.       — Послание ярлу Ульфрику от ярла Балгруфа, — такие слова открывали перед драконорожденным все двери. Стража даже не досматривала его и не отбирала оружие, сразу провожала до следующего поста и возвращалась на свой.       Когда взгляды ярла и мага встретились, оживлённый разговор вождя Братьев Бури и его военачальника прервался.       — Кто ты, родич? Я знаю тебя.       — Я, — ухмыльнувшись, Исмир крикнул: — До-ва-кин!       После громоподобного голоса его, после ту`ума, на дворец опустилась глубокая тишина. Погасли горящие свечи, сгустились холодные тени у стен, стало очень темно. Подумав немного, Исмир нашептал источник света и бросил его над головой.       — Наречён я Исмиром, Драконом Севера.       — Так вот кого звали Седобородые... — понял Ульфрик.       Довакин кивнул.       — Я пришёл передать тебе послание от моего друга, ярл Ульфрик.       Руд вынул из-за пояса топор Медвежонка и бросил его под ноги Буревестнику.       — Кнут Медвежонок, будущий король Скайрима, просил меня передать тебе это. Каков будет твой положительный ответ?       

***

      Мавен получила послание от Руда и сразу же помчалась к Солитьюду. Конечно же, её мужчина был прав — с таким заданием лучше разбираться именно ей. Никто из их группы не сможет проникнуть в талморское посольство и выкрасть документы. И действовать Мавен должна в одиночку не по условиям задачи, а для эффективного выполнения. И пусть Эльмлору не обижается — она ещё не готова. Даже К`лбасса к подобному ещё не готов. Пусть эльфы относительно расслаблены, но они все маги. И как бороться с Обнаружением Жизни Мавен их не учила.       Есть особое зелье, которое пока пылилось у ассасина без дела — яд мнимой смерти. Если ослабить его, предварительно выпив нечто стимулирующее или блокирующее, то всё получится, получится двигаться. Невыносимо медленно и печально, но этот возбуждающий танец Смертной Тени даже нравился своей нелепостью.       Встретившись в Солитьюде со связным, Мавен переоделась в богатое одеяние и села в повозку. Проникновение топорное, от неё наверняка будут ждать чего-то сверх обычного. Никакие пароли и осторожности не помогут — Мавен хотела было сделать всё по-своему, но Руд говорил за неё, а его слово должно стоить очень дорого. И потому ассасин шла, как быль уговорено с этой снулой рыбиной из Ривервуда.       Тварь собралась влезть в доверие к Руду и втравить его в интриги Клинков? Мавен убьёт её при первой же оказии. Она так появлению Изольды не злилась! Ведь та пришла к обычному Руду, к воину без дома и имени! А теперь, когда Руд стал довакином, полезли всякие.       Пустые разговоры и совершенно смешное отвлечение внимания. Мавен плыла по течению, не задумываясь делала и отвечала на вопросы. Говорила и с госпожой послом, и с другими богатыми гостями на приёме, даже перекинулась парой слов с Мавен Чёрный Вереск.       На самом деле у убийцы из Тёмного Братства было другое имя, никому теперь неизвестное. Когда она впервые забрала жизнь — ассасин от него отказалась. Бежала из Хай Рока в Скайрим, но вскоре её нашли фанатики Ситиса. Мавен с ненавистью вспоминала те времена. Те.... тренировочные задания: убей бездомного или вовсе собаку, потом мелкого торговца, и постарайся не попасться... Она быстро научилась своему ремеслу. И вскоре убила охраняемую жертву — тогда тогда ей и дали такое прозвище. На пиру она представилась именно Мавен Чёрный Вереск, поскольку была очень похожа на настоящую, только молодую.       Ассасин включилась только когда связной — босмер — передал ей её же кинжал и несколько флакончиков с зельями и ядами. Мавен закапала себе глаза зельем ночного зрения, выпила составы и, одним движением выскользнув из подсобки на кухне, куда её и привели все смехотворные действия «тайного агента», отправилась добывать сведения и документы.       Она не шла — она плыла, почти танцевала в музыке бесконечной бездны. Не шумела кровь у неё в ушах — сердце почти остановилось. Не было ни возбуждения, ни мыслей. Мавен чувствовала внутренний пробирающий холод, но давно привыкла терпеть побочные эффекты зелий.       У женщины Руда был выбор: или стремиться попасть в кабинеты начальников сейчас, или дождаться, когда эльфы поднимут суматоху и начнут её искать. Оба варианта плохи по-своему, но надо выбирать худший, ведь и босмеру голову отрубят, и Руд просил сделать всё очень срочно.       Мавен сидела под стойкой, которую сторожил солдат Доминиона, и слушала разговор двух стражников уже минут пять. Они болтали о чём-то, что к делу не имело никакого отношения, и если бы Смертная Тень могла поднять шум — а она очень хотела — то уже зарезала бы обоих пустобрёхов с небольшим удовольствием. Зелья ведь тоже не действуют вечно.       Но ассасин была спокойна и хладнокровно дождалась, пока стражи разойдутся.       — Пойду на обход.       — Иди, — отпустил один другого.       Мавен же похожим на его голосом аккуратно добавила злое эльфийское ругательство.       — Что ты сказал? — спустя секунду страж вернулся к своему товарищу. Мавен потянулась идти через коридор. Мышцы болели, но двигаться быстро буквально приходилось.       — Я?       — Да, ты! Как ты, скотина, меня назвал?       Всего несколько секунд — и женщина смогла выйти во двор, пока перепалка не затихла.       — Я? Я тебе сам хотел это припомнить, человеколюбец! Это ведь ты, урод, так меня назвал!       — Кто?!       Мавен выдохнула, прикрыв за собою дверь и спрятавшись за прикрывающим от поддувающего в юбку ветра бортиком. Здесь было уже трое, и один из них одет, как талморец.       Ничего сверхсложного. Поднявшаяся в горах метель сильно поможет просто обойти часовых, что вокруг даже и не смотрят, а скорее ждут смены и горячего вина с перцем.       Даже долго выжидать не пришлось, Мавен быстро прикинула маршрут и тут же двинулась к двери. Взяв монету, она кинула её под ноги стражнику так, чтобы серебрушка отлетела от сапога и покатилась в снег. Импровизация, но вышло отлично. Замёрзший и замаявшийся просто стоять у двери эльф дёрнулся, подумал, начал проверять карманы, а затем, осмотревшись, решил проверить снег.       — Как-то это всё... — вздохнул альтмер, а дверь уже тихо прикрылась у него за спиной.       Мавен шла дальше.       Она старалась сконцентрироваться на задаче и не думать о том, что ей оказывают определённое содействие. Так она послушала разговоры под дверью одного из кабинетов и поняла, что её всё-таки ищут. Это лучше, чем если бы вели изначально. На всякий случай она всё-таки выпила стимулятор, что, как-то воздействуя на организм, позволял двигаться ассасину гораздо быстрее обычного.       Сама Мавен в алхимии мало что понимала, она просто делала всё по рецептам Бабетты. Если что-то пошло не так, то даже если ингредиенты были на вес золота Мавен выливала получившуюся смесь на землю. Но то, что работало — показывало превосходные результаты. И пусть Руд потом ругается, сейчас это очень нужно.              Нужные ей документы Мавен нашла в пыточной. Некий Эсберн. Любопытные сведения об Ульфрике Буревестнике. На Дельфину информация. Ассасин взяла всё и приготовилась уходить, как в подвал — пыточную вошли и закричали:       — Если хочешь, чтобы он выжил — выходи и сдавайся.       Мавен очень тихо вздохнула и прошла к приветливым теням, стала выжидать.       — Слышишь? Считаю до трёх!       — А я не могу выйти, тут заперто, — норд, устало висевший в клетке прохрипел неприятно да и хохотнул.       Раздались вопли, вскрик и хрип. Голова босмера-связного упала на грязную солому подвала. Конечно же Мавен никуда не собиралась.       — Проверить всё внизу. Живьём брать сучку!       Мавен аккуратно открыла колбочку с зельем невидимости и проглотила ужасную на вкус жидкость. Прикрыла глаза, чтобы внимательный страж не почувствовал взгляда, замерла и дышала очень и очень тихо и медленно.       — Где нордка?       — В дупле орка, ахах, ох... Не было здесь никого.       Она ждала очень долго, неуверенные эльфы перерыли всё несколько раз, обнаружили пропажу досье и только после этого, сплюнув, пошли объявлять тревогу. Захлопнулась дверь. Мавен продолжала ждать. Она ждала до тех пор, пока не закончилось действие зелья, и лишь затем вышла, вынимая из кармана отмычку.       — Кости Шора! — тихо выдохнул мужчина, прикованный цепями к стене. — Откуда ты взялась здесь, женщина?       — Отсюда есть другой выход, кроме как через парадные ворота?       — Есть? Есть! Они туда, — пленник мотнул головой, — тела сбрасывают. А по ночам там что-то чавкает! Ты это... уходи сама, я совсем...       — Заткнись, — Мавен вскрыла замок на клетке и быстро перешла к кандалам. — Идём. Поможешь мне после...       Взвалив на плечо освобождённое слабое тело, Мавен потащила его к открытому люку и бросила вниз. Затем, ещё раз осмотревшись и проверив, не забыла ли чего, спрыгнула сама.       

***

      Исмир вернулся в Вайтран, наверное, последним. Уж очень долгим получились переговоры с ярлом Ульфриком. Он был настолько устал и слаб, что едва шевелил ногами. Даже его выносливость не бесконечна.       У ворот его ожидала Таинственная девушка в капюшоне, плаще и надвинутой на лицо маске. Она оперлась на стену, и поднялась только когда маг проходил мимо.       — Руд, у меня всё. Гильдия Воров ждёт денег и заданий.       — Исмир... — вздохнул маг. — Эльма, умничка.       Она протянула ему мешок с чем-то внутри. На ощупь это была ткань и доспех из чего-то непонятного. Странный материал, не металл и не стекло. Не кость...       — Она, — Эльмлору голосом выделила это слово, — сказала, что в следующий раз очень расстроится. И что тебе стоит зайти к ней ещё раз в этом столетии. Но спасибо. С меня уговора брать не стали.       — А? — Исмир не очень понял, хоть и начал что-то такое вспоминать.       — Это птичье, — пожала Лору плечами так, будто бы это всё объясняло.       Вздохнув, маг поблагодарил воровку, и пошёл дальше, в гостиницу, позвав данмерку с собой. Он решил, что подумает об этом после, когда голова работать начнёт. Сейчас же мыслей не было вообще.       Он зашёл к своему другу в дом и просто кивнул поднявшему глаза Кнуту. Тот прищурился и кивнул в ответ, тут же взял бумагу и перо. Маг закрыл дверь и пошёл в Гарцующую Кобылу, чтобы не видеть и не смущать Роки, что явно спала наверху. Наверное, ответственно выполнила просьбу Исмира.       В таверне же напивалась с Утгерд милашка Мавен. Она протянула магу ещё одну сумку, сказала:       — Всё как сказано. Я чуть позже поднимусь. Только узнала о Грымзочке.       — Сильно не напивайся, — попросил маг. — Завтра в Ривервуд и оттуда Шор знает куда. Похмелье лечить не буду — здесь останешься.       Сзади раздался хлопок дверью. Взмыленный К`лбасса, прямо в броне Тёмного Братства, с перевязанной лапой, животом и слегка прихрамывающий, вломился внутрь. Едва увидев Исмира, он встрепенулся. Но после обозлился и пошёл к нижней комнате.       — Спер-рва убить горного козла, отрыжку тролля.       — Басе тоже нехорошо, — пояснил Исмир для Эльмы.       — Кошку ему надо, — посоветовала воровка. — Я пойду Дженассу искать, она ведь в городе?       — Это у Медвежонка спросить надо. А я — спать. Все дела через два часа. Сейчас упаду...