Uppercut

— Я не понимаю, почему должна делать э-… Господин Ким поддел локтем бок бывшей жены, мысленно умоляя её заткнуться, а потом, виновато улыбаясь полицейским, шёпотом ответил ей: — Наш сын попросил помочь этому парню, потому что за всё то время, что Тэхён боролся со своей зависимостью и другими проблемами, рядом был только он, а не ты. — И не ты, — едко бросила женщина, недовольно хмыкая, но всё же проходя через двери полицейского участка. От неё так и веяло негодованием, а от оставленного на стойке рамёна — кимчи и чем-то кислым. Господин Ким тоже был раздражён, но вовсе не из-за ДжиСу. Скорее из-за поведения полицейских. Как они, зная, в каком состоянии Тэхён, могли так нагло ворваться в палату и провести арест прямо у него на глазах? Хеджу теперь едва справлялась с последствиями, умоляя Тэхёна остаться в больнице и подождать, пока что-нибудь прояснится. — Господин Ким! — ДжиСу приподнялся со стула. На его лице промелькнуло нечто среднее между недоумением и облегчением. ДжиСу сильно облажался и думал, что остался совсем один, но вот на его плечо опустилась рука истощённого господина Кима, а мать Тэхёна, пусть и скрипя зубами, но всё же начала разговор с полицейскими, как и в случае с Тэхёном, утверждая, что такой серьёзный допрос без присутствия адвоката — грубое нарушение. Пока она чётко и медленно произносила каждое слово, ДжиСу задрал голову и неуверенно посмотрел на господина Кима. Он знал, что этот мужчина всю свою жизнь был засранцем и никогда не заботился о Тэхёне, и сейчас не до конца понимал, что он делает здесь. — Всё будет хорошо, — одними губами сказал он, и ДжиСу почему-то кивнул, ни на мгновение не сомневаясь в услышанном.

***

Тэхён закусил губу, прижимаясь лбом к груди Хеджу. Он до последнего упирался и не хотел признавать, что соскучился по её объятиям, а ещё по её успокаивающему шёпоту и поглаживаниям по спине. Он думал, что ему это больше не нужно, но когда Хеджу обняла его, понял, что именно этого ему и не хватало. — Хеджу, я должен поехать, — Тэхён не отстранился, напротив, прижался ещё ближе. — Не сейчас, — она зарылась пальцами в его волосы, цепляясь за спутанные пряди. — Сначала ты должен принять душ, получить лечение, плотно поужинать и только потом, если господин Ким не вернётся, куда-либо ехать. ДжиСу расстроится, если увидит тебя в таком виде в полицейском участке. Тэхён выдохнул, нахмурившись, как маленький ребёнок. — Почему всем так хочется помыть и накормить меня? Когда он взглянул на Хеджу, она сморщила свой миленький носик. — Тебе сказать или ты сам догадаешься? Говорить, на самом деле, ничего не нужно было. Тэхён прекрасно понимал, что пал ниже некуда за последнюю неделю. Он потерял доверие своих друзей и семьи, а ещё Хеджу, но они почему-то упорно приходили и разговаривали с ним, умоляли покушать и старались невзначай прикоснуться, чтобы убедиться, что он всё ещё жив и что слушает их. Приходил даже Чонгук, но дальше приоткрытой двери его не пустили. И Шиён была здесь. Её видеть Тэхёну совсем не хотелось. Он всё ещё обижался на неё. — Сам, — с неохотой протянул он, перемещаясь с груди Хеджу на подушку и закрывая глаза. Не волноваться о ДжиСу было практически невозможно. Раньше в неприятности влипал только Тэхён, а ДжиСу, как хороший друг, всегда оказывался рядом и подставлял своё плечо. Сейчас Ким тоже хотел оказаться в нужном месте в нужное время и оказать поддержку своему другу, но рядом с ним были только его родители. И как бы сильно ему не хотелось довериться им, в глубине души он всё равно сомневался. Его отец игнорировал его существование многие годы, нанимал людей вроде тренера О и Ку Шиён для слежки за ним и вспомнил о сыне, только когда тот попал в больницу. А мама… даже больничная палата не заставила её относиться к Тэхёну лучше. Она всё ещё считала, что семья Ким испортила её жизнь, хотя когда-то она являлась её частью. И если эти оба так относились к Тэхёну, каковы шансы, что с ДжиСу отношение будет лучше? Он же просто какой-то парень, которого они до этого никогда не видели, и которому точно не стоит доверять. Слова вроде «подозреваемый», «убийство» и «адвокат» вызывали у Тэхёна отнюдь не тёплые чувства, но когда все эти слова были обращены к ДжиСу, стало ещё хуже. Он даже не знал, почему это больше не является делом об исчезновении, почему вокруг его палаты столько полицейских и при чём здесь, чёрт возьми, ДжиСу. — А что насчёт душа и еды? Тоже сам или мне… — Хеджу, с каких пор Намджун мёртв? Тэхён давно хотел спросить об этом, но седативные препараты, анальгетики и эти утомляющие разговоры родителей и персонала настолько задавили его и мысли, которые крутились у него в голове, что он выпал на несколько дней из жизни в целом, совсем не думая о насущных проблемах. — Ох, это… — Хеджу рассеянно посмотрела по сторонам, будто боялась, что где-то здесь спрятаны жучки или кто-то может войти, а может, у неё просто не было ответа на вопрос Тэхёна. Или был, но она боялась, что ему он не понравится. — Не уверена, полиция не очень хотела посвящать меня в происходящее, ведь мы даже не родственники, но твой отец сказал, что всё дело в полученных фото. Кто-то прислал в полицейский участок фото Намджуна, и полицейские на удивление быстро вычислили местность. Когда они прибыли, застали разлагающееся тело. У Хеджу даже голос не дрогнул, когда она говорила об этом. Не потому что она врач или бессердечна, а потому что в глубине души она чувствовала, что Намджун заслужил это. Он был ужасным человеком, ужасным парнем и шантажистом. Кто бы ни убил его, он оказал услугу этому миру. — А почему меня больше не подозревают? — Тэхён сжал руками край одеяла. — Я же сказал, что говорил с Шиён, когда ДжиСу говорил, что её там не было… Это сбило с толку даже меня. Я разговаривал с ней, Хеджу. Честно. Только теперь уголки прекрасных губ Хеджу слегка опустились. Она смягчилась, но выглядела чертовски грустной. — ТэТэ, ты выпил много таблеток в тот день и… — она замолчала, размышляя над тем, как лучше преподнести свою теорию. — И ещё был алкоголь. Лейтенант Ку несколько раз ходил в бар, и он даже отыскал тех, кто был в баре в тот вечер. Ли ДанХэ, спортсмен или кто он там, сказал, что видел тебя. Вы вместе когда-то работали где-то за границей или типа того. Он сказал, что ты был чудной и разговаривал сам с собой. Бармен подтвердил его слова, показав видео с камер наблюдения. Ты был совсем один. Тэхён прыснул. Это было похоже на какую-то злую шутку. — Нет-нет, — он покачал головой, и его смех вовсе не звучал весело, казалось, ещё немного и истерики не избежать, — я точно был с ней в тот вечер. Я разговаривал с ней. По-твоему, я сумасшедший? Я разговаривал со своей знакомой, а не с… пустотой. Чем больше Тэхён говорил об этом, тем меньше верил самому себе. Что, если бармен что-то подсыпал ему в коктейль? Точно! Он же обещал что-то особенное… Или таблеток и правда было слишком много в тот вечер. Или Тэхён просто не помнит, что там происходило на самом деле. Но в таком случае ему лучше и не вспоминать. — ТэТэ, не нервничай, ладно? — Хеджу потянулась к его руке, но он немедленно отдёрнул её, сам не понимая зачем. Он был взбудоражен последними новостями и не мог расслабиться даже с таблетками. Теперь ему казалось, что он сошёл с ума. Ко всем его проблемам прибавились и галлюцинации. И это ужасное раздражение, от которого невозможно избавиться и из-за которого он готов наброситься на любого, даже на Хеджу. — Неудобно на кровати вдвоём, — его дыхание сбилось, когда он легонько подтолкнул Хеджу. — Разве у тебя нет работы? И где ДжинУ? Ему не пора обедать? Вопреки желанию задержаться здесь ещё на чуть-чуть, Хеджу встала с постели. Сегодня у неё не было работы, так как она взяла выходной, а ДжинУ отлично проводил время в гостях у соседа, который и раньше выручал Хеджу. Ну и, конечно, он давно пообедал, потому что уже было время ужина. Позднего ужина. — Постарайся думать и беспокоиться поменьше, пожалуйста, — Хеджу в последний раз потрепала его по волосам. — Я попрошу медсестру Чо принести тебе полотенце и свежую пижаму. Обязательно помойся и перекуси. Если что-нибудь… — Да-да, — Тэхён перевернулся на бок, натянув одеяло практически по подбородок и судорожно выдохнув. От всех этих мыслей у него болела голова. Он запутался в своей жизни и в жизнях других людей. Хеджу выдохнула с тихим стоном. Она была рада, что Тэхён снова говорит с ней, и не похоже, что он злился на неё до разговора о Шиён. Возможно, ей стоило умолчать о баре и галлюцинациях, и тогда Тэхён позволил бы ей немного задержаться здесь. Но разве это было бы справедливым? Господин Ким сказал, что его нужно постепенно подготовить к возвращению к нормальной жизни. В больнице он проходил лечение, но господин Ким очень сомневался, что этого будет достаточно для того, чтобы Тэхён слез с таблеток. Только прошлым вечером он выразил своё желание помочь и предложил забрать Тэхёна к себе и оплатить врачей из реабилитационного центра, которые приходили бы домой. Хеджу совсем не хотела отдаляться от Тэхёна ещё больше, а этого не удалось бы избежать, если бы он переехал. Но что она могла предложить? Она уже провалилась во всех попытках вылечить Тэхёна, если не сделала ещё хуже. Постояв ещё какое-то время у больничной койки, Хеджу тихо попрощалась и вышла в коридор. Последние несколько дней у палаты дежурили полицейские, но сейчас здесь было пусто и тихо. В отделение незаметно пробралась ночь. Лампы под потолком ослепляли, их тихое гудение успокаивало и даже усыпляло. Только оказавшись здесь, за дверью, Хеджу почувствовала, как сильно устала. Из-за Тэхёна её голова болела всё чаще, и теперь она таскала всюду пластинку аспирина, надеясь, что рано или поздно он поможет. Доктор Сон, доктор О Сухян и другие ничего не говорили Хеджу, но за спиной шептались. Они не знали Тэхёна и потому обвиняли его во всех смертных грехах, в том числе и самом страшном из всех известных. Они не сомневались, что Тэхён способен на убийство, ведь он боксёр, ещё и на таблетках. — Доктор Пак, — женщина, до этого сидящая за стойкой, вскочила, — уже уходите? — Нет, просто зайду к себе за чистой одеждой. — А как же ДжинУ? Не собираетесь домой? Хеджу мотнула головой. Она разрывалась из-за чувства вины. — Сразу после того, как Тэхён выздоровеет, я наконец уйду в отпуск, возьму его и ДжинУ, все свои сбережения и мы поедем отдыхать. На Чеджу или, может, за границу… — Хеджу легонько постучала себя по плечам, но боль и слабость никуда не исчезли. — Нужно как можно скорее сделать загранпаспорта. И попросить обещанные льготы. Медсестра кивала, слабо улыбаясь. Она, на самом деле, не думала, что Хеджу скоро уйдёт в отпуск и что Тэхён быстро выздоровеет — на всё это требовалось некоторое время. — Пожалуйста, принеси в его палату полотенце и новую пижаму, — Хеджу потянулась через стойку к женщине, беря её за руку и что-то вкладывая в её ладонь, — и не уноси ужин, пока он его не съест. Я очень скоро вернусь. Снова вернувшись к своим плечам и шее, Хеджу посеменила к лифту — у неё совсем не осталось сил на лестницу. А женщина тем временем покачала головой, сунула смятую десятитысячную купюру в карман и поспешила за полотенцами.

***

ДжиСу поджал губы, глядя адвокату Шину прямо в глаза и стараясь не моргать. Этому молодому и амбициозному парню удавалось не моргать более минуты, в то время как у ДжиСу уже слезились глаза. — Давайте пройдёмся по порядку, — ДжиСу бросил короткий взгляд на господина Кима, который всё это время сидел рядом с ним, сложив руки у лица и наверняка пытаясь осмыслить всё, что рассказал ДжиСу. — Вы уже несколько месяцев, как бросили занятия, а чтобы заработать денег, связались с вышибалами. Ким Намджун был не первым вашим заданием, но при допросе всегда говорите, что он был первым, — он по-прежнему так и не моргнул, переворачивая лист блокнота, в котором последние полчаса делал заметки. — Вы также никогда не были знакомы с ним лично. Поскольку он в прошлом был боксёром, он нанёс вам несколько сильных ударов и вы, защищаясь, толкнули его. Совсем легонько. Господин Ким кивнул, когда ДжиСу открыл было рот, чтобы возразить. Он же ясно сказал, как всё было, но адвокату Шину хотелось всё перекрутить. — ДжиСу, просто слушайте и запоминайте, — невозмутимо произнёс парень, когда ДжиСу нахмурился. — После того, как он упал, вы решили, что этого достаточно, и сделали несколько фото, чтобы доказать, что вы правда сделали то, ради чего вас наняли. Вы понятия не имели, что он умер и уж точно не собирались этого делать. Вы определённо сожалеете, в большей степени потому, что сделали всё перечисленное, а не отправили фото в полицейский участок со своего ноутбука, — адвокат Шин закатил глаза, взглянув на дрожащего от волнения господина Кима, — это был очень необдуманный поступок, даже если он был совершён ради вашего друга. ДжиСу расслабился и откинулся на спинку стула. Адвокат Шин с первого взгляда ему не понравился, и вовсе не потому, что его привела мама Тэхёна, которая, кажется, всей душой желала вернуться во времени назад и никогда не принимать звонка от Хеджу и участвовать во всём этом. Конечно, этот парень изо всех сил пытался найти выход из задницы, в которую угодил ДжиСу, и ему это практически удалось. — Но я же сказал, что сразу понял, что он мёртв. Я забрал его телефон, но документы не нашёл. Я боялся, что меня поймают и… — Этого представителям другой стороны знать необязательно, — адвокат Шин снова перевернул страницу в блокноте. — До второго допроса нам нужно составить чёткий план и, хотя обычно я не люблю доводить дело до суда, в этот раз нужно попасть туда как можно скорее. То, что вы готовы сознаться и принять наказание — весьма похвально, но не стоит бежать впереди паровоза, когда можно переквалифицировать умышленное убийство в несчастный случай и привлечь к ответственности других лиц, задействованных в этом деле. Господин Ким, что скажете? Услышав, что обращаются к нему, господин Ким встрепенулся. Как бы ни было прискорбно осознавать, но его не то чтобы сильно беспокоило будущее ДжиСу, гораздо больше его в данный момент волновал его собственный сын и совсем немного — фондовые рынки. — А? — он посмотрел на ДжиСу. — А, да. Делайте, что считаете нужным, адвокат Шин. Спасибо большое, что согласились взяться за это дело. ДжиСу безумно злился на то, как работают закон и власть в этой стране, но отчасти был рад знать, что его кто-то поддерживает и пытается уберечь от тюрьмы. В 99,9% совсем избежать её было невозможно, но при условии несчастного случая можно было получить только год тюремного заключения и два или три года условно. Как же хорошо, что Кэтрин повздорила с ним позавчера утром, собрала все свои вещи и вернулась к себе домой. Если бы она узнала, во что вляпался ДжиСу, она бы непременно убила его. Не потому что так сильно злится, а потому что это выше её понимания. Ведь это не она вынуждена была платить за обе квартиры одновременно и не она оплачивала все эти походы по ресторанам. Она нравилась ДжиСу сильно-сильно, и если бы не все эти события, он бы непременно пытался до неё дозвониться и вернуть всё на свои места, но сейчас он знал, что это глупо, невозможно и что «на свои места» он уже никогда ничего вернуть не сможет. Больше никаких смешанных единоборств, никаких лёгких денег и никакого доверия. ДжиСу вдруг оказался по одну сторону баррикад с Тэхёном, которому все доверяли, но который, по его мнению, всех подвёл, но теперь и он мог отвернуться от ДжиСу и построить дополнительную стену между ними. ДжиСу так подвёл своих родителей, бывших тренеров и, конечно, Тэхёна. — Будем настаивать на том, что вы не знали, что Намджун мёртв, думали, он опять прячется, потому что должен денег. Фото прислали только для того, чтобы полицейские перестали подозревать вашего друга и, я повторюсь, вы понятия не имели, что он мёртв, иначе вы, разумеется, сдались бы полиции сразу же, потому что вы очень сожалеете и готовы принять любое наказание, учитывая все смягчающие обстоятельства. Что бы сделал Тэхён, оказавшись в подобной ситуации? Он бы последовал советам адвоката и притворился или же признался во всём честно? ДжиСу вообще-то совсем не привык лгать, ему тошно от одной мысли, что он может избежать наказания за убийство. Но ведь это и правда был несчастный случай. И Тэхён нуждается в нём. Чем он сможет ему помочь, если будет в тюрьме? — А нельзя ли совсем избежать тюрьмы? Что нужно говорить, чтобы получить только условно? Адвокат Шин тяжело вздохнул. Он уставшим взглядом окинул заинтересованного ДжиСу и снова посмотрел на господина Кима, который под столом печатал кому-то сообщение. — Я посмотрю, что можно сделать, но пока что вы должны придерживаться того, что я вам сказал. — Простите, адвокат Шин, — господин Ким выпрямился на стуле, убирая телефон в карман, — но не могли вы оставить нас наедине буквально на минутку? Я хотел бы у него кое-что спросить. Адвокат Шин оглянулся. Они находились в небольшой комнате отдыха в полицейском участке, а за дверью их поджидали люди в форме. Как только адвокат Шин покинул бы помещение, ДжиСу снова забрали бы. Поэтому всё, что он мог предложить, отдалённый угол комнаты, но господин Ким был доволен и этому. — Мне так неловко спрашивать об этом, но ведь именно ты всё это время жил с Тэхёном, — он переминался с ноги на ногу, словно ему нужно было в уборную, — я подумываю забрать Тэхёна на время к себе. Мы не жили под одной крышей уже столько лет, и я понятия не имею, что сделать, чтобы уговорить его поехать со мной. Поэтому… может, ты мог бы немного помочь мне? Я надеюсь, что мне удастся тебя вытащить, потому что Тэхён очень беспокоится за тебя. Думаю, он согласится пожить у меня, если ты ему скажешь. ДжиСу много раз слышал от Тэхёна о том, насколько суров его отец, и сам частенько называл его козлом, поддакивая другу. Он и не сомневался, что господин Ким именно такой, а Тэхён был уверен, что горбатого только могила исправит, но этот мужчина выглядел весьма взволнованным и отнюдь не суровым. Возможно, впервые в жизни он беспокоился о Тэхёне, так разве мог ДжиСу отказать ему? — Да, конечно. Было бы замечательно, если бы вы за ним присмотрели. И, господин Ким, спасибо большое за помощь. Я вам обязательно отплачу позже. На лице мужчины растянулась улыбка. — Да брось, — он отмахнулся, — ты уже отплатил мне тем, что всегда был рядом с Тэхёном.

***

Тэхён специально выбрал день, когда Хеджу работала. Он не то что чувствовал, он практически видел мыльный пузырь с виной, который лопнул, когда он согласился переехать к отцу. За всё время, что они встречались, он, должно быть, успел надоесть ей. Заботливая и милая Хеджу, конечно, никогда не сказала бы ему этого, и даже когда отец спрашивал, не хочет ли Тэхён перебраться к нему на время, она незаметно покачивала головой, надеясь, что Тэхён скажет «нет». Но он сказал «да». — Пап, подожди минутку! — ДжинУ закрыл фломастер, которым рисовал, и схватился за альбом, в котором творил. — Я ещё не ухожу. Тэхён застегнул спортивную сумку, в которую сложил одежду, что успел перевезти к Хеджу, а его отец упаковывал обувь. — В любом случае, не уходи, пока я не закончу, — прежде чем приступить к новому листу и рисунку, ДжинУ открыл стаканчик кокосового желе, которое принёс Тэхён. Он колупал его ложкой, разукрашивая двери замка и рисуя карандашом стражу. — Хорошо, ДжинУ, — Тэхён легко пожал плечами, переглянувшись с отцом. После подробных разъяснений и двухминутного телефонного разговора с ДжиСу, Тэхён наконец стал понимать, что происходит. Утешительные прогнозы отца касательно дела не особо радовали конкретно Тэхёна, потому что даже это расставание с ДжиСу он переживал с трудом, и не мог представить, что будет, если он исчезнет из его жизни хотя бы на год. Выдохнув, он присел на край постели и его отец бросил пакеты с обувью. — Что такое? Плохо себя чувствуешь? Тэхён покачал головой, падая назад и притягивая к груди подушку Хеджу. Она пахла ей. — Просто немного устал. Его отец незаметно выдохнул, тоже присаживаясь на постель. — Если хочешь, я отменю встречу и мы останемся здесь до вечера, — у ДжинУ рассыпались фломастеры и он стал громкой ойкать, собирая их, — дождёмся возвращения Хеджу и поужинаем все вместе. Услышав о Хеджу, Тэхён сразу открыл глаза и отпустил подушку. — Нет, — он сел, разглаживая клетчатое покрывало, которым была застлана постель, — я хочу поскорее оказаться дома и разобрать вещи. У меня ещё много всяких дел, да и ты сказал, что сегодня придёт врач. Не будем откладывать лечение. С этим господин Ким никак не мог поспорить. Ему самому хотелось поскорее начать лечение и лично следить за улучшениями в самочувствии Тэхёна. Уезжая из больницы, он выглядел очень бледным, а чёрные джинсы, в которых он прибыл туда несколько недель назад, теперь приходилось придерживать ремнём, потому что они висели на его бёдрах. — Ладно, — он кивнул, пристально глядя Тэхёну в глаза, — поедем сразу после того, как ДжинУ закончит с рисунком. Я видел несколько его рисунков — они замечательные. Словно почувствовав, что говорят о нём, ДжинУ заглянул в комнату. На его лице играла хитрая улыбка. — А знаешь что? — спросил он, глядя прямо на Тэхёна. — Что? Тэхён отклонился назад, когда ДжинУ вместе с альбомом поспешил к нему, но было слишком поздно. Запрыгнув на кровать, ДжинУ уткнулся щекой в плечо парня и сунул ему в руки альбом. Когда Тэхён покупал его, он казался очень тонким, но теперь практически все листы были изрисованы и из-за этого альбом будто разбух. — Я нарисовал нашу семью-зомби, — ДжинУ просиял, начиная с первой страницы. — Вот это я, а вот это мама, но ты вышел лучше всего, потому что я очень старался де-та-ли-зи-… — он запнулся, пытаясь припомнить слово, которое услышал по телевизору, но потом сдался и просто перевернул страницу. — А вот это мы наступаем на Маленькое Королевство, и тебя похищают. Тэхён едва слышно хмыкнул, дуя губки и борясь с улыбкой. — Почему это меня похищают? Похитить должны были Хеджу. Но ДжинУ категорически не согласен. Он качает головой, волосами то и дело задевая свитер Тэхёна, и вскоре некоторые волосы на затылке у него торчат в стороны. — Нет, похитили тебя, а я и мама спасали, — ДжинУ уронил альбом на колени Кима и вытянул руки, притворяясь кровожадным зомби. — Уэээ, уааа!.. Нечаянно задев локтем бок Тэхёна, ДжинУ заметил, как тот дёрнулся, широко усмехнувшись, и сразу понял в чём дело. — Боишься щекотки? — он потянулся к рёбрам Тэхёна пальцами, и покрывало, которое так тщательно разглаживал Тэхён, вмиг скомкалось. — Ах, нет! Так нечестно! — Тэхён ворочался, нападая в ответ на ДжинУ и громко хохоча. Он уже давно так не смеялся, и жалел, что Хеджу этого не видит. Она была бы счастлива. Господин Ким застегнул последнюю сумку, выставляя её в гостиную и возвращаясь в комнату, чтобы оттянуть этих двоих друг от друга. ДжинУ уже кричал, что ему нужно в туалет, а у Тэхёна задрался свитер практически до шеи. — Забери альбом с собой и посмотри все рисунки! — ДжинУ не закрывал дверь в туалет и щёки господина Кима слегка покраснели, когда он поймал взглядом то, что не должен был, но Тэхёна это больше не смущало. — Я посмотрю все, не беспокойся. — А потом позвони мне, — ДжинУ сказал это чуть спокойнее и медленнее, попутно выдыхая с облегчением. — Теперь у меня есть телефон, и ты можешь звонить мне каждый день. — Я постараюсь, — водрузив спортивную сумку на плечо, Тэхён собрался оставшиеся взять в руки, но господин Ким не позволил ему. — ДжинУ, нам уже нужно идти. Убери, пожалуйста, фломастеры со стола до маминого прихода, ладно? Слив воду, ДжинУ помыл руки и вышел в гостиную. — Ладно, пап, — он кивнул, направляясь в кухню. Тэхён бегло осмотрел хорошо знакомые ему гостиную и кухню, коврик в прихожей и расставленную у комода обувь Хеджу, а потом вновь почувствовал тяжесть. Не столько из-за сумок или вины, сколько из-за кольца. Оно было крохотным и очень лёгким, но оттягивало карман куртки, не давая о себе забыть. Хеджу знала о его существовании, но ни разу не напоминала об этом с того разговора. Она сказала, что хочет выйти за него, а он всё собирался сделать это красиво и правильно, возможно, совершенно неожиданно или, по крайней мере, настолько неожиданно, насколько это было возможно при условии, что Хеджу обо всём знает. — Идём, Тэхён, — папа подтолкнул его к выходу, и ему ничего не оставалось, кроме как пойти. Сейчас на улице было гораздо теплее, чем в конце ноября или январе. Весь снег давно растаял, и в ближайших прогнозах было солнце и плюсовая температура. Понемногу в Сеул приходила весна, норовя вступить в права ещё в феврале и обеспечить цветение вишен не на начало апреля, а на середину марта. — Нам ещё нужно заехать на старую квартиру, — Тэхён глубоко вдыхал свежий воздух, прогулочным шагом идя к большому чёрному «Мерседесу» отца, — хочу забрать весеннюю одежду и кое-что из вещей ДжиСу. Ему можно передать что-нибудь до суда? Отец достал из кармана ключи и фары автомобиля на секунду вспыхнули. — Боюсь, что сегодня мы не успеем заехать туда, — открыв багажник, мужчина загрузил все сумки туда, и только после этого направился к водительскому сидению. — Доктор приедет в четыре, а потом нам нужно будет в магазин за продуктами. Я попросил твою мать узнать, не нужно ли чего ДжиСу. Она не хочет, но позаботится о нём, не беспокойся. Тэхён пристегнул ремень безопасности, дотягиваясь до кнопки под ручкой и приоткрывая окно со своей стороны. Прохладный воздух приятно обдувал, когда машина ехала. — Перед твоей выпиской я советовался с Хеджу касательно лучшей клиники и лучших врачей, — господин Ким вёл медленно и осторожно, отвлекаясь от дороги только для того, чтобы мельком глянуть на сына и убедиться в том, что он заинтересован во всём, что касается Хеджу и разговоров с ней. — Оказывается, она уже давно подыскала хорошего доктора. Я договорился без госпитализации и всё время на дому, чтобы ты чувствовал себя комфортно. Тэхён кивнул. Ему тоже совершенно не хотелось быть запертым в клинике, пусть и очень хорошей, без возможности выйти из дома в любое время или прокатиться на байке по ночному Сеулу. — А ещё Хеджу посоветовала отличного психолога, представляешь? — мужчина сильнее сжал руль в руках. Он не знал, как завести разговор об этом, чтобы не обидеть, но Хеджу сказала говорить прямо, ведь отлично знала, что Тэхён предпочтёт это, а не обходные пути и раскачивания. — Она думает, что ты сломлен из-за ДжиСу и… всего остального. Ты не хочешь делиться своими мыслями и переживаниями с нами, но, возможно, тебе будет легче открыться профессионалу? Можно взять пару консультаций, а потом решить, нравится тебе это или нет. На светофоре господин Ким притормозил и, громко сглотнув, уставился на Тэхёна. Он вопрошающе смотрел на него, с нетерпением ожидая ответа. — Ладно, — Тэхён сполз на сидении вниз, упираясь коленями в бардачок, — если вы с Хеджу считаете, что мне это необходимо, тогда я не против. — Правда? — от неожиданности господин Ким нажал на гудок и Тэхён подпрыгнул, как и многие в других машинах. — Хочешь начать с завтрашнего дня или позже? Хеджу поможет с составлением расписания, а может, и с посещением. У меня много дел на работе, поэтому вы могли бы иногда вдвоём… — А она хочет? — Тэхён прижал язык с пирсингом к нёбу. Он немного соскучился по этим ощущениям железа во рту и не только. — Ты думаешь, она правда хочет делать это? Помогать мне, я имею в виду. Господин Ким смотрел на Тэхёна слегка ошеломлённым взглядом, а потом слегка усмехнулся, вдавливая педаль газа и понемногу отпуская сцепление. — Конечно, а почему ты думаешь, что нет? Тэхён задумался. Он не знал почему, но ему казалось, что в какой-нибудь подобной ситуации кто-нибудь вполне нормальный и здравомыслящий, кто натерпелся достаточно за всю свою жизнь и желает расслабиться хотя бы на некоторое время, ни за что не захотел бы оставаться рядом с ним и уж тем более помогать ему. Хеджу давно стоило покинуть этот тонущий корабль, но она приходила каждый день и каждый день тащила его за уши вверх, пытаясь поднять со дна. — Ну… Разве ты бросил меня не потому что я бестолковый? Потому что не оправдываю твоих ожиданий? Потому что раз за разом разочаровываю?.. Ещё больше потрясения в глазах отца Тэхён не выдержал бы, поэтому умолк. — Ты думал, что я тебя бросил? — господин Ким сбавил скорость перед поворотом и включил поворот. — А это не так? — штанга звякнула, когда Тэхён резко сомкнул челюсти. — Я думал, что просто даю тебе свободу. Ты всегда мечтал сбежать из дома, переехать в собственную квартиру и никогда не звонить мне, — машина понемногу набирала скорость, пролетая торговые центры и магазины и отдаляясь от шумных улиц, переполненных людьми. — Ты так торопился стать взрослым и самостоятельным, что я как-то пропустил момент, когда именно ты стал таким. Тэхён хмыкнул, отворачиваясь к окну и складывая руки на груди. Он немного злился на отца за эти его слова. — Стал таким? Вы ещё в детстве сделали меня взрослым, когда исчезали на работе, бросая меня одного дома, или когда упрекали за то, что я недостаточно серьёзно отношусь к учёбе или тому, что должно было быть моим увлечением. А когда я действительно стал взрослым, ты отчаянно пытался взять над моей жизнью родительский контроль своими деньгами, тренером О и Ку Шиён. Он всё ещё помнил ссоры из-за смешанных единоборств, тренировок, которые так хотелось пропустить, и проигранных поединков, после которых было так больно, но рядом не было никого, кто мог бы утешить. Через несколько минут удручающей тишины машина отца остановилась у невысокого забора, и он заглушил двигатель, и вот тогда правда стало тихо. Солнце продолжало светить в глаза, Тэхён продолжал смотреть в окно, а его отец искать оправдания. — Прости, Тэхён, — в конце концов, выдавил он, — мы никогда не разговаривали об этом. Клянусь, если бы я знал, что у тебя на уме, я бы никогда не поступил так, но ты всегда молчал и соглашался со всем, что я предлагал. — Забыли, — Тэхён отстегнул ремень безопасности и выбрался на улицу. Он одарил отца холодным взглядом, но заметив его выражение лица, смягчился. Уголки его губ медленно приподнялись, и Тэхён стал похож на черепашку с этой неловкой улыбкой. — Я целую вечность не был здесь. Ты поставил новый забор. — Просто покрасил, — ответил отец, тоже выбираясь из машины. — А крышу? Покрыл чем-то. Раньше она была другая… — Тоже покрасил. Тэхён выдохнул, чувствуя себя ужасно неловко из-за недавнего разговора, но в то же время испытывая облегчение при мысли, что отец на самом деле не пытался загнать его в определённые рамки, скорее всего, Тэхён сам сделал это. — Хм, пап, а ты правда хотел бы поужинать с Хеджу и ДжинУ? Мы могли бы сделать это здесь. Как-нибудь. Через пару дней. Или недель. Когда я выглядел бы чуточку лучше. — Боишься, что будешь не таким привлекательным в её глазах, если мы организуем совместный ужин сегодня? — совершенно внезапно, когда Тэхён абсолютно этого не ожидал, господин Ким легонько ударил его кулаком в плечо. Не больно, но точно так же, как делает ДжиСу или другие парни из спортзала. — Брось, ты нравился ей даже когда вонял так, что всё отделение мечтало, чтобы изобрели затычки для носа. И когда игнорировал её. И… — Пап, прекрати. Мне всё равно, как я выгляжу, просто не хочу, чтобы ДжинУ думал, что я превратился в зомби. Господин Ким выставил сумки на землю, а потом вдруг выпрямился и поднял правую руку вверх, махая кому-то. — О, Хеджу, ДжинУ! Вы как здесь… — Что? — Тэхён обернулся, приглаживая волосы руками, а потом громко фыркнул. — Чёрт, ты… — Попался, — отец рассмеялся, низко и гортанно. — И не вздумай больше упоминать чёрта. Вот почему с тобой вечно неприятности случаются. — Ну, пап…

***

Тэхён высыпал содержимое очередной коробки и распластался на полу. У него уже ныла спина, да и шея устала постоянно смотреть вниз, поэтому он решил сменить позу. — Так хорошо, — он сладко зевнул, вытягивая руки и подбирая несколько фото с ковра. Это были школьные фото из выпускного класса и ещё несколько смазанных кадров, которые каким-то чудным образом оказались в конверте, который был подписан «Школа, 2013». Он уже пересмотрел практически все конверты с названиями вроде «Школа, 2010», «Школа, 2007», «ММА (Ты — супер)» и «Ужасная стрижка (За чтоо?)», и когда он думал, что с фото покончено и был готов приступить к разглядыванию медалек, которые получал в детстве, между кубком и сдутым футбольным мячом нашёлся ещё один конверт. Какое-то время Тэхён испуганно смотрел на него, чувствуя, как пульсирует в висках от напряжения, и вглядываясь в написанное аккуратным почерком «Ким Тэхён» и выведенные внизу циферки. Он думал, что избавился от этого конверта ещё тогда, в квартире, выбросив его в урну, но ДжиСу в тот раз подобрал его. А потом конверт затерялся в старых вещах и угодил на чердак в папином доме. Тэхён никогда не планировал его читать, но его руки сами отодрали засохшую бумагу с клеем и, подрагивая от волнения, принялись разворачивать сложенный вдвое листок. «Привет, Тэхён. Уверена, ты сейчас растерян и не понимаешь, почему в 41 квартире пусто и что ты сделал не так. Но у меня есть ответы на эти два вопроса. 1. Я и Намджун переехали; 2. Ничего. Нет ничего, что ты сделал бы не так. И хотя ты привык брать на себя ответственность за все свои поступки и принятые решения, а после ещё долгое время упрекать себя за них, я надеюсь, что в этот раз всё будет по-другому. Я повела себя глупо, давая тебе ложную надежду. Мне правда было хорошо с тобой и мне правда хотелось сбежать куда-нибудь, чтобы всегда кушать кокосовое желе на ужин и целоваться с тобой на диване. Но у меня тоже есть кое-какие обязанности, кое-какая ответственность, поэтому я не могу сбежать с тобой. Я никогда не рассказывала тебе, но Намджун платит за моё обучение. И он сказал, что заплатит за обучение моей младшей сестры и за многие другие вещи. Он меня не любит, и я его тоже, но, кажется, у нас появилась надежда. Знаю, что я ужасный человек, недостойный твоей любви и внимания. Я не стою и твоего мизинца, Тэхён, и прекрасно понимаю это. Надеюсь, ты это тоже понимаешь и даже не дочитал до этого момента, потому что прямо сейчас я собираюсь опуститься ещё ниже и предложить тебе больше никогда не появляться в жизнях друг друга. Я уеду очень далеко, чтобы начать всё сначала, и ты тоже начни с чистого листа. Спасибо за всё.

Юбин»

— Тэхён? Ты собираешься спускаться на тренировку или как? — отец взобрался на второй этаж, переступая две ступеньки за раз, а затем распахнул дверь в комнату сына. — Ты почему до сих пор валяешься здесь? Мы же договорились, что тренировка в пять, а потом ужин. Тэхён скомкал лист бумаги, вместе с тем сглатывая ком в горле и переворачиваясь на спину. — Тренировка? Ты разве не шутил, когда сказал, что хочешь, чтобы я провёл тренировку? — Тэхён бросил скомканный листок и конверт, в котором он до этого находился, в корзину, которая стояла рядом и в которой было уже достаточно бумаги и испорченных фотографий. — Конечно нет, — господин Ким нахмурился, — я же даже небольшую команду собрал, чтобы тебе было веселее. Уговорить их заниматься здесь, а не в зале, было нереально сложно. Я даже оплатил им такси и пообещал ужин, приготовленный тобой. Тэхён застонал, поднимаясь с пола. — Что за команда? О чём ты, чё-… — он протянул «ё», расширенными от испуга глазами глядя на отца. Тот всё ещё упрекал его за каждое произнесённое «чёрт». — И как ты мог пообещать им ужин, которого нет, и не будет? — Ким Тэ! Не смей игнорировать нас! — голос Чонгука заставил Тэхёна расправить плечи и слегка приоткрыть рот. — Пап, выходи скорее, — ДжинУ хохотал, судя по всему потому, что Чонгук его щекотал. — Дедушка сказал, что ты похож на заплесневелый хлеб — такой же мягкий и зелёный оттого, что из комнаты не вылезаешь. Я хочу это увидеть. Кто-то в коридоре рассмеялся и Тэхён сильно нахмурил густые чёрные брови, исподлобья глядя на отца. Разве не очевидно, что у него ещё нет настроения на тренировки и ночные посиделки? А ещё у него нет настроения на готовку и шум. — Хватит так смотреть, — господин Ким невозмутимо кивнул головой в сторону выхода, — иначе я заставлю их всех зайти сюда и вытащить тебя силой. Там и Хеджу ждёт. А ещё Шиён… — Шиён?! — Тэхён опять сел на пол. — Нет, не пойду. Пускай делают, что угодно, но я не хочу тренировать их. Ты хоть представляешь, насколько неспортивные Хеджу и Шиён? — Я всё слышала! — возмущённо произнесла Хеджу, приоткрывая дверь в комнату и недовольно глядя на парня. — И если ты сейчас же не оторвёшь от пола свою слишком тощую задницу… — она сделала паузу, тихо извинившись перед господином Кимом за плохое слово и поклонившись при этом, а потом продолжила: — Мы все начнём тренировку в твоей комнате. Ты, кстати, знаешь, что у ДжинУ новое хобби? Преобразование любимых штор посредством ножниц в половые тряпки. Хеджу выглядела потрясающе в спортивном костюме и ветровке. Тэхён даже не мог припомнить момент, когда она выглядела так же умопомрачительно, мило и сексуально одновременно. Красное платье проигрывало спортивным штанам и великоватой ветровке. — Ладно, — он выпалил чересчур быстро и так же быстро встал на ноги, — я проведу вам такую тренировку, что вам мало не покажется! В дверной проём просунулась голова Джисона и он скривился так, словно увидел что-то ужасное. — Только надень сначала штаны, Тэ. Не травмируй детскую психику. — Да ладно, ДжинУ уже видел… — начала Хеджу. — Я не про ДжинУ, а про Шиён. Ей нельзя смотреть на это, — Джисон указал на голые ноги Кима, — когда рядом есть это, — а потом на свои ноги. Господин Ким явно чувствовал себя не в своей тарелке, потому что снова начал всех торопить, а в конечном итоге подвернул лодыжку на последней ступеньке и остался дома. Все, разумеется, притворились очень расстроенными, когда он сообщил, что они должны идти без него, но как только оказались на улице, повеселели и кричали «Да, тренер», без конца дразня Тэхёна. Но его это нисколько не обижало, напротив, он поймал себя на мысли, что хотел бы слышать это почаще.