Утренний кофе

      Скажи Риду лет пять назад, что он после работы будет пить чай, он бы заржал, а потом усвистал в ближайший бар заливаться текилой. Скажи это восемь лет назад — и вы бы нашли его смеющимся с косяком в зубах. Сейчас, в свои тридцать шесть, Гэвин был твердо уверен: лучше чая нет ничего. Особенно если его пить в китайской чайной в компании подруги.       На них косились. Любимая чайная Тины стояла в глубине Чайна-тауна, где местные отлично говорят на родном языке и с трудом — на английском, где далеко не у всех были настоящие паспорта и где европеец с азиаткой в полицейской форме привлекали ненужное внимание. Впрочем, дальше косых взглядов дело не шло; едва войдя, Чэнь объявила что-то на китайском, и Рид кожей почувствовал, что градус напряжения спал мгновенно. Тина заказала какой-то чай, какой именно, Гэвин не знал: все равно ни черта не понимал в иероглифах. Они сели в глубине зала и задумчиво уставились друг на друга, подперев головы. — А ты изменился, — Тина первая прервала молчание. — Ты тоже. — Да? И как же? — Невесёлая. Девушка грустно усмехнулась. — Без тебя скучно. — Так давай ко мне, — Рид пожал плечами. — Замолвлю словечко. — Нет уж. Со стороны стойки послышался крик. Тина встала и вскоре вернулась с подносом, на котором стояли две крошечные чашки и чайник. — Расскажи, каково это: быть по ту сторону закона? — спросила она, разливая чай. — А нет разницы. — Да, конечно, — в интонации отчётливо слышался сарказм. — Ну, если тебе принципиально, как грабить людей — угрожая пистолетом или налогами, то да, разница есть. Но если смотреть шире… — А ты бунтарь. — Пф-ф. Просто хитрожопый говнюк, который хочет заработать. Тина взяла чашечку и обняла ее пальцами. Конец августа давал о себе знать холодными вечерами, и девушка грела руки о горячую чашку. Гэвин последовал ее примеру. — Чувствуешь аромат? — спросила она, поднося чашку к лицу. — Нет. Я вообще почти ничего не чую, — он показал пальцем на шрам. — В нашей работе бывает полезно, — заметила Чэнь. — Иногда такие попадаются… — Она поморщилась. — А у меня только трупы воняют, и то не всегда. И никаких бомжей. Серьезно, бросай ты эту службу. — Не могу, Гэв, — она мотнула головой. — Это ещё почему? — Просто… не могу. Ты знаешь, что в Китае взяточникам руку отрубают? — Я думал, это страшилка. — Может и так. Но когда тебе с детства такое рассказывают, о другом и не думаешь. Я имею в виду, что даже шоколадку в супермаркете не украдешь. Страшно.       Они замолчали. Вокруг них стоял шум и гул: местные смеялись, болтали, перекрикивали друг друга, в углу орал старый телевизор. Тусклые лампочки не столько освещали, сколько сами создавали темноту. Выщербленные столешницы с облупившимися драконами повидали немало, окна были занавешены алыми шторами, кажется, с какой-то вышивкой. Все было старым, замусоленным и, вероятно, побывавшем в драке. Тина посматривала по сторонам — не взбрыкнет ли кто, и Гэвина это начинало раздражать. У него уже был параноящий напарник, и его хватало с головой. Резко захотелось уйти. — Хочешь, я украду для тебя шоколадку? — спросил он. — Что? — Украду шоколадку. Вот поверь, это совсем не страшно, и руку не отрубят. — Нет, не хочу. Иначе я буду вынуждена арестовать тебя. — Ну да, после всего, что я натворил, быть пойманным за шоколадку… — он вздохнул. — Тупо. — Да уж. — Хотя… — Что? — Пошли. Где тут ближайший супермаркет? — Гэв, ты серьезно? Рид поднялся. — Идём, офицер, — он протянул руку. — А знаешь, всё-таки ни черта ты не изменился, — заметила Тина, поднимаясь вслед за ним.

***

      До закрытия кофейни оставалось пять минут, когда зашёл Ричард. Коннор стоял у кассы, склонив голову, и, услышав звяканье музыки ветра, произнес: — Мы не обслуживаем. — Я рассчитываю на сервис в домашних условиях, — ответил Ричард, облокачиваясь о стойку. — Ох, извини, — Коннор поднял голову и улыбнулся. — Знаешь, я чертовски устал сегодня, так что мне не до кофе. — А я как раз хотел подвезти тебя до дома в обмен на кофе. Впрочем, не разворачиваться же теперь. — Слушай, ты меня спасаешь! — Всегда рад. — Ричард вынул из кармана брюк ключи и помахал перед Коннором. — Жду в машине. Долго ждать баристу не пришлось, через пятнадцать минут он уже закрывал кофейню. Найдя черный Шевроле Ричарда, он сел в него и тут же выставил ладони перед решеткой обогревателя. — Возьми куртку, — наемник указал на заднее сиденье. Коннор обернулся и увидел кожаную косуху. Металлическая молния блестела в свете уличных фонарей и резала глаза. Парень вытянул руку, надел ее, пристегнул ремень и нахохлился. Ричард увеличил поток теплого воздуха и нажал на газ. — Мерзнешь? — спросил он, выезжая из двора. — Угу, — невнятно отозвался Коннор. Ричард посмотрел на него и решил не приставать с расспросами: бариста выглядел уставшим, и ему было явно не до разговоров. Вскоре он задремал. Смотреть на спящего парня было одно удовольствие, и Ричард то и дело отвлекался от дороги, чтобы взглянуть на веснушчатую собственность.       Собственность.       Считал ли Ричард себя собственником? Тысячу раз «да». Он умел разрывать старые связи и не занимался такой чушью как преследование бывших, но то, что принадлежало ему сейчас, принадлежало безраздельно, и к Коннору у него было такое же отношение. Парень привязался к нему эмоционально, но не физически, и хотя Ричард убеждал Норт, что готов терпеть до тех пор, пока Коннор не сделает первый шаг, понимал, что терпения с каждым днём всё меньше. Он хотел Коннора. Особенно сейчас, когда тот дремал с невинным видом, кутаясь в совсем не подходящую ему черную кожаную куртку. И, подъезжая к дому, решил, что ожидания с него более чем достаточно.

***

      Щеки Тины горели, и охладить их не мог даже холодный ветер, продувавший прямую улицу до мурашек. Позор, думала она, если об этом кто-то узнает, ее карьере может прийти конец. Гэвин ни о чем таком не думал, а просто шел рядом, довольно улыбаясь. Острый уголок украденной из супермаркета шоколадки врезался в ребро: похищенную сладость он спрятал во внутреннем кармане куртки. — Забери ее, — сказал он, — а то растает. — Нет, — тихо ответила Тина. — Боже, да хорош уже. Это всего лишь шоколадка. Девушка остановилась. — Ты полицейский, Гэвин! — Бывший, — заметил он. — Теперь я тот, кого ты должна ловить. — Да, — она вздохнула, — должна. Но не ловлю. Рид подошёл к подруге и обнял за плечи. Тина потянулась к нему и положила голову на грудь. — Фаулер вспоминает тебя иногда. — И что говорит? — Что ты ему кровь попортил. Гэвин рассмеялся. — Он мне тоже. Считай, я расплатился. — Почему ты ушел? — она подняла голову и посмотрела в глаза. — Почему? Потому что вот она где, эта служба с вечными переработками, — он указал ребром ладони на горло. — Что бы мы не делали, кто-то будет недоволен. Или начальство, или правительство, или журналюги, или вот эти, — он кивком указал на проходивших мимо людей. — Поэтому ты решил, что выбивать долги куда лучше? — Ну да. Деньгами не обижают, график свободный. Главное — недовольных нет. Зубы-то нужны всем, — Рид недобро ухмыльнулся. — Мой лучший друг — вышибала. Замечательно. — А моя подруга — коп. Ну и кому из нас не повезло больше? Тина рассмеялась. — Идём, — она потянула его в сторону, — а то я совсем замерзну.

***

      Коннор проснулся, когда автомобиль припарковался у его дома, словно почувствовав, что пора. Он отстегнул ремень и снял с себя куртку. — Спасибо, — сказал он и тут же зевнул. — С меня как-нибудь… — он взмахнул рукой, — в общем, отблагодарю. — Не сомневаюсь, — ответил Ричард, отстегивая ремень. — Идём. — Я сам могу дойти. — Я провожу, а то вдруг уснешь на лестнице. Коннор насмешливо фыркнул.       Вместе они вошли в подъезд, дошли до нужной двери. Ричард покусывал губы от нетерпения: ну когда же Коннор откроет дверь, когда же они останутся наедине… Сонный бариста словно специально тянул время: долго искал ключи в карманах, не смог попасть в скважину с первого раза. Наконец послышался долгожданный щелчок, и дверь открылась. Коннор повернулся и уже открыл было рот, чтобы сказать, как наемник мягко втолкнул его внутрь. — Эй. Он даже возмущался тихо и слабо, и это заводило Ричарда. — Ты не волнуйся, — вкрадчиво произнес он, — я не займу много времени. — Что ты дел… Договорить он не успел: Ричард захлопнул дверь и тут же прижался губами к нему. Коннор возмущённо замычал, но Ричард обнял его и углубил поцелуй. — Мы должны были сделать это раньше, — прошептал он, отстраняясь. — Забавно, — бариста улыбнулся. — Я как раз думал об этом сегодня. — Неужели? — Да, только… Блин, нет, я не могу, — Коннор отступил на шаг назад. — Прости. — Почему? — Ричард притянул парня к себе за пояс. Что бы Коннор ни делал, он не отойдет от него, решил наемник, и сам он не уйдет, пока не получит свое. — Потому что мы… копии друг друга. Я как будто занимаюсь сексом с самим собой. Это как-то пугает. — Завяжи глаза, — посоветовал Ричард. — Что? Нет. Это все равно не решит проблему. — Нет никакой проблемы. Это все только в твоей голове, — промурлыкал Ричард, целуя его в шею. — Закрой глаза и получай удовольствие.

***

      Норт стояла у особняка и курила. Она держалась в тени, подальше от света фонарей, чтобы остаться незамеченной. Особняк был ей хорошо знаком — в нем жил Маркус.       Зачем она пришла, она и сама не смогла бы объяснить. Ноги принесли. Зайти бы к нему, но зачем? Они расстались, и расстались давно. Что она сказала бы сейчас? Да ничего. А если Маркус не один, если с ним этот… Саймон? Норт не любила свидетелей. Докурив, она выбросила сигарету и позвонила. — Не спишь? — спросила она, услышав тихое: «Алло?» — Нет, — ответил женский голос. — Что-то случилось? — Нет, — Норт вздохнула. — Просто… Дерьмово как-то. Повисла тишина. — Приезжай ко мне, — наконец ответил голос. — Только сидеть придется тихо. Алиса уже спит. — Спасибо, Кэра, — с благодарностью ответила Норт. — Скоро буду. Она убрала смартфон, вышла на свет и решительно направилась к ближайшему супермаркету за бутылкой вина.

***

      В 00:16 четверо человек получили одинаковое сообщение.       Гэвин не спал. Он мерил шагами квартиру, курил и думал о Тине. Украденную шоколадку он ей все же всучил, проводил до дома и ушел, получив в ответ дружелюбное: «Пока». Просто «пока» от девушки, которую любил больше, чем себя и деньги, а в системе ценностей Рида он и деньги занимали первое место. Тина не будет с ним встречаться. Нет. Гордость полицейского участка, и с ним — бывшим копом и нынешним преступником. Мисс Чэнь слишком честна и принципиальна, чтобы идти против совести.       Прочитав сообщение, он накинул куртку и ушел. Пострадать он ещё успеет, а вот человек, отправивший смс, не беспокоит по пустякам.       Ричард хотел разбить смартфон о стену. Только что он был счастлив. Только что Коннор стал его собственностью целиком и полностью. Он лежал на диване и слушал шум льющейся из душа воды. Вскоре шум стих, и послышались шаги — это Коннор вернулся из ванной, укутанный в черный халат. Ричард подумал, что это первая черная вещь, которую он видит на нем, не считая его собственной куртки.       Коннора хотелось приласкать: под глазами проявлялись темные круги, загорелая кожа на ключицах темнела пятнами засосов, а сам он двигался странно — то ли рывками, то ли прихрамывая. Ричард почувствовал укол совести — иногда он терял контроль над собой, и это выходило боком. — Тебе больно? — он сел и обнял баристу. — Немного, — голос Коннора звучал тихо и потерянно. — Прости. — Ты всегда… такой? — Обычно ещё хуже, — мрачно отозвался Ричард. — Но я постараюсь контролировать себя. Коннор сглотнул. — Мне нужно побыть одному, — прошептал он после паузы. — Конечно. Ричард стал одеваться. Коннор лег на диван, поджав ноги, и смотрел на него. От воды волосы на затылке намокли и завились, и Коннор тер шею, снимая ладонью остатки влаги. Перед уходом Ричард сел на корточки и поцеловал его в лоб со словами: — Обещаю, я буду нежнее.       Норт и Кэра изливали друг другу душу. Одной бутылкой дело не ограничилось, и в ход пошли запасы Кэры. Агрессивная неудачница и мать-одиночка. Славная пара. — Никому мы с тобой не нужны, — всхлипнула Норт. — Не говори так, — Кэра похлопала ее по руке. — А что, не так, что ли? — рыжеволосая подняла голову с опухшими от слез глазами. — Ладно ты, ты нужна Алисе. А я? — Послушай, всегда найдется тот, кто тебя полюбит со всеми недостатками. — Ага, конечно. Оставь эту ванильную хрень для… Ее прервал сигнал с двух смартфонов. Девушки посмотрели друг на друга и потянулись к девайсам. — «Это срочно», — прочитала Кэра. — И координаты, — добавила Норт. — Господи, Эл не мог просто адрес скинуть? — Я сейчас смотрю, где это. И это… Эм… Если верить картам, это за городом. — Такси вызывать? Я в таком состоянии не поведу, — заявила Норт и отпила вина из бутылки. На смартфон Кэры пришло ещё одно сообщение. — Это Гэвин. Предлагает подвезти. Ещё одно сообщение. — Пишет, что сейчас едет за Ричардом. — Супер. Пусть заберёт. Кого ещё он позвал на свою вечеринку? — Норт откинулась на стуле. Кэра набрала текст. Скоро пришел ответ. — Никого. Как думаешь, зачем Элайджа позвал нас? — Да хрен его знает, — Норт начала качаться на стуле. — Может, надоело сычевать одному и реально устроил вечеринку. Кэра покачала головой. — Я даже не знаю, как он выглядит. — Да никто не знает. — Вот поэтому это и странно. Кэра написала записку и оставила ее в комнате дочери. Вдвоем девушки кое-как прибрались и, дождавшись сообщения от Рида, спустились, держась за перила и друг друга.       Машина с четырьмя преступниками ехала прочь из города туда, где никто из них не бывал.