ЛИСPRO

Глава 39

      Маленькие детишки всегда прекрасны и невинны, даже, если это дети монстров. Аманда гладила пушистое теплое пузо, доверчиво подставленное демонице, коготочки зверька втягивались, играя. Пушистик скакал по всему помещению, как ослопопотам, а иногда становился беззвучной тенью, охотясь за ногой Сорренжа или рыжим хвостом Редвела.       Если малыш сильно расходился, то Аманда брала погремушку, поистине магически действующую на желтопузика. Он садился напротив девушки и следил своими огромными глазами за плетеным шуршащим коробком. Неизвестно, какие мысли посещали маленькую голову в этот момент, но радости явно было немного. Девушке показалось, что внутри берестяной игрушки не простая бусинка, а, скорее, какое-то насекомое, звук которого парализующе действует на зверька. Поежившись от грустного внимательного взгляда, Аманда отложила погремушку и поманила обиженное дитя на руки.       Замкнутое пространство на всех действовало угнетающе. Сорренж постоянно задирал окружающих, то кружку кинет в стену, то нахамит, то на зверька замахнется. Поведение Редвела было противоположностью: сначала он спал, справляясь с подступившей лихорадкой, а потом стал что-то писать в блокноте, сверяя с книгами. Аманде читать было некогда, она беглым взглядом оценила обложки — темы монстроведения и мореходства для нее были скучны.       Самой ей тоже было тяжко. Девушка, с аналитическим складом ума, привыкшая к оперативной работе в отделе параполиции, к риску, к опасности и, самое главное, к силе и комфорту, которые дает магия…Аманда ощущала пустоту, которая все больше росла и угнетала. Сорренж топил свои эмоции в бочонке отвратного пойла, запах которого бесил всех окружающих, особенно, наделенных чутким нюхом. А демоница должна была заботиться о детеныше.       В каждом уголке трюма ей виделось какое-то дело. Она же девушка — нужно накормить остальных, нужно подтереть пол, раз уж малыш не удержал в себе обед, нужно поиграть со зверьком, чтобы он не скучал и не нападал на злобного демона…       Водиться с детенышем было, на удивление, тяжело. Это умиляло только в первое время, а потом стало угнетать своей однообразностью и ответственностью. Хотелось выть. Особенно, ощущая рычание могучей бестелесной сущности в соседнем двигательном отсеке.       В какой-то миг остракончик настороженно прервал свой скач и остановился. Его острые ушки локаторами прислушивались к чему-то. Редвел вскочил, уронив книгу, и стал принюхиваться.       — Что случилось? —Аманда тихо взяла малыша на руки и приблизилась к левому плечу напарника, безошибочно выбирая самое безопасное место.       — Наверху что-то творится. Пока еще не понял. — Тихий напряженный шепот заставил Сорренжа протрезветь.       — Запертый беснуется и пытается вырваться. — Профессор приложил руку к деревянной стене, и красные узоры полыхнули, пропадая. — Контур нарушен! Мы остались без защиты, и можем — без движения!       — Последние сдерживающие печати? — Себастьян посмотрел исподлобья, размышляя о необходимости выйти на палубу.       — Вы думаете, нас догнала его мама? — девушка неосознанно прижала малыша к себе. — Или, вампир решил полакомиться командой?       — Нет, вампир не причем. Скорее всего, он спрятался где-нибудь в переборках над потолком каюты и лежит почти мертвый, разве что не пахнет. В таком состоянии он слишком уязвим, чтобы полагаться на примитивные затворы.       — Кто же тогда мог снять контур?       — В корабельной команде все решает иерархия. Капитан, как глава судна, держит в своих руках управление, магическое, в том числе.       — А как же помощник капитана? —Аманда была обескуражена, неужто, убив капитана, можно мгновенно справиться с кораблем?       — Магия обуздания построена на силе воли, чтобы помощник вступил в должность, он должен доказать свое право. Если жив…       — Запах крови усиливается. —Редвел нахмурился и взял с гамака свой пиджак. — Пора выяснить самим.       Несмотря на сорванный контур, трюм был заперт отменно. Редвел размял отбитое плечо и ласково погладил дерево.       — Как думаешь? — Себастьян поглядел задумчиво на профессора, тот покачал головой.       — Любое магическое вмешательство, и печати падут. Мы останемся на веслах.       — Ясно. — Лис прислонил ухо к толстой крышке трюма. Затем из пиджака была извлечена металлическая складная палочка. Отмычек, в прямом смысле, тут использовать было невозможно, но стоило попробовать сдвинуть тяжелую железную дугу, если навесной замок с нее сбит…       — Чертенок! — ухмыльнулся лис, когда палка на что-то наткнулась и, ее выдернули наружу. Спустя пару минут им протянул свою маленькую руку карлика стравиец.       —Хас! Что здесь случилось? —Аманда, выбравшись на поверхность, отчаянно терла глаза, пытаясь привыкнуть к яркому свету. На палубе были следы схватки: в одной из мачт торчал обломок палаша, некоторые снасти были порваны, рядом с порубленными бочками кровавые следы начинались, заканчиваясь явно за бортом. Людей, ни живых, ни мертвых, не было. Только кровь.       — Я был в двигательном. — Пожал плечами стравиец. Когда вас схватили, прыгнул в воду, а потом дотянулся до технического люка. Думал, по приезде, придется переродиться… Но вылез, когда ослаб контур. Так что, я не в курсе, ребятки…       — Похоже на нападение конкурентов, —Сорренж поднял окровавленный кусок ткани. Зверек на руках Аманды оскалился, принюхавшись.       — Может, даже разборки среди своих, —Редвел махнул, чтобы профессор тряпку выкинул за борт. — Видимо, это они убили взрослых остраконов.       — Почему же они не тронули трюм?       — Как раз это понятно, они же не самоубийцы.—буркнул Хас, рассматривая монстрика.       — Справились с остраконами в природе, но побоялись малыша в замкнутом трюме? —Аманда не понимала смысла.       — А, может, их испугал наш искомый вампир? — задумчиво проговорил Сорренж, глядя в сторону кают.       Оттуда, держась за правый бок, ковылял бледный исхудавший Лекан, утирая взмокшее лицо, блестящее острыми клыками на солнце.