Мор - это только начало.

      Как и ожидалось, каких-либо реальных задач для меня не имелось, замок спокойно жил своей жизнью и каждый знал своё дело. Присмотреть за их ходом тоже было кому. Поэтому и я с чистой совестью занимался своими делами. Формально, от меня что-то потребовалось бы, только если на нас внезапно нападут, но при этом все прекрасно знали, что Акрис начал организовывать лагерь для ополчения не так далеко от нас. Случись что - он успеет вернуться. Дорога-то одна. Не по болотам же нас обойдут. Да и даже если обойдут, то ворота смогут закрыть без моего непосредственного участия. Так что я первым делом сказал, чтобы меня не дёргали по пустякам и отправился в то единственное место, что я мог безоговорочно назвать своим.       Уж не знаю, для чего изначально так делалось, быть может планировался тайный ход на случай бегства из замка который впоследствии переделали. Такое вполне возможно, учитывая особенности территории – с годами любой такой ход попросту затопит. Но так оно или нет, но главное что из моей комнаты имелся прямой спуск в подвал замка. Причем не в общий погреб и хранилища, а в отдельную, достаточно просторную комнату. И именно она была тем самым местом, куда в детстве я убегал от своих детских проблем и где никто кроме наставницы не смел меня беспокоить. Даже отец с братом.       Конечно, сейчас всё это казалось сущей глупостью, но, тем не менее, я до сих пор чувствовал себя там спокойнее. Впрочем, дело ведь не только в душевном покое. Так уж повелось, что только в этом подземном зале я мог быть самим собой, не скрывая от окружающих свои, скажем так, особенности. А это совсем не мало.       Как всегда после долгого отсутствия, внизу было сыро настолько, что воздух казался густым и вязким. Ну и холодно было, конечно же. Помнится, когда-то в рамках обучения меня запирали здесь на целые недели. Ну, не с концами, разумеется, дверь отпиралась для доставки пищи и выноса ночной вазы. Всё-таки это было испытание и часть обучения, а не пытка. От меня требовалось самому создавать для себя нормальные условия. Свет, тепло, сухость. Когда жизнь заставляет, то учеба продвигается очень быстро. И сейчас я прекрасно знал, как и что нужно делать.       Повесив масляную лампу на железный крюк около спуска, я на мгновение расслабился, после чего плавным жестом поднял руки до уровня груди и повёл ими вперёд. Так, словно аккуратно отталкиваю нечто невидимое. По телу прошла волна приятного тепла, а следом с рук сорвалось пламя, языки которого буквально полились на пол и начали растекаться широким углом вперед от меня. Огонь казался настолько плотным, что казалось его можно зачерпнуть рукой, как воду. Но пытаться провернуть этот трюк я бы крайне не рекомендовал.       В лицо пахнуло жаром. Сначала сухим, но он быстро сменился горячим паром, устремившимся к потолку и к единственному доступному выходу, располагающемуся у меня за спиной. Лицо мгновенно взмокло, но в целом ощущение было скорее приятное. Десяток секунд я удерживал пламя, после чего оно начало быстро таять, оставляя после себя тёплую и куда более сухую комнату. К сожалению, от вездесущей влаги нельзя было избавиться так просто, но уровень комфорта зала мгновенно возрос до приемлемого. Оставалось только довольно улыбнуться, ощущая лёгкую истому. Словно как следует размялся после долгого бездействия.       Магия – вот моё благословение и проклятие. С одной стороны дар, открывающий огромные возможности, а с другой проблема, благодаря которой я легко могу провести всю свою жизнь в Круге. А он может и отличается от застенков в плане обстановки, но в плане отношения храмовников вполне соответствуют. А все почему? Потому что Церковь Андрасте боится потерять власть и делает из магов всеобщее пугало. По крайней мере, сам я думал именно так. Пророчица учила, что магия должна служить человеку, а не человек магии и с этими словами сложно спорить. Но вот про заточение магов в круги и их усмирение при первом подозрении она вроде ничего не говорила.       Впрочем, глупо будет отрицать, что реальных поводов для боязни магов хватает. И даже не в управляемой магами империи Тевинтер дело. Одержимость – вот краеугольный камень всех споров. Маги могут сколько угодно уверять, что контролируют свои силы, но в момент слабости или отчаянья можно подловить любого. А демоны, извечные обитатели Тени, только того и ждут. И потому даже среди магов хватает тех, кто считает, что практика кругов себя оправдывает. Точнее мне так говорили, поскольку с магами круга мне общаться как-то не доводилось. И слава Создателю, что не доводилось – вдруг нарвусь на случайного знатока магических традиций аваров и хасиндов. Простое пребывание в круге тогда из потенциальных проблем резко станет вожделенной наградой.       Неизвестно с какой поры это пошло, возможно так было ещё до того, как легендарная банна Харгрейв отвоевала у авваров и получила во владение из рук короля Ферелдена эти земли, но в нашей семье маги рождаются достаточно часто. Чуть ли не в каждом втором поколении. Наверняка у меня хватает дальней родни в орлесианских кругах, а может и в ферелденском кто-то есть. Семьи, в жилах которых течёт такая кровь, имеют не лучшую репутацию. Кто захочет родниться с нами, если дети, рожденные от такого брака, легко могут покинуть родителей и отправиться в местный Круг? Так что не удивительно, что наши предки всеми силами скрывали эту особенность.       Наверняка не они одни, но получилось ли у кого-нибудь ещё? Сложно сказать, ведь о тех, у кого получилось, по понятным причинам узнать проблематично. Лично я предпочитал думать, что таковых хватает. Но наши предки не только научились скрывать данный факт, но и обернули его себе на пользу, за счёт дикой смеси из ритуалов авваров, хасиндов и обычных методик магов. И как им только в голову такая идея взбрела?        Я и сам не знал всех деталей, но если кратко… в общем-то я уже одержимый. И вслух об этом лучше не говорить даже в шутку. К моему великому счастью, если обычно одержимость означала гибель изначальной личности мага, то в моём случае всё было не так плохо. И не так просто. Лет пять-шесть назад, когда дар только начал пробуждаться, надо мной хорошенько так поработала старая шаманка-аварка, наша дальняя родственница, между прочим, которая впоследствии стала моей наставницей. Сам я те времена совершенно не помню, но с тех пор я никогда не оставался один. Моё тело от самой шеи покрывала сеть тонких, сейчас уже почти незаметных шрамов, складывающихся в сложный узор, и эта вязь удерживала во мне гостя из Тени. Удерживала и не давала взять контроль одновременно.        Что-то подобное проворачивают сами авары, обучая своих магов – сами находят подходящих духов и просят помочь будущему шаману. Только у них эта связь кратковременная и служит учебным целям, а у меня она на всю жизнь. Даёт она при этом тоже немало. Маги черпают свою силу из Тени, которая является источником их силы и их же слабостью. Но моя связь с Тенью проходит через духа. То есть сам я с ней не связан и даже снов никогда не вижу, прям как усмирённый, но эмоциональным калекой не стал, и возможности черпать силы тоже не утратил. То есть в перспективе я могу стать могущественным магом, и при этом мне совершенно не грозит одержимость в общепринятом смысле. Но есть одна ма-а-аленькая проблемка. Мой “сожитель”.        - «Кто здесь ещё сожитель», - ироничная насмешка.        - «Да-да, ты у нас самый лучший и просто позволяешь мне действовать самостоятельно» - мысленно отозвался я, стараясь поднять в себе чувство благодарности, и ощутил ответное одобрение. Мол “вот и не забывай об этом”.        В общем-то именно в этом и была проблема. Он разумен. Кем является этот дух? Или демон? Впрочем, а есть ли разница? Люди привыкли характеризовать их по людским благодетелям и недостаткам. Гордыня, праздность, доблесть, мудрость и так далее. Но мой наилучший сосед не подходил ни под одно из этих слов, и я привык звать его Превосходством. Любил он демонстрировать своё превосходство надо мной. Моё превосходство над кем-нибудь другим его тоже радовало, особенно если оно достигалось при его участии. А ещё он падок на лесть. Благодаря последнему и уживаемся. И ведь приходится именно уживаться, поскольку игнорировать его нельзя. Тело моё и влиять на мои физические действия дух не может, но вот связь с Тенью идёт через него. Если он захочет, то я разом останусь без магической подпитки, а без неё от меня как от мага толку мало.        Насколько мне говорила наставница, изначально это был именно дух доблести. Но духи по природе своей изменчивы и долго сохранять свою суть он не смог. Под моим влиянием на свет родилось Превосходство. Его влияние на меня так же сложно недооценивать. Акрис часто говорит мне, что я слишком подозрителен и недоверчив. Часто вижу подлог там, где его и близко нет. Но как-то сложно быть доверчивым, если даже в естественности собственных устремлений не уверен. Превосходство очень любит исподволь привить мне какое-нибудь желание или порыв и не всегда получается вовремя остановиться. Наверное, так оно и должно быть – раз он стал именно таким, то в какой-то степени его сущность это отражение меня самого. Не самая лестная мысль о самом себе, в общем-то, но что есть – то есть.       - Ладно, приступим, - я постарался отстраниться от пространных размышлений и сосредоточится на своих действиях. По полукругу развести руки, очерчивая пространство вокруг себя. Синеватый барьер щита послушно проявляется на расстоянии вытянутой руки. Отлично. Сжать в кулак правую ладонь, прижать к груди и резко выбросить вперёд, раскрывая. Каменный осколок со свистом проносится до противоположной стены и с глухим стуком разбивается о неё. Далее, огненный шар…       Привычный набор отработанных заклинаний получался легко и непринужденно, но я не обольщался. Легко их повторять здесь, в спокойных условиях, но получится ли в реальном бою? Очень хороший вопрос. Тут ведь не всё так просто. Маги используют всевозможные заклинания – это каждый ребёнок знает. Но что люди понимают под этим словом? Обычно некую словестную или жестовую формулу, используя которую достигается тот или иной эффект. В общих чертах это даже правильно, но вот суть едва ли не противоположна. Нет никаких наборов слов, озвучив которые получится, скажем, огненный шар. Точнее они есть, только сначала нужно научиться создавать огненный шар, а уже потом имеет смысл завязать его на фразу-ключ, чтобы использовать его даже в ситуации, когда не получается сконцентрироваться, или для того, чтобы объединить свои усилия с другими магами, а не застать союзников врасплох собственными действиями. По крайней мере, так меня учили.        Так что же такое на самом деле заклинание? Поскольку меня с детства учили не только магии, но и воинскому делу, то самой простой аналогией для меня будет следующее: заклинания – это устоявшийся приём. Грубо говоря, можно быстро и сильно размахивать, к примеру, топором, нанося мощные, но бездумные удары. Быть может, так даже получится одолеть не самого искусного врага. А вот опытный воин хорошо знает куда лучше бить, как сильно, под каким углом и, что самое главное, когда, чтобы сделать это наверняка, с меньшими усилиями и без лишнего риска для своей жизни.       В магии всё то же самое. Маг использует ману, тут неважно черпает он её из Тени, берёт от лириума или вообще прибегает к крови, чтобы менять окружающую реальность. Конечно, делать это так, как духи, которые в Тени попросту меняют всё по своему усмотрению, он не может, но и имеющиеся возможности велики. Не зря именно маги правили величайшей империей прошлого и даже, как учит Церковь, смогли войти в Золотой Город. Однако научиться управлять своей силой не так уж просто. Всё завязано на волю, концентрацию и эмоции. Постигнув основы, всё становится как у тех же воинов: тренировки и практика. Но вот с основами как раз главная загвоздка. Тут нельзя взять в руки тренировочный меч и начать им махать под присмотром наставника, который подскажет тебе, что ты делаешь не так. Первый шаг сложен и без стороннего присмотра крайне опасен.       Меня учила старая шаманка-авварка, но поскольку традиционные для этого народа способы обучения были ко мне неприменимы, то, как я подозревал, процесс был похож на тот, что происходит в кругах магов. Как заставить ребёнка поверить в то, что он может менять мир вокруг себя? Как научить делать это осмысленно? Начиналось всё с огня – самого простого для понимания элемента. Боль – отличный учитель. Когда твою руку суют в костёр, лечат ожоги, а потом повторяют снова и снова… Не самые приятные воспоминания, но в эффективности данному методу не откажешь.       Сначала я смог неосознанно тушить пламя, чтобы избежать боли. Потом научился его контролировать. А оттуда и до создания было недалеко. Осмысленно его контролировать было уже сложнее. Пламя, хотя это касается любой магии, капризно: стоит испугаться и оно попытается поглотить тебя, гнев усиливает его, но спокойствие и уверенность напротив, позволяют достигнуть нужного результат. Собственно два года меня учили играть с огнём, а уже после перешли на другие стихии, и с ними было уже куда проще. Оно и понятно – к этому времени уже выработалось стойкое понимание своих возможностей. По мере привычки, вырабатывается уверенность и можно пробовать всё более сложные вещи, нарабатывая основные навыки.       Правда эмоции вещь неустойчивая и то, что легко сотворить в состоянии покоя, повторить в экстренной ситуации уже не так просто. Попробуй удержи вокруг себя щит, когда тебе в лицо летит сгусток пламени или искрящаяся молния. Или сделай что-нибудь, когда ноги подкашиваются от обычной, физической усталости. Или зубы стучат от холода. Или ещё в каких-нибудь необычных условиях. Тут при всём желании все возможности заранее не отработаешь. А потому опыт для мага вещь ключевая. Правильно говорят – маг учится всю жизнь. И я в этом плане топтался на месте. Я ведь только и мог, что тренироваться. Причем, в основном отрабатывал то, чему научили, поскольку наставница всегда меня предупреждала, что что-то новое пробовать без прикрытия очень опасно.       Постигать что-то новое мне доведётся уже позже. Через пару лет, когда меня отвезут к авварам с целью укрепления старого договора. И эта мысль меня совсем не радовало, поскольку я хорошо знал, что это значит. Но это будет ещё не скоро, а сейчас отец сказал, что возьмёт меня в поход и это бесконечно меня радовало. Но одновременно и пугало. А если случится так, что придётся прибегнуть к магии при свидетелях? И смогу ли я вообще её применить в ключевой момент? Так что стоило радости поулечься, как я крепко задумался о том, что, быть может, сидеть в Харгрейве не такая уж и плохая перспектива.        ***        Баннат Харгрейв помимо дружины обязан выставлять полторы сотни человек ополчения. Причем размер этой повинности сохранился со времён владычества Орлея, когда населения в баннате было поболее, чем сейчас. Война всё-таки была. Причем долгая, а наши земли пусть и были труднопроходимы, но всё же были отрезаны от империи. И оттого сразу становилось понятно, что наш отец действительно всерьёз решил впечатлить Его Величество – он планировал собрать и вооружить более трёх сотен человек. А это много, очень много по нашим меркам. Считай чуть ли не половина годящихся по возрасту мужиков банната.       Само собой жители восприняли это без энтузиазма, но банна уважали, и недовольство ограничилось простым роптанием. Люди верили, что Аксель Харгрейв не бросит их родных и близких на убой. Вот только решения в бою будет принимать далеко не отец, о чем многие сейчас забывали, а если что-то пойдёт не так, то старательно вымарают из памяти. И тут может случиться что угодно, вплоть до бунта. С другой стороны, если как следует всё обдумать, то решение отца совсем не казалось авантюрным. Если мы стоим на пороге нового мора, то сейчас Ферелдену нужны все войска, какие только можно собрать. И если их разобьют, то бунт будет последней из проблем как королевства в целом, так и банната Харгрейв в частности.       Но такую кучу народа мало собрать, нужно их ещё организовать, прокормить и вооружить. В Ферелдене всем, кроме разве что эльфов, дозволялось иметь оружие, и простой люд активно пользовался этой привилегией. А в Харгрейве это вообще было насущной необходимостью, так что у каждого имелось копьецо или топор, причем именно боевой, а не колун, что наскоро пересадили на новое топорище. Луки тоже были у многих, хотя тут уже в основном охотничьи. А вот с доспехом всё было куда как хуже и приходилось выгребать все запасы из арсенала. О кольчугах речь даже не шла – они не у каждого дружинника есть. А мастеров-бронников способных собрать приличный латный доспех, в королевстве вообще нет. Их завозят из Орлея и Вольной Марки. Так что тут хотя бы кожанками или стёганками всех снабдить – уже хорошо. Какая-никакая, а защита, тем более что народ у нас тёртый и где железные бляхи нашьёт, а где обрывки старой кольчуги закрепит. А вот со шлемами было совсем плохо, тут уже ничего не поделать. Но даже такое снаряжение не везде ополчению перепадает и зачастую знать формально выполняет свой долг, пригоняя мужиков, у которых из “оружия” вилы да дреколье. Но у нас людей ценят, да и впечатление опять же произвести надо. А для этого ополченцы должны выглядеть не силком согнанной толпой, а воинами. Уж насколько это возможно.        Доспехом проблемы, разумеется, не ограничивались. Мастеровые вовсю трудились, заготавливая щиты, с которыми, в отличие от оружия, у простого люда дела обстояли не очень. Само собой тут тоже никто особо не заморачивался – такой возможности попросту не было. Делали простые круглые щиты, по типу авварских: сбивались доски, которые обтягивались кожей, получали железную окантовку и такой же умбон. Простой, не особо тяжелый и достаточно широкий для пешего боя в строю. И ведь нужно было не только изготовить их на полтысячи человек, но и создать солидный запас. Их только на тренировках сломают одному Создателю ведомо сколько.        Следом шли стрелы. Если охотничьих было в избытке, то боевых было маловато. Тут ведь не только наконечник другой нужен, но и древко. Опять солидный объем работы. Лёгкие метательные копья тоже из воздуха не брались, а у нас на юге они были достаточно популярны. Слишком уж много в лесах тварей, которых даже боевой стрелой не всегда возьмёшь. В бою они тоже были хорошим подспорьем – от такого “подарка” разве что латный доспех защитит, а щитом, в котором он завяз не особо-то попользуешься, и быстро обломить его как тонкое древко стрелы не получится.        Ну и главное – сама по себе подготовка. Такую ораву народа поди научи держать даже подобие строя. Чего уж говорить про стену щитов. Ферелден в виду особенностей ландшафта всегда в первую очередь полагался на пехоту. Кавалерию тоже использовали, но в основном для разведки, организации разъездов и преследования отступающего врага. В остальном кони служили скорее транспортом, тем более что хороших строевых коней у нас было мало. Пехота же сильна, только когда держится единым целым. Такого доверия и чувства локтя, что возникает у дружинников за годы службы, у ополченцев никогда не будет, но хотя бы основы в них вбить нужно. Это само по себе задача непростая, а у нас ещё и времени было мало.        Всё это я узнал частично от Лардона и частично от Акриса, когда навестил тренировочный лагерь. Несколько дней после того, как все разъехались, я занимался исключительно своими делами, то есть проводил время, как привык за последние годы. Так продолжалось до тех пор, пока не вернулся кастелян. Новости, которые он нес, подтверждали опасениям отца – хасинды покинули свои лесные городища и ушли дальше на юг. По этой же причине старик вернулся быстрее, чем можно было ожидать. Но засиживать на месте он не собирался и, задержавшись на одну ночёвку, двинулся в лагерь Акриса. Тому наверняка требовалась помощь или хотя бы добрый совет. Вместе с ним туда отправился и я. По хорошему, мне там делать было нечего, но Лардон убедил меня, сославшись на то, что раз меня берут в поход, то нужно подобрать подходящее снаряжение, а все, кто мог помочь с этим вопросом, сейчас были собранный именно там. Предложение было вполне разумным, поскольку свой доспех я носил достаточно редко, и в силу возраста его стоило периодически подгонять. А то влезть-то в него я влезу, но зачем мне лишние неудобства?       Хотя по большей части всё это было не более чем предлогом, от которого при желании я легко мог отмахнуться, сославшись на приказ отца. Разумеется, тот не будет ничего иметь против моей отлучки по делу, но формально всё именно так. А доспех подогнать можно было и перед самым походом. В первую очередь мне было интересно посмотреть на лагерь для сбора и подготовки ополчения. Как гоняют дружинников - я видел множество раз, да и самого так гоняли, но тут ведь совсем иное. Количество людей несравнимо. Такой лагерь это уже целый городок, в котором должна кипеть своя, специфическая жизнь. Определённо я хотел там побывать. И Лардон наверняка это понимал, специально давая мне повод для поездки. Пусть напрямую об этом не было сказано ни слова, но жест я оценил и запомнил.       Разочарованным я не остался. Палаточный лагерь расположился на просторном пологом холме, вдоль которого проходила дорога на север. Несмотря на то, что многие ещё не успели добраться до места сбора, внутри было более чем оживлённо, но совсем не так, как это было на недавнем празднестве в Перекрёстке. Люди здесь не шатались без дела: мастеровые трудились не покладая рук, а всех остальных нещадно гоняли. В основном это были простые и изматывающие действия, типа отработки ударов или стрельбы по мишеням. Я и сам за этим занятием провёл бессчётное множество часов. Некоторые, видимо самые толковые, тренировались в поединках. Таким, наверняка, и снаряжение постараются подобрать получше.       Но больше всего меня впечатлило, действо, которого я ранее никогда не наблюдал. Несколько десятков человек ставили стену щитов, а три-четыре дружинника пытались с разбега разбить строй. Плотной группой они наскакивали то с одной, то с другой стороны и тех, кто не мог сдержать натиск, ждала изрядная трёпка. Если так подумать, то это отчасти эффективнее, чем бой стенка на стенку с тренировочным оружием, ведь тут сразу понятно, кто облажался. Хотя, конечно, реального боевого опыта это не заменит, но всё-таки уже что-то.       За всем этим наблюдал Акрис, который в свойственной ему манере пытался успеть везде и сразу. Хорошо хоть сам шить, строгать и ковать не пытался. Видать ума хватало понять, что тут от него толку не будет. Но вот лично гонять ополченцев он уже не стеснялся, что на мой взгляд было несколько чересчур. Уж для этого-то людей должно было хватать, а он всё-таки наследник банна. О чем я не преминул ему напомнить… и тут же об этом пожалел. Братец решил направить свой энтузиазм уже на меня.       - Рэн, тебе тоже не помешает размяться, - с очевидным намёком кивая в сторону столь не вовремя освободившейся тренировочной площадки, заявил Акрис. И меня эта перспектива совершенно не вдохновила.       - Мне? Зачем? Нас в бой никто бросать не станет, - ну серьёзно, банны которые притащат на сбор своих наследников, уж точно на передовую их слать не станут. Многие сами поведут дружины, это в порядке вещей, но своих детей и племянников прихватят исключительно для того, чтобы представить молодую поросль Его Величеству, своим союзникам во внутренних делах королевства и друг другу.       - Специально – не станут. Но кто знает, что может случиться, - Акрис не стал спорить, но легко выкрутил смысл в нужную ему сторону, - так что давай, не отлынивай. Ты и так пренебрегаешь тренировками, а я не хочу, чтобы моего брата приняли за слабака. Или чтобы с ним что-то случилось.       Зная его, я сразу понял, что увильнуть не получится, так что даже пытаться не стал. К тому же отчасти он был прав – случиться может всё что угодно. Так что пришлось облачаться в толстый поддоспешник и браться за тренировочное оружие. Желания не было, но и деваться было некуда. Да и не тренировался с братом я давненько. Он всё больше с молодняком из дружины схлёстывался, тогда как меня продолжал гонять Лардон.       Сделав несколько пробных взмахов мечом, чтобы оценить вес и баланс, а также поудобнее перехватив щит, я шагнул на площадку. И понеслась. Началось всё как обычно – мы немножко покружили и обменялись лёгкими ударами. Но почти сразу брат дал понять, что простая разминка его не устраивает. Делом показал - каждый новый удар по щиту был настолько тяжелым, словно и не мечом бьют. Пропустишь такой - мало не покажется, даже если клинок старательно затуплен. Тут хочешь того или нет, а будешь делать всё, что от тебя зависит, чтобы этого избежать. Вот только рука быстро начинала терять чувствительность…        Приняв на щит очередной удар, я попытался ответить, протолкнув острие своего клинка под край его щита, и едва за это не поплатился. Акрис без затей просто толкнул меня своим и если бы я вовремя не среагировал, то лежать бы мне на земле с разбитым носом. Да и так пришлось отскакивать назад, но передышки мне это не дало – брат не отставал ни на шаг, нанося удар за ударом.       - Не опускай щит, - прозвучавший совет казался откровенной издёвкой. Мне и так только и оставалось, что защищаться. А ведь защищаясь бой не выиграть – прописная истина.       Ещё одна попытка огрызнуться – подловив момент я с усилием оттолкнул меч Акриса щитом, заставив того на мгновение сбиться с ритма и тут же поспешил воспользоваться ситуацией. Удар, удар, удар… Я попытался ответить ему его же монетой, задавив градом ударом. Но каждый из них ощущался так, словно по толстому стволу дерева лупишь. Уже после пятого я начал ощущать, как боль отдаётся в запястье. И почти тут же утратил инициативу – краткого мига неуверенности хватило брату, что вновь перевернуть ход поединка. И я сразу отчетливо осознал, что утратил свой единственный шанс.       Акрис давил силой, а мои попытки огрызнуться встречным ударом результата не приносили. Его они если и беспокоили, то виду он не подавал. Мне оставалось только понемногу пятиться и чем это кончится, было заранее понятно. Меня или просто дожмут, или поймают в неустойчивой позиции и посадят на задницу. Сугубо односторонний поединок. До меня уже доносились какие-то смешки со стороны. И это злило. Больше чего на свете я не любил проигрывать. Ладно ещё тренировка, когда тебя гонят взрослый, опытный воин. Там шансов нет и поражение это норма. Часть обучения. Но бой с братом, причем при зрителях…       - «Ты слаб», - презрительная насмешка.       - «МЫ слабы», - мысленно возразил я. Он ведь тоже не любил, когда его носитель кому-то уступает. Так может чем-то сможет помочь. Кидаться огненными шарами в собственного брата на глазах у всего лагеря я, конечно, не собирался, но ведь магия многогранна. Жаль, что я о многих гранях только догадываюсь.       - «Побьют именно тебя».       - «А ты так слаб, что даже не смог помочь».       - «Да? Ну ты сам попросил» - предвкушение.       До меня запоздало дошло, что именно на такой поворот дух и рассчитывал. Но чтобы он не задумал, реализовать это не успел. Потеря концентрации для внутреннего диалога тут же вышла мне боком. Акрис остановил очередной замах и вместо удара клинком, толкнул меня в щит плечом. Чтобы не упасть, мне пришлось разом отойти на несколько шагов. Точнее, я попытался так сделать, но уже на третьем шаге упёрся спиной в толстую жердь ограждения площадки. Восстановить равновесие и начать смещаться вдоль неё мне уже не дали.       - Я же говорил, - Акрис на мгновение приставил кончик меня к моей груди, после чего опустил своё оружие, - никуда не годится. Останешься здесь и займёшься делом.       - Отец сказал мне быть в замке, - буркнул я, мысленно надеясь, что прозвучало это не так обиженно, как показалось мне самому.       - Он не станет возражать, - отмахнулся брат, и тут с ним было сложно спорить.       Так что в итоге я остался в лагере, где бездельничать мне не давали. И что самое обидное, подгонка снаряжения, ради которой я сюда приехал много времени не заняла. В отличие от брата, я на себе столько железа таскать не привык, поэтому броня у меня была попроще. Грон, гном-кузнец, что обычно работает в нашем замке, а сейчас, как и все остальные, готовит ополчение к походу, отложил прочие дела и занялся мною. Чуть ослабил в плечах кольчугу из красной стали, немного повозился с кожаным нагрудником, на котором был нанесён наш герб, а всё остальное просто осмотрел и даже трогать не стал. И вот стоило ради этого ехать? Хотя, наверное, всё же стоило.