Король Лев 5, или Великая Хуманизация

— Благодаря чему можно сделать вывод, что... Киара сидела с маньячным блеском в глазах, яростно записывая конспект в тетрадь, сильно нажимая на ручку. — ...А теперь взгляните сюда. Девушка посмотела на давно исписанную доску, вглядываясь в множество символов, знаков и небольших картинок. В этих записях и чёрт ногу сломит, хотя нет, чёрт не сломит, сломает ангел, слишком уж эти белые, жёлтые и розовато-красные линии походили на письмена сатанистов, но Киаре, как, впрочем, и большинству в аудитории, всё было ясно как день. Большинству. Но не всем. Сосед Киары жалостливо пронизывал помешанную на учёбе девушку взглядом, безмолвно прося помощи. Но та его не замечала, как и всё остальное. Лишь эта поистине огромная темно-зеленая доска с множеством таинственных линий имела для неё значение. Тогда бедолага тихонько стукнул её по локтю, просовывая записку. Девушка, не глядя на клочок бумаги, протолкнула его обратно, злобно шикнув нарушителю ее покоя: — Потом! И вновь вперёд, где женщина средних лет доносила до слушателей сложную научную мысль. Этот профессор была воистину хороша: объясняя все довольно ясно, она не доводила до бессмысленного повторения, в котором так сильно нуждался сосед нашей героини. Но это были его проблемы, это он вовремя не прогнал тему, а не профессор плохо объяснила. — ...Хорошо, на этом закончим. Есть вопросы? Вверх взметнулось несколько рук, а нерадивый студент, вновь подсунул записку. Девушка обреченно вздохнула и развернула злосчастный кусочек бумаги. Пробежавшись по строкам, написанным тем самым подчерком, который мы все видели на обложке тетрадей в линейку, она закатила глаза и произнесла: — Забей тему в интернете. И, кинув тетрадь и ручку в сумку, вышла из аудитории. «Так... Это все. А теперь». Улыбка снова из радостно-чистой превратилась в ужасающе-странную. — Хехе Ноги резво несли по коридорам, мозг на автомате считал ступеньки(1 пролет – 9 ступенек. Ступеней было 36, значит всего четыре пролета — это два этажа). «Здесь». Киара остановилась напротив ничем не отличающийся, не считая номера, дверью и приличия ради привела свои губы в приемлимое состояние. Громко постычавшись, она заглянула внутрь. О боги! Это же настоящий рай биолога! Везде были растения. На каждой горизонтальной поверхности, вьющиеся виды протянулись по стенам, кое-где залезая на потолок, оплетая шкафы, что, судя по паре студентов с секаторами, яростно отрезавших зелёные лозы, им было строго запрещено. На персиковых стенах, там, где не было растений, висели засушенные насекомые с подписанными частями тела и схемы с различными бактериями. Сзади, в шкафах и на полках, гордо хранились толстенные задачники и томики с лабораторными работами, а также тяжелые книги, лежавшие так же хаотично, как и горшки с цветами. Вот ЭТО называют чистый хаос. Идеально. Просто прекрасно. — Привет, — послышался голос над самым ухом. Девушка вздрогнула и повернулась, уставившись на высокого парня в очках. — Ой, прости, прости. Не хотел тебя напугать, — он положил на ближайший стол какую-то папку. — Ты хочешь записаться в кружок? — Ты президент клуба? — Да. Девушка кивнула. Парень достал толстенькую тетрадь в девяносто листов и, открыв на нужной странице сказал: — Записывайся. Вписав имя и фамилию, Киара выпрямилась и протянула парню руку. — Меня зовут Киара. — Ник. Буду рад знакомству, — новый знакомый повернулся к студентам, несчадно кромсающим зелёные заросли и крикнул: — Риза, Марк! Чем вы там занимаетесь?! В этот момент Киара заметила ещё двоих людей, вздрогнувших от резкого вскрика. Перед ними стоял... — Микроскоп... — Что? А, да. Они в конце, в комоде. Только прошу, осторожно. Подобное предупреждение девушке, помешанной не только на учёбе, но и на сохранности вещей, было абсолютно ни к чему. Бросив сумку за последнюю парту у окна, она достала первый томик лабораторных работ и заглянула в него. «Это должно быть интересно...» Киара уже собиралась спросить необходимые инструменты и материалы, как тут её взгляд упал на жахленький цветочек в бежевом горшке, мирно ютившимся среди своих более примечательных собратьев. «Почему он такой вялый?» Киара присела перед растением, тщательно его разглядывая. Почва была смочена, а так как растение было тенелюбивым, свет ему был не нужен. «Что же тебе не нравится?» Девушка слегка поковыряла пальцем почву. На глубине она также была влажной. «Влага есть, чернозем вроде хороший, — она поднесла маленький комочек к носу. В ноздри ударил яркий запах сырой земли. — Тепло есть, — девушка поднялась. — Так чего же тебе не хватает?» — Мы без понятия, что с ним. Может, ты что-нибудь скажешь? Девушка вздрогнила. — Это у тебя что, хобби такое? Подходить сзади и пугать? — спросила Киара у широко улыбающегося Ника. — Я правда не хотел, — он кивнула в сторону растения. — Ну так что думаешь? Девушка вновь посмотрела на горшок. — Ему не хватает любви, — абсолютно серьёзно заявила она. — Я спою ему песенку. Ник вытаращился на неё, явно задумываясь о психическом здоровье новой знакомой. Та и впрямь начала тихо петь приятную мелодию, сильно напоминающую колыбельную, попутно обрывая совсем сухие листочки. Парень недоверчиво посмотрел сначала на сумашедшую (в её сумашествии он не сомневался), а потом на растение. Глобальных изменений во внешнем виде он не заметил. И вновь взгляд на Киару. Ладно, пусть поёт. Вреда не приносит, и на том спасибо. Президент клуба вернулся к заполнению бумаг (начало года, как говорится) иногда бросая взгляды на изящную русоволосую девушку, продолжавшая петь цветку. «Да...» Таких новичков у них давно не было. «То ли умом тронулась, то ли стебется надо мной». Однако последний вариант был отброшен на сороковой минуте песни. «Она что, серьёзно?» И наконец, когда девушка подняла рюкзак с пола, чмокнула растение в листик и вышла из помещения, бросив: «До свидания!», Ник бросил ручку на стол и ударился головой о парту. «Что с ней не так?!» Руки сами потянулись к тетради, перелистывая страницы, глаза сами прочитали, а губы тихо прошептали: — Киара Нгуву.