Глава 16. Непростой разговор
5 июня 2019 г., 15:33
***
Трудно передать словами, как же я ненавидела писк будильника даже в обычное утро, а в то я готова была просто выкинуть его в окно. Но изобретение дьявола спасло то, что мой супруг отключил его раньше, чем я успела даже пошевелиться. И опять ни на нём, ни на мне не было одежды, что до сих пор вгоняло меня в краску. — Доброе утро… — прошептал Том, нежно проведя ладонью по моей усыпанной шрамами спине. — Шесть пятнадцать, пора вставать, иначе мы опоздаем… — М-м-м… — недовольно протянула я, высвободившись из его объятий и повернувшись на правый бок. — Том… ты точно не опоздаешь, так как твоя непосредственная начальница ещё не то что не одета, даже глаза не может открыть… — Да, меня это обстоятельство немного утешает, — даже не видя его лица, я могла почувствовать в бархатном голосе довольную улыбку. А потом я почувствовала горячие губы, касавшиеся моей шеи и спины. Но сегодня был рабочий день, и я никак не могла позволить романтическим отношениям хоть как-то влезть в рабочий процесс. — Том, нет! — возмущённо проворчала я, повернувшись к нему лицом и еле-еле открыв глаза. — Всё, хватит, нам нельзя опаздывать… — Но ты же сама сказала… — прошептал он, крепко обняв меня и поцеловав в губы, но я ловко отвернулась и серьёзно посмотрела на него, сумев привести мысли в прежний порядок, существенно пострадавший за эти выходные. — Нет, всё, забудь, — выдохнула я, увернувшись от ещё одного поцелуя. — Том, пожалуйста, не сейчас. Мы действительно опоздаем. И я хотела бы тебя попросить… кое о чём… — О чём? — смотря прямо мне в глаза, поинтересовался Том, проведя горячей ладонью по моей щеке. — Пожалуйста, давай не будем смешивать личные отношения с рабочими, очень тебя прошу! Я понимаю, что мы женаты и всё такое, но… работа — это работа, и на ней всё должно оставаться в рамках приличий, в том числе и пунктуальность. И то, что твоя жена — заведующая отделением, не значит, что ты можешь опаздывать или теперь тебе дозволено что-то такое, что нельзя другим врачам… в профессиональном плане. — Хорошо, я тебя понял, — с усмешкой согласился он, мягко поцеловав мой лоб. — Тогда вставай, соня, нам ещё нужно успеть позавтракать… — Угу… — протянула я, откинувшись на подушку и закрыв глаза, отчаянно борясь в этот момент с остатками сна. — Мне кажется, или я спала сегодня от силы час?.. — Да, наверное, может, чуть больше, — прошептал Том, положив голову мне на грудь и приобняв меня. — Хотя я на часы этой ночью редко смотрел, у меня теперь есть зрелище поинтереснее… Но я тоже не выспался, если тебя это как-то утешит. — Никак не утешит, — хмыкнула я, приложив титанические усилия, чтобы открыть глаза и заставить себя приподняться с кровати. — Я в душ, а ты… тоже собирайся… С этими словами я выскользнула из его крепких объятий и направилась в ванную комнату, чтобы постоять под холодной водой в надежде на то, что она подарит мне хоть немного бодрости, ведь иначе я рисковала заснуть прямо за завтраком, не то что в отделении. Но не успела я простоять с закрытыми глазами под душем и пяти минут, как вновь оказалась в объятиях сильных рук, что не отпускали меня всю ночь до самого утра. — Том, ты слышал что-нибудь про личное пространство? — устало поинтересовалась я, так как пока мне было очень непривычно находиться в компании другого человека так долго. Но Том только усмехнулся моему вопросу. — Слышал… но я тоже хочу принять душ… а ещё я хочу немного побыть с тобой дома, мы же не будем смешивать личные отношения с рабочими, верно? И до самого вечера у меня не будет возможности сделать так… Он нежно поцеловал меня в левую щёку, а я на секунду зажмурилась от удовольствия, позабыв обо всём на свете, но всё же опомнилась и мягко отстранилась от него. — Том, мы так никогда не выйдем отсюда, пожалуйста, перестань… меня искушать, — смущённо пробормотала я, отойдя немного в сторону от прохладной воды и своего невероятно горячего мужа. — Давай… отложим всё на вечер и выходные, ладно? Сегодня очень много дел… — Конечно, — улыбнулся он, больше не предпринимая попыток как-то приблизиться ко мне. — Но ты же не против, что я постою здесь с тобой? — Не против, — с улыбкой согласилась я, всё ещё не смирившись с мыслью, что уединение мне теперь, похоже что, светило только в своём кабинете и в рабочее время. После душа я решила, что лучше будет высушить волосы, а затем сразу переодеться в официальную одежду, поскольку времени до начала рабочего дня оставалось не так уж и много. Том тоже ушёл к себе в комнату, но когда я через двадцать минут спустилась в столовую, то он уже ждал меня там, одетый в неизменный классический костюм чёрного цвета с утеплённым пиджаком и тёмной сорочкой. — Доброе утро, профессор Реддл, — поздоровался со мной Паттерсон, как всегда появившийся из ниоткуда, как только я села на своё привычное место за просторным столом, засыпая на ходу. — Доброе утро, Паттерсон, — пробормотала я, облокотившись о стол и закрыв ладонью лицо, мечтая сейчас опять оказаться в своей кровати, а не завтракать перед напряжённым рабочим днём. — Профессор Реддл, вы вчера так и не спустились в столовую, так что у меня не было возможности согласовать с вами меню на эту неделю, — абсолютно ровным тоном начал говорить дворецкий, поставив передо мной тарелку с блинчиками и чашку свежесваренного кофе. — Поэтому я взял на себя смелость самостоятельно выбрать блюда на завтрак, надеюсь, вы не против? — Нисколько, — выдохнула я, потянувшись сразу к изящной фарфоровой чашке с крепким кофе. — Паттерсон, а я могу вас попросить принести мне немного позже ещё одну чашечку кофе? — Конечно, профессор Реддл, — невозмутимо ответил он, продолжая стоять справа от меня. — И если вы не против, то я предоставлю вам меню на неделю за ужином, и вы сможете внести свои коррективы… — Да, хорошо, — вымученно согласилась я, сделав небольшой глоток адски горячего напитка. — Профессор Реддл, я надеюсь, с вами всё в порядке? — учтиво поинтересовался Паттерсон, всё ещё продолжая стоять сбоку от меня и следя, как я отчаянно боролась со сном. В любой другой день я бы, наверное, возмутилась такому вопросу или по крайней мере посчитала бы его неприличным, но именно в то утро весь мой внешний вид говорил, что я, мягко говоря, неважно себя чувствовала. Поэтому волнение даже такого флегматичного человека, как наш дворецкий, было вполне обоснованным. И всё же я мельком посмотрела на Тома, сидевшего прямо напротив меня, но он только едва заметно усмехнулся, потому как причина моей усталости была… очень интимного характера. — Да, со мной всё в порядке, Паттерсон, — сдерживая улыбку, ответила я, отпив ещё немного кофе. — Я просто плохо сегодня спала, вот и всё. — Я рад слышать, что вашему здоровью ничего не угрожает, профессор Реддл, — вежливо произнёс он на прощание и тихо вышел из столовой, оставив меня наедине с завтраком и своим супругом. — Я так понимаю, твоя плановая операция будет перенесена на завтра? — всё с той же едва заметной усмешкой поинтересовался Том, продолжив завтракать яичницей с беконом. — Н… нет, — сделав глубокий вдох, сказала я, пододвинув к себе тарелку с блинчиками и взяв в руки нож и вилку. — Миллера нужно прооперировать сегодня, нечего ему делать в стационаре так долго… но там довольно сложный случай… наверное, я попрошу Генри взяться за него, мы с ним уже обсуждали этого пациента, так что он в курсе дела. Ох, как же неловко… точно больше… не будем так… увлекаться. — Хорошо, — широко улыбнувшись, согласился Том, посмотрев на меня обжигающим взглядом. — Больше не будем увлекаться перед тяжёлыми рабочими буднями. Прости, это, наверное, я во всём виноват… просто… я как будто с цепи сорвался… когда наконец получил возможность быть рядом с тобой… — Оба хороши, — выдохнула я, отрезав небольшой кусочек блинчика. — А ты перенесёшь Мартина? — Да, скорее всего, — задумчиво ответил он, сделав небольшой глоток кофе. — Думаю, сегодня можно будет как раз отправить его на одно дополнительное обследование, а завтра, когда я… немного отдохну, уже можно будет и оперировать. Хоть ты и упрекаешь меня, что мне всегда везёт, но даже я сегодня не рискну пойти в операционную. — Мудрое решение, — усмехнулась я. — И я так понимаю, что сегодня ночью мы всё-таки будем отдыхать? — Бо́льшую часть, — с явным намёком в голосе проговорил Том, опустив взгляд в тарелку, а на его губах расцвела довольная улыбка. — Но не всю, это точно. — Ясно, — смущённо сказала я, не в силах сдержать ответную улыбку. Ближе к окончанию завтрака Паттерсон принёс мне обещанную вторую чашечку кофе, но даже её оказалось мало для того, чтобы хоть как-то привести меня в чувство. И поэтому я решила не испытывать свою удачу и села в автомобиль к Тому, тем более что мы сегодня заканчивали в одно время, да и наши отношения заметно… наладились. И хоть я и просила не смешивать личные отношения с рабочими, но Том, как только мы подъехали к госпиталю, ещё минут десять жадно целовал меня, будто боялся больше никогда не увидеть. И хоть мне безумно нравились эти поцелуи, но я всё же нашла в себе силы высвободиться из его крепких объятий и выйти из машины за десять минут до начала рабочего дня. «Да, никогда я ещё так поздно не приходила в отделение, — устало подумала я, быстрым шагом поднявшись на четвёртый этаж и направившись в сторону своего кабинета, попутно здороваясь со всеми знакомыми. — Надеюсь, что никто не заметит перемен в моей личной жизни…» Но мои надежды, как всегда, так и не были услышаны.***
— Том, господи, что с тобой?! — воскликнул Дэнни, как только я зашёл в ординаторскую ровно в восемь утра и сразу плюхнулся на голубой диван, пытаясь хоть немного привести мысли в порядок, так как всё ещё не мог поверить в то, что происходило в два предыдущих дня, да даже десять минут назад. — Ты даже после ночных смен и то выглядишь более отдохнувшим… Что ты делал всю ночь, если не секрет? В любой другой день я бы, наверное, возмутился такому вопросу, но сегодня было глупо отрицать очевидное и говорить, что этой ночью я крепко спал в своей кровати, а не… Впрочем, делиться с другом настолько личной информацией я тоже не собирался, поэтому уклончиво ответил: — Эм… соседи… мешали спать… две ночи подряд… — Что? — сразу переспросил Дэнни, поскольку последние три слова я произнёс невероятно тихо, так что расслышать их было очень трудно. — Соседи? — Да… — протянул я, закрыв рукой рот и зевнув, а в это время в ординаторскую зашли несколько врачей, в том числе и Генри с Деллой. — О, Том, что-то ты сегодня поздно, — воскликнула подруга моей жены, сев за свой рабочий стол. — Ты не видел Ти? Она обычно с половины восьмого уже в отделении, но сегодня я всё никак не могу её поймать… Боже, что с тобой? — Соседи спать мешали, — сдерживая улыбку, ответил за меня Дэнни, пока я искал в себе силы открыть глаза и посмотреть на Деллу. — Соседи? — удивлённо переспросила та, развернув стул в мою сторону. — Как же, интересно, они мешали тебе спать, учитывая, что до ближайшего особняка у вас по полкилометра в обе стороны?.. Хочешь кофе? — Да, с удовольствием, — вежливо согласился я, потому как того количества кофе, которое я выпил за завтраком, было явно недостаточно, чтобы отогнать от себя приятную усталость, накопившуюся за эти двое суток. — Эм… они шумели… очень шумели… — Мда, очень интересно, — заметила Делла, встав со своего места, и направилась к кофеварке. — Так ты всё-таки знаешь, где Ти? Я имею в виду, может, она говорила тебе что-нибудь? Или её экстренно вызвали куда-нибудь? — Я думаю, она сейчас придёт сюда, — ещё раз зевнув, сказал я, а про себя подумал: «Если она, конечно, не заснула у себя в кабинете… но если она не придёт через полчаса, то придётся всё же дойти до неё и разбудить…» — Должна бы, она обычно всегда по понедельникам раздаёт с утра новых пациентов… странно всё это, — проговорила Делла спустя несколько минут, протянув мне большую кружку со своим восхитительным фирменным кофе. — Вот, держи, что-то ты совсем расклеился. — Спасибо, Делла, — поблагодарил я её и только-только сделал глоток обжигающего напитка, как дверь в ординаторскую открылась, и к нам зашла заведующая отделением, внешним видом которой всё были удивлены не меньше, чем моим. — Всем доброго утра, кого ещё не видела, — устало произнесла она, положив на журнальный столик передо мной кипу историй, и обратилась к Делле, стоявшей рядом со столом, на котором была кофеварка: — Ди, а у тебя не осталось ещё немного кофе? — Тебе повезло, я только его сварила, — произнесла та, полным изумления взглядом всматриваясь в усталое лицо своей подруги. — А тебе, интересно, кто сегодня спать не давал? Тоже соседи? — Соседи? — недоумённо повторила Тина, взяв из рук Деллы ещё одну большую кружку, доверху наполненную крепким чёрным кофе. — Да-да, соседи… шумели… очень… — Ясно, — загадочно улыбнулась Делла, только вот моя супруга не заметила её улыбки, так как сделала большой глоток кофе, зажмурив глаза. Но я сразу понял, что Делла уже сложила дважды два и догадалась, что это мы, скорее, мешали этой ночью соседям, а не наоборот. — Итак, — после небольшой паузы на кофе произнесла Тина, поставив полупустую чашку на один из столов, а затем подошла к журнальному столику передо мной, на котором всё ещё лежали истории. — Доктор Блэр, вам Джонсон и Ричард, доктор Смолл, Мэдисон, Ди, тебе Блэк и Рэй, доктор Реддл, Стивенсон и Джонс, Дэнни, на тебе сегодня экстренные. Доктор Остин и доктор Одли, ваши пациенты будут завтра. И, Генри, мне очень нужно с тобой поговорить, не заглянешь сейчас ко мне в кабинет? — Конечно, Тина, — мягко улыбнувшись, ответил тот, поднявшись на ноги. — Отлично, — выдохнула она, двумя большими глотками допив весь оставшийся кофе, и поставила пустую чашку рядом с раковиной. — Ти, я вымою, иди уже к себе в кабинет, — сразу сказала Делла, подойдя к подруге и подтолкнув её к выходу. — А то ты сейчас прямо здесь упадёшь… — Я в порядке, — устало возмутилась Тина, но Делла так выразительно посмотрела на неё в ответ, как бы говоря, что произнесённые слова очень расходились с объективными данными, что моей супруге не оставалось ничего другого, как тяжело вздохнуть и выйти из ординаторской в компании своего наставника. — Том? — с явным намёком в голосе обратилась ко мне Делла, как только наши коллеги спустя пятнадцать минут покинули комнату, и внутри остался только я, Дэнни и она. — Да, Делла? — наигранно непонимающим тоном произнёс я, изо всех сил сдерживая усмешку. — Я так понимаю, что мешали спать вам одни и те же соседи?.. — с крайне выразительным взглядом поинтересовалась она, встав напротив меня и уперев руки в бока. — Было бы глупо это отрицать, учитывая, что живём мы в одном доме, — ехидно заметил я, переведя взгляд на снегопад за окном. — Том! — воскликнула Делла, стараясь вернуть к себе моё внимание. — Просто скажи мне, «да» или «нет»? — Делла, я не понимаю, о чём ты сейчас говоришь мне… — сделав глубокий вдох, протянул я, вновь посмотрев в глаза подруге своей жены, но она сразу же возмущённо перебила меня: — Всё ты понимаешь, не надо строить из себя дурачка, никто тебе всё равно не поверит! «Да» или «нет»? — Да, — нехотя ответил я спустя несколько минут гнетущей тишины, и на лице Деллы тут же появилась такая неописуемая радость, что мне пришлось сразу её одёрнуть: — Профессор Найт, мы на работе, и профессор Реддл — ваш непосредственный начальник. Так что я больше не хочу это обсуждать. — Разумеется, — изо всех сил сдерживая улыбку, согласилась она, а в это время в ординаторскую вернулся Генри. — Ди, дорогая, что-то случилось? — удивлённо поинтересовался он, так как не заметить радости Деллы было очень трудно. — Ничего не случилось, всё хорошо, — сразу ответила она, мельком посмотрев на меня с явным намёком во взгляде. — Зачем тебя приглашала к себе Ти? — Она попросила меня прооперировать Миллера, ей… нездоровится сегодня, — мягко пояснил Генри, сев на диван рядом со мной. — Пойдёшь ассистентом, дорогая? — Нездоровится, как же, — ехидно хмыкнула Делла, а потом быстро ответила: — Да, конечно, я с радостью помогу тебе. Когда ты собираешься начинать? — Через час, скорее всего. Его уже начали готовить, а я пока ещё раз внимательно просмотрю его историю… — Отлично! — воскликнула она, направившись в сторону выхода из ординаторской. — Тогда я приду в операционную через полчаса, договорились? — Хорошо, а сейчас ты куда? — повернувшись вправо, поинтересовался Генри, когда Делла уже почти вышла из комнаты. — Эм… мне нужно к Тине… обсудить… график дежурств… на следующий месяц… я быстро! — весело ответила она и захлопнула за собой дверь. Мне, конечно, не составило труда догадаться, что обсуждать Делла со своей подругой будет далеко не график дежурств, поэтому, ещё раз тяжело вздохнув, я встал с дивана, решив быстро просмотреть истории своих пациентов за рабочим столом, а потом пойти на обход и заодно дать медсёстрам указание отправить Мартина на дообследование. Но как только я сел изучать истории, ко мне тут же подсел Дэнни и полным любопытства взглядом внимательно посмотрел на меня. — Да, Дэнни? — точно так же, как до этого Делле, сказал я, абсолютно не собираясь обсуждать свою личную жизнь и личную жизнь своей супруги. — Том?.. — уже вслух спросил он, продолжая выразительно смотреть на меня. — Можешь не отпираться, все и так уже обо всём догадались. Просто скажи мне… хотя бы одним словом… Я был далеко не так глуп, чтобы не понимать, что после неописуемой усталости заведующей этим отделением, вернувшейся с выходных, а не с ночного дежурства, от меня точно никто не отстанет с этим вопросом, поэтому сказать что-то было нужно… но не прямо. — Дэнни, — набрав в лёгкие побольше воздуха, тихо начал говорить я, взяв в руки первую историю, — огонь… это… абсолютно не то слово, чтобы описать всё то, что было на этих выходных… скорее, подойдёт… дьявольское пламя. — Я тебя понял, дружище, — широко улыбнулся Дэнни, встав со стула и направившись к своему столу. — Больше я тебя беспокоить не буду. И ты же будешь завтра оперировать Мартина, не так ли? — Ты невероятно проницателен, — язвительно заметил я, попытавшись вчитаться в текст истории. — Ладно, тебе повезло, что все экстренные сегодня на мне, — рассмеялся он моим словам, — отдохни немного… ведь дома тебе теперь, похоже, отдых не грозит… — Дэнни! — сердито одёрнул я его, но Дэнни ещё громче рассмеялся в ответ и быстро произнёс: — Я в приёмное отделение, не скучай! И через несколько минут дверь ординаторской опять хлопнула, свидетельствуя о том, что в комнате теперь остался только я и Генри. Но тот тактично погрузился в изучение истории пациента Тины, которого благородно взял сегодня себе, хотя когда я мельком взглянул на него, то заметил, что на лице бывшего заведующего этим отделением была широкая улыбка, говорившая… много о чём. И я не мог сдержать такую же улыбку уже у себя.***
— Тина?! — раздался полный возмущения возглас со стороны входной двери, из которой буквально несколько секунд назад вышел Генри. Хотя, может быть, мне показалось, что это было несколько секунд назад, а в действительности же могло пройти и десяток минут, потому как я буквально засыпала на ходу, и даже кофе абсолютно никак не хотел действовать на меня. — Ну-ка расскажи-ка мне поподробнее о тех самых соседях, из-за которых ты сегодня не спала всю ночь! — Делла, не надо… кричать, — вымученно простонала я, как только моя подруга захлопнула за собой дверь и плюхнулась на чёрный диван. — И не надо так на меня смотреть, ничего рассказывать я не буду, это личное. — Тина! — воскликнула она, и мне всё же пришлось открыть глаза и посмотреть на неё. — Да твой внешний вид говорит гораздо больше, чем ты сама можешь рассказать! Так чем же вы всё-таки занимались в выходные? Опять разговаривали… в библиотеке? — Нет… в кровати, — тяжело вздохнув от осознания того, что мне никак не удастся избежать этой темы, ответила я, повернувшись в кресле лицом к окну, за которым кружились мягкие пушистые снежинки, и спиной к закрытой входной двери. — И как тебе разговоры… в кровати… с молодым и красивым мужем? — лукаво поинтересовалась Делла, а я, даже не смотря на неё, догадалась, что сейчас лицо моей подруги расплылось в широкой улыбке. — Разговоры… были… весьма подробными… и долгими, — уклончиво заметила я, изо всех сил сдерживая ответную улыбку. — Подробными? — заинтересованно переспросила Делла, оперевшись локтями о колени. — Надо же, а по вам и не скажешь, что вы такие… словоохотливые люди. И сколько же вы так… подробно разговаривали? — Всю ночь субботы… — нехотя ответила я, следя за тем, как снежинки за окном кружились в хаотичном танце. — И всё воскресенье… до сегодняшнего утра… Я еле-еле встала сегодня с кровати, если честно… — Да, по тебе видно, — всё так же широко улыбаясь, согласилась она. — Как же я за вас рада! Вам ведь даже жениться не надо, всё уже есть! — Ди… что-то я сильно сомневаюсь, что наш роман долго продлится… — протянула я, закрыв глаза и откинувшись на спинку кресла. — Ти, только не начинай опять! — воскликнула Делла, так же откинувшись на спинку дивана, судя по звуку. — Ты это уже столько раз говорила! Про ординатуру, про работу, про свадьбу и совместную жизнь… а теперь, когда вы уже фактически полноценная семья, ты опять несёшь какую-то ересь! — Это не ересь, Делла, — спокойно возразила я, не открывая глаз. — У нас действительно полный страсти роман, но вот закончится ли он… чем-то большим — это тот ещё вопрос. И я очень сомневаюсь в том, что через полгода мы всё ещё будем вместе. Скорее всего, Том наиграется со мной и сбежит к другой, молодой и такой же красивой, как и он сам, ты же сама видела мою спину… и не только. А я просто не хочу лишний раз переживать из-за очевидного, поэтому и не собираюсь привязываться. — Неужели ты всё ещё не веришь ему? — догадалась она, а в её голос закралась грусть. — Нет, не верю. Ты же помнишь, ужасный характер, ужасная внешность… — Он сказал это три года назад, а ты всё никак не можешь забыть эти слова! — возмутилась Делла, и я, открыв глаза, немного повернулась вбок и посмотрела на неё. — Потому что это очевидная правда, Ди, — безразлично произнесла я, смотря в карие, такие тёплые глаза. — Он просто упрямый мальчишка, который наконец добился своего. Представляешь, он в субботу вечером даже на колени встал, чтобы попросить у меня прощения за те самые слова, и я сделала вид, что всё в порядке, но… я не верю ему. И не прощу. Да, мне нравится быть… с ним в кровати, но я никогда не скажу ему, что люблю его, и от него абсолютно не жду тех же слов. Пока нам хорошо вместе, а как только страсть пройдёт, даже держать его не буду… А в том, что он сбежит, я даже не сомнева… — Профессор Реддл, доктор Льюис просил меня передать вам, что только что поступил экстренный пациент с субарахноидальным кровоизлиянием, и он его сейчас возьмёт на операционный стол, — мои последние слова прервал полный льда голос Тома, а я приоткрыла рот от неожиданности, понимая, что, скорее всего, он не пропустил ничего интересного. Поскольку я сидела спиной к входной двери, то не стала поворачиваться, чтобы посмотреть, что же было написано в этот момент на лице Тома, потому что его тон и так был достаточно информативным. А вот на Деллу я мельком растерянно взглянула, но та лишь поджала губы, как бы говоря, что получилось… очень неловко. А ещё в её взгляде буквально на долю секунды промелькнула фраза: «Так тебе и надо». И спустя полминуты гнетущего молчания она неуверенно произнесла: — Эм… Ти, я, пожалуй, пойду, Генри меня уже, наверное, ждёт… — Конечно, — выдохнула я, закрыв глаза и желая в этот момент оказаться где-нибудь на необитаемом острове, а не здесь. Но признавать свою оплошность я абсолютно не собиралась, поэтому решила, что Тому надоест стоять в дверях и ждать, пока я к нему повернусь, и он уйдёт в ординаторскую. И, подождав минут пять или семь с того момента, как шаги Деллы затихли в больничном коридоре, а входная дверь захлопнулась, и мне даже показалось, что щёлкнул замок, я открыла глаза и сразу убедилась в своей правоте. Тому действительно надоело стоять в дверях и ждать, пока я повернусь к нему, поэтому он встал прямо между мной и окном и с немым укором смотрел на меня, скрестив руки на груди. В этот момент мне было даже… немного стыдно, но выдавать этого я не собиралась, поэтому молча и с вызовом неотрывно смотрела в горящие огнём чёрные глаза, как бы говоря, что подслушивать очень некрасиво и за своё мнение, которое он случайно услышал, извиняться я абсолютно точно не собиралась. Так и мы смотрели друг на друга в полном молчании, а потом Том вдруг тихо попросил: — Тина, ты бы не могла встать со своего места, пожалуйста? — Что? — переспросила я, крайне удивлённая такой неожиданной просьбе и абсолютно не понимая, зачем ему это было нужно. — Это же нетрудно, не так ли? — невозмутимо произнёс Том, неотрывно глядя мне в глаза. — Просто встать из своего кресла, большего я не прошу. — Хорошо, — выдохнула я, оперевшись ладонями о подлокотники, и медленно поднялась на ноги. — Доволен? — Да, — последнее, что я услышала, прежде чем оказалась в крепких объятиях супруга, жадно и невероятно страстно целовавшего меня. От той страсти, которая была в его горевших огнём губах, я на секунду потеряла сознание, а когда очнулась, то поняла, что сижу на своём же столе, а Том уже успел стащить с меня штаны от хиркостюма и сейчас стаскивал верх, всё так же неистово целуя мои губы. — Что ты делаешь?! — выдохнула я в перерыве между поцелуями, но он приспустил свои штаны и резко вошёл в меня, а я вскрикнула от неожиданности… и удовольствия. — Тише… — едва слышно проговорил Том над моим ухом, крепко обхватив широкими ладонями мою талию. — Ты же не хочешь, чтобы сотрудники твоего отделения узнали, насколько тебе хорошо со мной?.. — Прекрати сейчас же, если сюда кто-нибудь войдёт… — строго прошептала я, горя от желания, ведь Том, хоть и был во мне, но даже и не подумал начать двигаться. — Я не такой недальновидный, как ты, поэтому запер дверь на ключ, — тихо сказал он, смотря обжигающим взглядом прямо мне в глаза. — А вот теперь можно и поговорить. Ты бы не могла повторить свои слова? — Прямо сейчас? — выдохнула я, пытаясь бороться с желанием, как только можно. — Может, поговорим дома и вечером?.. — Нет, поговорим сейчас, — твёрдо возразил Том, пристально смотря на меня. — И если ты не хочешь, чтобы нас здесь всё-таки застукали, то советую всё же выполнить мою просьбу, потому как я не оставлю тебя в покое, пока не услышу те самые слова, произнесённые мне прямо в лицо. А ты прекрасно знаешь, что моё терпение достаточно велико, и я могу очень долго… так настаивать… на своём. — Что ты хочешь услышать? — протянула я, одновременно испытывая жгучий стыд и жгучую страсть. — Всё то, что ты только что сказала Делле, — ответил он, прижавшись ко мне и проникнув в меня ещё глубже, отчего я снова резко выдохнула. — Я жду. — Кажется, я сказала ей, что у нас полный страсти роман… — прошептала я, крепко вцепившись в его сильные плечи. — Да, я слышал, — тихо подтвердил Том, продолжая внимательно смотреть мне в глаза. — Дальше. — Ещё я сказала, что сильно сомневаюсь, что через полгода мы будем до сих пор вместе, — сделав глубокий вдох, произнесла я, не в силах больше терпеть эту пытку, а это была именно она, по-другому не скажешь. — Хорошо, это я тоже слышал. А что насчёт моих слов три года назад и твоих шрамов? — сохраняя невероятную невозмутимость, поинтересовался он, прижав меня к себе ещё чуть-чуть ближе. — Я до сих пор думаю, что ты считаешь мою внешность ужасной… — простонала я, уже согласная даже на извинения за свои слова, лишь бы он начал двигаться. — И я не верю твоим извинениям. И я уверена, что ты, наигравшись со мной, сбежишь к другой, более красивой и молодой. — Чудесно, — прошептал Том, проведя горячими ладонями по моим плечам. — А что там насчёт признаний в любви? — Я никогда не скажу тебе, что люблю тебя, — едва смогла выдавить из себя я, всё больше загораясь от желания. — И от тебя не жду тех же слов… Кажется, это всё… — Да, всё, — согласился он, не сводя с моего лица взгляда чёрных, словно два уголька, глаз. — А теперь слушай меня внимательно. Я люблю тебя. Я люблю тебя, Тина. И ты будешь слышать эти слова далеко не полгода, а гораздо дольше. И я не собираюсь сбегать от тебя к другой, потому что люблю я тебя далеко не за красоту, а за невероятно твёрдый характер и острый ум. И вместе со словами о любви я готов ежедневно просить прощения за того идиота, которым я был три года назад. Пока ты мне не поверишь. И я уверен, что когда-нибудь услышу от тебя те же слова. Я готов ждать столько, сколько нужно, чтобы услышать, что ты любишь меня. Ты можешь сейчас честно сказать, как ты ко мне относишься? — Ты… мне… нравишься, — с перерывами ответила я, проведя ладонями по его рукам от плеч и до запястий. — Нравлюсь, — усмехнувшись, повторил Том, прикоснувшись губами к моей левой щеке. — Что ж, с этим вполне можно работать. Особенно учитывая то, что год назад ты меня вполне искренне ненавидела. А теперь, глядя мне прямо в глаза, соври, что ты меня сейчас не хочешь. — Не буду врать, — прошептала я, прижавшись к нему и поцеловав его горячие губы. — Я тебя очень хочу. Прямо сейчас. — Интересно, — выдохнул он, крепко обхватив ладонями мою талию и начав медленно двигаться, а я чуть не обезумела от этих движений. — Я помню, что ты просила меня не смешивать личные и рабочие отношения, но… ты сама виновата. Постарайся сильно не кричать, договорились, любимая? — Да, — выдохнула я, опять поцеловав его и растворяясь в страсти целиком и полностью. Несмотря на то что четыре чашки кофе не смогли подарить мне долгожданный заряд бодрости, но после внезапно нахлынувшей страсти у меня в кабинете я всё-таки смогла прогнать от себя усталость, и поэтому день прошёл весьма продуктивно, даже учитывая тот факт, что в операционную я так и не рискнула зайти. И я весь день старательно избегала Тома, боясь вновь на него наброситься, ведь теперь он выглядел для меня… весьма привлекательно. Желанно. И я пару раз точно за этот длинный день успела удивиться, почему же до этого не замечала в этом холодном и расчётливом человеке такого страстного горячего парня с невероятно сильными руками, в которых буквально таяла. Правда, теперь я и гораздо чаще отвлекалась на воспоминания об этих самых руках, причём в рабочее время, так что и в этой бочке мёда была своя ложка дёгтя. Уже вечером, перед самым окончанием смены, когда я сидела в вечерних сумерках в ординаторской и проверяла, сколько наркотических анальгетиков сегодня было назначено, обоснованно ли и в каких дозировках, ко мне подкралась Делла и едва слышно шепнула на ухо: — Ну что, получила? — Пф, — выдохнула я, даже не в силах представить эту картину. — Это вряд ли. Но… разговор… был непростым. — Разговор? — лукаво переспросила моя подруга, а я только спустя полминуты осознала, что же ей сказала, но было уже поздно что-то менять. — Надо же, в рабочее время, средь бела дня… — Делла, хватит, — мягко одёрнула её я, устало посмотрев в загоревшиеся карие глаза. — Мы действительно поговорили, причём… для меня было очень непросто говорить на эту тему… потому что он услышал почти всё, что я тебе сказала. — Но не будешь же ты настаивать на том, что вы исключительно разговаривали? — невозмутимо поинтересовалась Делла, продолжая внимательно на меня смотреть. — Ди, что ты хочешь от меня услышать? — вернувшись к проверке историй, задала я встречный вопрос, совершенно не желая признаваться в том, что в своём кабинете занималась со своим мужем обсуждением… далеко не рабочих вопросов. — Я хочу услышать… — мечтательно начала говорить она, но в это время дверь в ординаторскую открылась, и спустя минуту за моей спиной раздался бархатный баритон: — Ты уже закончила? — Почти… — устало выдохнула я, действительно заканчивая просматривать предпоследнюю историю. — Хорошо, тогда не торопись, я буду ждать тебя в машине, — с этими словами Том наклонился ко мне и нежно поцеловал в щёку, а потом, выпрямившись, вежливо произнёс: — Увидимся завтра, Делла, приятного тебе вечера. — И тебе, Том, — улыбнулась Делла, и он быстрым шагом вышел прочь из комнаты. — Ты не договорила, Ди, — напомнила я спустя несколько минут молчания, заканчивая пролистывать последнюю историю. — А я уже услышала всё, что хотела услышать, — в её голосе была такая неподдельная радость, что я, поставив последнюю подпись, удивлённо посмотрела на неё, абсолютно не понимая причин этой радости. — И даже больше. Ти, прости меня… но ты такая… дурочка! — Почему это? — изумлённо выдохнула я, вопросительно на неё посмотрев. — Потому что! — по-детски воскликнула Делла, направившись к выходу из ординаторской. — Причём ещё и слепая… Вот припомни мои слова, когда ты опомнишься, будет уже слишком поздно! — Что ж, очень даже может быть… — философски протянула я, вставая из-за рабочего стола своего мужа. — Но я такая, какая есть, и другой точно не буду… До завтра, Ди. — Давай беги уже к своему… разговорчивому… супругу, — рассмеялась та на прощание и быстрым шагом направилась в сторону раздевалки. А я, усмехнувшись её последним словам, поспешила обратно в свой кабинет, чтобы переодеться, а затем поехать домой, где могла снова погрузиться в такие неожиданно приятные разговоры.
