Глава 31. Эликсир молодости
28 августа 2019 г., 12:46
***
— Эй, привет! — обратился ко мне высокий молодой человек с идеально уложенными платиновыми волосами средней длины, модельной внешностью, атлетическим телосложением и ярко-зелёными глазами цвета сочной травы с золотистыми прожилками. Поскольку он был одет в тщательно выглаженный хирургический костюм бледно-зелёного цвета и незастёгнутый белый халат (а ни один уважающий себя врач не позволит себе такой вольности), то я догадалась, что передо мной был кто-то из студентов. Но вот припомнить, чтобы хотя бы один безумец из числа учащихся когда-нибудь обратился ко мне подобным образом, я не смогла, как ни старалась. Но наглость парня передо мной просто сражала наповал, так что я широко улыбнулась и сказала: — Привет, — и принялась ждать, что же этот ненормальный станет делать дальше. — А ты здесь давно сидишь? — ответно улыбнувшись мне ослепительной улыбкой, от которой растаяла бы любая на моём месте, поинтересовался он, взяв стул неподалёку, и придвинул его ко мне, спокойно сидевшей за одной из парт в пустынной учебной комнате. — Да нет, не очень, — продолжая кокетливо улыбаться, ответила я, отложив в сторону медицинский журнал, который читала до этого. — Меня, кстати, зовут Гарри. А тебя? — наглец сел справа от меня, и я, немного повернувшись в его сторону, невозмутимо ответила: — Тина. — Приятно познакомиться, Тина, — Гарри снова попытался покорить меня улыбкой, и я сделала вид, что попалась на его крючок. Тут он заметил шрам моей на щеке и немного удивлённо протянул: — Ого… откуда у тебя это?.. — Несчастный случай, — беспечно отмахнулась я, так как этот суицидник явно не стал бы со мной заигрывать, если бы считал мою внешность некрасивой, а он сейчас именно заигрывал, и это мне вдруг чертовски понравилось! — Знаешь, он нисколько не портит твою внешность, — подтвердил мои догадки Гарри, и я ещё шире улыбнулась, ведь мой муж во времена своего студенчества считал абсолютно по-другому, а я с тех пор нисколько не изменилась. Или нет? — Правда? — с придыханием уточнила я, похлопав ресницами, и Гарри со смехом ответил: — Да, ты очень симпатичная, а шрам — это просто ерунда. — Спасибо, Гарри, — немного покраснев для правдоподобности, сказала я, а мой новый знакомый тем временем прочитал название журнала и воскликнул: — Ого, серьёзная вещь! Тебе нравятся подобные журналы? — Да, — усмехнувшись, подтвердила я, и Гарри, вальяжно закинув ногу на ногу, тем самым демонстрируя мне, какой он весь из себя мачо, произнёс: — Надо же, а ты не только очень красивая, Тина, но ещё и очень умная! Я ещё раз усмехнулась сюрреализму происходящего, ожидая, когда где-нибудь раздастся противный писк моего будильника, но в учебной комнате было абсолютно тихо. — А откуда ты знаешь, что содержится в этом журнале? Тоже любишь почитать подобную литературу? — я попыталась держаться непринуждённо, но от моего нового знакомого так и тянуло самоуверенностью, что я была готова аплодировать стоя, поскольку даже такой наглец, как Том, никогда не позволял себе подобных вольностей. — Нет, не очень, — Гарри опять посмотрел на обложку журнала и пренебрежительно сморщился. — Мой отец фанатеет от этих изданий, он, кстати, известный нейрохирург, Пол Холланд, ты, скорее всего, слышала о нём… Я молча кивнула, продолжая улыбаться, потому что картинка постепенно вырисовывалась перед глазами, но отказываться от удовольствия ещё немного поучаствовать в этом спектакле я пока не хотела. — Да, известная шишка в научном мире, — продолжил самодовольно разглагольствовать Гарри, а я старательно изобразила своё восхищение. — Это он договорился с этой стервой, Д’Лионкур или Реддл, не помню точно, которая заведует кафедрой «Нейрохирургии» в этом университете, чтобы я попал к ней в ординатуру, я же учился до этого в Сорбонне. Мой отец в очень хороших отношениях с ней, но я её никогда в глаза не видел. Говорят, у неё жуткая внешность и скверный характер, вообще не понимаю, как её могли взять в жёны… Ты у неё училась? — Ага, — кокетливо выдохнула я, уже представив во всех красках лицо своего ординатора, когда он узнает, кто же перед ним сидит. Но Гарри воспринял моё оживление как искреннюю заинтересованность его скромной персоной, так что продолжил вилять павлиньим хвостом передо мной. — И как она тебе? — пренебрежительно поинтересовался он, изящно проведя рукой по идеально уложенным волосам, и я, соблазнительно улыбнувшись, туманно ответила: — Да так, ничего особенного. — Ясно, так я и думал. Отец говорил, что она очень не любит опоздания, так что пришлось прийти на полчаса раньше, чтобы не злить её… первое впечатление очень важно, сама понимаешь. Ладно, думаю, как только она узнает, кто мой отец, то сразу же примет меня с широко открытыми руками. А я могу замолвить словечко и за тебя… — на этих словах Гарри придвинулся ко мне ещё ближе, нагло проникнув в моё личное пространство, а я уже придумала, сколько же ему придётся написать историй, чтобы Пол не узнал о нашем разговоре. — Знаешь… не думаю, что эта стерва будет долго нас держать в первый день учёбы, так что, может… сходим в кино, а потом поужинаем где-нибудь? Я знаю отличный ресторан, уверяю, тебе понравится… я очень интересный собеседник… многие девушки только и мечтают о том, чтобы я с ними побеседовал… В этот момент наглец настолько близко пододвинулся к моему лицу, что мне стало очень не по себе, поскольку я совсем не хотела переходить границы приличия, но, к счастью, в этот самый неловкий момент за нашими спинами раздался полный льда голос: — Профессор Реддл, в приёмное отделение поступил мужчина с подозрением на открытую черепно-мозговую травму, нужна ваша консультация. Я облегчённо выдохнула, потому что Том появился как нельзя вовремя, а Гарри, быстро сообразив, что в учебной комнате, кроме нас двоих, никого не было, даже открыл рот от удивления, ещё до конца не осознав, в какой же переплёт попал. Я же, широко улыбнувшись тому, что мало того, что ко мне приставал какой-то смазливый мальчик, так ещё и мой муж в этот момент полыхал от ревности, встала со своего места и произнесла деловым тоном: — Хорошо, доктор Реддл, я сейчас подойду. Доктор Холланд, подождите, пожалуйста, остальных своих коллег в этой комнате, а я, как только освобожусь, сразу начну ваше обучение, договорились? — Эм… конечно, профессор Реддл, — прошептал наглец, а цвет его лица в этот момент был даже белее его накрахмаленного халата. — Чудесно. И простите, доктор Холланд, но я буду вынуждена отказать вам в ужине сегодня вечером, поскольку мой супруг… боюсь, он не поймёт такого моего поведения, — я мельком посмотрела на Тома, глаза которого в это мгновение буквально горели, и на моём лице расцвела широкая улыбка. — А чтобы вам было не скучно дожидаться остальных моих ординаторов, то вот… Я подошла к парте, на которую положила до этого свой журнал, и протянула его своему новому подопечному, а моё самодовольство ещё больше усилилось, когда я заметила, как же сильно дрожали его руки, когда он взял журнал себе. — Вам будет крайне полезно немного почитать его, доктор Холланд, ведь многие девушки только и мечтают, чтобы вы с ними побеседовали. Вот и мне теперь тоже очень хочется побеседовать с вами. Пойдёмте, доктор Реддл. Ещё раз триумфально посмотрев на побледневшего нахала, я подошла к Тому и взяла его за руку, а затем повела в сторону приёмного отделения, так как он в этот момент словно окаменел. И очнулся только тогда, когда я уже почти закончила осмотр поступившего пациента. — И что это было?! — выдохнул Том, как только я сняла с рук перчатки и села за стол заполнять лист первичного осмотра и план обследований. — Ты о чём? — невозмутимо уточнила я, старательно сдерживая довольную улыбку. — Этот червяк чуть не поцеловал тебя! — рассерженно воскликнул он, теряя остатки самообладания, но я сурово одёрнула его: — Доктор Реддл, держите себя в руках, мы здесь не одни. — Мисс Палмер, будьте добры, отведите мистера Бриггса в рентгенологическое отделение, — сделав глубокий вдох, холодно распорядился Том, выхватив у меня из-под носа наполовину заполненный лист, и отдал его медсестре приёмного покоя. — Хорошо, доктор Реддл, — медсестра тоже почувствовала злость моего супруга, так что поспешила незамедлительно выполнить его приказ, а в это время уже я начала выходить из себя. — Что ты делаешь?! Я ещё не дописала! — раздражённо воскликнула я, как только дверь за ними захлопнулась, но Том, подойдя прямо ко мне, скрестил руки на груди и зло посмотрел на меня. — Ты бы всё равно отправила его на рентген. — После того, как заполнила лист назначений! — процедила я, но он, быстро сократив дистанцию между нами до минимума, притянул меня к себе и жадно поцеловал. — Если бы он тебя поцеловал, то я убил бы его на месте, — выдохнул Том, немного отстранившись от меня, а мне понадобилось не меньше полминуты, чтобы прийти в себя от подобных поцелуев, потому что даже в нашу первую брачную ночь он не целовал меня так. — У меня всё было под контролем, — прошептала я, приобняв его за плечи, а моя злость испарилась без следа. — Только не говори, что этот недоумок теперь будет учиться у тебя… — протянул Том, покрывая поцелуями моё лицо. — Давай я заберу его себе, чтобы он больше не приставал к тебе, а тебе отдам одного своего ординатора… — Том, у тебя их всего два, и обе девушки, так что выбор не очень большой… — усмехнулась я, буквально тая от нежных касаний губ своего лица. — Нет, я оставлю доктора Холланда себе, Пол очень просил меня сделать из него достойного врача, так что этим я и займусь. — Пол? — переспросил он, на мгновение прекратив свои поцелуи. — Профессор Пол Говард Холланд? — Представь себе. — Я читал его учебник и несколько статей, потрясающе написанных. Неужели этот недомерок его сын? — в глазах Тома читалось искреннее недоверие, но я всего лишь усмехнулась, как бы говоря, что да, парень, который приставал ко мне двадцать минут назад, сын гениального учёного, известного на весь мир. — Надо же… но я всё равно не хочу, чтобы он учился у тебя… — Почему? — спросила я, наклонив голову немного набок. — Потому что он слишком… слишком… — Том немного замялся, видимо, подыскивая нужное слово, а я всем видом показывала крайнюю заинтересованность. — Слишком… красив. Я не хочу, чтобы настолько смазливый юнец постоянно крутился вокруг тебя. — Знаешь, мой муж тоже очень красив… — широко улыбнувшись, протянула я, крайне польщённая таким вниманием к своей скромной персоне. Тем более что мои слова были истиной в первой инстанции: с каждым годом Том становился всё красивее — аристократические, изящные черты лица ещё сильнее вырисовывались, а возраст только прибавлял мужественности. И очарования. — А ещё он очень умён… и статен… такой… солидный мужчина… всё, как я люблю. — Правда? — тихо уточнил он, а я по его взгляду поняла, что ещё немного, и он накинется на меня прямо здесь, в смотровой приёмного отделения, в которую в любую секунду мог вернуться наш пациент в сопровождении медсестры. — Да, — подтвердила я, убрав руки с его плеч. — Но он пока ещё слишком импульсивен и вспыльчив, так что ему стоит немного скорректировать своё поведение. — Мне очень трудно держать себя в руках, когда на моих глазах какой-то сопляк пристаёт к тебе, — прошептал Том, а в этот момент нас всё-таки потревожили мисс Палмер с мистером Бриггсом, у которого действительно оказалась проникающая травма с переломом пирамиды височной кости. Я выразительно посмотрела на супруга, чтобы он больше не смел отвлекать меня от работы, и тот послушно сел на стул рядом со мной, а я продолжила заполнять необходимую документацию для госпитализации к себе в отделение. А как только я закончила с этим, как раз подошло время начала занятий, точнее, учебного времени ординаторов, так как пары со студентами начинались позже. И поэтому мы с Томом сразу после приёмного отделения отправились на кафедру, где и его тоже ждали ординаторы. Только вот когда я зашла в свой класс, то была немного удивлена тем, что в комнате меня ждало семь человек, а не пять. — Доктор Адамс, доктор Смит, что вы здесь делаете? — удивлённо обратилась я к девушкам, которые должны были обучаться у моего мужа, а не у меня. — Ой, простите, профессор Реддл, а разве доктор Реддл не должен был ждать нас в этой комнате? Он же обычно в этом классе проводил занятия… — доктор Адамс уверенно обратилась ко мне, а я припомнила, что именно эта девица была крайне недовольна в прошлом году тем, что Том женился именно на мне. — Доктор Реддл в этом году будет преподавать в соседнем классе, — невозмутимо ответила я, а затем обернулась и выразительно посмотрела на Тома, совсем не ожидая, что он мог взять себе в ученицы… её. — Тина, ты сама распределяла списки, так что не надо на меня так смотреть, — прошептал Том, подойдя ко мне со спины, правильно расценив значение моего взгляда. Я лишь поджала губы оттого, что на лица у меня была неплохая память, а вот на фамилии — просто отвратительная, а мой супруг тем временем громче добавил: — Но я готов поменять доктора Адамса на доктора Холланда, так уж и быть. И с этими словами он по-хозяйски положил сильные ладони мне на талию, а я мельком посмотрела на сына своего хорошего знакомого, который был готов с распростёртыми руками броситься к моему мужу, ведь хоть был и павлином, но довольно смышлёным павлином, и прекрасно понимал, что теперь я его ни за что не оставлю в покое. Усмехнувшись искреннему ужасу в зелёных с золотыми прожилками глазах, я громко сказала: — Доктор Реддл, крепостное право в Англии было отменено аж в шестнадцатом веке указом Елизаветы Первой, так что я буду вынуждена отклонить ваше предложение. Тем более что доктор Холланд кажется мне весьма перспективным учеником, и я не сомневаюсь, что мы найдём с ним… общий язык. — Доктор Реддл, я не против перейти к вам в ординатуру! — воскликнул доктор Холланд, а я лишь тихо рассмеялась, что этот дурачок по своей же глупости бросался в пасть к тигру. Тем более что на лице доктора Адамс в этот момент было такое искреннее возмущение, так как она явно рассчитывала на обучение у моего супруга, а не у меня. — Нет, доктор Холланд, вы останетесь у меня в учениках. Я дала слово вашему отцу, что лично возьмусь за ваше обучение, и намерена его сдержать. А вам, доктор Реддл, стоит забрать своих подопечных и направиться в свою учебную комнату, мы и так уже потеряли достаточно времени… — Как скажете, профессор Реддл, — прошептал Том и нежно поцеловал меня в левую щёку. — Доктор Адамс, доктор Смит, прошу за мной. Девицы сразу поспешили к выходу из комнаты, а я, усмехнувшись их неприкрытому желанию провести с моим мужем как можно больше времени, невозмутимо проследовала к преподавательскому столу, чтобы начать занятие. — Что ж, поскольку все у меня учились, а с доктором Холландом мы уже успели познакомиться, то я не буду тратить время на представление и обмен любезностями, лучше перейдём сразу к делу… — и начала быстро диктовать материал, который мои подопечные должны были выучить к завтрашнему дню. И хотя я старалась держаться как можно более непринуждённо, но как бы против воли раз в десять-пятнадцать минут смотрела на Гарри Холланда, и тот, замечая мой взгляд, сразу же попеременно то краснел, то бледнел, а мне от реакции этого дурачка хотелось громко рассмеяться. Но всё же я была ему благодарна, потому как из-за этого самоуверенного павлина я вдруг почувствовала себя такой… желанной. Особенно со стороны своего ревнивца-мужа, в которого была без памяти влюблена.***
Не успела я зайти в свой кабинет на следующий день и переодеться, как в дверь уверенно постучали. — Войдите! — громко крикнула я, застегнув последнюю пуговицу на белом халате, и села в рабочее кресло. — Профессор Реддл, можно? — когда я заметила, кто стоял на пороге, на моём лице застыло искреннее ошеломление. С внушительным букетом дивных бледно-розовых роз в руках передо мной застыл Гарри Холланд и улыбался мне во все тридцать два зуба. — Доктор Холланд?.. — обратилась я к нему, так как совсем не ожидала после всего, что произошло вчера, что этот ненормальный решит и дальше приставать ко мне. Но мальчишка, видимо, думал иначе. — Профессор Реддл, мне бы очень хотелось вручить такой шикарной женщине, как вы, это скромное извинение… — тщательно поставленным голосом произнёс он, пройдя внутрь кабинета и протянув мне цветы. Я с лёгкой потрясённостью взяла букет в руки, а доктор Холланд вновь улыбнулся мне чертовски соблазнительной улыбкой и сел на стул для посетителей, всей позой показывая, как свободно себя чувствует в данный момент. — Спасибо, доктор Холланд, — сдержанно поблагодарила я, поднеся бутоны к лицу и вдохнув чудный аромат. — Но мне больше нравятся красные. — Оу, хорошо, профессор Реддл, в следующий раз я это учту, — продолжая бессовестно улыбаться, ответил наглец, а моё потрясение только усиливалось. «Какой следующий раз, мальчик?» — И кстати, я же не пошутил вчера насчёт ужина, тот ресторан, о котором вам говорил, очень известное место, и я бы с удовольствием провёл там время с вами… От такого предложения я даже приоткрыла рот от удивления, почти так же, как и этот наглец вчера, когда узнал мою фамилию. А затем, когда потрясение немного сошло, я холодно сказала: — Доктор Холланд, я замужем. — Да, я понял, профессор Реддл, — уверенно ответил тот, нисколько не смутившись моего тона. — Но вы настолько красивая женщина, что я не могу удержаться от того… — Доктор Холланд, к чему весь этот спектакль? — я не дала мальчишке долго нести этот бред и перебила его, испытывающе смотря прямо в глаза цвета сочной зелени. Обворожительная улыбка мигом исчезла с невероятно красивого лица, а тон моего ординатора стал более деловым: — Ладно, вы не только красивая женщина, но и очень умная, так что было глупо надеяться, что вы поведётесь на мою лесть, — я лишь молча подняла одну бровь, ведь сейчас разговор перешёл в более интересное русло, и заинтересованно посмотрела на него. — Профессор Реддл, я очень не хочу, чтобы мой отец узнал о нашем вчерашнем разговоре. — Да, я уже и сама догадалась об этом, — усмехнулась я, потому как теперь стала понятна цель этого небольшого фарса. — Я готов сделать для этого всё, — доктор Холланд выпрямился и уверенно посмотрел мне в глаза. — Что вы хотите? Ужин? Дорогие духи? Украшения? Поверьте мне, я очень обеспеченный человек, так что… — Доктор Холланд, я тоже, — сурово одёрнула я его, потому что этот мальчишка уже был очень близок к границам приличия. — И мне не нужны ваши подарки, всё это я в состоянии приобрести сама. — Тогда что? — не сдавался он, немного наклонившись вперёд. — Если вы устали от своего мужа, то я… — Доктор Холланд, ради бога, прекратите нести чушь! — воскликнула я, немного покраснев от подобного предложения. — Вы видели моего супруга? Да он красивее вас! И сообразительнее, к тому же, меня как-то больше привлекают мозги, а не внешность. — Простите, профессор Реддл… — наконец в голосе этого дурачка проскользнула вина, и я ожидающе продолжала смотреть на него. — Вы не подумайте, вы действительно очень красивая женщина, но… вы, наверное, ровесница моей матери, так что… если честно, я бы… в общем, мне никогда не нравились женщины старше меня… Он замялся на минуту, но я продолжала молчать, поскольку мысль была ещё не закончена. — В общем, я просто не хочу, чтобы отец обо всём узнал, — в этот момент Гарри перевёл виноватый взгляд на руки, которые всё это время заламывал, а потом, сделав глубокий вдох, продолжил говорить: — Он просто спит и видит, как я пойду по его стопам и стану таким же блестящим учёным, как он. И подозреваю, что он бы и сам взялся за моё обучение, если бы не его научная работа, которой он сейчас занимается… — Доктор Холланд, а вы вообще хотели стать врачом? — поинтересовалась я, поскольку раньше имела возможность разговаривать с одной стороной, а теперь у меня появилась возможность получить мнение другой. — Если честно, не очень, — признался мой подопечный, продолжая смотреть на свои руки. — Я хотел быть спасателем. Или юристом. Я даже почти поступил в Оксфорд на юридический… Но отец в самый последний момент заключил договор на обучение в Сорбонне, а я… в общем, у меня не было достаточно средств, чтобы обучаться там, где мне хотелось. — Ясно, — протянула я, и впервые за время нашего общения у меня возникло сочувствие к нему, потому что Пол действительно был немного деспотичным человеком, я бы даже сказала фанатичным, так что вряд ли он стерпел, чтобы его единственный сын был юристом, а не врачом. — А с нейрохирургией что? — Да мне, если честно, уже всё равно, — горько усмехнулся Гарри, выпрямившись и посмотрев на меня. — Отец не позволил бы мне выбрать другое направление, он уже вовсю планирует нашу совместную научную деятельность, хотя у меня ещё и диплома нет. — А если бы у вас всё-таки был выбор, куда бы вы пошли, доктор Холланд? — Не знаю, — хмыкнул он, посмотрев в окно за моей спиной. — Мне нравилась травматология в университете, я даже ходил в научный кружок… тайно, конечно, и после научного кружка по нейрохирургии. — Что ж, всё понятно, — протянула я, откинувшись на спинку кресла. — Теперь ясно, почему вас так волновали молодые студентки, а не моя дисциплина. Знаете… у меня есть очень хороший друг, профессор Мэйсон, он заведующий травматологией… и я бы могла поговорить с ним, чтобы он взял вас к себе в ученики… если вы, конечно, сдадите нужные экзамены. — Как только мой отец узнает об этом, то мигом расторгнет договор об обучении… — прошептал Гарри, поняв, в какую сторону я клонила, но я, усмехнувшись, продолжила говорить: — Доктор Холланд, как я уже говорила вам, я тоже довольно обеспеченный человек, так что если вы достойно покажете себя перед профессором Мэйсоном, то я заключу новый договор о вашем обучении. И если вам действительно нравится эта дисциплина, то вы станете хорошим специалистом и позже отдадите мне этот скромный долг, думаю, у вас не возникнет в этом затруднений. — Отец будет в ярости, если узнает… — у него даже зрачки расширились от страха, но я лишь спокойно улыбнулась в ответ. — Неужели ярость вашего отца хуже того, чтобы всю жизнь заниматься нелюбимым делом? — Нет, нет… — замявшись, ответил он, а я, довольно улыбнувшись, добавила: — Но у меня будут свои условия… — Так я и знал, что не всё так просто! — нервно рассмеялся Гарри, пристально посмотрев мне в глаза. — Так что вы всё-таки хотите, профессор Реддл? Если будет нужно, я могу и закрыть глаза на то, что вы старше меня… — Доктор Холланд, я, по-моему, уже говорила, что меня это всё не интересует? — снова чуть покраснев от подобных предложений, сурово перебила его я. — Но… вы бы могли пригодиться мне кое в чём другом. — В чём? — сразу спросил он, и я, загадочно улыбнувшись, ответила: — Я готова переговорить с профессором Мэйсоном и заключить за вас договор, если вы ещё немного поиграете в безумно влюблённого в меня мальчика. У вас это очень хорошо выходит… — Но зачем вам это? — удивлённо воскликнул Гарри, хотя в его голосе и не было ни капли возмущения. — Вы же сами сказали, что вам нравятся более взрослые мужчины… — Доктор Холланд, вы мне нисколько не нравитесь, так что можете даже не рассчитывать на симпатию с моей стороны, — невозмутимо заметила я, продолжая загадочно улыбаться. — Но вот мой супруг… он вчера просто обезумел, когда увидел, как вы со мной заигрываете. Я к себе подобного внимания с его стороны ещё не получала в нашей спальне, если вы понимаете, о чём я… Я сделала многозначительную паузу, ведь то, что творилось этой ночью, когда Том вдруг почувствовал соперника, было трудно передать словами. А мой подопечный, смекнув, что к чему, широко улыбнулся и сказал: — Профессор Реддл, а вы не только красивая и умная женщина, но ещё и очень коварная… — Вы даже не представляете насколько, доктор Холланд, — промурлыкала я в ответ. — Ладно, я согласен. Я хороший актёр, так что мне будет нетрудно изобразить лёгкую влюблённость в вас. Но если ваш муж настолько ревнив, то он может и… — Доктор Холланд, мой супруг ничего вам не сделает, я это гарантирую, — твёрдо произнесла я, поняв, куда тот клонит. — Вы поиграете свою роль, пока не перейдёте под руководство к профессору Мэйсону. А потом мы с вами расстанемся до лучших времён. — Договорились, — Гарри встал со стула и протянул мне руку. Я уже хотела ответить на рукопожатие, но вместо этого он аккуратно взял мою ладонь и легко поцеловал. — Так сойдёт? — Вполне, — усмехнулась я его галантности, убрав руку. — Но моего супруга здесь ещё нет. — Я тренируюсь, — улыбнулся он в ответ и, насвистывая какую-то мелодию себе под нос, быстрым шагом вышел из моего кабинета. Я же потянулась в кресле и уже собралась разгрести немного бумаги, накопившиеся за время отпуска, как в кабинет опять постучали. Но я не успела пригласить посетителя, так как дверь сразу же открылась, а я, увидев, кто ко мне пожаловал, расплылась в широкой улыбке. — Ой, какие гости! — воскликнула я, поднявшись на ноги и подскочив к посетителям. — Привет, мой хороший! Здравствуй, дорогая. Быстро поцеловав Деллу в щёку, я взяла на руки маленького Томми, которому скоро должно было исполниться семь месяцев. За эти семь месяцев маленький комочек превратился в пухленького младенца с розовыми щёчками и невероятными зелёными глазами, такими же малахитовыми, как и у его отца. — Ти, господи, неужели это ты?! — ошеломлённо воскликнула она, оглядев меня с головы до ног. — Вы что, нашли эликсир вечной молодости в Италии?! — Ди, о чём ты? — недоумённо поинтересовалась я, широко улыбаясь маленькому профессору Байеру, который тоже был очень рад меня видеть. — Да ты давно себя в зеркале видела? — продолжала возмущаться Делла, а я в это время села за свой стол и усадила Томми к себе на колени. — С утра, а что? — Ничего! — поражённо воскликнула она, сев на диван. — Если бы я тебя не знала одиннадцать лет, я бы подумала, что передо мной сейчас студентка, причём младших курсов, а не заведующая этим отделением! И твоя коса… — Делла, не надо преувеличивать, — отмахнулась я от неё, в который раз поцеловав своего крестника в пухленькую щёчку. — А коса… мне не идёт? — Да нет, идёт, конечно… — растерянно ответила Делла, не сводя с меня потрясённого взгляда. — Сколько же ты отрезала? У тебя же были волосы до поясницы… — Сантиметров тридцать, может, чуть больше. И мне так даже больше нравится, у меня всё равно длинные волосы, почти до лопаток… И с распущенными даже как-то лучше… — продолжая гримасничать малышу Томми, ответила я, и моя подруга наконец широко улыбнулась. — А что сказал Том? — Что он любит меня любой, — ответила я, а моя улыбка стала ещё более радостной, если такое вообще было возможно. — Всё ясно, — протянула Делла, следя, как я играю с её сыном. — А от кого эти розы, если не секрет? Я видела, как из твоего кабинета сейчас вышел симпатичный мальчик… — Да, розы от него, — подтвердила я, легонько коснувшись указательным пальцем маленького носика, и на весь кабинет раздался задорный детский смех. — Надо же! — рассмеялась Делла, откинувшись на спинку дивана. — За тобой теперь даже студенты ухаживают, вот это да! Может, нам с Генри тоже слетать в Рим отдохнуть? Ты же скажешь любимой подруге, где находится источник вечной молодости? — Если бы он ещё был, — со смехом ответила я, снова не удержавшись и поцеловав крестника. — Делла, хватит придумывать, я просто… знаешь, я… — Счастлива? — подсказала она, и я выразительно посмотрела на неё, как бы говоря, что слово самое что ни на есть подходящее. — Всё с тобой понятно. Так что там с этим мальчиком? — У мальчика исключительно шкурный интерес, — проговорила я, взяв со стола неврологический молоточек, и протянула его Томми. — И чтобы ты понимала, это сын Пола Холланда. — Да ладно?! — удивлённо воскликнула Делла, выпрямив спину. — Того самого Холланда? — Ага. Только вот Гарри не хочет учиться нейрохирургии, он хочет быть травматологом. И я пообещала ему помочь… с некоторыми условиями. — Какими же? — полюбопытствовала она, правильно поняв мою интонацию. — Представляешь, он же никогда не видел меня в лицо, — начала рассказывать я, внимательно следя за тем, чтобы Томми не стукнул себя резиновым молоточком. — А я вчера с утра сидела в классе и читала за одной из парт. И этот дурачок подумал, что я одна из студенток и стал со мной заигрывать. И это увидел Том… — И что было дальше? — нетерпеливо спросила Делла, когда я сделала паузу, чтобы убрать молоточек, который уже успел надоесть крохе. — Ты бы видела его в этот момент! — рассмеялась я, протянув Томми свою ручку. — Я думала, что он выкинет этого нахала в окно! — Ти, знаешь, немного странно слышать такие слова в подобном радостном тоне… — выразительно протянула Делла, при этом, однако, широко улыбаясь. — Да ладно тебе, Том всё равно ничего ему не сделает, — отмахнулась я, теперь развлекая своего маленького крестника связкой ключей. — Но мне очень понравилось такое внимание к себе. И я попросила доктора Холланда ещё немного позаигрывать со мной, пока он не уйдёт к травматологам. — Ой, Ти, с огнём играешь… — заметила она, вновь поудобнее устроившись на диване. — Хотя дело твоё, я бы тоже была рада такому вниманию к себе. Я вот о чём хотела попросить… Тут Делла немного замялась, и я заинтересованно посмотрела на неё, прекрасно зная, что соглашусь на любую её просьбу. — Наша няня заболела, Генри тоже неважно себя чувствует, он сейчас уехал на неделю к своим друзьям в деревню, чтобы немного отдохнуть, а мне нужно в налоговую по срочным делам… — Ди, ты можешь хоть на целый день оставить Томми со мной, я с радостью посижу с ним! — воскликнула я, поняв смысл просьбы. — У меня сегодня плановых операций нет, а если кто поступит экстренно, то я пошлю Тома в операционную. Только ты взяла всё необходимое? — Да, конечно, всё в сумке! — сразу же ответила она, указав рукой на объёмную сумку рядом с ней. — Честное слово, я постараюсь вернуться как можно быстрее… — Перестань, мне нетрудно, — перебила я её, опять начав строить смешные рожицы. — Люблю тебя! — воскликнула она, подойдя ко мне и поцеловав в щёку, а затем поцеловала своего сына в лоб. — Не скучайте, я быстро! — Иди уже, — усмехнулась я, и Делла, широко мне улыбнувшись, помахала нам с Томми рукой и вышла из моего кабинета.***
— Ну что, Том, как прошёл ваш отпуск в Италии? — насмешливо поинтересовался Дэнни, как только я вошёл в ординаторскую в половину девятого утра, ведь мы с Тиной вернулись буквально несколько дней назад, а вчера я своего друга не видел. — Замечательно, — коротко ответил я, довольно улыбнувшись, поскольку отпуск был превосходным, по-другому не скажешь. Всё было бы превосходно, если бы не молокосос, что посмел вчера приставать к моей любимой супруге. Дэнни, словно угадав ход моих мыслей, рассмеялся и заметил: — Всё ясно! Я, кстати, слышал, что у профессора Реддл в этом году в ординаторах сын профессора Холланда… — Ага, — ответил я, сев на диван рядом с Дэнни, стараясь при этом не выдавать своего раздражения. И в этот момент в ординаторскую вошла моя супруга, да ещё и не одна. — Всем доброго утра! — радостно поприветствовала она коллег, держа на руках малыша Томми, а я широко улыбнулся тому, как же ей шла роль заботливой крёстной. И какой же красивой она была в это мгновение. — Итак, у нас сегодня много работы, но сначала… Тина подошла к дивану и, улыбаясь Томми, наигранно спросила: — Профессор Байер, а вы не знаете, кто у нас сегодня будет дежурить в ночь? Наверное, это будет доктор Льюис, так как он сильно напортачил в документах, и теперь больнице грозит серьёзный штраф… Эта фраза была произнесена с такой улыбкой, что Дэнни рассмеялся и вежливо ответил: — Простите, профессор Реддл, я постараюсь больше так не делать. — Конечно, постараетесь, доктор Льюис, — продолжая сюсюкаться с Томми, ответила она. — Но вы всё равно дежурите эту и следующую неделю. И кстати, профессор Байер, а вы не знаете, кто забыл поставить нужные печати в листе назначения наркотических средств? — Это я, профессор Байер, — с широкой улыбкой сказал я, не дожидаясь, пока Тина назначит мне наказание. — И я уже всё исправил. — Чудесно, доктор Реддл, — расплывшись в улыбке, промурлыкала она, немного покачивая Томми. — Истории разберёте сами, на ваш вкус, а мне пора на занятия… Как только Тина и Томми покинули ординаторскую, Дэнни громко рассмеялся и выдавил: — Том, господи, тебе нужно немедленно обсудить с супругой вопрос о наследнике! Посмотри, как она возится с профессором Байером! Почти как Сьюзи с Бетти, если даже не больше. — Конечно, Дэнни, — усмехнулся я в ответ, действительно не ожидая подобного преображения от своей супруги. Но оно было, как раз после родов Деллы, и Тина, когда ей выпадала возможность повозиться с крестником, выплёскивала просто невероятный запас заботы. — Кстати, Том, а в каком конкретно месте вы отдыхали с супругой? Неужели вы нашли там Философский камень? Сейчас о возрасте твоей жены говорит разве что звание и кабинет заведующей, такое чувство, что это ты преподавал у неё, а не наоборот! — Дэнни! — рассмеялся я, так как Тина действительно сильно изменилась, причём в лучшую сторону, уж не знаю, из-за чего: от появления крестника или нашего отпуска, но она теперь выглядела довольно молодо. И мне это очень не нравилось, поскольку всё больше мужчин смотрело на неё, хотя когда она была прежней холодной стервой, полюбить её смог только я. — Мы ничего не находили, моя супруга… ей просто нравится возиться с детьми. Делла тоже заметно помолодела, когда у неё родился сын. — Но не настолько, как профессор Реддл, — возразил Дэнни, внимательно на меня посмотрев. — Теперь понятно, почему к ней пристают студенты… — Мда… — протянул я, встав с дивана, ведь новость о том, что доктор Холланд перепутал мою жену со студенткой, облетела весь госпиталь, причём не единожды. — Ладно, дружище, мне пора на занятия… — Ага, удачи, — кинул на прощание Дэнни, и я, поджав губы, направился в сторону кафедры, где меня ждал пятый курс. Но не успел я и часа провести в учебной комнате, как в неё заглянула Тина в компании профессора Байера. — Доктор Реддл, вы не присмотрите за профессором Байером-младшим, пока я не дойду до приёмного отделения, им что-то срочно от меня понадобилось?.. — обратилась она ко мне, а мои ученицы немного удивлённо посмотрели на заведующую кафедрой с младенцем на руках, наверное, боясь, что это мой ребёнок. — Конечно, профессор Реддл, — улыбнулся я и протянул руки, чтобы взять себе крестника, набравшего с нашей последней встречи не меньше килограмма. — Спасибо, я быстро! — воскликнула она, а затем улыбнулась и защебетала: — Не скучай, мой сладкий, я скоро вернусь! И наклонилась для поцелуя, а я, удивлённый подобным тоном, хотел подставить щёку, но Тина наклонилась ниже и поцеловала в лоб смеющегося малыша. А, заметив моё движение, удивлённо посмотрела на меня. — Я обращалась сейчас к Тому, доктор Реддл. — Да, я понял, — усмехнулся я, посмотрев в тёплые карие глаза. — Такое редкое имя, не встречал больше людей с подобным. Тина звонко рассмеялась, наклонилась и поцеловала меня в лоб, точно так же, как и Томми до этого. — Доволен? — Даже очень, — ответил я, широко улыбаясь, и Тина, помахав крестнику рукой, быстро вышла из класса под удивлённые взгляды моих студентов. — Что ж, я думаю, что компания профессора Байера никому не помешает, не так ли? — обратился я к ним, поудобнее усадив Томми у себя на коленях. Несколько человек неуверенно кивнули мне, и я, усмехнувшись, обратился к девушке, стоявшей сейчас передо мной: — Продолжайте, мисс Стюарт, мы с профессором Байером внимательно вас слушаем. Она немного замялась, словно вспоминая, на чём остановилась, а затем продолжила говорить. Я же, дав Томми свою ручку, потому как этому шалуну очень нравились обычные вещи, в отличие от погремушек, от которых тот воротил нос, принялся внимательно следить за ответом своей ученицы, параллельно делая так, чтобы мой крестник сильно не раскапризничался. Но профессор Байер вёл себя на удивление спокойно, и когда через полчаса прибежала Тина, то он заинтересованно изучал бумажный кораблик, который я ему сделал пять минут назад. — Всё в порядке? — с порога поинтересовалась она, перебив ответ мистера Стивенсона. Я молча кивнул, и она, виновато посмотрев на меня, продолжила говорить: — В приёмное только что поступила женщина с разрывом аневризмы, и я… — Если ты хочешь пойти в операционную, то мы с профессором Байером не против, — сказал я, так как Тина запнулась в конце. — Всё равно мне ещё долго опрашивать… — Спасибо… — благодарно выдохнула она, а затем подошла к нам и поцеловала меня в щёку. — Ты лучший! — Да, я знаю, — усмехнулся я, и Тина, улыбнувшись мне, вновь быстрым шагом покинула учебную комнату. — Продолжайте, мистер Стивенсон, я вас внимательно слушаю… Мой студент продолжил отвечать, а я с улыбкой на лице следил за Томми, который был почти таким же спокойным, как и его отец. И хотя я прекрасно видел, что Тина была пока не готова ради материнства надолго отказаться от любимой работы, но определённые сдвиги в этой области явно были. И от этой мысли моя довольная улыбка стала ещё шире.
