sinners

Юнги ненавидит, когда вынужден вспоминать школьное прошлое, будто время то — сущий мрак, слякоть, окутывающая в вязкую трясину самобичевания. Но товарищ его нынешний об этом не ведал, поэтому слишком просто обратился к Юнги с пустой болтовнёй. И это даже не что-то важное для того, просто он пытается поддержать разговор, а это раздражает рэппера еще больше. Отмахнувшись всё так же недовольно, Мин пристегивает ремень безопасности и возвращает взгляд на экран телефона. Мазнув пальцем по сенсору, он косится на менеджера по соседству, который пару минут назад пытался побеседовать с ним, и замечает, что тот нервничает. Юнги почти шипит внутри себя, но телефон блокирует сразу. Слишком доброе сердце у него всегда было, впрочем. Это единственная причина, по которой он заводит новую, менее душещипательную тему, помогая переживающему спутнику хоть немного освоиться в самолете. Мин и поверить не мог, что такой здоровяк с виду так боится летать. Собственно, у каждого свои страхи. Дорога на премию предвещала лишь долгих семь часов перелета и сладкий сон, в которой мог окунуться Юнги. Только вместо этого, он ломает глаза в телефоне, пролистывая в твиттере страницу Ким Сокджина. Того самого популярного айдола-сольника, поющего невероятно и выглядевшего так же. Юнги всегда говорил, что он словно «со страниц сёдзе-манги сошёл», по сути, мнения своего с того времени так и не менял. Пробегая глазами по подписи для фотографии, Мин вытягивает губы в улыбке непреднамеренно, смотрит внимательно, отмечая каждое отличие с предыдущих снимков всё так же, невольно. В какао-ток приходит сообщение от Чимина с текстом «Джин-хён тоже будет на премии. Ваши места рядом. Знаешь об этом?», вызывая холод по коже, вдох глубокий, тяжёлый. Он не знал, не надеялся даже. Когда Юнги оставалось всего пару классов до выпуска, появился Сокджин. Парень, только перебравшийся из Аняна в Сеул. Подружились они быстро довольно, практически сразу после первого совместного обеда в школьной столовой. Джин без труда влился в компанию Мина, и обосновался, словно он там с начала времён. Внешность Кима казалась привлекательной с момента вполне себе обычного знакомства. Ещё привлекательней он, очевидно, стал на пороге выпускных экзаменов. К тому периоду Юнги окончательно принял факт, что влюбился до тех самых колыхающихся бабочек в животе, дыхания волнительного, кончиков пальцев подрагивающих. Душа целиком и полностью его, как и сердце, негласно принадлежали Ким Сокджину, который на выпускном увёл друга в парк неподалеку от школы, сжимая за локоть. Там, возле большой ивы Юнги впервые услышал слова любви, с трепетом слетевшие с уст Джина, там же они простояли почти всю ночь, тесно прижимаясь друг к другу, там же целовались долго-долго, когда уже болели ужасно губы, легкие сводило в истоме приятной, а сердце колотилось о ребра бешено. А потом их пути разошлись. Враньё, если сказать, что не было предпринято попыток выстроить отношения, но все они были провальными, от слова совсем. Тогда ещё в душе буря, подростковые противостояния, не желание идти на компромисс, ссоры на повышенных тонах. Именно перед поступлением в институт на другом конце города Джин предложил Юнги успокоиться и прийти к обоюдному решению. И решением стало повременить немного. Больше после этого они не встречались. Даже не переписывались. Потому что Юнги с родителями вернулся в Тэгу, а Сокджин подписал договор с известной айдол-компанией. Время шло, и, когда спустя три года Мин увидел по телевизору на сцене Джина в его первую премьеру, он решил посвятить жизнь продюсированию и рэпу, как и хотел с самого начала, к слову, чтобы получить хоть малый шанс на встречу. Правда, не до конца понимал, зачем, если разрушено всё уже давно. Скорее всего, потому что сердце до сих пор сводило неприятно. Следующие два года пролетели стремительно. Он, наконец, смог догнать по популярности Ким Сокджина, который внезапно снова вырвался вперёд и поднялся на несколько ступеней выше. Долгих семь лет у Юнги ушло на то, чтобы встать на вершину наравне с Джином. А теперь Мина зовут на вручение премии, и он собой гордится. Узнать, что Ким тоже там будет, было страшно. Ещё страшнее встретиться с ним лицом к лицу. Юнги вздыхает нервозно, делает глоток воды из протянутой менеджером бутылки и оглядывается воровато. Когда он остаётся один совсем, без людей рядом знакомых, на соседнее место приземляется блондин, весело болтающий с мужчиной, похлопавшим его по плечу и скрывшимся сразу практически. А Юнги фактически учится дышать заново, потому что в легких пусто, так же, как и в голове. — Я думал, не дождусь уже, Юнги-я. Сокджин улыбается ласково почти, с усмешкой оскаленной немного, но в глазах тепло слишком. Когда Мин пытается смотреть пронзительно, обжигается моментально и взгляд с паникой в душе отводит. — Уверен, что ждал не зря? Юнги чуть расслабляется, вдыхая спёртый воздух помещения, поднося палец к губам и прикусывая от волнения чуть. — Уверен, — кивает непоколебимо Джин. — Ты пойдешь со мной на свидание, Мин Юнги? — добавляет, помедлив, хлопая ресницами, излучая уверенность каждой клеточкой кожи. — Да, — всё, что может выдать младший, а после пару косых взглядов в сторону Сокджина, он усмехается. — У тебя уши красные. Ким смеётся заливисто, своим тем самым скрипучим смехом, и Юнги смеётся вместе с ним.